Псих. Продолжение Таньки

Решение это действительно стало судьбоносным, т.к. до конца дней почти последствия его нет-нет, да и напоминали о себе Сашке.
Свалить с рабочего места, где по окончании вуза каждый просто обязан был отработать три года, было довольно сложно, если не сказать больше. Тем не менее, Сашке какое-то можно сказать «шестое чувство» подсказывало что называется «ход конём». Этим ходом было обращение к… психиатру. В случае более или менее удачной симуляции Сашке совершенно точно удалось бы просто немедленно, по истечении всего трёх месяцев со дня начала работы по месту распределения, оказаться свободным от всех и всего.
– Стало быть, шум в голове? – переспросил внимательно смотревший на Сашку доктор.
– Стало быть, так, – подтвердил ничуть не смутившийся симулянт, причём с такой решимостью, которая даже сомнений вызывать была не должна.
– А ещё, – слегка понизив голос, как бы по секрету сообщил Сашка, – такое впечатление иногда бывает, что я – в телевизоре, актёр какой-то, бог весть какой, а жизнь вокруг меня – это и не жизнь вовсе, а фильм какой-то, который по телевизору кто-то сидит и смотрит-смотрит… Но в любой момент и выключить может! И так мне не по себе от этого – просто жуть!
– Это бывает, – понимающе кивнул врач и быстро что-то начал писать.
– Мне как-то вообще помочь-то можно? – с надеждой в голосе спросил, подождав пару минут, начинающий пациент.
– Только если Вы дадите согласие на лечение в дневном стационаре. До обеда – будете тут у нас (лечение, питание, отдых) – после обеда до утра дома. И так – ну, дней, скажем 10-15 для начала. А там посмотрим. Согласны?
– Сашка с радостью согласился. Ох, если бы только Колька и Танька знали, что он тут сотворил… Если бы!
На следующий день Сашка на правах новоиспечённого психа уже получал таблетки, кашу и чай, впервые соприкоснувшись с миром каких-то полусонных людей обоего пола, снующего туда-сюда персонала в белых халатах и белых дверей без ручек, открыть и закрыть которые можно было только г-образным ключом, лежавшим лишь в кармане всякого белого халата.
Пить всякую дрянь при этом Сашка, ясное дело, и не планировал. Взяв нужное число синих и белых таблеток в рот, он быстро запивал их, спихнув языком за щёку, и при первой возможности выплёвывал в руку, пряча в карман. С тем чтобы скоротать кучу свободных теперь часов, Сашка выпросил себе несколько бумажных листов и занялся карикатурами на всё, что приходило на ум, перемежая оные стихоподобными подписями для недогадливых.
Так прошла первая пара недель, затем вторая, а затем Сашке стало надоедать такое однообразие, и он через какую-то медсестру попросил аудиенции у лечащего врача. Вопрос к этому врачу был один: «Сколько ещё осталось?»
– Не так уж много, если Вам уже лучше, – ответил тот и опять начал что-то быстро писать, попросив предварительно у Сашки его рисунки и вклеив их тут же в его медкарту.
Действительно, через несколько дней Сашке выдали на руки пару рецептов, больничный и, по горячей Сашкиной просьбе, справку о том, что он, Сашка, ни в коем случае не пригоден для работы в качестве педагога ввиду обнаруженного психического расстройства.
Так и закончилась тогда, не успев начаться, Сашкина отработка, а в СГПТУ №7 вновь открылась вакансия учителя русского языка и литературы.
(продолжение следует)