Однажды на рыбалке. Глава. 3 Повесть

Глава. 3                Токовище косачей.




Молодец, что орёл, а ума, что у тетерева.

Охотничья поговорка




Постепенно ток стал стихать, некоторые тетёрки улетали, уводя за собой петухов, другие встречались с самцами тут же, на токовище в ближайших кустах для временных и необходимых для продолжения рода плотских и сладких утех.

Хищный коршун - тетеревятник, побывавший в это утро уже на трёх токах, но пока ничего не добывший, осторожно, прячась среди густой листвы хвойных деревьев, летел вдоль опушки вблизи ручья Камышевки.

Поднявшиеся рваные клочья тумана скрыли его от зорких глаз тетёрок. На бреющем полёте, нырнув в густую полосу тумана, коршун подлетел совсем близко.

Низкий, стелющийся полёт его был стремителен и бесшумен – разогнавшись вдоль лесной прогалины, пернатый хищник теперь резко, словно пуля в полёте спланировал над самой землёй.

Он нацелился на одного из старых и опытных петухов, но тот не промах, в последний момент заметив опасность, быстро взлетел, громко хлопая крыльями и словно стрела выпушенная из тугой тетивы умчался к лесу.

Уже на лету старый петух громко прокричал:
- Ку – к – кур – ра – ку – а ! - сигнал самой большой опасности, немного похожий на хриплое кукареканье домашнего петуха.

Коршун резонно не погнался за ним, а сделав несколько сильных взмахов и добавив себе скорости, резко спикировал в сторону и на границе тока схватил зазевавшегося молодого петушка.

Остальные посетители тока с громким хлопаньем крыльев в испуге разлетелись в разные стороны. Схватив птицу сильными лапами и острыми, словно иглы когтями, ястреб сидел на бьющемся под ним тетереве, постепенно и глубоко загоняя когти в тело жертвы.

Дождавшись, когда она перестала биться, грозный хищник взлетел и понёс обмякшую добычу в глубину тайги в сторону Максиной сторицы.

Унести тяжёлого тетерева - косача далеко коршун не смог и, влетев в густой ельник, усевшись на могучую валёжину неторопливо принялся за дело.

 Ощипав перья с груди тетерева, он с жадностью стал обклёвывать грудные мышцы, хищно погружая крепкий и острый клюв в желанный белок.

На краю заболоченной полянки в смешанном сосново - берёзовом лесу на границе с бывшим поселением под названием Татарка на старой сосне располагалось гнездо семьи коршунов.

Самка уже отложила первое яйцо и теперь не сходила с гнезда. Заметив подлетевшего с добычей самца, она громко закричала. Отрывистое, неприятно звонкое:
- Кьяк ! Кьяк ! Кьяк ! - далеко разнеслось в утреннем лесу.

Услышав этот крик, замерли в тревоге многие лесные обитатели. Самец добросовестно принёс желанную для самки добычу - частично обклёванного им молодого косача, бережно положив его на край гнезда.

Самка, жадно схватив птицу, спланировала с ней на толстый ствол упавшей сосны, а самец, встряхнувшись, уселся обогревать кладку.

Разгуливалась весна, расплывалась по тайге весенняя неурядица. В сосновых борах, по окраинам моховых болот, по участкам сохранившегося кое - где старолесья токовали лесные великаны горделивые красавцы - глухари.

Намного меньше их стало в наших сибирских лесах. Некоторые когда-то богатые тока молчат, на других поёт всего несколько петухов. Есть места, где птицы токуют поодиночке.

Количество глухарей уменьшилось из - за значительного количества пожаров и вырубки лесов, в первую очередь сосновых. Но глухариный ток, даже если на нём всего один певец, как в маленьком сосняке у речки Улуйки, не теряет своей неповторимой и потрясающей прелести.

Красочное и непередаваемое словами зрелище в тайге представляли шумные и великолепные тока глухарей:
-  Го ! Го ! Го !
- Цок ! Цок ! ЦоК !
На заре их гоготания и цокания слышались на большом расстоянии. Нередко брачные игры перерастали в жестокое соперничество и беспощадные драки со свалками.

Самцы бесшабашно и по залихватски бились между собой за первенство до полного поражения одного из них.



Продолжение следует …