Глава 7 Громкая тишина

Маленьким дворфам потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Маторг был явно особенно недоволен тем, что его без спросу схватили и практически насильно выкинули в пустыню забвения, хотя он признавал, что если бы не быстрые, решительные действия Орона, то они бы, вероятнее всего, остались перед великой движущейся стеной, хлопнувшей их по носам, а то и того хуже. Конечно, кто знает, когда в следующий раз великая стена соизволит вновь прийти в движение, но, по мнению Маторга, это всё равно был недостаточный повод, чтобы решать за всех, тем более совершать столь поспешный и необдуманный поступок. Битый час Орон старался урезонить и успокоить разбушевавшегося Маторга. Еле-еле ему это всё же удалось.

Дворфы принялись осматриваться и стараться разобраться, что же это за удивительное место – пустыня забвения, – хотя весьма быстро пришли к практически единогласному мнению, что пустыня на то и пустыня, что тут ничего нет. Они потратили ещё немного времени, чтобы осмотреть округу, но единственное примечательное, что им встретилось, это ровная широкая борозда глубиной до колен, тянущаяся куда-то вправо и влево, прямо к горизонту.

– Куда нам теперь, Маторг? – неуверенно спросил Орон.

– Куда-куда… Может быть, лучше всего остаться тут и подождать, когда великая стена снова придёт в движение? Так мы хотя бы сможем узнать, сколько составляет период её оживания.

– А если она никогда вновь не откроется? – с испугом произнёс Арун.

– Тогда мы тут погибнем, – спокойным, но немного обозлённым голосом ответил Маторг.

– Никто тут не погибнет. Скажешь тоже, Маторг. Я уверен, всё будет хорошо. Как там говорила богиня? Нам нужно идти на восток. А… Где тут восток, а, Маторг? – как-то мягко и заискивающе спросил Орон, улыбаясь, заглядывая Маторгу в глаза.

– Ну, я даже не знаю! – насупился Маторг. – Арун, что говорит твой компас?

– Мой компас? – опешил от неожиданного вопроса Арун. – Он ничего не говорит. Он со мной не разговаривает. А что? Он умеет разговаривать? А почему вы мне не говорили, что он умеет разговаривать? А? Ах, почему же он со мной не разговаривает, я что, чем-то его обидел? – расстраиваясь, затараторил Арун с нарастающим беспокойством в голосе.

– Вот же глупый… Компас не умеет разговаривать, это просто фигура речи. Дай его сюда, – снисходительно, но всё равно как-то злобно ответил Маторг, протягивая руку к Аруну, тот смущённо передал Маторгу свой компас.
Маторг покрутил компас в руках, бубня себе под нос: «Так… Вот это сюда… Ага… А вот это стало быть… Угу… Ясно… Хотя нет… А может быть… Ах, ну да, конечно…».

Орон и Арун завороженно наблюдали за каждым движением Маторга: в их представлении сейчас творилось какое-то великое колдунство. Ну, может быть, Орон всё же не считал происходящее колдунством, но Арун уж наверняка. Спустя пару минут Маторг выставил руку, указав пальцем точно вправо от себя.

– Туда! – волевым голосом скомандовал он.

– Ага, то есть прямо туда, куда уходит эта длинная борозда? – оживился Арун.

– Ну… Да… Прямо туда куда-то, – чуть менее уверенно ответил Маторг.

– Тогда вперёд, друзья! – уверенным и даже задорным голосом скомандовал Орон и первым двинулся в путь. Арун отправился следом, после чего группу замкнул Маторг, всё ещё чем-то раздосадованный.

Путь в этот раз выдался тяжёлым. Не потому что было идти тяжело, всё дело было в нудности и однообразности всего вокруг. Спустя практически день пути за спиной дворфов растворилась в полупрозрачной дневной дымке великая движущаяся стена. За всё это время она больше не соизволила пошевелиться. И теперь у дворфов вовсе не осталось никаких ориентиров. По левую руку перед глазами была лишь отвесная белая гладкая скала, уходящая вверх, прямо к небосводу, а по правую – длинная бесконечная борозда. Единственное, что скрашивало их путешествие, так это редкие новые борозды, которые под прямым углом пересекали продольную борозду, которую они использовали в качестве ориентира и вдоль которой всё это время шли. Даже солнце замерло на одном единственном месте, где-то вдалеке впереди. Маленькие дворфы уже начали терять счёт времени. Шаг за шагом они всё шли и шли в полной давящей тишине. Было настолько тихо, что их сапожки чеканили каждый шаг, будто ударами колоколов громко отражающийся в их сознании. Маторг периодически жаловался и требовал привала, утверждая, что пришло время обеда, ужина, потом почему-то снова ужина. Уже совсем не понятно, сколько прошло времени, в итоге они, совершенно вымотавшись, улеглись спать на очередном перекрестии странных ровных борозд.

К несчастью, утром их не ждало ничего нового. Всё то же яркое отдалённое солнце, ни на йоту не сдвинувшееся за всё это время. Всё та же бескрайняя белая пустота… Они позавтракали и вновь двинулись в путь. Этот день оказался даже тяжелее предыдущего. Единственное, что изредка радовало их, – это лёгкие порывы холодного воздуха, который неожиданно накатывал, пронизывая их своим морозным дыханием до самых костей, и вновь затихал. Стало постепенно холодать. Или им просто так казалось. Кто знает… Со временем Маторг принялся бубнить себе что-то невнятное под нос. Сперва это очень раздражало, но вскоре Орон и Арун смирились с таким странным поведением.

Они всё шли и шли… На исходе второго дня… Дня… «Что это вообще значит? День…» – самозабвенно подумалось Орону… Спустя столько времени ему начало казаться, что на самом деле маленькие дворфы всю жизнь провели в этой безмятежной пустоте. А была ли когда-то у них иная жизнь? Быть может, все их воспоминания – это просто добрые, радостные сновидения?

На исходе второго дня они действительно начали подмерзать. И тут в голову Аруну пришла гениальная идея:

– Эй… А давайте развернём наше мягонькое, тёплое нечто и укутаемся в него на ночь, как в замечательный пледик?

Голос Аруна выдавал усталость и вымотанность. На этот раз ни Маторг, ни Орон даже не подумали спорить. Они развернули мягонькое нечто и все трое залезли в него. Наконец им стало тепло и уютно. Это были их единственные тёплые, приятные ощущения, хотя бы чуть-чуть скрасившие такую тяжёлую дорогу.

И вновь наступило утро. И опять нужно было отправляться в путь. И опять эта муторная, скучная, однообразная борозда… Спустя несколько часов, а быть может, и даже несколько дней – кто может знать, когда вокруг всё однообразное и одинаковое… В общем, Маторг явно уже совершенно вымотался и рассердился. Он встал как вкопанный и решительно обратился к Орону:

– Орон! Нам надо поговорить!

– Слушаю тебя, Маторг, – устало ответил Орон, обернувшись и присаживаясь на землю.

– Нужно быть честными с самими собой! Ты обещал, что, если мы поймём, что дальше продолжать путь нет никакой возможности, мы повернём обратно. По-моему, этот момент пришёл. Надо возвращаться, – голос Маторга был уверенным и строгим, было ясно, что он совершенно серьёзен и решительно настроен.

– Возвращаться? Но как же это? Мы же ещё не выполнили нашу миссию… – нерешительно ответил Орон, вероятно, опешивший от такого требования Маторга.

– Нет! Эту миссию выполнить невозможно! Если мы продолжим, нас ждёт явная погибель! Мы должны вернуться!

– Но почему же? Да, я понимаю, ты устал, я тоже устал, но надо двигаться вперёд. Наших припасов с лихвой хватит ещё на два таких похода, мы же сумеем, мы сможем… Ведь богиня...

– Пойми, наконец, Орон, богиня обманула нас! – воскликнул Маторг.

Гнев и ненависть начали захлёстывать сознание Орона, его лицо налилось красным, выражая суровость и озлобленность, он даже схватился за эфес кристального меча, торчащего за спиной, но тут же одёрнул сам себя. «Что это я задумал? – проговорил он про себя. – Неужто я захотел ударить мечом Маторга?! Как же это?! Что это со мной такое?! Ну да… Он ведь только что оскорбил саму богиню! Но разве… Нет, даже такой кощунственный поступок не может быть причиной агрессии. Если он думает иначе, чем я… Возможно, его мнение просто отличается от моего! Но как же ему не стыдно?!»

Маторг даже на шаг отпрянул, но к этому моменту к Орону уже возвратилось самообладание.

– Я тебя что-то не понял. Что это ты такое хочешь сказать?! – уже успокаиваясь, но всё равно ещё гневливо произнёс Орон.

– Я хочу сказать, что факты говорят об обмане. Прости меня, Орон, но всё указывает на то, что богиня нас провела, – уверенно и даже спокойно ответил Маторг.

– Это что ещё за такие факты?! – еле сдерживаясь, спросил Орон.

– Подумай сам, дорогой Орон, нам доподлинно известно, что все предметы без исключения падают сверху вниз, это неоспоримый факт. Ведь этого ты же не будешь отрицать? – рассудительно начал Маторг, внимательно следя за выражением лица Орона.

– И что с того?! – недовольно переспросил Орон.

– А то, что, повинуясь этому незыблемому научному доказательству, мы можем заключить, что это проклятое нечто, из-за которого мы теперь тут пропадаем… – Маторг сдержанно указал пальцем на свёрнутое нечто, который Арун спустил из-за спины и уже положил на землю. – Так вот, это нечто совершенно определённо упало к нам откуда-то сверху. И прошу заметить, что даже сама богиня не стала отрицать этот неоспоримый факт, подтвердив, что нечто прибыло оттуда.

– Ага, а ещё, раз она такая умная и волшебная, почему сама не отнесла нечто обратно?! – неожиданно вставил свои пять копеек Арун.

– Арун… Я тебя прошу, не встревай… Взрослые разговаривают! – уничижительно ответил Маторг.

В действительности и Маторг, и Орон, и Арун – все были примерно одного возраста, просто, когда Маторг был чем-то недоволен, в нём просыпалась обидная для окружающих надменность. В иной ситуации Орон бы тут же осадил Маторга, попросил относиться к их другу уважительно, но сейчас он, по-видимому, был очень уставшим и обеспокоенным, так что проигнорировал заявление Маторга.

– Так вот, – многозначительно продолжил Маторг, – если нам доподлинно известно, что нечто прибыло сверху, то почему же тогда богиня отправила нас вниз, в эту мифическую бесконечно глубокую пропасть? На мой взгляд, тут явное логическое противоречие. Вероятно, и не существует никакой такой пропасти. Но это всё лишь мои умозаключения, я всего лишь предоставил факты – вывод сделать я оставляю тебе, – самодовольно заключил Маторг.

Орон хотел было что-то возразить, но тут откуда-то сверху раздался мелодичный, спокойный, медитативный голос:

– Да… Сделай самостоятельный вывод, незадачливый путник. Сделай собственный вывод, когда тебя так услужливо подвели к единственно правильному решению… Уж насколько я мастер манипуляции, Вы, уважаемый господин, затмили меня. Я аплодирую Вам.

Маленькие дворфы встрепенулись и отскочили на несколько шагов. На гладкой отвесной стене, на высоте четырёх-пяти ростов дворфов, сидело странное существо, каких дворфы раньше никогда не видели. Оно было чуть-чуть похоже на чешуйничных тирранидов, но имело восемь длинных толстых ног, тёмно-серое брюхо, а в центре располагалась небольшая голова с шестью чёрными бусинами, которые, похоже, были глазами. Размером существо было едва со среднего дворфа.

– Ты кто?! – практически хором выкрикнули Орон и Арун.

– Меня зовут Шелкобрят. И мне очень интересен ваш любопытный спор: мне всё ещё непонятны детали, но я большой любитель логических выводов и аргументированных доводов. Быть может, я смогу выступить даже как третейский судья и помогу разрешить ваш спор? – голос незваного гостя стал тише и оттого ещё мелодичнее и спокойнее.

Арун пригляделся и заприметил тончайшую, еле заметную верёвочку, тянущуюся от брюха гостя.

– Так это твои непонятные верёвочки, которые я изредка замечал то тут, то там?! – воскликнул Арун.

– Да. Это мои нити паутинки. С их помощью я ощущаю самые мельчайшие вибрации вокруг. Удивительно, что Вы сумели их заприметить. Мне казалось, что они невидимы… Но мне тяжело судить, ведь я практически слеп и почти ничего не вижу, зато прекрасно чувствую и слышу.

– Вы желаете нас рассудить? А почему бы и нет, дополнительное мнение всегда к месту! – неожиданно решил за всех Маторг. – Пускай вы для нас лишь неожиданный гость, но, быть может, это и к лучшему, ведь Вы сможете проявить полную беспристрастность. Слушайте же!

И Маторг рассказал этому странному гостю всю историю, приключившуюся со смелыми дворфами. Он рассказал про таинственное нечто, про богиню, про их злосчастную экспедицию, про то, какой невероятной опасности им пришлось себя подвергнуть, и про то, что теперь им обязательно надо возвращаться, пока не стало слишком поздно.

– Как любопытно, – резюмировал Шелкобрят. – Но позвольте, пожалуйста, выслушать и Вашего оппонента, ведь для того чтобы раскрыть истину, нужно знать оба мнения, – его голос начал даже убаюкивать.

– Мне нечего добавить… – опечаленно ответил Орон. – Маторг прав… Нам действительно пришлось подвергнуть себя опасности, но на нас возложена важная миссия...

– На тебя возложена, Орон, как ты не понимаешь? – перебил его Маторг. – Богиня сказала, что это твоя миссия, это на тебя она возложила эту непосильную ношу!

– Ты снова прав, Маторг, – опечаленно ответил Орон. – Наверное, мне не следовало звать вас в это опасное приключение. Вероятно, ты прав и нужно вернуться…

– Конечно же, я прав, – радостно воскликнул Маторг, – идём скорее обратно!

– Я не пойду с вами… Я должен отнести наше удивительное нечто туда, куда сказала богиня… – опечаленно перебил Маторга Орон, пододвигая к себе свёрнутое нечто.

– Но как же это? – ошарашенно практически шёпотом ответил Маторг.

– Да. Я не знаком с этой вашей богиней, но должен признать, она сплела великолепную сеть. И если я плету мою паутину, прицепляя её то тут, то там, то она заплела свою паутину прямо в ваших разумах. Ну, а что же ты, маленький дворф, неужто ты воспротивишься голосу разума и один отправишься прямиком в пучину неизвестности? – обратился к Орону странный гость.

– Да, – без колебаний ответил Орон.

– Но почему? – без нотки удивления спросил Шелкобрят.

– Потому что это правильно, потому что кто-то должен и потому что богиня верит в меня.

– Поразительная уверенность. Вероятно, небезосновательная, противоречивая, но от того она только ещё прекраснее, – явно получая удовольствие от происходящего, ответил Шелкобрят. – Хорошо, ты уверен в своём пути и целеустремлён. Я это уважаю, поэтому я помогу тебе. Тебе предстоит ещё треть от того, что вы, смелые дворфы, уже пересекли по этой, как вы сказали? Пустыне забвения? Да. Немного обидно, но каждый имеет право на собственное воззрение. Так вот, ещё через треть пути тебе встретится вертикальное ущелье, высотой, вероятно, до самых небес, оно будет совсем узенькое, но ты должен протиснуться. За ним в самом деле будет эта, как вы там сказали? Бесконечно глубокая пропасть? Да. Весьма похоже. Подойди к самому краю пропасти, смелый дворф, загляни в неё, всмотрись, пусти бесконечность внутрь себя, и тогда через некоторое время ты услышишь рокот, доносящийся со дна. Вначале слабый, еле заметный, потом всё громче и громче. Вскоре рокот превратится в настоящий гром, а шум станет практически нестерпимым. И вот когда шум уже перестанет нарастать, посчитай про себя: «Раз, два, три», – и прыгай. Прямо в бездну, без сожалений, без сомнений. Прыгай. Но будь осторожен. Ты должен быть полностью уверен. Если засомневаешься, то лучше беги оттуда. И будь внимателен: ты должен в точности сделать, как я тебе говорю. Если ты испугаешься и прыгнешь слишком рано, то можешь удариться и даже разбиться, если же ты промедлишь, обуреваемый сомнениями, но всё равно прыгнешь, то может случиться ещё хуже. Ты должен действовать, именно когда начнёшь слышать рокот из глубины бездны. Именно из глубины. Не из вышины. Запомни… И да, есть ещё кое-что…

– Не слушайте его… – внезапно раздался скрипучий и немного противный голос кого-то ещё.

Маленькие дворфы подняли взоры: на отвесной стене, ещё выше и в стороне от Шелкобрята, повисло какое-то серое, невзрачное пятно. Новое существо также было чем-то похоже на чешуйничных тирранид, но только с большими круглыми тёмными глазами и будто бы одето в серое длинное пальто.

– Этот проходимец всё вам лжёт. Он пытается обмануть вас так же, как пытался давным-давно обмануть меня!

– А-а… мой дорогой друг. Вот и явился мой обвинитель. А я всё переживал, жив ли ты ещё, – мягко и ласково ответил Шелкобрят.

– Поживее тебя буду! – презрительно ответил новый гость своим неприятным, скрипучим голосом. – Этот лжец пытается обмануть вас всех, запутать, а потом слопать! Вот так вот! Но хорошо, что я вмешался! Слушайте же, давным-давно он так же обратился и ко мне! Я застрял тут, в этой пустоте. Я объяснял, что мои глаза видят только яркий свет солнца и что мне нужно обязательно выбраться из этой трижды проклятой пустыни, тогда он сказал, что у меня есть только один выход отсюда, и предложил приблизиться к нему. Я направился на пленяющий звук его голоса и тут же был схвачен! Он попытался опутать меня своими липкими нитями, но я намного сильнее, я вырвался! И с тех самых пор он подкарауливает меня! Так же будет и с вами, если послушаете этого обманщика!

– Это правда?! – грозно воскликнул Орон, начиная тянуться к эфесу своего кристального меча.

– Нет, – спокойным и всё таким же мелодичным голосом ответил Шелкобрят. – Я никогда не лгал и не лгу вам сейчас. Когда я познакомился с моим единственным другом, я понял, что он никогда не покинет это место сам, а я даже не буду пытаться провожать его, поскольку слеп примерно так же, как и он. В итоге я честно ответил ему, что для него отсюда есть только один выход. Так разве не хорошо будет для него найти выход, а вдобавок ещё и насытить меня?

– Злодей! – прохрипел новый гость.

– Вовсе нет. Мы просто следуем законам природы, вот и всё. Таков наш путь. И нет, дворфы, я не собираюсь есть вас: вы слишком большие для меня, вдобавок хорошо видите и можете сами определять свою судьбу.

Все трое маленьких дворфов покривились при упоминании природы. Ещё с младенчества им рассказывали про то, что многие существа живут, повинуясь природе, которая не различает ни плохих, ни хороших, ни добрых, ни злых, для неё всё случайно и безразлично. Дворфы же в свою очередь с малых годов учились уважать и поддерживать друг друга, заботиться друг о друге и ухаживать за теми, кто уже старится.

– Пускай ваш путь – слушаться безразличную природу, но у дворфов иные правила! – сурово возгласил Маторг. – Идём с нами, серый незнакомец. Если только мы сумеем возвратиться в наше королевство, мы проведём тебя с собой, и ты будешь волен сам решать свою судьбу.

– Timeo Danaos et dona ferentes! – произнёс странную фразу серый гость. – Что означает: «Бойтесь Данайцев, дары приносящих!».

– Чего?! – ошарашенно воскликнул Арун.

– А того! Никуда я с вами не пойду. Вот ещё, я вырвался из одних сетей, чтобы попасть в другие?! Эту великую мудрость я почерпнул, когда поглотил эти замечательные слова в книге, в которой жил.

– Постой, я, кажется, знаю, кто ты! – воскликнул в недоумении Маторг. – Древние легенды рассказывают про существ, которые живут в книгах и питаются ими, источниками знаний и мудрости. Ты уничтожитель знаний!

– Ну я… Э… – засмущался серый гость.

– А ещё он когда-то был жёлтым земляным червяком. Хи-хи-хи, – едва различимо посмеялся Шелкобрят.

– Ну я… Ну да, я живу в книгах и питаюсь ими… Ну а что тут такого? – немного смущённо повторил гость.

– Ты… Ты уничтожаешь знания, уничтожаешь мудрость! – воскликнул Маторг, но быстро взял себя в руки. – Ну что ж… Ежели ты не желаешь, то будь по-твоему, оставайся тут.

– Но что же ты будешь дальше делать? – обеспокоенно поинтересовался Арун.

– Рваться к своей свободе, конечно же! – скрипучим голосом ответил серый гость. – Сети, в которые попытался меня завлечь этот проходимец, легли оковами на мои ноги и крылья, но я сбросил их, дабы обрести свободу!

– Сбросил одни оковы, чтобы тут же надеть другие… – немного печально ответил Шелкобрят.

Серый гость ничего не ответил, он лишь развернулся и, пошатываясь, пополз куда-то вверх. Повисла тяжёлая пауза.
– Ну что же… Видимо, тогда пришло время прощаться, – опечаленно произнёс Маторг.

– Видимо, пришло, – ответил Орон.

Они пожали друг другу руки. Это было не тёплое рукопожатие, а холодное и сдержанное. Арун обеспокоенно посмотрел в глаза Орона, потом в глаза Маторга: в них читались уверенность и холодность. Друзья выбрали разные пути. Маторг первым развернулся и направился в обратную дорогу.

– Арун, идём! – скомандовал Маторг.

– Я… Прости… – лишь сдавленно произнёс Арун, стыдливо кивнул Орону и засеменил за Маторгом.

Орон немного посмотрел вслед друзям, тоже развернулся и направился своим путём.

– Постой, смелый дворф, – окликнул Орона Шелкобрят.

– Ну что тебе ещё, хитрый слуга природы? – сдержанно ответил Орон.

– Мой друг прервал меня. Если тебе удастся всё сделать правильно там, в бездне, ты, возможно, встретишь мою давнюю… Подругу. Если для меня вы, смелые дворфы, пожалуй, великоваты, то насчёт неё я не уверен. Если повстречаешь её, напомни ей обо мне и расскажи свою историю, и, быть может, она поможет тебе выполнить твою достойную, отважную миссию. И будь осторожен. Рядом с пропастью бывает весьма ветрено.

– Спасибо тебе, – сдержанно ответил Орон и уверенной поступью отправился дальше.

Совсем скоро маленькие дворфы, а так же хитрый и серый незнакомцы скрылись в полупрозрачной белёсой дымке. Орон ещё несколько раз оборачивался, но вскоре позади не осталось даже очертаний. Дальше ему пришлось идти совсем одному…