Троцкий по Фрейду и Ницше, 3. Узнает скоро шея

Последняя любовь Льва Троцкого распустилась нежным цветком неистребимого эротизма на колючем кактусе мировой революции. Это была одна из последних ступеней восхождения наркомвоенмора на эшафот "термидорианского переворота", на подмостках которого разжалованного наркомвоенмора и "дубинку Ленина" , правда, ждала не гильотина, как Сен-Жюста или Робеспьера. Не странное превращение в мумию Ленина- Робеспьера Октябрьской революции в Горках и смерть в 54 года(до герантократической планки 70-х и сегодняшних было ой как далеко!). Нечто совсем иное. Вполне зловеще-архаичное и потрясающе авангардное. Даже не изобретение американцев-электрический стул, хотя на пике антикоммунистической истерии они с наслаждением поджарили бы кумира мирового пролетариата, включив рубильник. Но их услуги не понадобились. Лев Давидыч был казнён вступившими в фазу раскола и острой борьбы силами им же созданными.
  Роковой 1937 год. К тому времени уже , как корова языком слизнула,- и Каменева , и Зиновьева, и одну из любовей "валькирии революции" Радека, и многих других "троцкистов" и тех кому "шили" троцкизм , как Николаеву, на которого повесили убийство Сергея Мироновича Кирова. К  тому времени Троцкий и его жена Наталья Седова как бы повторяли живописный сюжет Перова "Дети бегущие от грозы" -вот -вот -и настигнет.С 1928 года высылки Троцкого из СССР по 1940 год, когда наступит развязка,- прошло 12 лет.  Турция, Дания, Норвегия - всё это уже было пройдено.Где примут? К событиям этого периода биографии Троцкого, который в советском посольстве в Стамбуле , к примеру,жил по паспорту , оформленному на фамилию жены- Седов больше всего подходят слова Франсуа Вийона в переводе Ильи Эренбурга из  "Баллады поэтического состязания в Блуа":   " Я принят всеми , изгнан отовсюду". Закавыка ещё и в том, что время "литературных" состязаний-всех этих внутрипартийных дискуссий о возможности или невозможности построения социализма в отдельно взятой стране было позади. А впереди маячило нечто подобное предсмертной записке неистового ваганта:
                Я Франсуа-чему не рад,
                увы ждёт смерть злодея
                и сколько весит этот зад
                узнает скоро шея.

К тому времени были уже изрядно прорежены и герои революции, как зарезанный по версии Пильняка на операционном столе пришедший на смену первому наркомвоенмору Фрунзе, так и   революционная богема -от Есенина до Маяковского и Мандельштама.И даже совершавший паломничество на Тибет в поисках Шамбалы авантюрист Яков Блюмкин (Симха-Янкев Гершевич Блюмкин),на которого много лет спустя в патриотическом угаре   русофилы-конспирологи вешали смерть "последнего поэта деревни".
И только так много взявший от той богемы своей всеми замечаемой театральностью, ораторским искусством и литературными талантами Троцкий , уже приговорённый, оставался "в бегах". Кто же примет? А приинял одного из основателей теперь уже оппозиционного Сталину Комминтерна мексиканский президент из бывших генералов мексиканской революции 1910-1917 годов-Ласаро Карденас. У нас: "бежит матрос , бежит солдат, стреляет на ходу". У них крестьяне-гаучо в отрепьях, поднявшие свои мачете на каудильо в мундирах с эполетами. У нас  :
  «Я,
товарищи, —
из военной бюры.
Кончили заседание —
тока-тока.
Вот тебе,
к маузеру,
двести бери,
а это —
сто патронов
к винтовкам."
 ("Хорошо", Владимир Маяковский"
У них - монументальные фрески Диего Ривьеры и Сикейроса, где среди бунтующих гаучо в самбреро и без,за спинами которых видны испанские конкистадоры, секущие мечами ацтеков, можно увидеть и портрет свергнутого ненавистного каудильо   Диаса (у нас Николай II)и лики Маркса, Энгельса, Ленина и Троцкого.
У нас - "Красный конь" и "Пролетарская мадонна"  Петрова Водкина, мужик -гулливер с алым полотнищем шагающий промеж православных храмов-Кустодиев, ещё недавно живописавший купчиху за чаепитием, изъятие церковных ценностей. У них- практически поголовное истребление католического священства, гражданская война на этой почве. Чтобы окунуться в атмосферу мексиканской революции не обязательно просматривать все спагетти- вестерны, снятые лучшими режиссёрами Голливуда и не только. Их около 600-от и в их числе "Красные колокола" Сергея Бондарчука. Достаточно посмотреть "Золотую пулю" режиссёра Домиано Домиани с Джаном Мария Волоте в главной роли(1966 год).В американском прокате фильм  носил название "A Bullet for the General" ("Пуля для генерала"). Но фрески Ривьеры и Сикейроса,как и захватывающе остросюжетный вестерн в котором  Чунчо — анархист, грабитель поездов, бандит и торговец оружием из гаучо связанный с повстанцами и молодой гринго по кличке Малыш охотятся на генерала Элиаса, -передают панораму лишь верхнего яруса тех политико-культурных джунглей, в которые вступил наш "конквистадор"  мировой революции.
 А вот Фрида Кало -это уже совсем другой уровень. И роман революционного Фауста-Мефистофеля с мексиканской Маргаритой , как мне видится,- если не ключ, то подсказка к пониманию последующих событий в биографии Троцкого.