81-я пехотная Первая Мировая Глава 6 Бои на р. Сан

    
   В главе описаны события, происходившие на фронте 3-й армии с 1(14) мая по 14(27) июня 1915 г. на р. Сан в районе Перемышля с  участием полков 81 пехотной дивизии.
   Части дивизии, попавшие при отходе из Бескид в разные соединения армии, к концу апреля  оказалась  в составе движущихся на северо-восток, назад к Перемышлю смешанных, мало управляемых колонн. 324-й Клязьминский, 323-й Юрьевецкий полки и 2-а батальона 322 Солигаличского полка числились в составе 3-го Кавказского корпуса, 321 Окский полк и 81-я артиллерийская бригада - в составе 21 корпуса, 2 батальона Солигаличского полка - в составе 10-го корпуса.
   Документация при спешном отступлении  в данный период велась не всеми частями. На сайте gwar.mil.ru  есть копия журнал  военных действий  321-го Окского полка, отходившего с 21-м корпусом от Мезо- Лаборча в более спокойной, чем другие полки, обстановке. Журнал 323-го Юрьевецкого полка возобновлен с 16 мая 1915 г. Журналы 322 и 324 полков за указанный промежуток времени на портале отсутствуют. Почти полностью отсутствуют за этот промежуток времени документы штабов дивизий и корпусов. Есть приказы и срочные сообщения  штаба самой 3-й армии.
   1-го (14) мая отступившие с Бескидского хребта остатки  3-ей армии достигли  новой, установленной  командованием линии обороны вдоль р. Сан. Позиции большинства частей устраивались по ее правому берегу. На левом берегу было решено защищать предмостные укрепления у Лежайска и Ярослава, а также полосу земли от Ярослава до крепости Перемышль.  Схема в начале текста составлена с использованием в качестве основы части схемы №23 из труда «Сборник документов мировой империалистической войны на русском фронте (1914-1917) г. Горлицкая операция». Военное издательство народного комиссариата обороны 1941 г.
   Линия  обороны 3-й  А у Перемышля на правом фланге шла  по старым, почти разрушенным годами  оборонительным сооружениям перед Ярославом, а на левом – по полуразрушенным при осаде фортам крепости.  Позиции по юго-западной и западной окраинам Перемышля считались полевыми. В то же время защищать правый берег Сана после сдачи Перемышля  было бы еще сложнее ввиду его низменного характера. Противник в этом случае имел бы  возможность вести с возвышенных мест у крепости рекогносцировку и применять для обстрела русских позиций тяжелую артиллерию, скрытую в горах. Река Сан в этот период времени не представляла серьезной природной преграды, так как во многих местах могла быть преодолена вброд. Оборудованных позиций по правому берегу не было.
   Шансов удержать сколько-нибудь долго обозначенную линию обороны измотанными в боях остатками 3-ей армии практически не было. Нужны были серьезные подкрепления и боеприпасы. Но  меры поддержки  запаздывали.
  Вот как описано положение дел в подчиненных войсках в донесении командующего 10-м корпусом:

    1 (14) мая 1915 г.
    КОМАНДУЮЩЕМУ 3-й АРМИЕЙ.
   В телеграмме генерал-квартирмейстера штаба армии 1519 значится состав 10-го корпуса: 3 пехотные дивизии, 3,5 пехотных полка и 3-я Донская казачья дивизия. Доношу, что по произведенному подсчету состав дивизий и полков следующий: 31-я дивизия—1 500 штыков, 61-я дивизия—3 064 штыка, 63-я дивизия — 2 780 штыков; в полках: Костромском — 320, Сибирском —1 000, Троицко-Сергиевский ушел в 24-й корпус, Солигаличский - около  1200 штыков.*) Всего наберется 8 650 штыков, т. е. немного  более бригады пехоты. С таким числом бойцов, принадлежащих к составу 15 разных полков, удерживаться хотя бы и пассивно, но за рекой, на которой теперь имеются броды, на фронте по прямой 17, а с изгибами 22 версты, продолжительное время едва ли удастся.
   Ввиду малочисленности я не мог выделить сегодня общий резерв, и в данную минуту его заменяют казаки, половина которых еще на левом берегу отходит на Кржешов. На правом фланге с 70-й дивизией разрыв нет: влево до 9-й дивизии большой разрыв, наблюдается лишь  заставами.
   О таком общем положении считаю долгом доложить, чтобы осветить истинное положение. Кроме сего, докладываю о крайнем недостатке офицеров и о неимоверном физическом утомлении людей, недостатке средств связи вследствие утраты телефонного имущества, что затрудняет управление при большом фронте. Лошади казачьей дивизии утомлены и, по докладу князя Долгорукова, еле плетутся рысью, и каких-либо активных действий предпринять с ними нельзя. 6130. Генерал-лейтенант Протопопов.
*) Здесь, по-видимому, собрался весь Солигаличский полк.  2-а его батальона пришли в 10-й корпус из 3-го Кавказского, где с этого времени он перестал упоминаться в сводках. Возможна здесь некоторая неразбериха, поскольку перед попыткой контратаки 3-го Кавказского корпуса 20-го апреля на Горлице в его подчинение были переданы и остатки частей 10-го корпуса.
   Численность  остальных полков 81 ПД не превышал 1000 человек каждого. Из-за малого количества  штыков и выбытия офицеров полки переформировывались в 1-2 батальонный состав.

   2 (15) мая 1915 г. 7 час. 55 мин. утра.
   ШТАБ 3-й АРМИИ.
   После артиллерийской подготовки примерно 2,5 батальона противника с 9 час. вечера повели атаки на предмостные окопы у Лежайска. Все три атаки были отбиты, причем последняя отражена штыками Дунайского полка, перешедшего в контратаку, что дало возможность нашей пехоте, находившейся на левом берегу Сана, спокойно отойти на правый берег.
   Ближайшие к противнику устои моста были взорваны, остальные горят и до сих пор. В остальном ночь на фронте корпуса прошла спокойно. Разведкой обнаружено, что противник дошел к Сану на протяжении всего фронта корпуса и находится на линии Копки, Сибиги, Сашына, Лукова, восточная опушка леса, что к западу от Старе Място. За ночь захвачено в плен два австрийца 21-го гонведного полка.
    За начальника штаба 10-го корпуса генерал-майор Антипов.
    ВИА, дело № 191—194, стр. 82.

   Таким образом, узел обороны 3-й А  на левом берегу р. Сан в Лежайске бал захвачен противником уже утром 2(15) мая.
   Участи обороны, занимаемые частями 3-й А к  вечеру 2 мая приведены в сводке: 
   2 (15) мая 1915 г. 2 часа 10 мин. дня.

   СВОДКА ШТАБА 3-й АРМИИ
Положение армии к вечеру 2 мая:
9-й корпус (42, 70-я, три полка 5-й, 2-я сводная казачья дивизии, 21, 25, 26, 27, 81-я ополченческие бригады) на линии Розвадов, Кржешов. Штаб корпуса — Здзяры.
10-й корпус (31, 61, 63-я Донская казачья дивизии, Костромской, 52-й стрелковый Сибирский и Солигаличский полки) на линии Кржешов, Лежайск. Штаб корпуса — Липины.
3-й Кавказский корпус (21, 52, 9-я, три полка 13-й Сибирской дивизии, Юрьевский*) и Клязьминский полки) на линии Лежайск, устье Любачевки. Штаб корпуса — Доброполь.
24-й корпус (62, 48, 49, 12-я Сибирская стрелковая, три полка 11-й кавалерийской и 3-я Кавказская казачья дивизии, Бугульминский полк, два полка 45-й дивизии и 12-й стрелковый полк) на линии устье Любачевка, Ярослав, Тученпы. Штаб корпуса — Запалов.
21-й корпус (33, 44-я и три полка 3-й стрелковой дивизии, Окский и Радомысльский полки, три полка 16-й кавалерийской дивизии) на линии Тученпы, Радымно, Замойсце. Штаб корпуса — Залеска Воля.
12-й корпус (12 и 19-я дивизии) на линии Замойсце, северный форт крепости Перемышля. Штаб корпуса — Перемышль.
17-й гусарский Черниговский полк в распоряжении командующего армией в Любачове, два полка 45-й дивизии в районе Бобрувки в распоряжении командующего армией. Остатки Дрогичинского полка отбыли в состав 8-й армии. Любачов. 1599. Байов.
ВИА, дело № 191—194, стр. 124.
*) Здесь нужно читать «Юрьевецкий»

   На приложенной к тексту схеме показано расположение дивизий 3-го Кавказского корпуса 3-й А на фронте вдоль р. Сан. Линия обороны по правому берегу р. Сан севернее селения Цыганы до конца мая не   была атакована противником, исключая нескольких неудачных попыток переправы  через реку на лодках и понтонах, отбитых ружейным и артиллерийским огнем. На этом участке на стыке с  9-й пехотной  дивизией 10-го корпуса и занимали фронт Клязьминский и Юрьевецкий полки. Потери  в полках в эти дни были, в основном, от ружейных и нечастых артиллерийских обстрелов с левого берега и составляли несколько человек за сутки. В Журнале военных действий 36-го Орловского полка 9-й ПД описан эпизод смены 30-го апреля Орловским полком 323-го Юрьевецкого полка под командованием полковника Сохацкого на позициях по правому берегу р. Сан.
 
    2 (15) мая 1915 г. 11 час. 38 мин. вечера.
    ХОЛМ. ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМУ.
  Только что получил известие, что противник, атаковавший в продолжение двух дней Ярослав, сегодня оттеснил наши войска в город; за невозможностью восстановить положение там, ночью этот корпус отходит на правый берег Сана, причем с завтрашнего утра обнажается правый фланг слабого 21-го корпуса. При этом положении дел сомневаюсь, чтобы как 21-й, так и 12-й корпуса могли оставаться хотя один день на левом берегу Caна. Считаю долгом вас об этом предупредить. 1605. Генерал Радко-Димитриев
ВИА, дело № 193—863, стр. 52.

   3 (16) мая 1915 г. 1 час. 10 .мин. дня.
   КОМАНДИРУ 24-го КОРПУСА.
Вчерашний отход частей вверенного вам корпуса из предмостных укреплений Ярослава был для меня совершенно неожиданным; днем вы считали положение вполне прочным, и только когда уже неприятель ворвался в укрепление на северном фронте, вы донесли, что 62-я дивизия изнемогает. Вам мною вчера было дано в поддержку два полка армейского резерва и к вечеру три полка 3-й стрелковой дивизии; нахожу, что вы в недостаточной мере использовали свою многочисленную артиллерию. Предупреждаю вас, что я на вас всецело возлагаю ответственность за самое точное выполнение моего приказа — ни шагу более не отходить с ныне занятой вами позиции и следить внимательно за ходом боя.
Генерал Редко-Дмитриев.
ВИА, дело № 193—863, стр. 144.

  На утро  3-го(16) мая на левом берегу р. Сан остались  только 2 корпуса 3-й армии: 21-й и 12-й. Южнее фронт по левому берегу был занят войсками 8 армии. Командующим Западнлого фронта генералом Ивановаым Н.И. было принято решение о переподчинении данных корпусов из 3-ей в 8-ю армию.
Приказ главнокомандующего:

   3 (16) мая 1915 г.
   КОМАНДУЮЩИМ АРМИЯМИ 4, 3, 8, 11 И 9-й.
  Противник, развернув значительные силы севернее Перемышля, настойчиво атакует в направлениях на Ярослав и Радымно. 3-я армия вчера, 2-го мая, была вынуждена очистить Ярослав и отвести оборонявшие его войска на правый берег Сана. 8 и 11-я армии заняли указанные им районы на фронте Перемышль, Конюшки, Михайловцы, Стрый, Струтынь и приступили  к укреплению своего расположения. 9-я армия, овладев Надворной и Снятынем, продолжает развивать достигнутые успехи. В ближайшие дни, до сбора подвозимых резервов, задачей армиям фронта ставлю дать решительный отпор противнику на ныне занятых позициях, для чего:
...3-й армии, в составе 15, 9, 10, 3-го Кавказского и 24-го корпусов со всеми приданными к ним частями, упорно оборонять позиции от д. Цыганы на Розвадов*) и далее по правому берегу Сана до Ветлина включительно.
8-й армии, в составе 21, 12, 8, 17, 28 и 7-го корпусов и гарнизона Перемышля**) в их настоящем составе, сдерживать напор противника на всем фронте и перейти силами не менее двух дивизий в контратаку из Перемышля во фланг противнику, атакующему 21 и 12-й корпуса.
…..4, 3, 8 и 11-й армиям энергично работать над укреплением своих позиций, не ограничиваясь созданием только сильного фронта, но требую широкого развития оборонительных районов и в глубину. Верховный главнокомандующий обращает особое внимание; что в минувших боях 3-й армии особенно неблагоприятно сказалась неподготовленность тылового района армии к упорной обороне его на заранее устроенных позициях.
 6256. Генерал-адъютант Иванов.
ВИА, дело № 437, стр. 45—48.
*) Ниже Лежайска по течению р. Сан
**)  Вместе с 21-м корпусом перешли в 8-ю армию 321-й Окский полк и 81-я артиллерийская бригада 81 ПД.


3 (16) мая 1915 г.
КОМАНДУЮЩЕМУ 3-й АРМИЕЙ.
   Пора остановиться и перейти к закреплению положения, занимаемого вверенными вам войсками на Сане. Ставлю оборону Сана на вашу ответственность. Ваши войска в соответствии с указаниями, данными вам генерал- адъютантом Ивановым, должны занимать такое положение на левом берегу Сана, чтобы не вынуждать очищения Перемышля.
339. Генерал-адъютант Николай.*)
ВИА, дело № 437, стр. 44.
*) Великий князь Романов Николай Николаевич, главнокомандующий русской армией.

   Уже в течение нескольких дней между командованием Юго-западного фронта и Ставкой велись переговоры о согласовании кандидатуры на пост командующего 3-ей армией взамен генерала Редко-Дмитриева. Наиболее вероятным претендентом на эту должность считался  командир 12-го армейского корпуса 3-ей армии генерал-лейтенант  Леш Леонид Васильевич.
   Приказ главнокомандующего не был выполнен. 3(16) мая противник сумел с боем перейти р. Сан и закрепиться на ее правом берегу в излучине реки  напротив Ярослава, скрытно сосредоточить на занятом плацдарме значительные силы. 4 (17) мая неприятель атаковал и оттеснил 24-й корпус 3-й армии на  правом берегу р. Сан к р. Любачевке.

   4 (17) мая 1915 г. 9 час. 30 мин. вечера. ХОЛМ. ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМУ.
   После двухдневных кровопролитнейших боев, в которых войска дрались до последних сил, понеся неимоверно большие потери, 24-й корпус с приданными ему подкреплениями из 62 и 45-й дивизий окончательно истощен и не в силах был удержать свои позиции против Ярослава. Центр корпуса отброшен и будет стараться при помощи последних 4 батальонов моего резерва задержаться на линии Ветлин, Маковиска, Ольхова, Хутки, Лапаговка, Мельники на р. Любачевка.
   Противник напирает подавляющими силами и на левый фланг 3-го Кавказского корпуса. Надежды удержаться совершенно мало, хотя я приказал командирам корпусов удерживаться до последней крайности. О вышеизложенном считаю долгом донести и просить спешно ваших указаний.
 1686. Генерал Радко-Димитриев.
ВИА, дело № 193—863, стр. 162—163.
 

4 (17) мая 1915 г. 10 час. 40 мин. вечера.
ГОРОДОК. КОМАНДУЮЩЕМУ 3-й АРМИЕЙ.
Главнокомандующий приказал сообщить вам, что, оставив в Перемышле 83 лучших наших осадных орудия и 62 пулемета, кроме 70 австрийских орудий, мы должны его отстоять. Главнокомандующий просил прочно организовать связь крепости с вашим фронтом, на что обращаю ваше особое внимание.
 6409. Саввич.*)
ВИА, дело № 12—506, стр. 20.
*) Саввич Сергей Сергеевич, генерал- лейтенант, начальник штаба главнокомандующего армиями Юго-западного фронта.

4 (17) мая 1915 г. 11 час. 16 мин. вечера.
СТАВКА. ЯНУШКЕВИЧУ.
Только что генерал Радко-Димитриев донес, что 24-й корпус оттеснен от Сана и отступил центром на 10 верст от реки, а правым флангом верст на пять. Сведение о такой серьезной неудаче 24-го корпуса явилось совершенно неожиданным для главнокомандующего, так как еще сегодня от генерала Радко-Димитриева поступили довольно успокоительные донесения о положении под Ярославом. Главнокомандующий, передав в распоряжение генерала Радко-Димитриева 3-ю Кавказскую и 77-ю пехотную дивизии*), приказал в ночь с 5 на 6 мая перейти в наступление по всему фронту армии.
 6419. Саввич.
ВИА, дело № 437, стр. 74.
*) 77 дивизия прибывала 5 мая в район Олешице-Лобачов, к началу наступления выгрузилась только 1-а бригада. 3-я кавказская стрелковая дивизия 5-го Кавказского корпуса, прибыла на Юго-западный фронт в конце апреля. Из них был образован Сводный корпус под командованием генерал-лейтенанта  Истомина Николая Михайловича, командующего 5-м Кавказским корпусом.

  Боевые действия на р. Сан с 1 (14) по 9(17) мая отражены на схеме в начале главы.

 5 (18) мая 1915 г. 8 час. 50 мин. утра.
ХОЛМ. ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМУ.
  Пленный 17-го гусарского полка, взятый на правом фланге 24-го корпуса, показал, что вчера, 4 мая, к 5 час. дня были наведены через Сан три моста,*) по которым переправилось около 10 полков пехоты гвардии и баварцев и два кавалерийских полка; часть артиллерии перевезена уже на правый берег Сана. Пленный говорит, что вчера около 4 час. дня он видел за Саном императора Вильгельма. 1697. Генерал Редко-Димитриев.
ВИА, дело № 193—863, стр. 247—248.
   При опросе пленных разведкой  3-й  армии дополнительно установлено наличие 10-го немецкого корпуса на фронте у Ярослава,  прибытие 5 мая к Ярославу 112 германской дивизии с французского фронта и  появление в скором времени 5-го австрийского корпуса, 44-го германского  полка из Карпат, частей из Баварии. В ночь с 6 на 7 мая намечено наступление в районе Сенява-Визовница с целью отбросить российские войска за государственную границу.
*) Мосты были наведены в районе д. Горбаче и напротив Ярослава.

  Руководствуясь приказом главнокомандующего, генерал Редко-Дмитриев издал оперативный приказ об общем наступлении 3-ей армии.

5 (18) мая 1915 г. 11 час. утра.
ОПЕРАТИВНЫЙ ПРИКАЗ ПО 3-й АРМИИ
  Для нанесения удара правому флангу неприятеля, переправляющегося через Сан у Ярослава и севернее, вверенной мне армии в ночь на 6 мая перейти в решительное наступление. Для сего приказываю:
1) Сводному корпусу, в составе 3-й Кавказской стрелковой дивизии, частей 77-й пехотной дивизии и 16-й кавалерийской дивизии, под начальством генерала Ирманова наступать с линии Менкиш Новый, Менкиш Старый на фронт западная окраина Маковиско, Собецин для нанесения удара неприятелю и овладения его переправами в излучине Сана у Горбаче и для дальнейшего наступления вдоль правого берега Сана во фланг противнику, атакующему 24-й корпус.
2) 24-му корпусу укрепиться и прочно держаться на фронте Мельники, Хутки, Ольхова, Маковиско, Ветлин, сдерживая напор противника и оказывая всемерно содействие наступлению сводного корпуса. С развертыванием сводного корпуса на фронте Маковиско, Собецин части 24-го корпуса, оказавшиеся на участке Маковиско, Ветлин, подчиняются командиру сводного корпуса.
3) 3-му Кавказскому и 10-му корпусам наступать для энергичного отброса находящегося перед ними противника за р. Сан.*)
4) 9 и 15-му корпусам ударить по неприятелю вдоль левого берега Сана в тесной связи между собою.
5) Начало наступления в 12 час. ночи с 5 на 6 мая.
6) Сводному корпусу в 12 час. ночи быть на линии Бобрувка, фольварк Дрезина.
 ………
9)  Штабам корпусов и армии оставаться в прежних пунктах, штабу сводного корпуса — в селении Мурованка.
            
 1702. Генерал Радко-Димитриев.
ВИА, дело № 193—863, стр. 235.
*) Мы помним, что Юрьевецкий и Клязьминский полки 81-й ПД в данное время входили в состав 3-го Кавказского корпуса, Солигаличский полк - в состав 10 корпуса (севернее района планируемых наступательных действий) и в наступлении не участвовали. 321 Окский пехотный полк находился у Радымно в составе 21 армейского корпуса. По журналу военных действий полк был временами в резерве, временами  на позиции без активных боевых действий, 7 мая полк находился на позиции у д. Высоцко на правом берегу р. Сан.

   Во изменение данного приказа командиром сводного корпуса был все-таки назначен генерал-лейтенант Истомин Н.М. Сводному корпусу отводилось решение главной задачи – ударом от Бобрувки и фольварка Дрезина вдоль правого  берега реки Сан, вниз по ее течению  вытеснить  переправившуюся на правый берег  у Ярослава группировку противника или уничтожить.
   Для содействия атаке Сводного корпуса и создания угрозы захвата переправ противника через р. Сан в его тылу 12-й и 21-й корпуса (теперь уже 8-й армии) должны были ударить в 2 часа ночи с 5-го(18) на 6-е(19) мая вдоль  левого берега р. Сан от Пернемышля  на Ярослав.
   
   5(18) мая противник  атаковал крупными силами  левый фланг 3-го Кавказского корпуса у Лезахова и Сенявы с фронта и со стороны плацдарма, занятого ранее напротив Ярослава.
   В ночь на 6(19)-е мая атаки еще более усилились.
  Неблагоприятное для русской армии развитие событий в последующие дни нашло отражение в приведенных ниже материалах.

6 (19) мая 1915 г. 9 час. 16 мин. утра.
ХОЛМ. ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМУ.
  Ночная атака сводного корпуса не удалась; по сведениям, не удалась и атака 21-го корпуса. Противник сильно укрепился на линии Маковиско, Собецин, Тученпы и, поддержанный мощным артиллерийским огнем с левого берега, не позволил нам форсировать эту линию. Одновременно с этим неприятель развивает свое наступление в направлении Радава и оттеснил правый фланг 24-го корпуса за р. Любачевку. Принимаются меры для остановки этого движения, но ввиду превосходства сил противника все они носят паллиативный характер, и положение наше в районе Ярослав, Сенява все более ухудшается. При этом положении дел считаю долгом доложить, что, по моей оценке, мы не в состоянии удержаться даже на линии Любачевка, а потому прошу спешных указаний, дабы избежать опасного прорыва армии, могущего поставить и мой левый фланг и 8-ю армию в весьма опасное положение.
1729. Генерал Радко-Димитриев.
ВИА, дело № 193—863, стр. 325—327.

6 (19) мая 1915 г. 12 час. 35 мин. дня.
ХОЛМ. ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМУ.
  В дополнение к телеграмме моей от сегодняшнего числа № 1729 доношу, что положение мое на левом фланге 24-го корпуса и на участке 3-го Кавказского с каждым часом ухудшается. Прорыв неприятеля между двумя корпусами уже существует. Направляю 77-ю дивизию и большую часть кавалерии, чтобы хотя на время задержать углубление противника, но сомневаюсь, что можно будет сделать что-либо прочное.
 1733. Генерал Радко-Димитриев.
ВИА, дело № 193—863, стр. 315.

6 (19) .мая 1915 г. 1 час 10 мин. дня.
МУРОВАНКА. КОМАНДИРУ СВОДНОГО КОРПУСА.
  Противник отбросил правый фланг 24-го корпуса к селению Молодыч, Цетула и угрожает нашим сообщениям с Любачовом; получился полный прорыв между 24 и 3-м Кавказским корпусами. Оставьте самое необходимое число из ваших сил для удержания нынешней вашей позиции, а все остальное направьте к линии Запалов, Молодыч, с тем чтобы решительной атакой во фланг прорвавшегося противника восстановить наше положение и уничтожить прорыв. Об исполнении донесите.
 1736. Генерал Радио-Димитриев.
ВИА, дело № 193—863, стр. 313—314.

  Генерал Редко-Дмитриев также отдал приказ 15, 9 и 10-му армейским корпусу атаковать противника на правом фланге обороны 3-ей армии для отвлечения его резервов от участия в развитии прорыва у Сенявы.

6 (19) мая 1915 г. 1 час 36 мин. дня.
ГЕНЕРАЛУ ЯНУШКЕВИЧУ.
  Для доклада верховному сообщаю, что мною приказано генералу Лешу немедленно отправиться в штаб 3-й армии, где он получит последующее распоряжение.
19701. Иванов.
ВИА, дело № 437, стр. 102.

6 (19) мая 1915 г. 4 часа дня.
ХОЛМ. ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМУ.
  Из моих донесений за последние 5 дней вам обстановка известна; по моей оценке она требует безусловно отвести армию назад, чтобы спасти ее от окончательного расстройства и поражения, но я не могу принять такое решение самостоятельно, так как оно связано с положением соседней 8-й армии, которая с моим отходом, если останется на месте, будет поставлена в безвыходное положение. Ввиду изложенного прошу вашего определенного и категорического указания — оставаться ли на месте или воспользоваться еще возможностью отойти более или менее в порядке.
 1744. Радко-Димитриев.
ВИА, дело № 193—863, стр. 282.

6 (19) мая 1915 г. 8 час. 22 мин. вечера.
СТАВКА. ГЕНЕРАЛУ ЯНУШКЕВИЧУ.
  Ввиду прорыва 3-й армии в районе Сенява, Ярослав, сильного напора на 8-ю армию, приведшего к прорыву 14-й дивизии, и израсходования резервов главнокомандующий приказал в ночь с 7 на 8 мая очистить Перемышль.
 6492. Саввич.
ВИА, дело № 437, стр. 112.

6 (19) мая 1915 г.
ХОЛМ. ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМУ.
Я считаю себя достаточно бодрым, чтобы именно при этих тяжелых условиях не покидать армии. Если в интересах службы находите нужным меня отчислить от должности, то ожидаю приказа. Как только же армия выйдет из переживаемого кризиса, то я попрошу меня отчислить.
1754. Генерал Радко-Димитриев.
ВИА, дело № 193—863, стр. 293.

  Во время наступления 5-6 (18-19) мая  только 15 и 9-ому корпусам 3 армии удалось продвинуться вдоль левого берега р. Сан на юг с захватом нескольких населенных пунктов, 70-й ПД 9 корпуса и 63-ей  ПД 10 корпуса удалось переправиться на левый берег реки Сан и захватить там небольшие плацдармы. Сформированный для наступления позади позиций 24 корпуса Сводный корпус был роздан по частям на участки фронта 24-го корпуса для  удержания атак  противника и смешался с ним на позициях. Далее он в сводках не упоминается. Разрыв между 3-м Кавказским и 24 корпусами   у Молодыча  был устранен по линии Баты - Копань чатями сводного корпуса и двинутой от Добры 7-й кавалерийской дивизией.
   К вечеру  6(19)-го мая атаки противника начали ослабевать  по сравнению с его  утренними усилиями.
  Ввиду снижения активности противника на фронте 3-ей армии появился приказ командующего 8-ой армией:

7 (20) мая 1915 г. 11 час. 30 мин. утра.
КОМАНДИРАМ 7, 8, 12, 17, 21 И 28-го КОРПУСОВ.
Копия ПЕРЕМЫШЛЬ. КОМЕНДАНТУ КРЕПОСТИ.
  Приказы по армии 03302 и 03303 относительно очищения Перемышля и отхода армии с ныне занимаемых позиций не приводить в исполнение до получения особого приказания. Держаться крепко на местах. О получении настоящего приказа донести немедленно.
03318. Брусилов.
ВИА, дело № ,143—946, стр. 175.

7 (20) мая 1915 г. 5 час. 45 .мин. дня.
СТАВКА. ГЕНЕРАЛУ ЯНУШКЕВИЧУ.
  Преследуя цель отстаивать упорно каждый шаг занимаемой армиями территории до исчерпания всех средств, имея в виду некоторое ослабление давления противника к утру 7 сего мая в районе Сенява, Ярослав, главнокомандующий приказал не приводить в исполнение отхода армий, назначенного в 3 часа утра 8 мая, до получения дополнительного приказа.
6520. Саввич.
ВИА, дело № 437, стр. 113.

7 (20) мая 1915 г. 4 часа 10 мин. дня.
НАЧАЛЬНИКУ ШТАБА 4-й АРМИИ.
В командование 3-й армией сегодня вступил генерал от инфантерии Леш.
1763. Добровольский.
ВИА, дето № 193—863, стр. 355.

   Чуть раньше был смещен с поста начальника штаба Юго-западного фронта генерал-лейтенант Драгомиров Владимир Михайлович, его место занял генерал Саввич Сергей Сергеевич.  Вскоре после отставки Редко-Дмитриева был сменен и н-к штаба 3-й армии генерал-лейтенант Добровольский Сергей Константинович; в эту должность вступил генерал-квартирмейстер штаба той же армии генерал-майор Байов Алексей Константинович.
   Генералы Редко-Дмитриев и Драгомиров неоднократно настаивали на изменении тактики ведения войны, считая  бессмысленным делом защищать территорию, так как  это вело к большим  потерям в расстроенных и измотанных непрерывными боями войсках на неподготовленных, неудачных, часто не обеспеченных снабжением линиях обороны.  Они считали, более  разумным уходить глубже в тыл, перегруппировываться, получать подкрепления,  боеприпасы и готовиться к маневру.
   К сожалению, и в последующие месяцы войны боязнь маневров из-за отстающего руководства, стремление сохранить территорию, удержаться на  любых временных рубежах, патронный и снарядный голод, недостаток винтовок (в 1915, 1916 г в строевых ротах было до четверти невооруженных нижних чинов), пулеметов и тяжелой артиллерии привели  нашу армию к новым  поражениям, большим кровавым и территориальным потерям, утрате самой веры в свои силы. 
   Ослабление нажима противника на 24 и 3 Кавказский корпуса 3-ей армии 7(20) мая  было расценено новым руководством армии как проявление его усталости. Совместно с командованием Юго-западного фронта  было принято решение о недопустимости отхода и удержании  занимаемых  на 7(20)-е мая позиций.  8(21)-го мая противник вел себя пассивно, в ночь на 9(22)-е мая он предпринял насколько неудачных для него атак на фронте 9-го корпуса и 3-ей Кавказской стрелковой  дивизии.  9(22) мая противник держался пассивно на всем фронте 3-й армии и закреплял занятые им позиции устройством проволочных заграждений. 9(22) мая командующий  армией донес  главнокомандующему фронтом, что принятыми мерами прорыв между III Кавказским и XXIV к-сами окончательно устранен и что положение армии на занимаемом ею фронте является вполне прочным.
   В ночь с 8 на 9-е мая по приказанию штаба 3-ей армии  Окский полк 81 ПД выступил в г. Любачев по маршруту Дунковице, Харитани, Менкишь старый, Менкишь новый, Бихале, Олешице (близ Любачева). В Олешице 12 мая прибыл штаб 81-й пехотной дивизии. В соответствии с записями в журнале боевых действий Окского полка 15-го мая все полки 81-й пехотной дивизии были собраны в районе н.п. Старое село. Дивизия вошла в состав 29-го корпуса. 16 мая пришел приказ 3-ей армии о подчинении дивизии 3-му Кавказскому корпусу.
   Ниже приведены данные о составе и расположении частей 3-ей армии на 9(22)-е мая.

Состав и расположение частей 3-й армии к вечеру 9(22) мая 1915 г.*).
Штаб армии - Томашев.

XV корпус. Штаб к-са - Радомысль.
8-я дивизия, 7-й Заамурский пех. полк.

IX к-с. Штаб к-са - Здзяры.
42-я, 70-я, 5-я (10 батал.) дивизии, 2-я казачья сводная дивизия, 21-я, 25-я, 26-я, 81-я опол. бриг.

X к-с. Штаб к-са - Липины.
31-я, 61-я, 63-я, 9-я дивизии.**)

III Кавказск. к-с. Штаб к-са - Доброполь.
21-я. 52-я, 13-я Сиб. (3 полка) дивизии, 7-я кав. дивизия, Юрьевецкий и Клязминский полки (81-й див.), 27-я ополч. бриг.

XXIV к-с. Штаб к-са - Старосело.
48-я, 49-я, 62-я, 77-я дивизии, 16-я кав. дивизия (3 полка), 3-я Донск. каз. и 3-я Кавк. каз. дивизии; Бугульминский полк.

XXIX к-с. Штаб к-са - Олешице.
15-я. 12-я Сиб. дивизии.

V Кавказск. к-с. Штаб к-са - Нова-Гробля.
3-я Кавк. стрелк. дивизия, 1-я и 2-я пластунские бриг.
В распоряжении К-щего армией.

17-й Гусарский Черниговский полк
1-я и 2-я пластунские бригады
2 батал. 5-й дивизии и Костромской полк той же дивизии переходят в свой (IX) к-с
52-й Сиб. полк переходит в III Кавк. к-с - в свою (13-ю Сиб.) дивизию
Солигаличский и прибывший из 8-й армии Окский полки (81-й див.)

*) Бонч-Бруевич М. «Потеря нами Галиции». Часть II. Катастрофа 3-ей армии».
**) 9-я дивизия, с которой отступали 323 и 324-й полки  81-й ПД возвращена  из 3-го Кавказского корпуса в 10-й корпус без  них.
  Перечень говорит о некоторых мерах по упорядочению частей армии, предпринятых в период  передышки.
  Дни  с 7(20)-го по 10(23)-е мая были использованы австро-германцами для перегруппировки своих сил   и подготовки удара в новых операционных направлениях.
  Утро 11(24)-го числа противник начал артобстрелом и ожесточенными  атаками против левофланговых 29-го и 5-го Кавказского корпусов 3-ей армии и  расположенных у Радымно на левом берегу реки Сан частей 21-го армейского корпуса.
  Вот как описывает, будучи  в Аргентине, жившие в его памяти события  у Радымно командир 6-й батареи, 81-й артиллерийской бригады,  прикомандированной тогда к 21-му армейскому корпусу.  (Расположение наших частей у Радымно и 6-й батареи за р. Сан у с. Высоцко, ниже по течению реки, можно отследить по размещенной в начале схеме):
  «Радымно. . . Могли ли мы предполагать, что это название небольшого Галицийскаго селения врежется въ память каждаго изъ насъ неизгладимымъ следомъ на всю нашу жизнь. Могли ли мы предполагать, что здесь намъ предстоитъ увидеть такия картины боевой обстановки, сущность которыхъ никакъ не могла сразу уместиться въ нашемъ мозгу. Картины, отъ которыхъ нервы напрягались до крайности, кровь стынула въ жилахъ и мысль теряла способность работать. Пораженные темъ, что происходило передъ нашими глазами, мы какъ очарованные, замирали на месте передъ ужасомъ, силой, величиемъ и красотой бушующей передъ нами стихии.
   6-я батарея стоить на открытой позиции, приткнувшись правымъ флангомъ къ селу Высоцкому, прикрываясь лишь стволами крупныхъ деревьевъ аллеи, ведущей къ этому селению изъ господскаго дома того же наименования.
   Влево, за рекой Саномъ, виднеется селение Радымно, у котораго сосредоточены наши главныя силы и почти вся артиллерия, составляющая за Саномъ артиллерийский «тод-де-понъ», по мысли нашего начальника дивизии генерала С. путь отступления: одинъ небольшой деревянный мостъ черезъ pекy Санъ. Наши войска занимаютъ обширную, гладкую равнину, на которой кое-где, оазисами, тонущими въ цветущихъ садахъ, разбросаны редкие селения. Место открытое, спрятаться негде и каждое наше движение совершенно свободно наблюдается неприятелемъ, въ несколько разъ превосходящимъ насъ въ численности, усиленнымъ громаднымъ количествомъ тяжелой артиллерии всевозможнейшихъ калибровъ и системъ, орудий, расположившемся въ предгорьяхъ, на прекрасныхъ позицияхъ.
  Бой начался 8-го мая закончился 11-го мая совершеннымъ разгромом нашихъ, сосредоточенныхъ здесь, войскъ и, въ частности, нашего XXI-го корпуса.*)
*) Здесь Б. Веверн ошибся в своих воспоминаниях с определением дат. События происходили в дни с 11 по 13 мая.
  ….Уже давно, съ самаго ранняго утра, бушуетъ боевая стихия. Наши позиции у села Радымно окутаны облакомъ черно-белаго дыма. Эта дымовая пелена клубится, какъ будто кипитъ, то колышится двигаясь подъ напоромъ ветра, какъ будто волнуется море. Туманной дымкой, поднимаясь высоко на воздухъ, отходить назадъ, по земле густо стелется белымъ толстымъ покровомъ навстречу безчисленнымъ цепямъ австро-германцевъ, стремительно идущимъ въ атаку въ направлении села Радымно.
  Эти цепи покрыты дымомъ уже нашихъ снарядовъ. Оне словно ныряютъ въ дыму, временами совершенно пропадая изъ поля зрения. Пораженные, валятся массами, и сейчасъ же тонутъ въ кипящей дымовой пучине.
   А земля дрожитъ отъ сплошного рева более тысячи орудий, отъ безчисленныхъ разрывовъ и стона, и воя режущихъ воздухъ осколковъ.
   6-я батарея бьетъ во флангъ атакующнхъ Радымно австро-германцевъ, разрывы ея снарядовъ потонули уже въ общемъ море разрывовъ. Люди серьезны, отъ жара орудий потъ покрываетъ ихъ лица, объ опасности какъ будто забыли и вдругъ . . . резкое, зловещее шипение падающаго тяжелаго снаряда. Орудия окутываются едкимъ чернымъ дымомъ.
Второй ударь, третий. . .
— Прислуга вправо, за строения! . .
Дымъ, трескъ, шипение осколковъ, стоны. . .
Носилки! . .
Оставленный прислугой орудия въ огне и въ дыму. Къ нимъ подойти очень трудно, да и нетъ нужды: бой стихаетъ. Уже начинаетъ темнеть. Батарея меняетъ позицию, отходитъ назадъ за селение.
  ….
  Я стою на земляномъ валу сада усадьбы Высоцкое и вглядываюсь въ сторону селения Радымно, на которое немцы съ утра повели свои атаки. ….
... Село Высоцкое горитъ. Языки пламени в искры смешались съ дымомъ. Получился громадный адский костеръ, кипящий отъ безчнсленныхъ, рвущихся въ немъ снарядовъ.
Посреди громаднаго села, то темнымъ, то яркимъ, причудливо освещеннымъ силуэтомъ, выступаетъ большая сельская церковь, съ золотымъ крестомъ на куполе. Тяжелый, громадный снарядъ ударилъ въ куполъ, и сразу, какъ изъ раскрывшейся печи, изъ церкви хлынуло пламя, и громадные фонтаны искръ взвились на воздухъ....»
  Нет цели далее цитировать Веверна, отвлекаясь от темы повествования. Его  книгу можно найти в интернете. Здесь отрывки из его воспоминаний расцвечивают красками черно- белый документальный рассказ  о боевом пути и испытаниях, выпавших на долю наших земляков, воинов 81-й пехотной дивизии.
   За 3 дня атак 11,12,13 (24,25,26) мая австро-германцы вытеснили за реку Сан 21 и 12 корпуса 8-й армии и отбросили к р. Любачевке 29-й и 5-й Кавказский корпуса 3-ей армии.  В результате  образовался   разрыв между 29-м и 5-м Кавказским корпусами, наблюдаемый только конницей.
   13 мая командующий 8-й армии генерал-лейтенант Брусилов отдал приказ № 83 об очищении района Перемышля и отходе корпусов армии в ночь с 13-е на 14 мая на новый рубеж: Н. Гробля, Велька Очи, Краковец, Моциска.
   В последующие дни противник не вел активных наступательных действий, но начал накапливать силы в междуречье рек Любачевка и Скло для атаки с севера в обход правого крыла 8-й армии.
   Ряд наступательных действий, предпринятых слабыми корпусами 3-ей армии с целью затруднения готовящегося удара, не дал существенных результатов, но усугубил положение серьезным потерям в живой силе от артиллерийского огня противника и растратой последних  боеприпасов.
   Но в ночь с 13 на 14 мая части 3-го Кавказского корпуса по своему фронту выбили противника  за р. Любачовка.  81-й Апшеронский полк 21-й пехотной дивизии под командованием полковника Лебединского Сергея Васильевича внезапной, прекрасно организованной ночной   атакой разгромил австрийцев в районе г. Сенява и д. Лезахов и отогнал их за реки Сан и Любачовка. Противник, потеряв 2950 нижних чинов и 8 офицеров пленными,  бежал, бросив много вооружения,  снарядов,  орудий, в том числе 2-а тяжелых.  При этом он испортил при отступлении мосты через реки Сан и Любачовка. Потери полка составили 269 человек. На следующий день на левом берегу реки Сан из района д. Лезахов противник  не наблюдался. (Последний абзац в сокращенном виде повторяет журнал военных действий 81-го Апшеронского полка за 14 мая).
   Вот как описывает дальнейшие атаки  3-ей армии 19-22-го мая (1-4-го июня)  М. Бонч-Бруевич в работе «Потеря нами Галиции в 1915 г. Труды военно-исторической комиссии, 1920 г. »:
… «III Кав. к - с встретил упорное сопротивление, но все-таки переправился на левый берег р. Любачувка; наступление затруднялось огнем тяжелой артиллерии противника. Части корпуса накапливались на левом берегу р. Любачувки. Поведенная затем атака не удалась и части с большими потерями отошли назад за реку.
   XXIV к-с также встретил упорное сопротивление и сначала не достиг никаких результатов, так как очутился перед сильно укрепленной позицией; постепенно некоторые части переправились на левый берег р. Любачувка, где и стали накапливаться; попытки перехода в наступление были неудачны; к-с остался на своих прежних позициях.
   XXIX к-с взял сильно укрепленную позицию у Цетулы своим правым флангом; левый фланг продвигался менее успешно. Под влиянием артиллерийского огня противника правому флангу пришлось отойти на прежние позиции; затем левому флангу удалось вновь занять высоту 204 севернее Запалова; 20 мая(2 июня) правый фланг вновь занял высоту 186 севернее Цетулы; в ночь на 21 мая(3 июня) пришлось вновь очистить высоту 204 и отойти на свои позиции.
   В корпусах чувствовался недостаток тяжелой артиллерии и в снарядах к имеющимся орудиям.
   18-го(31) мая в Ю.-З. фронте был Верховный главнокомандующий и предъявил категорическое требование о сбережении патронов и снарядов».
   Выписка из боевого расписания 3-й армии за 15 мая 1915 г.:
  «.....
     81-я пехотная дивизия
               
                батальонов пулеметов   офицеров   штыков
   321 пех. Окский полк              1+0,5    1             18       1104
   322 пех. Солигаличский полк    2        4             18       958
   323 пех. Юрьевецкий полк        2        4             22       954
   324 пех. Клязьминский полк      1        2             18       613
   Итого в дивизии:                6        11            76       3629
     ….»
   81-я артиллерийская бригада еще не возвратилась в дивизию.
   16 мая дивизия, собранная в районе Олешице - Ст. Село, была в полном составе подчинена 3-у Кавказскому корпусу и  направлена на с. Добра через Молодыч. 17 мая она встала бивуаком в Глазинавом лесу в километре на юг от Синявы.
   С 20 мая 1915 г. на  должность начальника 81-й пехотной дивизии был назначен генерал-майор Ваденшерна Тростен Карлович,*) который командовал дивизией до 17.07 1915 г.
  *) Ваденштерна Тростен Карлович - лютеранин из шведской дворянской семьи, потомственный военный. Окончил Финляндский кадетский корпус.
…. К 1913 г. генерал-майор, командир бригады 48-й, а затем бригады 5-й пехотной дивизии.  Начальник 81 -й пехотной дивизии в мае-июле 1915 г., затем начальник 37 -й пехотной дивизии в звании генерал-лейтенанта. Участник белого движения на севере, начальник ополчения Северной области (г. Архангельск). В феврале 1920 г. пленён и расстрелян.
    В дни 18-26 -го мая роты  дивизии неоднократно направлялись на позиции 31-й, 21-й и 52-й дивизий 3-го Кавказского корпуса для усиления частей, атакованных противником.
    27-го мая дивизия сменила 2-е  бригады ополчения на фронте вдоль р. Сан на участке от д. Писковице до д. Пигани. *) Середина участка — устье р. Вислока.  В передовых окопах  находились 2 полка, 2 полка были позади. Напротив через р. Сан располагались австрийцы. С 30-го мая там были замечены и немцы. Штаб дивизии разместился в с. Цеплице.
   *) В ряде русских  документов и карт здесь же, примерно, находится д. Цыганы. Возможно, что Пигани и Цыганы (на австрийских военных картах-километровках такого села нет) - это один и тот же населенный пункт.
   С 23 по 29 мая (с 5 по 11 июня) противник оставался пассивным и усиленно развивал свои укрепления, строил засеки, устраивал проволочные заграждения, закладывал фугасы. В корпуса 3-ей армии  также были отданы распоряжения обустраивать свои участки обороны, включая строительство второй и третей линий. Казалось, что война принимает позиционный характер. Некоторые части: 63-я, 12-я Сибирская, 13-я Сибирская дивизии, были отправлены с Юго-западного на Северо-западный фронт.
   Утром 30-го мая (12 июня) противник атаковал 3-й Кавказский и 24-й корпуса и заставил их отойти на 2-ю линию обороны, 31-го мая был атакован и потеснен 29-й корпус. Весь день обстреливались позиции 81-й дивизии.
   С утра 1-го(14) июня противник, продолжая атаки на левый фланг 3-ей армии, вел наступление и на правом фланг 8-й армии, что привело к большим потерям во 2-м Кавказском корпусе. 8-я армия отошла на новый рубеж  
   Ввиду того, что северной группе армий Юго-западного фронта (4-я и 3-я армии) при отходе предписывалось прикрывать стратегически важное направление на Люблин, а южной армий  группе (8, 11, 9-я армии) – направление на Львов и Киев, отход армий происходил по расходящимся направлениям. Для занятия образующегося  между группами армий  промежутка главнокомандующий генерал-адъютант Иванов объединил управление XXIX, II Кавказским, V Кавказским, XXIII и IV конными к-сами, подчинив их генералу Олохову с 4-х часов утра 2 июня. Группа генерала Олохова включена в 3-ю армию 2(15) июня 1915 г. Ей была поставлена задача прикрывать направление на Любачов, Томашов, поддерживая связь справа с 3-й армией, слева-с 8-й армией.*)
 *) Приказание  №11 по 3-й армии от 02.06.1915 г.
   81-я дивизия с 31 мая занимала позиции по  берегу р. Сан от  д. Пискоровице до устья р. Любачовки. Линия фронта дивизии увеличилась более, чем в 2 раза. В резерве Юрьевецкий полк. Правее фронт занимала 9 дивизия 10 -го корпуса, оказавшуюся уже 1-го июня под большим давлением со стороны противника, заставившего ее отступить.
   2(15) июня 81-я дивизия 3-го Кавказского корпуса под давлением противника отошла на общий фронт с 9-й дивизией; утром значительные силы противника перешли в наступление против обоих флангов корпуса. 52-я дивизия начала отходить на Добчи. Вследствие вынужденного отхода XXIV корпуса командующий армией приказал корпусу отойти на фронт Домбровицы-Адамовка-Цевкув; к утру 3(16) июня корпус занял указанное ему положение.
   3(16) июня 8-я армия очистила крепость Перемышль и отошла с р. Сан.

   Состав 3-й армии  согласно боевого расписания на 02.05.1915 г.*)
   15 АК (8 пд, 3-й Запорожский казачий полк)); 9 АК (5 пд, 42 пд); 10 АК (9 пд, 42 пд, 70 пд); 10 АК  (9 пд, 31 пд, 61 пд); 3-й Кавказский К. (21 пд, 52 пд, 81 пд, Хоперский каз. п.); 24 АК (48 пд, 49 пд, 62 пд, 77 пд); 29 АК (45 пд, 43 Донской каз. п., 3-й тяжелый арт дивизион (1-а батарея), 4-й тяжелый артдивизион); 4 Кав. Корпус (3 кав. див.; 7 кав. Див.; 3 Донская каз. див.); Сводная каз. див; 3 Кавказ. Кав. Див. Всего в 3-й армии 159 и 1/2 батальонов, 340 пулеметов, 480 легких, 30 горных орудий, 53 мортиры, 50 тяжелых орудий,  164 и ; конных сотен, 52 конных орудия, 37 конных пулеметов, 52 и ; инженерных рот).
   Подробнее состав 81-й ПД на 2 июня:
      Управление дивизии,
      321 пех. Окский п. (1батальон, 1 пулемет),
      322 пех. Солигаличский п. (2 батальона, 4 пулемета),
      323 пех. Юрюевецкий п. (2 батальона, 4 пулемета),
      324 пех. Клязьминский пю (1 батальон, 2 пулемета),
      дивизионный обоз,
      перевязочный отряд,
      лазареты 1 и 2,
      дезинфекционный отряд,
      81-я артиллерийская  бригада (24 легких орудия),
      81-й артиллерийский парк (24 легких орудия)
       итого: 6 батальонов, 11 пулеметов, 24 орудия. 
  *) архив РГВИА, документы 3-й армии.
      Вот как описаны бои, происходившие  1,2 июня на этом участке фронта 81-й ПД в журнале боевых действий Окского полка:
    «1 июня. Бой на этих позициях. Отход Брянцев (9 ПД), обнажение нашего правого фланга, прорыв, полк завернул правым флангом назад: Молыне, Ягд-хаус у высоты 172.
    2 июня. Бой продолжается. Прибыл в полк подполковник Смельницкий.
    3 июня. В ночь на 3 июня 52 , 21 и 81 дивизии отошли на новые позиции у д. Колония. Окский полк в резерве у высоты 219, в лесу. С полудня из резерва вытребованы по 2 роты для поддержки Юрьевецкого и Солигаличского полков. В резерве остались только пулеметы.»
  Описание этого же боя в журнале Юрьевецкого полка:
  «1 июня. Полк в резерве. Днем артиллерия противника поражала как позиции, так и места расположения резервов. Вечером противник повел энергичное наступление на участок Окского полка. В виду превосходства сил на стороне противника 1-я и 2-я роты Окского полка стали отходить. Для поддержки их были высланы 3-я и 4-я роты Юрьевецкого полка. Благодаря распорядительности и хладнокровию командующих лиц резерв цепью и с боем продвинулся до линии окопов Окского полка, влился в них, остановил натиск австрийцев и беглым огнем отбросил их назад. Все части на участках дивизии занимают свои окопы. Роты остались на позиции.      
   2 июня. Роты полка на позиции. Со стороны противника ведется сильная артиллерийская стрельба по окопам и резервам. Выбыло из строя около 100 нижних чинов. Особенно пострадала 3-я рота благодаря выдавшемуся положению (около 50% состава). Позиции однако остались за нами и роты стояли на своих местах до получения вечером распоряжения штаба дивизии об отходе на новую позицию к д. Колония. Роты выведены около 2-х часов дня и походным порядком выступили в назначенном направлении.
   3 июня. Около полуночи роты разведены по своим участкам на новой позиции справа и слева от дороги , ведущей на Колонию. Идут работы по устройству окопов и блиндажей. Днем артиллерийская и ружейная перестрелка. Ружейным огнем при поддержке артиллерии отбиты цепи неприятеля, направлявшиеся сюда от д. Цеплице. Около 11 часов вечера  получено приказание об отходе за Тарнгород. Позиции для полка назначены по р. Танев от д. Круле-Новой вправо...»   
 
   Вот как описывает последние дни боев на р. Сан подполковник Б. Веверн, командир 6-й батареи:
  «Мы присоединились къ своей дивизии на Сане, у большого села Цеплице. Въ самомъ селе мы нашли только штабъ дивизии. Полки-же и, находящиеся при нихъ, 1-я и 3-я батареи стояли, на позицияхъ на самой реке, противоположный берег которой былъ занятъ австрийцами.
  Новый начальникъ дивизии генералъ Ваденшерна встретилъ насъ очень приветливо и прежде чемъ послать на позиции, поставилъ насъ на двое сутокъ въ резервъ, чтобы мы могли, после нашего похода, хорошенько отдохнуть.
  Здесь мы узнали, что мы вошли въ составъ 3-го Кавказскаго корпуса и что 2-я и 5-я батареи уже вновь сформированы. Въ командование 5-й батареей, вместо попавшаго въ пленъ подполковника А. В. Васильева, вступилъ капитанъ М. А. Гофманъ.
……
  Маленькая галицийская деревенька Слобода расположена на ровной местности, кое-где пересеченной небольшими перелесками. Отъ самой деревни, къ неприятелю, тянется большое поле, покрытое растущимъ хлебомъ, уже превышающемъ ростъ человека.
Цепи нашего 2-го полка скрываются въ густо растущемъ хлебе и, время отъ времени, до насъ доносятся редкия щелкания ихъ выстреловъ.
Я озабоченъ отысканиемъ точки, съ которой я могъ бы видеть хоть какъ нибудь расположение неприятеля, занимающего окраину деревни Цеплице, но такой точки я нигде не могу найти. Крыши избъ нашей деревеньки слишком низки, высокихъ деревьевъ нетъ совсемъ, местность слишкомъ ровная, впереди растщий хлебъ совершенно скрываетъ видимый горизонтъ.
…..
  Розовые дымы австрийскихъ шрапнелей все чаще и больше появляются надъ, колеблющимся отъ легкаго ветра  хлебнымъ полемъ.Сначала редкие, одиночные ружейные выстрелы постепенно учащаютъ свой темпъ. Къ нимъ присоединяется характерное тукание австрийскихъ пулеметовъ. Ружейныя пули, съ тихимъ свистомъ, какъ пчелы, режутъ воздухъ, залетаютъ и къ намъ и, съ какимъ- то хлюпающимъ звукомъ, то и дело впиваются въ защищаюия насъ. сухия бревна. Ясно, что противникъ готовится къ атаке.
Мы выжидаемъ.
Изъ второго полка гудитъ телефонъ:
- Противникъ атакуетъ! . .
- Въ какомъ месте?
- 2-й батальонъ.
Я поворачиваю вееръ 12-ти орудийной батареи влево.
На участке 2-го батальона, белый дымъ разрывовъ заволокъ все пространство между хлебомъ и селомъ Цеплице. Онъ все сгущается, сплошной пеленой оседаетъ внизъ, резкими, крупными искрами вспыхиваютъ въ немъ новые и новые разрывы снарядовъ.
Атака отбита! . .
Около часу проходитъ въ полной тишине. Наша пехота отходитъ».
   В этом отрывке из книги  Б. Веверна дважды упоминается деревня Цеплице, обозначенная в расположении 3-его Кавказского Корпуса на схеме. В этой же главе встречаются имена  командира 322-го Солигаличского полка полковника Ермолаева,  командира 1-го батальона 322-го полка капитана Купрюхина, полкового священника 324-го Клязьминского полка отца Андрея Мурина и других земляков - участников войны.
   Состояние  3-ей армии на данное время описано М. Бонч-Бруевичем в следующих словах: «Во всех корпусах части, ведя непрерывные бои с превосходными силами противника, понесли очень большие потери; для примера: в 3 дивизиях XXIV к-са осталось всего около 5.000 штыков; в III Кавк. к-се всего 6.000 штыков; во II Кавк. к-се - 5.300 штыков; в 61-й дивизии - 1.200 штыков и т. д. Командиры к-сов и начальники дивизий доносили о крайнем утомлении войск и о чрезвычайно больших потерях. Ген. Олохов донес, что его группа отходит на фронт Боровец-Рудка; 8-я армия отошла на Городокскую позицию, к западу от г. Львова (по р. Верещице)».
   3(16) июня утром австро-германцы, активно используя артиллерию, продолжили давление на 10 и  3-й Кавказский корпуса, а во второй половине дня атаковали группу генерала Олохова, корпуса которой отошли. Создалась угроза охвата неприятелем левого фланга 3-й армии. Генерал-лейтенант  Леш, озабоченный сохранением остатков своих кадров для защиты направления на Люблин, отдал 3 (16) июня приказ об отводе своих левофланговых корпусов на 20 верст в северо-восточном направлении, на заранее подготовленную позицию вдоль р. Танев:

     Приказ № 2504
  … "Ввиду отхода 8-й армии на Городокскую позицию приказываю корпусам армии в ночь с 3(16) на 4(17) июня отойти на новые заранее подготовленные позиции по правому берегу реки Танев, для чего: первое - XV к-су продолжать занимать свои нынешние позиции на левом берегу Сана; второе - IX к-су, оставаясь на левом берегу Сана, занять позицию от Бурдже на Пржишув Камеральный-Вархоли-Боровицы-Пржедзель; третье - XIV к-су перейти на правый берег Сана и занять позицию от устья реки Танева вверх по этой же реке до впадения в нее реки Лада; четвертое - X к-су занять позицию от устья р. Лада до деревни Глины включительно; пятое - III Кавк. к-су от дер. Глины включительно до впадения в р. Танев реки Шум (против дер. Шостаки); шестое - XXIV к-су от устья р. Шум до деревни Боровец исключительно; седьмое - группе ген. Олохова от дер. Боровец включительно через Люблинец-Нови-Жуков-Гораец до Брусно-Нове включительно; восьмое - моему резерву бригаде 61-й дивизии и 2-й казачьей сводной дивизии (последней по выполнении задачи прикрытия отхода III Кавк. к-са) под начальством генерал-лейтенанта Павлова сосредоточиться в Белгорае, девятое - на указанных позициях обороняться до крайней степени, постепенно усовершенствуя их укрепления и устраивая на реке запруды; для усиления препятствия-запруды сделать непроходимыми или минировать; …. одиннадцатое - штабы: группа ген. Олохова и XV к-с остаются на прежних местах; остальные переходят: IX к-с - Здзяры, XIV к-с - в Гройцы; X и III Кавк. - в Белгорай; XXIV - в Юзефов; …. Ген. Олохову обратить особенное внимание на связь его левого фланга с правым флангом 8-й армии; пятнадцатое - командирам корпусов заблаговременно произвести разведку путей отхода, назначенных корпусам участков позиции и принять меры к тому, чтобы части корпусов хорошо знали как те, так и другие, дабы следовали к позициям и занимали их без суеты и в полном порядке; шестнадцатое - командирам корпусов принять самые решительные меры к тому, чтобы при отходе частей нижние чины не разбредались и под предлогом прикрытия обозов не уходили бы вместе с ними; при принятии против этого соответствующих мер число штыков в дивизиях несомненно увеличится.
2504. Л е ш".

   Корпуса благополучно отошли на указанные им позиции за р. Танев.  Группа генерала Олохова заняла 29-м и 5-м Кавказским корпусами участок Домбрувка—Жуков—Рудки, промежуток между 24-м корпусом и правым флангом 29-го корпуса обеспечивался частями 3-й Кавказской казацкой дивизии.
   Командующий фронтом генерал-адъютант Иванов, принимая во внимание директивы ставки, выразил своё  крайнее неудовольствие происходившим генералу Лешу, но не более.
   Под напором противника 8-я армия в ночь с 6(19) на 7(20) июня 1915 г. отошла с Городокской на Львовскую позицию. Далее под сильным нажимом противника, в ночь с 8(21) на 9(22) июня 1915 года она очистила Львовскую позицию и отошла,  Львов был занят противником.
   Из Галиции обе армии - 3-я и 8-я - ушли с полной потерей боеспособности, неспособными к ведению наступательных операций. Так для русской армии закончилась 3-я Галицийская битва.
   В дальнейшем 3-я армия под давлением противника отходила в пределах России в северном направлении; в то же время 8-я армия, под напором противника, отступала на восток, к российской государственной границе, очищая Восточную Галицию. В связи с 8-й армией отходили 11-я и 9-я армии. В расширяющемся разрыве между 3 и 8 армиями отчаянно пыталась держать расползающийся фронт группа генерала Олохова.  Вскоре в эту прореху была направлена и 81-я пехотная дивизия. С 4-го по 12-е июня дивизия занимала фронт на р. Танев между селами  Круле Старый и Круле Новыйв. 13-го июня приказом по 3-й армии 81-я дивизия была сменена частями 21-й дивизии и назначена в резерв корпуса в с. Александров.
   В 2 часа ночи 14-го июня дивизия встала бивуаком на западной окраине села Юзефов.  В 2 часа дня было получено распоряжение о выступлении дивизии через 2 часа в направлении Красноброд и Тарновка в распоряжение 29-го корпуса.
   Впереди поредевшую дивизию ожидали новые испытания дальние переходы, бои без флангов, тяжелое отступление. В походной колонне  в 60-и верстный переход (за 32 часа по  приказу, к с. Семнице)  отправился в неизвестность и дед Дмитрий Григорьевич. Уже за Юзефовым голова колонны была обстреляна и встала, дожидаясь темноты. Выслали разведку.
  Продолжение в следующей главе.