Алена Малова. Глава 5. Школьная линейка

В первый осенний день погода была необычно тёплой и солнечной, будто сама природа решила устроить праздник в честь начала учебного года. Над школьным двором витал лёгкий аромат астр и хризантем, а разноцветные шары, привязанные к фонарным столбам, весело подрагивали на ветру. Ученики в нарядной форме смеялись, перебрасывались шутками, ловили последние отголоски беззаботного лета. Только суровое здание школы, нависшее над стройными рядами школьников, спасало их от ярких и надоедливых лучей. Радостные и загорелые лица с интересом слушали выступление директора: за время каникул они уже забыли про тяготы школьной жизни.

А вот Алёна Малова чувствовала себя как не в своей тарелке. Ей казалось, что все смотрят на неё осуждающе. Она стыдливо потупила глаза. «Побыстрее бы закончилась эта чёртова линейка! О боже! Как же я хочу домой!» — от этих мыслей девушка чуть не зарыдала. Правда, некоторые Алёнины одноклассники вполголоса о чём-то перешёптывались за её спиной. Она только слышала приглушённые хихиканья. «Неужели меня обсуждают?» — с тревогой подумала Малова. В груди неприятно кольнуло, а к горлу подкатил горький комок. Алёна машинально сжала кулаки, пытаясь унять дрожь.

Ну вот и зазвенел долгожданный первый звонок. Школота радостно ворвалась в школьные двери. Только старшеклассники шли неспешно, понимая, что ничего интересного их там не ждёт. Алёна брела самой последней, то и дело поправляя белоснежный фартук. Ткань казалась ей непривычно жёсткой, будто сковывала движения, и это лишь усиливало её неловкость. Каждый шаг давался с трудом, словно ноги налились свинцом.

— Ах, вот ты где! — Алёна почувствовала, как кто-то берёт её за руку.

Обернувшись, она увидела Светку Михайлову. Малова удивлённо посмотрела на подругу. «Я же не виделась с ней после того случая», — внезапно вспомнила она. Сердце на мгновение замерло, а потом застучало в бешеном ритме, будто пытаясь вырваться из груди.

— Алёнка, вот ты где! Мы все тебя искали. Дима просил передать… — она запнулась, заметив, как Алёна побледнела. — Ты чего? Тебе плохо?

- Кто все? – раздражённо спросила Алёна, оттолкнув руку Михайловой.

- Ну я, Дима, Талгат, – растеряно ответила подруга.

— Дима? Какой Дима? — голос Алёны прозвучал резче, чем она хотела.

— Ну… Селиванов. Мы с ним вчера виделись. Он спрашивал, куда ты пропала. Говорит, Талгат сильно злится, что ты ушла из «Эры» и не отвечаешь на звонки.

- Что тебе нужно от меня?! - дрожь в голосе Маловой переросла в крик.

Глаза Светланы Михайловны округлились от удивления.

- Что с тобой, Алёнка?

- Ничего!

Внезапно Алёна Малова разрыдалась и бросилась прочь из школы.

- Алёна! Ты куда? Что случилось то? – услышала она вслед голос подруги.

Подходя к школьной калитки Малова немного успокоилась. Она заметила какую-то толкотню.

— Отдай! — жалобным голосом произнёс долговязый парень по имени Леонид Смургин.

Он пытался вернуть свою школьную сумку из искусственной кожи с длинным ремнём под плечо, отобранную у него компанией из трёх подростков. Они перекидывали её друг другу, гогоча весёлым смехом.

— А ты попробуй возьми! — передразнивал его коренастый юноша.

Звали его Андрей Чугурнов. Он был невысокого роста, с приятным округлым лицом, узкими карими глазами и полными губами. Увидев Алёну, он на миг замер, после чего улыбнулся ей и, крикнув: «Лови!», бросил ей сумку. Девушка, поймав её, машинально покрутила в руках и молча протянула Леониду Смургину.

— Спасибо! — обрадовавшись, произнёс незадачливый школьник и закинул сумку на плечо.

Чугурнов разочарованно посмотрел на Малову и произнёс:

— Ну и зачем ты это сделала?

— Хватит издеваться над человеком! — рявкнула она.

— Фу! Какая же ты скучная! — заявил он. После чего парень повернулся к приятелям и, махнув им рукой, заявил: «Айдате в школу!».

Подростки как по команде начали медленно удаляться. Малова со Смургиным молча смотрели им вслед.

— Не знаю даже, как тебя благодарить! — заикаясь, произнёс Лёня, повернувшись лицом к Алёне. — Ты очень смелая! Дрона вся школа боится.

Алёна Малова удивилась своей внезапно возникшей смелости, но не показала виду. «Пустяки», — лишь тихим голосом произнесла она. Но где-то внутри всё равно шевельнулось странное чувство: впервые за долгое время она сделала что-то не из страха, а вопреки ему. И пусть это был всего лишь жест, но он вдруг дал ей крошечную надежду, что она всё-таки сможет справиться со всем, что её ждёт. А ещё она вдруг поняла, что, возможно, не так уж одинока, как ей казалось всё это время.