Августовский дождь

Темная улица. Девушка в алом платье и парень в мокрых джинсах и майке танцуют под дождём. Яркие прямоугольники окон соседних домов с любопытством наблюдают за парочкой. Открытка наполнена энергией проливного дождя, теплом ночи и жаром танца.
Моя подруга смотрит на карточку и, немного смущаясь, спрашивает:
– А ты бы хотела так?
– Конечно, – отвечаю смело, – смотри какие они… – И замолкаю, не в силах подобрать слов. В наивные семнадцать мне этот танец кажется верхом разврата и острой иглой зависти пронзает сознание.
А в полночь, при круглой, ясной луне, я изучаю открытку и шепчу о своём ярком желании во вселенское пространство. Тихо засыпаю, не ощущая звёздной пыльцы на кончике своего носа.

Время пронеслось незаметной лентой ярких событий. Спустя три года я нахожу себя в тёплом августовском вечере.

Шёл дождь. Мы были пьяны и счастливы одновременно. Завтра он уезжал навсегда. Через неделю уезжала я. Это был отличный повод….

Сначала мы просто шли под одним зонтом. Он обнимал меня за плечи, чтоб не намокали рукава наших кофт. Весь такой расслаблено-пьяный, с почти чёрными, раскосыми марийскими глазами. С чёрной шевелюрой, подстриженной «ёжиком». В чёрной одежде. Под чёрным зонтом. И я рядом с ним: светлые волосы с красными прядями, напоминающие перья райских птиц, застрявшие в причёске. Глаза, сияющие зеленью весенних листьев. Веснушки, рассыпанные по носу и щекам. В ярком свитере и шифоновой юбке. Туфли на огромных каблуках почти выравнивали наш рост. Его широкие плечи были свободно раскрыты, без намёка на сложности жизни или высокую ответственность. А улыбка теперь таила в себе наслаждение, –, такая хитрая, с долей порочности.

И в этом расслабленно-пьяном, летнем дожде, после полночной прощальной вечеринки, на этих огромных каблуках, хотелось совершать безумства. И только скажите мне, что не стоило говорить ему, как он отчаянно красив. Почти как Аполлон в своих чёрных одеждах. Со светлой кожей и черными раскосыми глазами.
Я думаю, стоило это сказать. Чтоб через пару мгновений обнаружить себя в порывистых объятиях этого всегда сдержанного парня. Что одной рукой держал зонт, а другой страстно прижимал меня к себе за талию. И как удобно, что его лицо почти напротив моего, – не надо отчаянно задирать голову, чтобы отвечать на его обжигающие пьяные поцелуи.
Казалось, что в этом мире больше нет никого кроме нас. Только мы, дождь и зонт. Друзья, ушедшие далеко вперёд, кричали нам что-то, спрашивали идём мы или остаемся.

Мы отрывались друг от друга и шли. Прячась под зонтом и обнимаясь чуть крепче. Потом вдруг я смотрела на его чёткий профиль и ровный нос, без изъянов и лишних родинок. Моя рука сама тянулась пройтись подушечками пальцев по этим острым скульптурным скулам. В ответ он резко разворачивался, преграждал мне дорогу и страстно целовал. Опускал руку с зонтом и на наши уже сырые волосы и открытые шеи лил тёплый летний дождь. Мы забывали дышать. А потом он отрывался от моих губ, чтоб проложить дорожку из поцелуев к уху, и сказать какую-то милую дичь про то, как я отчаянно нужна ему прямо сегодня ночью. На это я глупо улыбалась, смотря в его гипнотические глаза, и не могла перестать говорит ему, насколько он прекрасен в своей скульптурной красоте и вечно сдержанной манере поведения. Он отвечал, что рядом со мной его лед тает как на ярком солнце, и только я могу согреть его сердце.

И снова, из нашей бестолково-пьяной Вселенной, нас вырывали голоса друзей, уже не надеявшихся дождаться нас, расходящихся по домам.

Мы с неохотой отрываясь друг от друга, вспоминали про дождь и зонт. Снова шли продвигаясь вперёд и потом звонко смеялись, наступая в глубокую лужу, потому что оба отвлеклись на изучение лиц друг друга. И снова увлеченно целовались, стоя прямо в этой луже, с зонтом, что не спасал от дождя, а только мешал нашей страсти.
Дорога домой растянулась на долгое время.

Утром он уехал. Навсегда. Через неделю уехала я. Со мной осталась воплощённая в жизнь мечта. Как будто пара с красочной открытки вдруг ожила в нас и станцевала танго под тёплым дождём. Без последствий, огорчения и разочарований. Яркий танец обжигающей страсти, где чувства сгорели сверхновой звездой, подарив реализованное желание и красивые воспоминания.