Меж двух времён

Есть такая замечательная книга «Меж двух времён» американского Автора: Уолтера Брайдена Финнея (псевдоним Джек Финней). Автор принадлежит к поколению Рея Бредбери (1920) и Клиффорда Саймака (1904). Финней родился в 1911 году. А фантастическую книгу свою он написал в 1970, когда ему было уже 59 лет. Это был уже итог жизненного опыта. И хотя книга со стороны логики сюжета на тему фантастического перемещения во времени не выдерживает никакой критики (почему? может быть, скажу после), но по высказанным мыслям в ней она искупает все недостатки технологий.

Книга издана в издательстве «Мир» в Москве в 1990г. – в тяжкие годы для СССР и России. Я всегда уважал издательство «Мир». И отличал их книги из многих – они были на белой бумаге, в отличных переплётах, с чётким шрифтом, отличного качества набора. Этой же книге не повезло. Она напечатана на серой, чуть ли не обёрточной бумаге. По всему тексту тут и там пропуски точек в конце предложений. Они просто не отпечатались, пропали. Но содержание книги всё искупает. И, честно говоря, она достойна самых изысканных переплётов и белых бумаг.

Речь в ней, конечно же, идёт о деньгах (об афёре – о поставках карраского мрамора, которого в результате невозможно оказалось обнаружить). И о миллионе долларов, которые заставят замолчать человека (Джейка), который идёт на шантаж, и который в противном случае может вскрыть эту афёру и придать гласности. От американского Автора ждать другого не стоит. Но деньги, занимая в сюжете ключевую роль детективного стержня, постепенно отходят на второй план. И удивительное дело, Автор начинает поднимать такие вопросы, такие пласты глубинных человеческих эмоций, что о них забываешь, так же как и герои книги.

Беда наша, что мы не можем понять вовремя предупреждения умных книг. В 90-х годах нам было не до фантастических романов. А сегодня читатели вообще повывелись. Если бы американцы читали такие книги – своих же собственных Авторов! про себя и свою страну двух времён – разве бы они были такими, как сейчас?! Нет, конечно.

Когда главный герой книги Саймон Морли противоречит новому Совету «Проекта» и непроизвольно, неожиданно для себя самого начинает высказывать свою позицию перед руководителями… Понятно, что ради этих слов и написана книга.

Вот они:

«
   Всю жизнь я считал себя маленьким человеком и к тому же много лет хранил в неприкосновенности детскую уверенность в том, что люди, которые нами управляют, знают больше нас, видят глубже нас и вообще умнее и достойнее нас. Только в связи с войной во Вьетнаме я понял наконец, что важнейшие исторические решения принимаются подчас людьми, которые на деле нисколько не осведомлённее и не умнее остальных, что собственные мои суждения и взгляды могут быть ничуть не хуже, а то и лучше, чем у деятелей, принимающих самые ответственные решения. Но какие-то остатки прежнего благоговения, преклонения перед власть имущими всё ещё жили во мне – и сейчас, перед столом Эстергази, в напряжённой, выжидательной тишине, я сам не мог поверить, что некий ничтожный Саймон Морли возьмёт да и поставит под сомнение решение совета. И суждение вашингтонских инстанций, одобривших это решение.

   И тем не менее я знал – другого пути нет. И не собирался искать его.

   Однако заговорил я путано, невразумительно, да и начал, видимо, с самого банального из всех возражений:
   – Вернуться в прошлое, чтобы преднамеренно дискредитировать Джейка? Разрушить его жизнь?  Имею ли я… э-э… имеет ли кто-нибудь такое право?
   – Да ведь он давным-давно умер, Сай, – ответил Эстергази мягко, будто обращался к дурачку, которого грешно обижать. – Теперь важны наши нынешние интересы.
   – Там, где мы с ним встречались, он остаётся самым что ни на есть живым.
   – Это так, но, Сай, люди нередко идут и на большие жертвы, чем он. На благо своей родины…
   – Его же никто не спросит!..
   – И тех не спрашивают: призывают в армию, и весь разговор.
   – А может, следовало бы спросить?
   Он искренне не понимал меня.
   – Что вы хотите этим сказать?
   – Хорошо ли заставлять человека вопреки его воли идти в армию и убивать других людей?
   Они таращились на меня, словно впервые видели. Всё, о чём я говорил, до них попросту не доходило, и я осознал, что начал спор не оттуда, откуда следовало бы.
   – Полковник Эстергази, Рюб, мистер Фессенден, профессор Мессинджер! Выслушайте меня. Годится ли… Вправе ли мы переделывать прошлое? То есть кто может знать, надо ли его переделывать? Кто может быть уверен в этом?..
   – Да все мы, вместе взятые, чёрт вас возьми! – вскипел Эстергази. – Не станете же вы отрицать, что Куба – территория в составе Соединённых Штатов – лучше, чем Куба – коммунистическое государство в ста сорока километрах от наших берегов?
   Я неуверенно пожал плечами.
   – Да нет, не стану. В конце концов моё личное мнение не имеет значения, я вполне могу и ошибиться. Но кто может с уверенностью утверждать, что Куба в будущем составит для нас угрозу? Маленькая страна, не сделавшая нам ничего плохого…
   – Но ведь они пытались! Пытались или нет?.. – Эстергази почти кричал.
   Подчёркнуто вежливо, с явным намерением усмирить страсти, Фессенден напомнил:
   – Ракетный кризис…
   – Ну, допустим, – ответил я. – Хоть Роберт Кеннеди и утверждал, что это военные пытались навязать его брату мысль об опасности, а на деле она была не так уж велика. Но я не собираюсь встревать в споры о Кубе. Кто бы там ни оказался прав, я считаю, что ни у кого в целом свете недостанет божественной мудрости переустроить настоящее, переделывая прошлое. Это уж слишком! Да вы сами взгляните непредвзято на то, что происходит. Учёные совершают фантастические открытия, и на эти открытия немедля накладывает лапы группа, нет, горстка людей, решающих всё за всех. Наука открывает способ расщепить атом, а они тут же решают, что лучшее применение новому открытию – испепелить Хиросиму!..
   – А вы считаете, что это не так? – холодно спросил Эстергази. – Или мы должны были обречь сотни тысяч американских солдат на смерть на берегах Японии?
   – Да не знаю я! И никто не знает. И самые ответственные из решений принимаются людьми, которые тоже не знают. Они только думают, что знают. Они, видите ли, знают, что допустимо и необходимо отравить атмосферу радиоактивными осадками. Они знают, что использовать открытия генетиков надо для того, чтобы вызвать к жизни новые ужаснейшие болезни. И они не считают нужным испросить согласие у остальных девяносто девяти целых и девяносто девяти сотых процента живущих на Земле людей. А сегодня ещё один учёный, доктор Данцигер, сделал ещё одно великое открытие – и вот он сидит дома, вынужденный уйти в отставку, и ему не позволено решать, что и как с этим открытием делать. А вам – вам всё позволено. Вы опять уже знаете, что лучшее применение новому открытию – уничтожить Кубу Фиделя Кастро. А откуда вы это знаете? Кто дал горстке людей, которые уже отравили всё вокруг, которые имеют реальную возможность смести с лица земли весь род людской, право контроля над судьбами и будущим человечества? Ведь мы, большинство человечества, и имён-то этих людей не слышали, не говоря уж о том, что мы их не выбирали!..
   Я поочерёдно оглядел всех присутствующих и понизил голос.
   – Даже если вдруг вы правы, в чём я лично сомневаюсь, посмотрите, куда это поведёт дальше. Ко всё более значительным переменам в истории, к тому, что кучка генералов примется переписывать прошлое, настоящее и будущее, подгоняя их под свои представления о пользе человечества. Нет, джентльмены, увольте – я отказываюсь.
»

Какаво?! А?

И это лишь малая, хотя и центральная часть сказанного. Это сказано открытым текстом. А вся книга говорит ещё о многом и многом другом. И о том, что люди за столетие изменились до неузнаваемости. Они стали равнодушными потребителями и одинокими разобщёнными охотниками за деньгами, ненавидящими друг друга. Ибо процветание одного построено на разорении остальных. Простые человеческие чувства постепенно уступили место голой выгоде и сделали людей такими.

И пусть переход во времени у Автора этого романа выглядит абсолютно несостоятельным – никакой «машины времени», – захотел и перешёл. Главное вписаться правильно в старинный интерьер и мысленно настроится. Смех, да и только! И причём переход совершает не только сознание человека, не только голова, не только его тело, не только одежда (вспомните «Терминатора» – он совершал переход голым), но и все окружающие его предметы вместе с комнатой! Как это возможно? Что? Мёртвая курица, лежащая на леднике на кухне, тоже настроилась на 1882 год? Это конечно большущая натяжка Автора произведения. Но не мог же он, чтобы скромница Джулия переместилась в объятиях Саймона Морли из XIX-века в XX… голой!!! Она бы умерла от стыда! Поэтому Автор переместил её вместе с муфтой и капором… в ботинках, застёгнутых на пуговицы.

И при этом! Все они точно знают в какое время они попадут! Ни днём раньше, ни днём позже. И год тот самый. Как они это делают – понять совершенно невозможно!

Но таков Авторский приём.

И это единственный, хотя и очень крутой, просто невероятный – элемент фантастики. Всё остальное – это подробное описание прошлого и настоящего Америки. Старого и нового Нью-Йорка. И самих американцев. Какие они были. И какие они стали.

Ради этого стоит простить Автору такую натяжку.



Эх, американцы! Если бы вы умели читать! Разве бы ваша замшелая демократия двухсотлетней давности царствовала над миром со своей «РЕЛИГИЕЙ ДЕНЕГ»? Очень жаль! Ведь эта замечательная книга написана не для нас. А для вас. Там описана ваша страна. Ваш Нью-Йорк двух времён. Подробно описаны его улицы. Здания. Парки. Там описаны ваши люди. И ваши нравы. И сделано это мастерски.

Снимаю шляпу перед Джеком Финнеем. Он достоин самых тёплых слов и дружеских объятий.



P.S. Мне вдруг пришло в голову, что я исполняю тут перед вами роль этакого литературного сталкера. Ну, что же. Роль не так уж и плоха. Мне нравится. А если вы в результате найдёте и прочтёте эту книжку, то я буду полностью удовлетворён.





22:20:09 09.10.2024          E8829F4A500