Лягушка. Как прекрасен этот мир

               



Сегодня маленькую Анечку первый раз привезли к бабушке на дачу.  Дача оказалась одноэтажным низеньким домиком,  окруженным огромным количеством высоких деревьев и низеньких колючих кустов. Вокруг был забор, за которым скрывалось село с такими же низенькими одноэтажными домами и  заборами.
В бабушкином саду прямо с веток свешивались крупные круглые плоды разной величины и окраски: круглые черные назывались черешнями, а крупные  желтые и оранжевые – абрикосами.  У черешен косточки круглые и скользкие, а у абрикос они были продолговатыми  и напоминали крошечные пирожки, которые мама часто пекла дома к ужину.  Цветов у бабушки было много-много.  Они росли везде: и  на красивых клумбах, и сразу возле порога и дальше по дорожке, что вела к пруду.
– Пруд, –   пояснила бабушка Анечке, – это такое заброшенное озеро. Мы позавтракаем и пойдем знакомиться  с ним и нашим хозяйством.
Хозяйство Анечке понравилось, особенно голосистый  петух, куры-тихони, собака Дружок и два  кота, как сказала бабушка,  – ленивые дармоеды, потому что мышей не ловят.
– А зачем их ловить? – подумала Анечка, – но вопрос оставила на потом, потому что в траве кто-то прыгал. Зеленый на четырех лапках, с остреньким лицом и большими круглыми глазами.
– Бабушка, бабушка, погляди, кто у тебя в траве живет?  Кто это?
– Это лягушка, их много в огороде. Они комаров ловят, мошкару разную уничтожают, червяков  поедают.
– А можно я подержу эту лягушку на руке, она не кусается?
– Нет, она мирная. Но, когда отпустишь на землю, руки обязательно вымой и вытри или просуши на солнышке.
– А разве руки сушат? – Удивленно подумала Анечка. Интересная бабушка,  не знает, что сушат только постирушку: белье, одежду. Ладно, решила Анечка, это я спрошу у бабушки потом.
Она взяла из рук бабушки маленькую  зеленую лягушку и стала ее рассматривать: вся зеленая, мягкая, чуть-чуть мокрая и скользкая, глаза круглые, огромные и все время прикрываются тонкими веками, как будто ей солнце обжигает глаза. Бабушка назвала ее пучеглазой. Какое интересное слово, только долго говорить нужно –  пу-че-гла-зая. Ох, трудно. Анечка присмотрелась к лягушке: «личико» длинное и все занято большим ртом, а ушей и вовсе нет.
– Бабушка,  почему у лягушки длинное лицо, а рот огромный и ушей совсем нет?
– Анечка, лица только у людей, у животных, эта часть тела называется мордой. У лягушки, что ты держишь на ладошке, мордочка  вытянутая, рот большой, чтобы легче было еду добывать, уши у нее есть и не два, как у нас, а целых шесть. Но они  незаметны, потому что  похожи  на  маленькие отверстия. За то, что мордочка длинная и заостренная их назвали остромордая лягушка.
– Ох, тихо вздохнув, подумала Анечка, вот еще одно новое слово и такое же длинное – ост-ро-мор-дая. Анечке зеленая лягушка очень понравилась и она  для себя назвала ее красавицей.
Анечка осторожно опустила  на траву лягушку и та сразу по цвету слилась с травой. И стала почти неразличима от окружающей зелени. Мимо остромордой зеленой красавицы по траве пытался пробежать муравей, но … лягушка напряглась,  широко открыла рот, мгновенно вытянула длинный язык, и, приклеив муравьишку на его кончик, отправила в рот.  Следом, таким же образом, она проглотила маленького мотылька и зазевавшегося комарика.
– Расстроенная Анечка, закричала бабушке, –  посмотри, она всех съедает. Она злая!
– Нет, моя хорошая, лягушки наши помощники. Они уничтожают только вредителей сада и огорода. А еще лягушки прекрасные певцы. Вот вечером сходим на пруд, послушаем их хоровое пение.  Сама на пруд не ходи, там берег топкий, можно утонуть.
– Топкий? – какое еще одно интересное слово у бабушки. Там, на берегу спрошу ее, что такое берег топкий.
Полуденная жара сменилась ласковым закатом. Солнце медленно опускалось за горизонт. Гуще становились тени от  деревьев, запели сверчки, затрещали цикады. Поужинав, Анечка с бабушкой пошли знакомиться с прудом и слушать хоровое пение лягушек.
Продолговатая ложбина в конце огорода  была заполнена водой, неподвижной и загадочной. Вокруг пруда рос камыш, а в воде, в последних лучах солнца, нежилась жемчужно-зеленая  ряска. Это такая трава, что растет в стоячей теплой воде. На  ряске сидело много лягушек. Они с интересом смотрели на незнакомых людей, и, казалось, чего-то ждали.
Бабушка с Анечкой присели на скамейку, и тут раздался  знакомый звук: ква-ква.   И опять все стихло.
– Ну, вот, –  сказала бабушка, – дирижер приготовился, сейчас начнется концерт. Смотри, лягушки-мальчишки надули защечные мешки, а лягушки-девочки замерли в ожидании песни. В семействе зеленых лягушек поют только мальчики.
– Тиинуить, тиуиить, нежно и протяжно пронеслись первые аккорды незнакомых солистов,   следом послышались низкие, наполненные ожиданием, звуки –  урррл, уурл, и сразу вступил хор лягушек, мелодия которых была подхвачена всем хором и состояла из двух слов: ква-ква.  Такой какафонии звуков Анечка еще не слышала: высокие, низкие, вибрирующие, они заглушали все остальные звуки  и все вокруг замерли. Оборвалась хоровая песня на высокой ноте, но еще некоторое время вокруг была абсолютная тишина, и опять зазвучал хор  высоких и чистых звуков, своеобразный гимн природе.
 Для Анечки это было  первое знакомство  с хоровым пением, музыкой природы. И, будучи уже взрослой, она часто вспоминала этот упоительный по красоте своей, концерт, подаренный ей природой.
 Громкий хор  затих. Прислонившись к бабушке, задремала-заснула Анечка и не  почувствовала как бабушка отнесла ее в их спальню.
Положив внучку на кровать, она остановилась перед красивыми картинами в рамках в углу спальни. Бабушка называла их иконами, а красивых женщин, мужчин, и детей на этих картинах – святыми.  Святые всегда желают людям только счастья, здоровья, мирной жизни без войны.  Маленькая Анечка, слушая  бабушкин  «разговор» со святыми,  полуспала и думала, что и она со временем вырастет, и узнает много нового, и всегда будет помогать людям и желать им только счастья, здоровья, мира. …
Беззвучно мерцала лампадка перед образами  святых. …  Тихо прилегла бабушка рядышком с любимой внучкой. … Закончился познавательный день  для Анечки…. Мирно отдыхала земля.


Рецензии