Твоя смерть в трусах

"Смерть твоя в трусах"
- Что? Где? - Сергей думал, что ослышался.
Гадалка устало посмотрела на него, вздохнула:
- в трусах...
Сергей икнул и залился таким громким, истерическим смехом,  что мать заглянула в дверь и спросила,  всё ли нормально. Гадалка подняла на неё глаза и та спешно захлопнула дверь. Сергей с трудом подавил смех, ещё пару раз икнул.
- Простите,  ради всего святого простите.
Гадалка смотрела на него равнодушно. Она сидела возле печки,  накинув на плечи старый тёплый платок и гладила кошку, которая от испуга спрыгнула с печи.
- Пожалуйста простите,  - Сергея знобило, - я болен?
Гадалка уже закончила прием посетителей.  Сергей с матерью были последними. Она была уже старенькая, внутренняя концентрация отнимала силы. Она уставала так,  что даже говорить было тяжело.
- Нет, я не вижу у тебя никаких болезней.  Я не могу тебе объяснить почему трусы тебя убьют.
Сергей взмог и смеяться уже  совсем не хотелось. Он был зол.
- А какие трусы? В горошек? В полосочку? Семейные?
- Я этого не вижу,  - гадалка даже бровью не повела, - всё, я не могу больше ничего сказать. Хлеб и сахар положи на стол.
Кроме обязательного платежа хлебом и сахаром Сергей положил на стол 2 тысячи и вышел.
Во дворе его ждала мать. Она сидела на скамейке и выглядела озабоченной. Она так глубоко ушла в свои мысли,  что не видела, как сын подошёл к ней.
- Мамуля,  ну что, домой?
- Сыночек, ты так смеялся... Гадалка что-то обо мне говорила?
Сергей вначале не понял вопроса. Причём здесь мать?
Ему бы в голову не пришло смеяться над матерью. Если бы кто-то посмел сказать хоть слово неприличное о матери,  голову бы тому отвернул.
- Мать, ты чего?
Нина Сергеевна выдохнула:
 - Представляешь,  меня сглазили! И сглазил кто-то из близких.
И всю оставшуюся дорогу Нина Сергеевна строила различные предположения.

Сергей был единственным ребёнком в семье.  Семья была идеальная. Супруги любили друг друга,  любили сына. Сын любил родителей и всегда старался их радовать. Отец востребованный хирург,  мать преподаватель английского в институте. Отца одаривали благодарные пациенты,  мать занималась репетиторством. Семья имела дом в элитном районе, две машины и приходящую уборщицу.
Однажды, вечером на весёлое приветствие Сергея никто не ответил.  Дома был один отец,  он сидел у камина,  пил коньяк и слушал Вагнера.
- Что-то случилось на работе,  - подумал Сергей.
Приехала мать.
- Саша! Боже мой!
Серёжа!!!

К Александру Михайловичу обратилась незнакомая женщина с просьбой прооперировать её мужа. Запущенный случай - никто не брался удалить опухоль.
- Я не могу обещать. МРТ делали? Оставляйте всё,  что у Вас есть. Послезавтра я дежурю. Приходите, поговорим.
Женщина положила толстый пакет на стол, молитвенно сложила руки,  поклонилась и вышла.
Дежурство было спокойным и Александр Михайлович внимательно изучил снимки,  анализы,  выписки. В пакете лежал ещё один пакет. Он уже догадывался что там деньги.
- Ну что ж,  - думал доктор,  - шанс у пациента есть. Я его вытяну.
Он знал,  что сможет. Если он брал на себя ответственность "вытянуть", он действительно ставил больного на ноги. Это был не только талант и золотые руки,  это был тяжёлый труд. Александр Михайлович с самого начала не упускал пациента из своего поля зрения. Он не только оперировал,  он контролировал каждую манипуляцию,  даже перевязки сам делал.
Деньги он брал. Он знал, что заслужил, отработал. Правда
каждый раз думал, что это последний раз.  Он уже устал так выкладываться,  у него всё есть. Он будет как все.  Пришёл,  сделал всё, что требует стандарт. Главное историю болезни оформить идеально и можно спокойно спать.
Женщина пришла с мужем.  Мужчина выглядел свежо и совсем не производил впечатление безнадёжного больного. Назначили день операции. Всё что было необходимо,  было сделано.
- Вы, волшебник, Александр Михайлович, - влюблённо смотрела на него анестезиолог.
Но в реанимации пациент умер. Александр Михайлович в это время был в операционной, проводил очередную плановую операцию.
- Как с Вами встретиться? - позвонил он женщине. Та назвала адрес. Старый дом, грязный подъезд,  дверь была открыта настежь. Женщина стояла посреди комнаты лицом к двери. Она ни плакала,  ни упрёкала. Молча взяла конверт и посмотрела в глаза Александру. Ему стало плохо. Он смог доехать до дома, включил Вагнера "Валькирия", разжег камин, сел в кресло, налил себе коньяк, выпил и умер.

Мать ушла в себя, она не хотела ни с кем общаться,  отказалась от репетиторства и дополнительных часов. Однажды в институте к Сергею подошёл незнакомый парень.
- Сергей,  тут такая деликатная тема.  Даже не знаю, как начать.
- С начала,  - Сергею было тяжело. Он еще не мог прийти в себя от потери отца и очень переживал из-за матери.
- Ну вообщем так. Твоя мать была первой любовью моего отца. Школьной - добавил он, - отец овдовел 2 года назад. Недавно он узнал,  что твоя мать овдовела тоже. И он хочет встретиться с тобой, поговорить.
- Ну да... Мать вдова богатая.
- Зря ты так. У нас семейный бизнес. Я очень хочу,  чтобы отец был снова счастлив. Вот телефон,  надумаешь, звони.
Целый день на душе у Сергея скребли кошки.
- Ну зачем я так... Я же тоже хочу,  чтобы мама была счастливой. А я ... богатая вдова.  Не видел ни разу человека, а почти назвал его...
Сергей взял телефон:
- Привет! Ты не представился.
- Сергей,  тоже Сергей, да... - весело, как могут смеяться только дети,  ответила трубка.
Мать, неожиданно для всех,  приняла предложение одноклассника не раздумывая. В свадебное путешествие молодые полетели на лазурный берег,  где в Провансе у Алексея был дом.

И вот сейчас,  в машине Нина  Сергеевна перечисляла всех, кто мог бы ей позавидовать и сглазить.  Оказалось, что знакомых у матери очень много - педагог. Уже человек 100 находились под подозрением, а мать все продолжала...
 - Подожди... А что гадалка сказала тебе, Сережа?
Сергей от всей души рассмеялся.
 - Она сказала,  что моя смерть сидит у меня в трусах...
- Где? В трусах? Смерть?
- Ой мама, не смеши... А то я до дома не доеду, - он смахнул выступившие от смеха слёзы.
Но Нина Сергеевна восприняла это серьёзно.
- Я всегда тебе говорила, что эта твоя Людочка штучка ещё та. Теперь понятно.  Она заразила тебя. Шастает по миру, вот и привезла какой нибудь вирус
- Господи!..  ну зачем я это сказал?!
Но как ни странно Нина Сергеевна от темы смертельного вируса быстро перешла на тему сглаза.

Роман с Людочкой уже заканчивался. Всё,  что раньше цепляло,  стало скучным. Спала пелена влюблённости. Оба понимали, что нужно отношения прекращать, но оба ждали,  что это произойдёт само собой. Людочка уже поглядывала по сторонам,  отвечала улыбкой на  призывные взгляды.
- А вдруг мать права? Надо  все-таки сходить к врачу.
Нет, в своём городе он не пойдёт к венерологу. Здесь его каждая собака знает.
Как выручает интернет! Очень просто оказалось записаться на приём в соседнем городе. Через 2 дня он уже объяснял пожилой врачихе причину визита. Та заглянула ему в рот, в трусы, выписала направления на анализы.
- Визуально Вы здоровы. Посмотрим, что покажут анализы. Вы указали в договоре адрес электронной почты? Мы Вам всё отправим в течение 2 дней.
Сергей выдохнул. Уверенный, доброжелательный голос врача успокоил Сергея.
- Ну ты вообще Друг (так его называл отец). Тебе надо брать себя в руки. Что за панические атаки?!!! Смешно и глупо.
Сергей окончательно успокоился. Легко сбежал по ступенькам,  распахнул дверцу Ниссана. Из салона пахнуло жаром.
- Сколько времени потерял на эту ерунду...
Сергей писал кандидатскую, времени всегда было в обрез. Он продолжал разрабатывать тему над которой работал ещё студентом. Эта работа захватила его целиком и уже просматривались результаты. Профессор не уставал его хвалить. Он был уверен,  что при завершении научных исследований,  можно смело приступать к практическому применению.
- Господи,  как жарко! Зачем я одел эти толстые джинсы,  да и резинки трусов так впились в потное тело... Это невыносимо.
На ходу Сергей растегнул брюки и потянул трусы вниз. Удар встречного самосвала смял тонкое железо и вдавил тело Сергея в правый задний угол машины. Последняя искра сознания:
- Трусы!!!

Людмила сидела и слушала,  как симпатичная гинеколог убеждала её оставить ребёнка.
- Нет, не могу. Отец ребёнка охладел ко мне,  смотрит совершенно равнодушно. Пытается всеми способами избежать свиданий.  Я думаю,  у него есть другая...
Доктор знала, чей это ребёнок,  чей это внук. И последнее было очень важным. Отец Сергея пользовался уважением среди  коллег. На него смотрели, как на Бога.  И вот сейчас перед ней сидит эта дурочка и хочет убить ТАКИЕ гены. Многие бы заплатили за такой генетический материал,  а эта... Какую-то любовь придумала. Надо же "охладел"... А ничего,  что он работает над диссертаций,  да и отца похоронил. Это просто капризы беременной женщины.
- Людмила, срок уже большой. Давайте сделаем  УЗИ, надо посмотреть,  как располагается ребёнок.
- Плод, - поправила Люда, -
но покорно легла на кушетку.
- Ой, ну какой  же это плод. Вот ручки,  ножки, головка. Да это же мальчик!..
Люда понимала, что её обманывают и на психологическую атаку не  реагировала.
- Хорошо, я подумаю. Снимок мне не нужен.  А вообще-то,  давайте.
Весна!!! Господи,  как дурманит запах сирени, и где-то птички поют, и речка журчит, и ласковый ветерок ласкает кожу.
- А твой ребёнок этого никогда не почувствует,  - неожиданно подумалось.
Люда набрала номер Сергея
- Люся, позже.  У меня эксперимент...
На глаза набежали слезы. Комок в горле мешал дышать.  Она задыхалась от обиды и злости. Надо искать другую больницу.

Сергей летел вверх.  Впереди был ослепительный свет и лицо отца.
- Папа,  мой любимый папочка, - как в детстве закричал Сергей. Отец взял его на руки,  прижал к себе и вдруг бросил на землю.
- Папа, папочка!!! Отец!!! - кричал падая Сергей,  - я тоскую, ты нужен мне..
Падение иногда прекращалось и наступала тишина и покой. Потом его снова  подхватывал вихрь и увлекал за собой.  Мелькали знакомые лица.
- Проклятая гадалка. Смерть в трусах!  - мать то ли рыдала, то ли истерически хохотала. Растерянная медсестра пыталась напоить её каким-то лекарством.
- Сергей, ты не можешь нас подвести, - строго говорил профессор.
Лицо Люси,  почему то некрасивое,  в коричневых пятнах...
И вдруг где-то вдалеке послышался слабый детский голос:
- Папа, папочка вернись!
Сергей не узнал своего голоса. Он попробовал повторить сказанное, но только промычал что-то неразборчивое. Но вот опять, чётко и звонко кричал ребёнок:
 - Папа, папочка! Отец, ты нужен мне!
Сергей открыл глаза,  поискал глазами ребёнка. Рядом сидела некрасивая Люська. Он перевёл глаза на её живот и заплакал.