Глава 8 Часть 305 Полное погружение

Глава 8.305. Полное погружение

Я начинаю играть. Ребята замечают, насколько я погружена в мелодию. Последние дни были такими насыщенными. Возможно, на меня повлияло возвращение — через рукописи папочки Ксюши — в то прекрасное время. И поняла из них только одно: жили в России словно в двух мирах. Один — на заводах, где рабочий класс творил историю. Другой… Власть тогда была служением, а не привилегией. И воры, конечно, были. Но они не смели возноситься так высоко, как сегодняшние, возомнившие себя элитой.

Одинокий ангел… Ребята заметили — я играю необычно. Прозрачно, будто струюсь сквозь время. Надо вернуться. Но даже не замечаю, как сама настроила себя на эту волну.

Эдик решает вывести меня из оцепенения. Он понимает — я застряла между эпохами. И вот — первые аккорды, как взмах крыла. Свобода. Он даёт её первым тактом, а я подхватываю вторым. Наш дуэт набирает силу, и ребята оживают. Олег в первом ряду — счастливый. Я понимаю…

А что ты понимаешь? — будто спрашивает музыка, и я перехожу к Чувству. Как же ребята поддерживают меня! Я передаю через клавиши всё: и лёгкую грусть, и благодарность, и эту странную, светлую ясность, что поселилась внутри. Всё чётко. Всё на своих местах.

Мелодия разливается по залу, входя в душу каждого. Они радуются — не просто нашему появлению, а этому внезапному, глубокому резонансу. Это уже Магнитные поля, где каждое прикосновение к клавише притягивает чьё-то воспоминание, чью-то улыбку.

А мой малыш уже на руках у Олега. Альбина Николаевна с тихим уважением поглядывает на них. Внук счастливо аплодирует — он ждёт своей колыбельной, той самой, что звучит каждый вечер, когда я прихожу. Бульвар… Зал принимает это нежное исполнение, как никогда. И я уношусь. В те шестнадцать лет, в нашу короткую встречу, разлучившую потом на двадцать лет. В зале благодарят — они понимают, виновник такого звучания — этот красивый молодой человек, на коленях у которого доверительно устроился мой ангелочек.

Но вот уже звучит С тех пор, как ты ушёл… Малыш снова требует свой Бульвар. Олег поддерживает его — и весь зал вместе с ним. И я играю. Уже не для зала, а для него одного. Так же, как дома, наедине. Зал затихает, и моя тихая грусть, кажется, касается каждого.

Однако как же красиво Эдик переходит к И ты, любовь моя… А я уже снова за роялем. И звучит — тихо, как признание, как самое сокровенное обещание — Говори со мною о любви шёпотом…

И в этом шёпоте, в этих переплетающихся мелодиях растворяется всё. И прошлое, и настоящее. Остаётся только чистая, трепетная, живая нота. Та, что связывает нас всех — и тех, кто на сцене, и тех, кто в зале, и тех, кого давно нет, но чьи рукописи до сих пор шепчут о другой, настоящей жизни.