6

"Серёженька, солнышко, вставай!" Эх, мамка! - молодая, красивая, озорная, никогда не унывающая! Но избави Бог кто Серёжу тронуть, не остановить в гневе. Нет у неё больше никого. А в комнате и правда солнышко, вся комната в лучах, и Серёжка светится весь, пахнет тааак, что же мамка приготовила такого? Комната то восемь метров; здесь и кухни уголок и мойки, а таких комнат с целый этаж по разные стороны длинного коридора по которому так весело гонять на велосипеде, только подруливать успевай, чтобы в сундук чей не въехать. Комнату маме на фабрике дали, как одиночке, да там много таких было. Весь дом фабричный. Про папку мама никогда не вспоминала, сразу разговор обрывала. Говорила - вот твой папка, дядя Коля! Дядя Коля какой-то никакой был, но мама на него никогда не ругалась. Любили они застолья, все веселятся, а дядя Коля накидается быстро и спать. Скучно с ним мамке, она настоящий огонь, а он спать. Так и проспал мамку, потерялся как-то быстро, когда дядя Миша появился. С дядей Мишей интересно, и сам он какой-то весь загадочный. В баню с ним пойдёшь, так все там его уважают, пива потом выпить, так говорят пропустите, это Миша!.Чувствовалось уважаемый человпек. Наколки очень интересные - на подъёмах стоп котики друг на друга смотрят, когда дядя Миша идёт кажется, что котики тоже крадутся. На попе кочегары во время ходьбы работают, уголёк как-бы кидают, на руке красавица, на кисти солнце встаёт и надпись "Север".Пальцы все в перстнях разрисованы. Сам же дядя Миша добрый, что с ним не захочешь, всё покупал, только деньги у него не всегда были. Зато, когда они были, гуляли долго. Комната полная гостей была, и мамка такая счастливая у Миши на коленках в обнимку. И всё бы хорошо, да пришли за дядей Мишей ночью, грубо подняли, мамка в рёв, Серёжка тоже. Какие-то бумажки мамке показали и искать что-то стали, потом в диване и нашли, соседей расписаться заставили. Мать долго в себя не могла придти, убивалась, ви дно полюбила Мишку всей душой, как в последний раз, страстно, она умела любить и Серёжку так-же любила. По ходу недолго её счастье длилось. Пыталась потом сойтись с другими, но не смогла. Если любовь по настоящему пришла, то не забыть, не растоптать, но это поймёт кто прочувствовал. Подруги то говорили - забудь, ты молодая ещё, вон на тебя пялятся как мужики, но мамке уже не надо было. Серёжка всё заменил. Никто им был не нужен. У Серёжки в школе, что не заладиться - никогда не ругала, наоборот пойдёт на училок наорёт, скажет, что пожалуется на них, те и успокоятся. Серёжка озорной рос и себя в обиду не давал, помнил советы дяди Миши. Без отца когда, то дети во дворе быстро расчухивают, что заступиться некому. Серёжка то быстро схватывал - только его кто побьёт, в другой раз уже ему от Серёги попадает. Просто талант бойцовский, поэтому впоследствии ни Толян, ни перекачанный дачник не смогли с ним справиться. Серёжа Толяна, конечно, не победил, но отпор дал хороший, так что Толян больше не лез и даже зауважал по своему. А над дачником вся деревня смеялась. Опозорился кабан - не смог попасть по Сергуне, даже дрын из штакетника отломал, но не разу не попал, оцарапал только немного - дрын с гвоздём выломался. Люди участковому рассказали про дачника, ну он нашёл время зашёл к качку и всё спрашивал - цель то какая на человека в три раза меньше весящего нападать? Убить что ли хотел? Дачник что-то про бидон алюминиевый от бани, вроде пропал бидон и типа они вот забрали. Ну что-ж бывает и за меньшее убивают, но на тот раз обошлось. С мамкой же жутко вышло - поехала она всё же к дяде Мише в лагерь, ему свидание разрешили. А ехать далеко, с пересадками, по железной дороге. Деньги, что смогла собрать повезла. Кореша ещё его старые заслали что было. Да вот не доехала, какие-то урки на полустанке вошли в доверие, напоили, забрали деньги, изнасиловали и убили, как узнали, что к Михе едет. Зря она сказала, уголовники испугались сразу, захотели концы спрятать. Мама отчаянная была, сражалась до конца, урки и наследили маленько. Урок тех потом через пару месяцев, когда снег сошёл, полицейские в перелеске нашли с многочисленными ножевыми ранениями.