26

- Куда они пошли? - не поняла Кида, так и застыла с горячим горшком в руках. Потом опомнилась, живо поставила его на камень.

- Мне так Мотка сказала, - в голосе Велы чувствовалась чуть виноватая нотка, что сама толком не поняла и теперь объяснить не может. – Мотка хвасталась, что ребята принесут ей самое вкусное, что существует на свете. Они у бога попросят.

Кида в недоумении смотрела на девочку, пока не заплакал Ланчик. Он-то и вывел мать из ступора.

Этим утром почти все женщины пошли за едой. Припасы оскудели настолько, что появился риск оставить мужчин голодными. А это было бы позором для женской половины, вот и вознамерились ни в коем случае его не допустить.

Даже бабка не пожелала остаться, заявив, что редкая молодка угонится за ней, если дело касается добычи съедобных корешков. И ещё более редкая молодка сможет заставить Мотку заниматься тем же.

На месте осталась Кида с детьми. И Вела за помощницу. Вот девочка и поделилась новостью.

- И ещё они принесут волшебную водичку, чтобы не умирать, - добавила свою порцию новостей Иза.

- Так значит, они пошли к тому племени, где в прошлый раз нашли нити и кругляш? - поняла Кида по-своему.

- Наверное, - Вела пожала плечами. Она рассказала всё, что знала.

- Ясно. - Кида нахмурилась. Это могло быть опасным. Напрасно старейшина не запретил ребятам туда возвращаться. - Надеюсь, что к ужину они вернутся.

И в душу закралась тревога. В этот раз всё может закончиться по-иному. Кто знает, чего ожидать от чужого племени?

Но долго размышлять не пришлось.

Над обрывом показалась голова деда.

- Вела, беги сюда помогать!

Он ходил в лес испытывать новый лук со стрелами, и вот вернулся не с пустыми руками.

Вела поспешила на помощь.

- Козлятки, - всплеснула руками.

На шее деда лежала дикая коза - новый лук не подвёл. А у ног бекали два маленьких ушастых козлёнка.

- Всю дорогу за мной бежали, - рассказывал довольный дед. - Я и вспомнил, что собирались пробовать приручить. Вот, принимай новых подопечных. Хватит с котятами да ежами возиться.

- Как же хватит? - испугалась девочка. - Я и с котятами, и с козлятками смогу.

- Ну как знаешь, - легко согласился дед. - Давай-ка их спускать.

- Давай, дед. А как?

- Сейчас вместе будем соображать.

Сообразили. Правда, с трудом. И теперь дети, во главе с Велой, тянули к новым подопечным веточки и листочки. А те их шустро жевали. Только самые смятые, Микины, козлята браковали и не желали даже пробовать. Но Мика не особо переживал - сам их пробовал.

Кида поглядывала на детей, но далеко от горшков не отходила. Нынче ей придётся всех потчевать, а после умелицы Сахи главное - не сильно разочаровать соплеменников. Вот и поглядывала в варево, что получается.

- Вроде готово - сказала себе, задумчиво пробуя мягкие зёрнышки чумизы с мясом. - Эх, была - не была, - долила в горшок немного молока. - Вела, веди всех есть.

Малыши уже давно нагуляли аппетит и, услышав приглашение, заторопились к огню.

Уселись вокруг широкого пня. Дед приспособил его, раз не нашлось поблизости больших камней. И этот пенёк для детей оказался очень удобным. Не слишком высоким, каждый мог дотянуться до содержимого горшка.

Кида сунула в хваткие ручонки небольшие глиняные плошки, чтобы удобнее было черпать, и трапеза началась.

Кида с чуть заметной улыбкой наблюдала.

Вот Вела тихонько откладывает кусочки мяса из своей плошки на лист лопуха.

«Котятам», - поняла Кида, но ничего не сказала.

Лу вертится во все стороны, ей всё интересно, и каша, и жук, ползущий по пню, и ворона, что каркнула неподалёку, но больше посматривает в сторону козлят.

- А у них выластут лозки? Да, Кида?

Иза ест аккуратно, не спешит, дожидается, пока другие зачерпнут, вперёд не лезет.

Мика черпает и черпает без остановки. И начерпал уже целый рот. Принёс очередную наполненную плошку, а сунуть некуда.

Кида усмехнулась, пошла помогать выкручиваться из ситуации. Уселась к детям в кружок, посадила Мику на колени.

- Понравилась каша? Вкусная?

Дети глянули круглыми глазами. А как же? Всегда вкусная. По-другому не бывает.

После обеда Кида завернула самый большой горшок в старую шкуру, так нести удобней, и каша не остынет, подошла к деду:

- Сходишь к мужчинам?

- А как же? - с готовностью вскочил дед, отложил в сторону камни и зубило. - Всё сделаю.

Кида чуть виновато отвела глаза. Негоже ей указывать. Но если сама пойдёт, детей придётся на деда оставлять. Вряд ли тому это больше понравится.

Пока раздумывала, дед уже взобрался наверх и скрылся из виноватых глаз.

Теперь самоё любимое. Кида уселась под дерево, прижала к груди маленького Лана, а сытые дети поползли к ней со всех сторон.

- Расскажи сказку...

- Ладно... Сейчас… Жила девочка. Вот один раз послала её мать в лес за ягодами. Шла она, шла и увидела на земле гнездо. А в нём яички. Одно жёлтое, как солнышко, другое белое, как луна, а третье красное, как раскалённый уголёк. Вот девочка забрала эти яички и домой принесла...

Не дослушали дети. Убаюкали их тихий голос, тёплый ветер и уютное журчание реки. Огляделась Кида и замолчала. Спят все. Положили головки на её колени и засопели. Видно, во сне досмотрят, что там с яичками дальше было.

Поглядела на Велу. Та занята, даже сказку не пришла слушать, городит какую-то городушку для козлят. Ветки, палки натащила, что-то соображает. Хотела встать - ей помочь, да жалко детей тревожить. Пусть поспят.

За хозяйскими хлопотами отвлеклась, а теперь, когда переделала всё самое срочное и чуть посидела в тишине, не сразу сообразила, что за печаль тяжелит сердце. Вспомнила. Лок с Гёрой.

Куда они пошли?


Вечером вернулись женщины, нагружённые дарами природы, чуть позже уставшие мужчины спустились с обрыва. А ребят всё не было.

Вот Кида и поведала тревожную новость.

Накинулись все на Мотку, стали допытываться, что да как. А Мотка своё самое вкусное догадалась с ребятами обсудить, а куда они пошли - об этом спросить не сообразила.

Так в тревоге и легли.

Ребят всё не было. И утром они не вернулись.