Дед Антип 12 Плот

Дед Антип

Отшумели зимние метели, снег к весне потемнел, превратился в воду, которая, спустившись с оврагов и полей, устремилась ручейками вместе с быстрой водой половодья. В низинах и на прудах вода увеличила свои объёмы и дала возможность птицам, прилетевшим с юга, найти свой приют, где они с удовольствием расселились парами для продолжения своего пернатого потомства.
В саду около дома дед Антип блаженно принимал солнечные ванны, любуясь майским утром цветением плодовых деревьев. Сад благоухал, белый цвет яблонь и вишен привлекал множество трудолюбивых насекомых, в основном пчёл, которые, жужжа, старались добыть нектар с цветков и сделать полезное дело – опылить их, тем самым способствуя хорошему урожаю.
Дед Антип позвал внуков. У него сегодня было много гостей: приехали жена с дочкой и зятем, привезли его любимых внуков Арсения и Максима. Те с большим интересом, но с опаской смотрели на трудолюбивых пчёл и слушали деда о том, как происходит опыление плодовых деревьев. Но вскоре им наскучило объяснение деда, и они умчались смотреть на маленьких кроликов, которые прыгали рядом в загородке, сплетённой из хвороста. Весна выдалась тёплой и дождливой, и это радовало деда Антипа. Он, глядя на всю эту природную красоту весеннего утра, думал: «С таким погодным раскладом, с большим обилием влаги и тепла урожай должен быть превосходным», – рассуждал он. Ближе к обеду к нему подошла супруга, попросила помочь ей с грядками, он с удовольствием согласился, взяв лопату, и принялся отмерять делянку под лук и петрушку. Работая в огороде, он присматривал за внуками; те взяли крольчат в руки и умчались играть с ними на луг рядом с домом. Он пожурил их немного, но запрещать не стал, баловал, наверное, излишне. Хотя понимал, что крольчат в руки брать нежелательно, ведь крольчиха может от них отказаться и перестать кормить.
Всё это весеннее время, пока таял снег по полям и понемногу начинали зеленеть луга, он не терял времени даром; его мысли были увлечены чертежами для постройки плота. За это время он несколько раз чертил на бумаге плавучий домик и столько же забраковывал свои схемы. Привлёк к своим планам постройки плота двух соратников, воодушевив их своей идеей. Теперь вот, вместе со Степаном, бывшим лесником по прозвищу «дядя Стёпа», и с Николаем, проживающим по соседству, военным в прошлом, а ныне пенсионером, они занимались чертежами этого сооружения на воде, часто споря до хрипоты. Планировали на следующей неделе вместе пойти в лес для уточнения своего плана на местности и там окончательно решить, какого размера будет плот и домик на нём. А сейчас нужно исполнять все просьбы супруги, чтобы она не мучила его своими упреками: подсобить ей с весенней посадкой овощей в огороде. Он всегда с охотой помогал ей, да и ему самому нравилось возиться в огороде. Закончив с грядками под редиску, дед Антип пошёл к внукам; те, разыгравшись, упустили крольчат и с весёлым шумом начали их искать. Он помог поймать их в мешок и отнести к крольчихе, а затем собирался с внуками сходить на рыбалку. «Давно обещал их сводить на водоём, да не было тепла. Сейчас погода наладилась, дождик прошёл три дня назад, так что вода должна быть чистой, нужно идти», – решил он. Арсений и Максим с большой радостью откликнулись на предложение деда и бросились в сарай за своими удочками.
Червей накопали за огородом в сыром месте, в ложбине. Из растительных насадок взяли варёный горох, а для предварительной подкормки рыбы – запаренный ячмень. Собравшись, гуськом друг за другом они пошли к ближнему пруду, который находился от деревни в двух километрах. Дальним прудом в деревне называли пруд в лесу, где дед Антип с товарищами собирался строить плот. Туда сельчане ходили редко, он был намного дальше, и местных жителей пугало захолустье этого, Богом забытого места.
Придя на ближний пруд, дед с внуками облюбовали себе место под ивой, её гибкие ветки слегка касались поверхности воды, создавая замысловатые зигзаги. Старший внук Арсений ловко разбросал ячменную прикормку, и они начали готовить снасти. Арсений поучал младшего брата Максима, регулируя высоту поплавка и показывая, как это делается. Дед, искоса посматривая на внучат, внутренне радовался, что они такие смышлёные. Первый заброс удочкой доверили Арсению, он, изловчившись, бросил. Получилось хорошо. Дед похвалил, погладив его по голове. Пришла очередь Максима. С первого раза у него не получилось, леска запуталась, но после второго заброса поплавок закачался на воде, как байдарка в ненастную погоду.
Давно дед Антип не испытывал такого внутреннего удовлетворения, смотря на внуков, как в сегодняшний день. Радость старшего внука Арсения от пойманной рыбы вызывала у деда теплые чувства в груди, как будто что-то таяло внутри от нежности к ним. Максим был младше Арсения, но старался изо всех сил доказать, что он не хуже брата рыбачит. А когда поймал небольшого карася, ликованию не было предела. С пойманной рыбой он подбежал к деду, крича на ходу: «Дедушка, посмотри, посмотри, какая у меня рыба, она хотела у меня утащить удочку!» – выкрикивал он, скороговоркой объясняя всю процедуру удачной поклёвки. Дед Антип слушал, молча гладя Максима по голове; от умиления на глаза выступили слёзы. «Ты что, дедушка, тебе жалко рыбку?» – увидев катящуюся по щеке деда слезу, проговорил он. «Да нет, внучок, просто ветром занесло в глаз песчинку, видишь, сколько их на берегу», – слукавил он. С удочками просидели на берегу до самого вечера. Уставшие, но довольные рыбалкой, засобирались домой. «Пойдёмте, внучата, скоро вечер, мамка с бабушкой заждались нас на ужин», – настойчиво попросил он в который раз. Наконец они согласились с его уговорами. Зайдя на взгорок пруда, долго ещё стояли, наблюдая, как солнце, окрашивая округу в малиновые тона, готовилась зайти за горизонт. Сначала Максимка с Арсением заспорили, кто понесёт улов, но дед их успокоил, поделил поровну добычу, и они довольные засеменили по тропинке, ведущей к дому, где их ожидала бабушка с мамой и их ненаглядный кот Барсик.
День завершился весёлой вознёй с внуками на лужайке – до захода солнца успели поиграть ещё в лапту. Арсений с Максимом, пробыв на улице почти целый день, легли рано спать и уснули почти мгновенно.
К деду Антипу зашли его приятели – дед Степан с Николаем, чтобы сделать последний штрих в чертежах для постройки плота. Обсудили смету постройки, количество материала и сроки. Решили не медлить и сходить завтра на дальний пруд, чтобы посмотреть, в каком месте на берегу строить плот, чтобы удобно было спускать его на воду. За разговорами засиделись до поздна, часто споря по поводу сроков начала постройки: «Пора начинать, чем раньше начнём, тем быстрее сделаем; захватим ещё благодатное летнее время, чтобы порыбачить на нём», – напористо убеждал дед Антип. «Ещё сыро в лесу, нам будет трудно вести вырубку в низине, тем более доставку бревен нужно будет делать на гужевом транспорте», – горячо возражал дед Степан. Сошлись на том, что завтра только посмотрят и определят точное место для постройки плота и пометят деревья для вырубки. Разошлись за полночь, наметив выезд рано утром.
Ни свет, ни заря, когда солнце еле-еле начало брезжить рассветом, дед Степан уже сигналил Антипу, сообщая ему, что готов в дорогу. Заехал он на своём внедорожнике марки УАЗ, в просторечии «уазик». На легковой, классической машине в те края, куда они собирались ехать, проехать было невозможно, поэтому решили не рисковать. По пути заехали за Николаем и тронулись к намеченной цели. Добрались благополучно; только в самом конце пути, уже около пруда, пришлось объезжать большую лужу. Оставив машину на пригорке, они пошли осматривать площадку для строительства плота. «Будем называть это место верфью для строительства плавающих средств», – весело пошутил Николай. Выбрали на берегу пруда ровное место рядом с водой и утвердительно заверили: «Место для строительства плота отличное, лучшего не подобрать». На том и порешили. Теперь им оставалось подобрать материал – стройные деревья. «Нужно согласовать с лесничеством, там такие крючкотворцы сидят, полгода будем ходить, клянчить, чтобы выделили нужную делянку под вырубку леса», – невесело высказался бывший лесник дед Степан.
«Да ничего страшного, прорвёмся, везде люди сидят», – не согласился с ним Николай, их компаньон по строительству, и предложил: «Оформим как санитарную вырубку, которая подразумевает очистку от больных, повреждённых частей растений. Правильно выполненная процедура принесёт только пользу лесу, сохранив здоровые и избавив от больных засохших деревьев и кустарников». «Всё верно», – проговорил дед Степан, – «оформим как выборочную вырубку, а взамен посадим на этом месте новые».
«Разговоры, разговорами, а нужно идти, выбирать подходящий материал», – решительно сказал дед Антип, и они пошли по тропинке в глубь леса.
Задача оказалась не из лёгких: провозились почти до вечера, подыскивая нужную сухую древесину и помечая её яркой красной лентой.
Наконец, закончив работу, они присели отдохнуть. Время было уже позднее, и они решили остаться в лесной избушке с ночёвкой. Своих родных они предупреждали заранее, что могут не вернуться сегодня домой. До места ночёвки добрались ещё засветло, хотя солнце, простреливая своими оранжевыми лучами через деревья, опускалось всё ниже и ниже. Проезжая через место в лесу, где зимой произошла стычка со стаей волков, дед Антип поёжился, внутренне напрягаясь. Зайдя в избу, дед Степан принялся затапливать печь, чтобы просушиться и согреться, а во дворе Николай с дедом Антипом зажгли костёр и начали готовить ужин. За ужином окончательно утвердили план постройки плота и домика на нём. Дед Антип взял слово: «Плот соорудим на берегу размером пять на пять метров, потом по направляющим из тонких брёвен спустим его на воду», – подытожил он их дневной спор. А дед Степан, бывший лесник, продолжил: «Материала, который мы пометили, хватит с лихвой, так что завтра же я еду в контору своей бывшей работы и оформляю документы на санитарную вырубку». Поговорили ещё пол часа о тонкостях строительства и ушли в дом. Спать улеглись за полночь, обсуждая завтрашнюю поездку деда Степана к своим бывшим коллегам.
С утра друзья заторопились домой в деревню: «Весна, масса хлопот по хозяйству и в огороде», – собирая рюкзак говорил дед Антип своим товарищам. Николай продолжил разговор: «Пока Степан управится с оформлением разрешительных документов на вырубку, мы закончим весеннюю страду в огородах». Дед Степан пообещал им, что постарается: «Как только всё будет готово с документами, я вам сразу же сообщу», – убедительно заверил он.
В деревне, за домашними хлопотами, дни проходили незаметно. Дед Антип всё это время проводил в огороде с внуками. Максим и Арсений уже привыкли к сельской жизни, и когда настала пора уезжать, долго просили маму, что бы она оставила их здесь, но та не согласилась. С внуками засобиралась и бабушка, супруга деда Антипа. «Валентина, ты куда? Осталась бы, бросаешь деда на произвол судьбы», – толи в шутку, толи в серьёз говорил он, улыбаясь. «Ничего, справишься, мы скоро приедем, и приедем на долго. Ты, вон, собираешься на строительство плота на целый месяц уезжать», – парировала жена.
Проводив своих родных, дед начал готовить инструмент: лопаты, топоры, ручную пилу и бензопилу, а также связывающий материал для плота. Долго думали, чем будут скреплять его, и остановились на стальном тросе диаметром 0,5 сантиметра. Бывший лесник убедил их в надежности этого материала. Бухта стального троса была приобретена за небольшую плату на старой лесопилке, которая уже отслужила своё и стояла без дела.
«Всё подготовил, что мне поручили, буду ждать сигнала от Степана», – со спокойной душой размышлял он.
Дед Степан не заставил себя долго ждать: через три дня он стоял на пороге деда Антипа, переполненный радостью и с весёлой улыбкой на лице. «Всё готово, Антип, можно собирать бригаду для спила деревьев для нашего плота», – здороваясь, начал он с порога свою речь. Долго ещё рассказывал, какие бюрократические препятствия ему пришлось преодолеть, чтобы выправить нужный документ. Доложил ещё одну хорошую весть, что договорился с лесопилкой, чтобы они запустили её на время. «Закажем им доски и бруски для дома, который будем строить на плоту; пусть распустят из того леса, что мы запланировали вырубить». Так, в весёлом расположении духа, они пошли к Николаю, чтобы вместе собрать нужную им бригаду из молодых парней. Хотя выбор был небольшой – в деревне их было раз, два и обчёлся. Бригаду на лесоповал смогли собрать только из пяти человек – не совсем молодых, но, слава Богу, непьющих. Двое парней лет за сорок, два брата – Саня и Тимофей – согласились гужевым транспортом подвозить бревна к месту постройки плота. Ещё трое мужчин из той же деревни – Степан, тёзка бывшему леснику деда Степана, да Олег с Федотом – взялись валить лес и в дальнейшем сделать распилку на доски в нужном количестве. «Всё», – облегчённо вздохнул дед Антип, – «завтра начнём, нечего тянуть». Решили собраться всей бригадой у деда Антипа, посидеть, отдохнуть вечерком, отметить это дело по русскому обычаю – с шашлыками и спиртным в небольших количествах, заодно окончательно утвердить свои планы по строительству плавающего средства на пруду.
На утро вся строительная команда была в сборе. Братья Тимофей и Саня со своими лошадками и гужевым снаряжением, погружённым на телегу, отбыли на место вырубки спозаранку. Остальная группа из шести человек уместилась в вездеход УАЗ: инструменты, запасы еды и армейская палатка были загружены в прицеп. К одиннадцати часам они прибыли на место, где братья уже поджидали их около делянки. Принялись за работу. Бригадиром общим голосованием назначили Николая. «Ты, Николай», – обратился к нему от всей группы дед Антип, – «моложе нас, бывший военный, привычный к порядку, будь руководителем над нами, очень просим взять на себя серьёзную ответственность». Тот кивком головы дал понять, что согласен. Сразу же взяв на себя руководство, распорядился: «Начнём заготовку древесины толщиной двадцать сантиметров для постройки набережной». Трем друзьям, деду Антипу, деду Степану и Николаю, была доверена укладка свай под пристань; для этого у них были припасены просмоленные деревянные шпалы. Те с усердием принялись бурить отверстия на берегу пруда и вставлять туда шпалы по отвесу, затем заливать бетоном. Олег, Федот и Степан начали в лесу валить помеченные деревья и обрабатывать их, обрубая сучья и снимая кору. Два брата, Тимофей и Саня, готовили упряжь для своих коней, чтобы заняться транспортировкой брёвен. Погода позволяла, дождей не обещали, и дружная команда, засучив рукава, безостановочно и неутомимо начала свой первый трудовой день. Работа бурно кипела: останавливались лишь для того, чтобы поесть.
К концу трудового дня на берегу был виден остов будущей пристани длиной десять метров вдоль берега и шесть метров вглубь от кромки воды. Весь день в лесу визжали пилы, а на берегу стучали топоры. Однако день начинал клониться к вечеру. Пришлось заканчивать работу, так как солнце почти коснулось горизонта, и в лесу начало темнеть. Уставшие, но довольные проделанной работой, вся бригада потянулась к лесной избушке, которая служила для них перевалочной базой и складом для инструмента, а иногда и для ночёвки. Планировали, когда достроят пристань, установить на ней большую десятиместную палатку, но это будет позже.
Время за работой пролетает незаметно, неумолимо отмеряя свои весенние шаги. Пристань была готова к третьему дню неутомимой работы. На пустынном берегу пруда появилось новое, пахнущее смолой сооружение, на удивление всей местной плавучей живности. Водоплавающие пернатые, сторонясь нового объекта, попрятались в камышах, издавая испуганные крики. Набережная пристань, омытая набежавшим весенним дождём, блестела, как будто матросы помыли причал на генеральной уборке перед встречей командующего флотом. «Первую часть дела сделали превосходно, работу принимаю и ставлю оценку пять», – начал шутить бригадир Николай. «Осталось за малым», – продолжил дед Степан, – «отстроить плот и установить дом на нём». Настроение у всей бригады было хорошее, и они решили сегодня пораньше закончить работу и отметить завершение постройки пристани хорошим ужином. А завтра поставить палатку на новой пристани и, наконец-то, приступить к постройке плота. Собрали инструменты и поехали в лесную избу, где было удобнее готовить еду. Мангал, котёл для приготовления ухи и другие кухонные принадлежности находились во дворе дома, в летней кухне. Вечер за праздничным столом прошёл весело и шумно. Дед Степан, как самый старший по возрасту, встал за столом и произнёс небольшую речь: «Друзья, бревна диаметром тридцать сантиметров у нас заготовлены и завезены к берегу пруда, пристань для постройки плота тоже готова. Осталось применить наши природные умения и трудолюбие для строительства плота и домика на нём». Воодушевлённые речью своего старшего товарища, всей бригадой решили не делать выходного и завтра же приступить к работе. «Поставим палатку на пристани и постараемся до конца мая завершить задуманное», – подытожил общий разговор дед Антип. Опасения о пьянстве новой бригады из сельского поселения не подтвердились – все были трезвы и не проявляли никакого желания к спиртному. Долго засиживаться не стали, улеглись пораньше; предстояла тяжёлая и ответственная работа, к которой они готовились всю прошедшую зиму.
Наступило долгожданное, волнующее утро. Сегодня, наконец, предстоит начать строить плот, для чего и была затеяна данная экспедиция в лесную глухомань. Построенная пристань радовала своим видом бригаду, но всё же основная миссия их появления здесь – это плот. С раннего утра, весело переговариваясь, вся бригада прибыла на пристань. Налюбовавшись своим творением, они начали стаскивать и укладывать бревна по размеру. Для начала сделали каркас из брёвен длиной и шириной пять метров, скрепив их по концам. Вязать брёвна решили стальной проволокой диаметром 0,5 сантиметра. Прикатили на пристань пятнадцать бревен одинакового диаметра и аккуратно расположили их по уже сделанному каркасу, стараясь, чтобы они плотнее прилегали друг к другу. На одном конце связки из брёвен поместили (перпендикулярно к бревнам) несколько шестов с меньшим диаметром: над и под брёвнами. Поочерёдно и по отдельности стягивали все брёвна с шестами. Продолжая повторять этот процесс для следующих шестов, они размещали их таким образом, чтобы скрепить противоположный конец плота. Каждый раз проверяя, что между брёвнами нет больших зазоров, иначе при движении плота вода будет захлёстывать на палубу. На борту плота сделали основу для рулевых шестов, чтобы в дальнейшем можно было управлять им при движении по пруду, и укрепили станину под ручную лебёдку для подъёма якоря тросом. Бригадир Николай оставил деда Степана и Антипа вязать плот, а остальных отослал по местам, где они трудились до этого: валить лес и подвозить недостающие брёвна на пристань. «Сегодня мы должны закончить вырубку древесины, а завтра начнём распилку бревен на лесопилке для строительства настила на плоту и дома на нём», – подытожил он свои распоряжения. Сам в это время принялся помогать Антипу и Степану.
Где-то через два часа к берегу на коне прискакал Тимофей, истерично крича: «Нужна срочно скорая, Олега лесоруба покусала рысь». Дед Степан остановил взмыленного коня, держа его за узду, и пытался понять его суматошный крик. «Ты скажи членораздельно», – в пятый раз повторил он, – «жив Олег или нет, и где произошло нападение рыси». Наконец, Тимофей успокоился, попил воды, держа бутылку в трясущихся руках, и начал подробно рассказывать. «После того как мы приехали на лесосеку, я с Федотом принялся пилить деревья, а Олег обрубал сучья и стаскивал ветки в кучу», – объяснял он взволнованно. «Проходит буквально час с небольшим, и мы слышим его неистовый крик; хорошо, что мы были недалеко – успели отогнать зверя своими криками», – завершил он свой рассказ. Бывший лесник Степан стоял несколько минут в задумчивости. «При моей службе в лесничестве такого хищника здесь не водилось», – наконец проговорил он. «Рысь – опасный зверь и не уступает размерами леопарду, а по некоторым параметрам даже превосходит его, так как обладает сильными лапами с мощной мускулатурой. Размер среднестатистической особи в холке может составлять до полуметра и больше», – закончил он свои объяснения. Степан начал лихорадочно думать, как им поступить, и наконец пришел к решению. «Тимофей, скачи на лесосеку, сделайте с товарищами волокушу из жердей, набросайте на них еловые ветки и транспортируйте раненого к нашему вездеходу; мы поедем лесной тропинкой на встречу». Так и сделали. Слава Богу, успели вовремя довести Олега до больницы, иначе бы он потерял много крови. На пристани и на лесосеке, после печального происшествия, работа не клеилась, и чуть позже решили остаток дня потратить на благоустройство. Поставили палатку, устроили себе лежаки. Свечерело, нехотя поев, разошлись по своим спальным местам. Дед Антип и Николай приехали из больницы около полуночи: им пришлось задержаться, поскольку Николай сдавал кровь; она оказалась совместимой с раненым товарищем. Обрадовали всех хорошей новостью, сказав, что Олег жив, его состояние стабильное, только сильно изодрана когтями шея и плечо с левой стороны. Все улеглись спать, надеясь, что всё обойдётся и их приятель вскоре поправится. Случай нападения рыси на лесоповале немного сбил ритм бригады, но под чутким руководством бригадира Николая всё встало на свои места: деревья, запланированные к вырубке, были срублены, а рубщики Степан, тёзка лесника, и Федот были направлены на лесопилку распускать бревна. Два брата, Саня и Тимофей, занялись транспортировкой строительного материала: из леса переправляли бревна на лесопилку, а оттуда готовые доски, обрезанные по краям и тщательно оструганные, привозили на пристань.
В это время на берегу пруда кипела работа: плот был крепко связан стальной проволокой, и уже начали мостить палубу свежими досками, привезёнными с лесопилки. Брёвна на плоту и доски, уложенные сверху, были тщательно обработаны. Для этого выбрали герметик морского применения, который должен сохранить плот от влаги и гнили.
В трудно доступных местах древесный материал на плоту обрабатывали кисточками для краски, а в основном использовали распылитель, температура позволяла. Распылитель работал под большим давлением: шесть-семь бар, но бригадир внимательно следил, что бы соблюдались все меры предосторожности. Сначала герметик наносили тонким слоем, чтобы он впитался во все поры древесины, потом делали ещё два слоя, создавая нужную структуру и защитную от влаги плёнку на поверхности.
Работали не торопясь, но к концу недели плот уже был готов. Два дня ждали, когда высохнет герметик, и только после этого спустили его на воду, сделав направляющие с причала к воде. Пришлось повозиться: плот был тяжёлый, рабочих не хватало, но, смазывая полозья направляющих жиром и задействовав лошадей, благополучно спустили его. Плот закачался, обдавая волной сгрудившийся народ на пристани, успокоился и стал медленно поворачиваться вокруг своей оси, будто хотел показать себя со всех сторон, какой он хороший. Николай с дедом Антипом разделись и поплыли к плоту, чтобы подогнать его к пристани. Шесты были приготовлены заранее для управления плотом и закреплены на расстоянии одного метра от бортов. Обычно их используют для отталкивания от дна озера или пруда. Ими можно оттолкнуться и от берега или деревьев, чтобы вовремя успеть отойти от опасного места и не налететь на торчащую из воды корягу. «В общем, нужная вещь», – говорил в своё время бывший лесник Степан, когда настаивал на размещении шестов на плоту. Николай с Антипом подогнали плот к причалу и закрепили канатами за кнехты с обоих концов плота. «Кнехты», – при их установке пояснял Николай, – «это металлические тумбы, которые служат для крепления забрасываемого при швартовке судна троса или каната». На данный момент кнехты были сделаны из металлических труб на плоту, а на причале – глубоко вкопанные столбы. Николай, потирая руки, радовался проделанной работе и, слегка волнуясь, начал свою пламенную речь собравшимся: «Друзья, ещё один этап пройден! Плот, как вы видите, качается на волнах нашего пруда, пристань построена, осталось сделать последнее усилие: смастерить дом на плоту. Доски и остальной материал для этого есть, до конца месяца, думаю, управимся», – на позитиве закончил он свою речь. Строительная бригада зааплодировала, раздались весёлые возгласы и предложения отдохнуть сегодня, а завтра приняться за строительство дома. «Принимается ваше предложение, друзья мои», – проговорил Николай. «Занимайтесь приготовлением праздничного стола, варите уху, жарьте шашлык; а мы с дедом Антипом поедем проведать раненого сотрудника, порадуем его нашими успехами». На том и порешили: бригада, сворачивая инструменты, принялась готовиться к празднику в честь завершения постройки плота, а Николай и дед Антип отправились в райцентр, в больницу, навещать своего товарища.
На следующий день до обеда убрали делянку на вырубке леса, собрав все ветки в одну кучу. Крупные ветви от деревьев перерубили на дрова и отвезли в лесную избу, а всю мелочь сожгли, после чего разровняли всю площадь, задействованную под вырубку. Здесь они планировали осенью посадить сосновую рощу.
На лесопилке работа закончена, доски и брус на домик, который будут строить на плоту, заготовлены с запасом. Весь состав бригады, не считая раненого, был задействован в работе на пристани. Работа кипела полным ходом; плавучий дом старались сделать с предельно допустимым комфортом: соорудили даже печь, наподобие камина. Домик получился небольшой, три метра в длину и четыре в ширину: впереди осталась открытая палуба с навесом для рыбалки и отдыха летом. Для застекления окон в домике на плоту вместо стекол поставили пластик, вырезанный из простого оргстекла; прозрачность уступала стеклянным окнам, но безопасность обеспечивалась надежно. К концу месяца, как и обещал бригадир, строительство плавучего дома было завершено. Завершение проекта и первый прогулочный выход на середину водоёма сделали торжественными: навесили шары на плот и мачту, которую соорудили, как положено, с реями, свисающими канатами и растяжками. На мачте реял российский флаг, а рядом – герб района с замысловатой символикой в виде колоса пшеницы и птиц, похожих на куропаток. Пригласили гостей: всех родственников строительной бригады, детей, жён, матерей и даже бабушек с дедушками. Для доставки гостей на дальний пруд дед Антип, Николай и дед Степан заказали автобус, а также выездную автолавку с продуктами и, естественно, с мороженым и сладостями для детей. Получился действительно хороший праздник с выступлением главы района, общественников и просто всех желающих, кто захотел выразить свои чувства.
Праздник, отшумев, закончился, и настали будние дни. Наши друзья на достигнутом не захотели останавливаться. Собравшись вечером на построенном плоту и проводя время в уединении – рыбача и готовя уху прямо на плоту, они строили планы на будущее. Дед Антип предложил сделать это место для отдыха всех желающих из сельских поселений, находящихся поблизости от пруда: «Соберёмся всем скопом, займёмся постройкой домиков на берегу напротив нашего причала. Чуть дальше к запруде сделаем небольшой пирс для купания, который будет уходить в глубь пруда для удобства. Для детей мелководье обнесём сетью, а рядом будет вышка для спасателя и охранника этого райского уголка». Дед Степан, бывший лесник, внёс своё предложение: «Заведём здесь лебедей – белых и чёрных, а на воде, ближе к началу пруда, поставим домики для них». Это предложение все молча приняли, без всяких споров. Лишь Николай, подытожив разговор, высказал свою позицию: «Согласен с вами полностью, задумка отличная, но, скорее всего, все наши планы перенесём на следующий год. На данный момент затрачено много сил и нервов, да и в финансовом плане есть проблемы». «Принимаем всё, что мы запланировали, только строительство и благоустройство пруда переносим на следующий год», – закончил он свою длинную, но обстоятельно высказанную речь. Все дружно согласились с ним и продолжили свой отдых, наслаждаясь природой и покоем в дали от шума и суеты повседневной жизни.