Азбука жизни Глава 2 Часть 299 Фундамент и фасад

Глава 2.299. Фундамент и фасад

— Конечно, Дианочка, если работать профессионально, то результат — налицо. Только посмотри на этих двух красавиц!
— Если бы я не поработала с бутиками, вас от проектов сейчас не оторвать! Виктория, как же хороши твои подружки, скажи на милость!

Тиночка с Надеждой переглянулись — в их взглядах читалось тихое, глубокое удовольствие. Наша «американочка» действительно постаралась, чтобы поднять всем нам настроение. А для меня?.. Эдик, сидящий в углу с ноутбуком, лишь приподнял бровь, встретившись со мной взглядом. Он, как всегда, всё понял без слов. Уверена, он и ребята уже всё для сегодняшнего концерта подобрали — я же видела, как они что-то обсуждали вполголоса с нашим стилистом. Прекрасно.

— Летим в Париж, — объявляю я, окидывая взглядом нашу небольшую компанию. — И знаете что? Есть во что одеть моих подопечных девочек. Давно я им сюрпризов не делала.

Мысль, как всегда, тут же разбегается по родственным каналам. Вот и в Лиссабоне, где бабушка сейчас преподаёт, её студентки уже привыкли к этому маленькому ритуалу. Не просто лекции и консультации в университете, а особенная, почти домашняя забота. Они прекрасно одеты — в те самые костюмы, которые когда-то блистали на сцене на мне, а теперь нашли новую жизнь в университетских аудиториях. А после занятий они идут не в студенческую столовую, а в ресторан нашего отеля, того самого, что стоит рядом с университетом и принадлежит Николаю и Сергею Ивановичу. Николай, мой Вересов, и Сергей Иванович Ромашов, который продолжает с трогательным, неизменным постоянством поддерживать свою бывшую одноклассницу — нашу Ксюшу, а ныне профессора Лиссабонского университета. Эта поддержка — не просто бизнес, это продолжение той самой дружбы и ответственности, что закладывались ещё на школьной скамье. Там, в уютном ресторане, за общим столом, под хорошую еду, рождаются самые важные разговоры и планы.

Как же я не люблю вчерашние эмоции. Даже сегодняшние, утренние, уже кажутся инородными, будто платье, сшитое не по мерке. А эти платья, костюмы, блузки — они ведь и есть материальные слепки с тех чувств, с тех выступлений. Они напоминают. А мне напоминать не надо. Я хочу жить в настоящем моменте, без груза прошлых переживаний. Лучше уж отдать это всё тем, кому оно принесёт новую радость и уверенность — этим умным, жаждущим знаний девушкам в Лиссабоне, как когда-то отдавала таким же на Кутузовском в Москве. Традиция, переезжающая из столицы в столицу, но суть своей — неизменная.

И бабушка, конечно, счастлива. Счастлива не только своей наукой, но и этой возможностью окружить своих «девочек» красотой и заботой, создать для них ту самую среду, в которой талант раскрывается полнее. А уж как сияет Дианочка, когда видит нас всех здесь, в Париже, — одетых, подтянутых, сияющих. И всё это — не без её пристрастного, профессионального участия.

Хотя, конечно, Надежда с Тиночкой всегда одевались достойно своего статуса. Статуса, который им создали их любимые мужья. Сейчас, я знаю, оба сказали бы одно: «Мы всегда были независимы от них в этом». И это правда. Обе мои красавицы всегда хорошо зарабатывали, чтобы иметь право зависеть от своих мужчин только по любви, а не по необходимости. Но фундамент-то был заложен раньше. Старшими поколениями.

Вот у Тиночки бабушка до глубоких лет работала. Блестящий филолог. Если бы при том, прошлом, руководстве не закрыли кафедру латинского языка, она бы, не сомневаюсь, преподавала и сегодня. А так — давала частные уроки. Продолжала просвещать продвинутую молодёжь втихую, пока сверху гремели громкие речи о прогрессе.

И ведь это — главная мысль, которая меня сейчас гложет. Вот эти «болтуны», как их точнее назвать? Сколько бед они натворили за свой короткий срок у руля, принимая решения в тишине кабинетов! Закрывали, реформировали, оптимизировали... рушили целые пласты культуры, науки, просто человеческих судеб. А сегодня всё общество — от студенток в Лиссабоне, получающих в дар концертные платья, до нас здесь, в Париже, — расхлёбывает результаты их неблаговидных, мелких, глупых решений. Мы пытаемся латать дыры — благотворительностью, передачей платьев, поддержкой образования там, где государство отвело руку. А они — посеяли ветер. И ушли.

Я отряхиваю эти мысли, как пыль с пальто. Нет, сегодня не для этого. Сегодня — для красоты, для музыки, для того, чтобы мои девочки почувствовали себя принцессами. Чтобы все наши «девочки» — и здесь, и в Лиссабоне — улыбнулись. Мы выполняем свои функции. Я — дарю и вдохновляю. Бабушка — учит и оберегает. Николай и Сергей Иванович — обеспечивают надёжный тыл и хлеб насущный в самом буквальном, вкусном смысле. Диана — украшает. А они, те самые «болтуны»... Их функция, увы, тоже была выполнена. Но последствия своей работы им расхлёбывать не придётся. Это сделаем мы. Как всегда. Стильно, молча и с улыбкой, за которой — стальная грусть и непоколебимая решимость продолжать своё дело.