Глава 10. Любовь к сапфиру

        Елена была в ярости. Лада не имела никакого права так разговаривать с Бореславом, этот человек столько сделал для их клана! Более могущественного колдуна она не знала, уважение, которое питали к нему другие кланы, тоже значило немало. А эта своенравная девчонка гоняет его, как подростка. Но, как только она об этом подумала, в голове закружились мысли, которые Елене совершенно не понравились. «А не сама ли ты виновата в том, что Лада так ведет себя с Бореславом?» – заговорил внутренний голос. - «Ведь ты же знала, что твоя мать его ненавидела, но все равно оставляла дочку с Любомирой. Так чего же ты теперь хочешь?» Вздохнув, женщина подняла руку с ключами, чтобы открыть квартиру, но так и не прикоснулась к замочной скважине. Она совершенно запуталась, порой ее мысли не успевали за действиями, и о многом потом приходилось жалеть.

        После смерти Любомиры она сбежала в Тайланд. Но убегала она не только от мужа и дочери, но и от пронзительных глаз Бореслава, от его проникающего в душу голоса. Елена ненавидела себя за эту любовь, не хотела разрушать его семью, и сделала то, что считала единственно правильным в тот момент – просто уехала. Если бы она знала, сколько проблем вызовет ее отъезд… Но ведь она здесь, вернулась, чтобы попытаться все исправить. Значит, нельзя останавливаться на половине пути.

        Решившись, Елена сунула ключи обратно в карман и поспешила на улицу, к стоянке, где припарковался Бореслав, когда подвозил ее до дома. Она надеялась, что он еще не уехал, что она успеет сказать ему, как сожалеет о поведении Лады и своей собственной беспомощности. И тогда, возможно, он подскажет ей, что делать дальше. Споткнувшись, Елена чуть не растянулась посреди двора, но удержалась на ногах и поспешила дальше, переходя на бег.

        Колдун сидел в машине, глядя прямо перед собой. Неизвестно, что его заставило задержаться, но сейчас это было только на руку Елене.
        - Бореслав, подожди! – отчаянно крикнула она, подбегая к машине.
        Колдун удивленно посмотрел в окно. Увидев Елену, он распахнул дверь и выскочил на улицу.
        - Что? Что случилось? Демон напал?
        - Нет, - выдохнула женщина, держась за бок. Давно она так не носилась, сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди. – Нет, все хорошо. Просто я хотела извиниться перед тобой.
        - Извиниться? – Бореслав удивленно поднял брови. – Но за что тебе извиняться?
        - За Ладу, - виновато улыбнулась Елена. – Она не должна была так с тобой разговаривать.
        - Боже, Лена! – воскликнул колдун. – Я думал, случилось что-то серьезное! Больше не пугай меня так.
        - С каждым днем я все больше чувствую свою вину за то, что не воспитала ее должным образом, - произнесла женщина, как будто не расслышав слов Бореслава. – Я не должна была оставлять дочь на Любомиру. Ведь я ее мать, а она даже сейчас смотрит на меня так, как будто я совершенно чужой человек. Но… наверно, так оно и есть, да?

        Бореслав невесело усмехнулся. Он думал также, но не хотел ни в чем обвинять Елену. Ей не хватало смелости и решительности матери, и в любой сложной ситуации она просто сбегала. То же самое может произойти и в этот раз, а ему просто необходимо, чтобы сейчас рядом с Ладой был верный ему человек. Раз никого из клана девушка видеть не хочет, значит, остается только ее мать. Ведь его самого юная колдунья с каждым днем ненавидит все больше, и дело тут не только в воспитании или его личных недостатках. Бореслав давно догадывался, что в разговорах с Ладой Любомира не ограничивалась одними рассказами о том, какой он плохой человек. Стремясь оградить и девочку, и семейную реликвию от влияния извне, она вполне могла провести специальный обряд, после которого ненависть Лады к Бореславу возрастала бы после каждой их встречи. Пожилой колдун уже слышал о подобных заговорах. Раньше они виделись редко, поэтому девушка общалась с ним вполне дружелюбно. Но теперь… Мужчина вздохнул и посмотрел на Елену. Внешне она походила на свою мать, хотя черты были более мягкими, изнеженными. И по натуре она была такой же. В отличие от Любомиры, от которой всегда исходила какая-то сила, завораживающая, опасная, и от этого еще более привлекательная. Такая же сила исходила и от Лады, хотя до бабушки ей пока далеко.

         В первый раз Бореслав увидел Любомиру, когда им обоим исполнилось по шестнадцать лет. В тот день Хоробор, отец Бореслава и глава их клана, решил устроить вечеринку для молодежи. Юные колдуны и колдуньи подрастали, набирались сил и опыта, и пришла пора познакомить их друг с другом для создания новых связей – дружеских, магических и любовных.

         Праздник был в самом разгаре, и Хоробор, глядя на молодежь, просчитывал, как можно объединить их друг с другом, чтобы выполнение заданий клана проходило более эффективно. Поэтому он не сразу заметил, как его сын ввязался в драку с одним из гостей. Постепенно обычная мальчишеская свалка переросла в настоящую магическую дуэль. Прикрикнув на расшалившихся юнцов, мужчина раскидал их в разные стороны и не спеша спустился к месту происшествия. Музыка стихла, гости с удивлением столпились вокруг парней, ожидая продолжения.

         - Что здесь происходит? – властно поинтересовался Хоробор. – Кажется, мы собрались здесь для укрепления связей, а не наоборот. Бореслав, объяснись.
         Парень, успев подняться, хмуро посмотрел на отца, но ничего не ответил. Метнув в него сердитый взгляд, Хоробор повернулся к сопернику сына.
         - А ты что скажешь, Акамир?
         И этот юнец не пожелал объясняться. Что ж, хотя бы не стучат друг на друга, уже хорошо. Но их нужно наказать, чтобы больше никому не захотелось портить общий праздник.
         - Значит, так, - стальным голосом произнес колдун. – Вы оба отправляетесь по разным комнатам и в полном одиночестве проводите весь вечер. Акамир, родители заберут тебя, когда соберутся домой. Сидите и думайте о своем поведении.
         - Пожалуйста, не наказывайте их, - раздался вдруг в звонкой тишине чуть хрипловатый девичий голос. – Это я виновата, что они подрались.

         Хоробор и остальные гости удивленно посмотрели в ту сторону, откуда слышался голос. Девушка, обратившаяся к главе клана, сделала несколько шагов вперед. Роскошные волосы цвета спелых каштанов были распущены и завиты, темные глаза лукаво поблескивали из-под аккуратных бровей. Юная колдунья, по виду ровесница Бореслава, аккуратно расправила складки изящного голубого платья и смело посмотрела на Хоробора.

         - Они подошли ко мне одновременно и пригласили на танец, - снова заговорила она. – Я растерялась, не зная, кого выбрать, и они, видимо, захотели решить вопрос по-своему. Простите, что невольно стала причиной драки.
         Хоробор усмехнулся. Несмотря на скромность, сквозившую в ее словах, тон девчушки был совершенно далек от слов. Она наслаждалась всеобщим вниманием, поэтому говорила спокойно и даже как будто насмешливо. Какая интересная штучка, чья она?
         - Кто родители этой прекрасной дамы? – громко спросил он, оглядывая толпу.
         К девушке подошли знакомые ему колдуны – Велизар и Демира Субботины.
         - У вас чудесная девочка, - улыбнулся им Хоробор. – Она далеко пойдет.

         Родители рассмеялись. Девушка слегка улыбнулась и повернулась к Бореславу.
         - Чтобы никому не было обидно, я потанцую с вами обоими. Ты согласен?
         Парень кивнул и шагнул к ней первым. Снова заиграла музыка, постепенно все гости вернулись к прерванному веселью, посмеиваясь над юношеской страстью. Бореслав, не отрываясь, смотрел на свою партнершу. Она сразу ему понравилась – тонкая, гибкая, яркая, смелая.

         - Почему ты решила танцевать со мной первым? – спросил он, чтобы как-то завязать разговор.
         - Потому что ты был ближе, - неуловимо повела плечом девушка.
         - И только? – спросил Бореслав. Как он ни пытался, ему не удалось скрыть своего разочарования.
         Девушка рассмеялась.
         - А ты чего ожидал? Что я буду тебя расхваливать? Прости, но не в моих правилах говорить парням комплименты. Я предпочитаю их принимать.

         Бореслав надулся и больше не произнес ни слова. Его соперник оказался более удачливым – на протяжении всего танца юная колдунья вела с ним оживленную беседу и весело смеялась.
         - Ты хоть узнал, как ее зовут? – спросил Хоробор, подходя к сыну.
         - Нет, - мрачно ответил парень. – Если честно, она мне вообще не понравилась. Красивая, но слишком уж самоуверенная.
         - А, по-моему, очень привлекательная особа, - хмыкнул колдун. – Ты бы пригляделся к ней повнимательнее, непростая штучка.

         Бореслав послушал отца лишь спустя два года, когда они вдруг встретились в коридоре института. Юная колдунья шла в окружении подружек и что-то им рассказывала. Девушки слушали ее, раскрыв рты, поэтому не сразу заметили парня, встретившегося на их пути. Любомира же, увидев сына главы магического клана, обворожительно ему улыбнулась.
         - Привет, Бореслав. Не знала, что ты тоже здесь учишься.
         - Я тоже не ожидал тебя встретить, - признался он.
         - Кстати, меня зовут Любомира, - сказала девушка, заметив его растерянный взгляд – ведь он, обидевшись тогда, так и не узнал ее имени. – Наше первое знакомство получилось каким-то скомканным. Но, если захочешь, мы можем его возобновить.

         Махнув ему рукой на прощанье, колдунья зашла вместе с подружками в одну из аудиторий. Еще несколько раз они встречались совершенно случайно, но однажды, во время праздника посвящения в студенты, Бореслав выпил чуть больше, чем следовало, и решил все-таки продолжить знакомство с Любомирой. Когда он подошел к ней, девушка холодно отшивала старшекурсника, пытавшегося пригласить ее на прогулку. Бедный парень слушал ее, опустив голову, а когда она закончила, ушел, не в силах ответить хоть что-нибудь. Отвязавшись от надоедливого поклонника, колдунья повернулась к Бореславу.
         - Ты что-то хотел? Я сегодня не в настроении сохранять маску милой девочки, поэтому, если ты не против, давай пообщаемся завтра.
         - А ты когда-то была милой? – удивился Бореслав. – Видимо, в этот момент я отсутствовал.
         Любомира посмотрела на него долгим взглядом и вдруг рассмеялась.
         - А ты, оказывается, можешь быть интересным, если захочешь.

         Они начали встречаться. Родители благосклонно отреагировали на романтические отношения между своими детьми. К тому же, с каждым днем они становились все более нежными и уважительными, несмотря на то, что и Бореслав, и Любомира были сильными, амбициозными личностями.

         Спустя год Хоробор вызвал сына на серьезный разговор.
         - Я думаю, тебе стоит сделать предложение Любомире, - сказал он тоном, не терпящим возражений.
         - Что? – поразился молодой колдун. – Папа, какая женитьба? Еще слишком рано! Я хочу сначала закончить институт! К тому же, я не уверен, что Любомира согласится.
         - Расскажи ему, - вмешалась мама, входя в комнату и усаживаясь рядом с отцом. – Он имеет право знать. В конце концов, это касается его будущего.
         - Ладно, согласен, - глава магического клана побарабанил пальцами по столу. – Сынок, выслушай меня внимательно. Дело в том, что семья Любомиры обладает неким уникальным сокровищем, талисманом, который наделяет своего обладателя огромной силой. Недавно у Любомиры умерла троюродная тетка. У нее не было своих детей, поэтому она передала эту реликвию твоей девушке. И нам просто необходимо ее получить.
         - И из-за этого я должен жениться? – возмутился Бореслав. – Но это будет нечестно по отношению к Любомире, получается, что я просто ее использую!
         - Не будь таким сентиментальным, - поморщился Хоробор. – Неужели ты надеялся, что сможешь жениться по любви? Оставь свои мечты, ты же не романтичная девица. Нам нужен этот талисман, понимаешь? С ним мы станем самыми могущественными колдунами в стране, если не в мире.
         - Неужели этот талисман такой сильный?
         - Именно так. Ему больше двух тысяч лет. Какие силы он дает своему владельцу, даже трудно представить. И я хочу, чтобы ты женился на Любомире, тогда мы сможем держать ее и этот талисман при себе.

         На следующий день отец повез Бореслава в «Жемчуг» - один самых старых и уважаемых ювелирных магазинов Самары. Они выбрали красивое кольцо, инкрустированное бриллиантами и небольшим рубином, и в этот же вечер молодой колдун пригласил Любомиру к себе домой на романтический ужин. Хоробор и Зната, мама Бореслава, ушли к соседям, чтобы не смущать молодежь.

         Любомира приехала точно в восемь часов вечера – она всегда появлялась вовремя. Весь день парень волновался, тщательно продумывая свой разговор с будущей невестой. Отец дал ему несколько советов, но он забыл их, как только родители покинули дом. Бореслав переживал не только из-за решительного шага, который должен сделать в этот вечер, но и из-за того, ради чего этот шаг нужно сделать. Он по-прежнему не был уверен, что готов провести с Любомирой всю оставшуюся жизнь, к тому же, ему было неприятно, что он так нагло использует их отношения, чтобы добиться еще большей власти для своей семьи.

         Когда раздался звонок, он подскочил к двери и распахнул ее, впуская Любомиру в шикарную прихожую их богатого дома. Улыбнувшись ему, девушка изящным движением расстегнула пальто и скинула его на руки парня. Бореслав восхищенно ахнул. На Любомире было темно-синее платье в пол с боковым разрезом и длинными рукавами. А поверх него сиял большой синий сапфир на длинной и тонкой серебряной цепочке. В свете люстры каждая его грань переливалась всеми цветами радуги и дарила необъяснимый свет. Стараясь держать себя в руках и не проявлять излишнюю заинтересованность камнем, Бореслав провел девушку в столовую.
         - Какое у тебя интересное ожерелье, - сказал он, устраиваясь напротив нее.
         - Да, досталось в наследство, - небрежно ответила Любомира, маленькими глотками отпивая сок из стакана. – Месяц назад умерла моя троюродная тетя. Оставила мне эту занятную вещицу.

         Бореслав не мог отвести взгляд от сапфира. И дело было не только в его величине и красоте. От этого камня исходила такая сила, что не почувствовать ее было невозможно. Теперь он понял, о чем говорил отец, когда торопил его со свадьбой. Хранительница такого талисмана должна быть в их семье. Его больше не терзало чувство вины. В конце концов, он ничего плохого не замышляет. Рано или поздно они бы все равно поженились, в этом он уже не сомневался. Решившись, парень налил вина себе и Любомире и аккуратно достал из кармана коробочку с кольцом. Встав из-за стола, он торжественно подошел к девушке и опустился перед ней на одно колено.
         - Мы давно знаем друг друга, - начал он, - и за то время, что мы вместе, я успел понять, что никогда не найду девушки лучше тебя. У меня есть к тебе только один вопрос. Ты выйдешь за меня?

         Любомира сидела, не шелохнувшись, низко опустив голову. Она не дрогнула, когда он встал перед ней на колено, и ни слова не произнесла после его предложения. Бореслав растерялся. Он ожидал, что она кинется ему на шею, расцелует и даст свое согласие. В конце концов, он молодой, красивый, богатый, да к тому же сильный колдун, который со временем, в этом он не сомневался, станет главой клана. Чего ей еще желать? Но время шло, а девушка продолжала терзать его ледяным молчанием.

         - Что такое, Любомира? – немного раздраженно произнес Бореслав, не выдержав давящей тишины. – Разве ты не согласна?
         Ведьма подняла глаза, и парень увидел плескавшийся в них огонь.
         - Ты действительно хочешь, чтобы я стала твоей женой? А почему, Бореслав? – сдавленно произнесла она. – Потому что любишь меня? Но ведь за этот год ты даже ни разу не признался мне в любви. – Бореслав хотел было что-то сказать, но она властно вскинула руку, и он почувствовал, как слова застряли у него в горле. – Пару недель назад родители сказали мне, что твой отец как-то узнал о нашей семейной реликвии, и что он обязательно попытается завладеть ею, в том числе и с твоей помощью. Но я им не поверила. Я сказала, что ты не такой, как твой отец, и не попытаешься через меня завладеть талисманом. Выходит, я ошибалась?

        Бореслав поднялся и отошел к камину. Уверенность в себе постепенно сходила на нет. Да, ее родители вовремя забили тревогу, они сразу все поняли. Странно, что его отец не подумал об этом. Может, решил, что он умнее всех? С него станется. Вздохнув, парень повернулся к Любомире и смело встретил ее горящий взгляд.
        - Твои родители были правы, - спокойно произнес он. – Папа действительно рассказал мне о вашей семейной реликвии и настоял на том, чтобы я как можно быстрее сделал тебе предложение. Я пытался отказаться, потому что считаю, что нам еще рано жениться, но он просто не оставил мне выбора. Прости.
        - Что ж, зато теперь ты можешь честно сказать отцу, что сделал все, чтобы я стала твоей женой, но я отказалась.

        Любомира встала и направилась к выходу, а Бореслав вдруг ощутил пустоту в груди, ему показалось, что, если она сейчас уйдет, пути назад у них уже не будет, он потеряет ее навсегда. Но Бореслав не мог этого допустить. И дело было не только в талисмане. Вскочив со стула, колдун побежал за девушкой. 
        - Подожди! Любомира, стой! – он схватил ее за руку. – Я действительно в тебя влюблен, и хочу быть рядом. Прости, что не говорил тебе этого раньше. Я скажу отцу, что ты не готова к замужеству, возможно, он даст нам хотя бы еще год форы, и мы придумаем, что делать дальше. Только не уходи вот так. Я не хочу, чтобы между нами все закончилось.
        Любомира приложила ладонь к его щеке. Только сейчас она поняла, что тоже успела его полюбить. Хорошо, что он все-таки оказался порядочным человеком и смог во всем ей признаться.
        - Дай мне пару дней, чтобы прийти в себя, хорошо? – тихо сказала она. – Я сама тебе позвоню.

        Любомира ушла. Бореслав же, вернувшись в столовую, залпом осушил бокал вина, потом, подумав, выпил и порцию Любомиры. На душе было очень гадко, но, в то же время, из головы у него не выходил волшебный сапфир. Теперь молодой колдун знал, что девушка специально надела это ожерелье, чтобы проверить его. Что ж, проверку он провалил. Будет настоящим чудом, если гордая Любомира даст ему второй шанс. Включив тяжелый рок, Бореслав налил себе еще вина и расположился на небольшом кухонном диванчике, ожидая возвращения родителей.

        - Что значит, она отказала?! – спустя полчаса кричал Хоробор, выслушав сына. – Она не должна была тебе отказать! Как ты мог это допустить?
        - Любомира знала о том, что ты охотишься за их талисманом, - ответил Бореслав. Он был слегка навеселе, прикончив в одиночку почти целую бутылку вина.
        – Ей обо всем рассказали родители. Естественно, она не захотела выходить за меня после такого. Ты же знаешь, какая она независимая.
        - Плевать, ладно, - накричавшись, сказал Хоробор. – Раз эта девчонка считает, что может отказать нашей семье, пусть так. Завтра я начну искать тебе другую невесту.
        - Нет, я не согласен! – вскочил Бореслав. – Я хочу быть с Любомирой, я ее люблю!
        - Значит, разлюбишь! – прорычал глава колдовского клана. – Завтра же позвонишь ей и сообщишь, что вы расстаетесь. Если она тебе любит, принесет нам сапфир на блюдечке. Нет – пусть ищет себе других поклонников.
        - Я этого не сделаю! – закричал Бореслав.
        - Еще как сделаешь, - хищно улыбнулся Хоробор. – Выбирай, или наша семья, твое наследство и прочие прелести жизни, или эта девчонка.
        Молодой колдун не нашел в себе сил, чтобы бороться с отцом. На следующий день он позвонил Любомире и сказал, что они должны расстаться. Хмыкнув, девушка положила трубку.

        В следующий раз они увиделись лишь спустя несколько лет, когда она вышла замуж за одного из колдунов союзного клана, а сам он уже два года как был женат на Ясмине. Любомира так и не смогла простить его за предательство, и он всю свою жизнь чувствовал угрызения совести и сожаления. Пока в один прекрасный день не увидел на очередном собрании клана робкую молодую колдунью. Он сразу понял, чья это дочь, слишком въелись в его памяти черты лица ее матери. Улучив момент, Бореслав подошел к девушке, с любопытством озиравшейся по сторонам.

        - Ты, наверно, Елена, дочь Любомиры? – спросил он, улыбнувшись.
        Колдунья подняла на него свои большие карие глаза и, покраснев от смущения, кивнула.
        - Рад тебя видеть, - тепло сказал Бореслав. – Твоя мама тоже здесь?
        - Нет, - тихо ответила Елена. – Она… не смогла прийти.
        Глава клана рассмеялся. Как аккуратно эта совсем еще девочка сообщила об отказе своей матери прийти на собрание. Но она могла ничего и не говорить – с тех пор как Бореслав стал главой клана, Любомира ни разу не появилась на общих встречах. Да и до этого приходила не особенно часто, как и ее родители.
        - Что ж, проходи, - сказал колдун, посмотрев на часы. – Мне пора начинать собрание. Если у тебя возникнут вопросы, смело подходи ко мне, когда все закончится, буду рад помочь.

        С этого дня Елена не пропускала ни одной встречи. Бореслав сомневался, что Любомира знает об этих визитах, но его это мало интересовало. К тому же, в голове колдуна начал созревать план, он снова вспомнил о великолепном сапфире, неиссякаемом источнике магической энергии, которую их семья так и не смогла заполучить. Из осторожных разговоров с двадцатилетней Еленой он знал, что она замужем и не так давно родила дочь. Узнал он и о том, что выходить замуж девушка не хотела, и не питает совершенно никаких чувств к мужу. Зато о своей симпатии к Бореславу ей даже не нужно было говорить – каждый раз при встрече с ним ее глаза светились, щеки покрывались легким румянцем, при этом она все чаще старалась избегать его, зная, что поддаться чувствам было бы неправильно. Сначала колдун лишь посмеивался над ее пылкостью. Он так и не смог полюбить свою жену Ясмину, хотя к тому времени у них уже было двое взрослых сыновей, чуть младше Елены. И забыть Любомиру тоже до сих пор не смог. А тут перед ним практически ее копия, только более мягкая, более слабая, готовая идти за ним хоть на край света. К тому же, именно ей, скорее всего, перейдет волшебный сапфир…

        После недолгой, но отчаянной борьбы самим с собой, затолкав совесть в нетронутые глубины души, Бореслав, наконец, решился. После очередного собрания он начал обучать Елену заклинанию, которое ей никак не удавалось.
        - Тебе нужно просто расслабиться, - мягко сказал он, усаживая девушку на пол. – Вот так. Закрой глаза, дыши глубоко и размеренно. Мне нужно, чтобы ты почувствовала тепло, покой и уверенность в своих силах.
        Он осторожно взял ее за руки и тоже закрыл глаза. Но спустя несколько минут, почувствовав какое-то движение, Бореслав встрепенулся. Елена смотрела на него так, как ни одна женщина за всю его жизнь. В этом взгляде было все – любовь, восхищение, счастье. Заметив, что колдун тоже на нее смотрит, Елена испуганно вскочила на ноги.
        - Простите, я… Я должна идти, мне нужно…
Бореслав легко поднялся и поймал ее за запястье.
        - Леночка, что случилось? – нежно спросил он, заглядывая ей в глаза. – Что тебя напугало? Ты что-то увидела?
        - Мне правда пора, - умоляющим голосом произнесла она.

        Высвободив руку, девушка убежала. Но Бореслав знал, что рыбка попалась на крючок. Ведь он показал, что тоже в ней заинтересован. И как только мужчина подумал об этом, на него со всей своей беспощадностью набросились муки совести. Он вдруг осознал, что пытается соблазнить замужнюю женщину, молодую мать, дочь преданной им бывшей невесты, и все это лишь ради талисмана. Да что же он за человек? Выругавшись, Бореслав выскочил из здания на улице Ново-Садовой, которое клан арендовал для своих занятий, и, не разбирая дороги, забыв про машину, одиноко торчавшую на стоянке, побрел по ночному городу.

        Совесть терзала его недолго. Уже на следующий день колдун благосклонно принял робкие попытки Елены извиниться за вчерашнее.
        - Не знаю, что на меня нашло, - сказала она, задумчиво пожевывая соломинку от коктейля. Бореслав предложил ей встретиться перед занятием и отвел в один из самых дорогих ресторанов города.
        - Магия творит чудеса не только вокруг, но и внутри нас, - пожав плечами, ответил Бореслав. – Видимо, что-то тебя зацепило. Не страшно, бывает. Значит, ты уверена, что все хорошо?
        - Да, конечно, - улыбнулась Елена, и колдун в очередной раз с болью в сердце отметил про себя, что улыбка у нее – копия материнской.
        - Тогда, может, попробуем повторить сегодня?
        Девушка подняла на него глаза. На миг Бореславу показалось, что она видит его насквозь.
        - Почему бы и нет? – ответила Елена, развеивая его сомнения. – Я многому могу у вас научиться.
        - Только прошу тебя, давай на «ты», хорошо? А то я чувствую себя стариком.

        Последующие несколько недель Бореслав пытался добиться еще большего расположения молодой колдуньи, привязать ее к себе так, чтобы она не представляла себе жизни без него. Для влюбленной молодой женщины Елена держалась удивительно долго, но все-таки дрогнула. С тех пор их роман понесся бурной горной рекой. Удивительнее всего было то, что никто о нем не догадывался – и Бореслав, и Елена старались быть очень осторожными. Впрочем, слухи все равно начали распространяться. И однажды они дошли до Любомиры.   

        Одной теплой апрельской ночью Бореслав и его семья спокойно спали в своем двухэтажном коттедже на пятой просеке, когда их железные кованые вдруг ворота сорвались с петель и отлетели к саду, с густым звоном ударившись об одну из стен дома, откалывая целые куски штукатурки. Ясмина, вскрикнув, проснулась. Колдун, на ходу надевая длинный махровый халат, поспешил во двор, готовясь отразить любую атаку. Но, увидев Любомиру, остановился как вкопанный. Колдунья шла к нему прямо по стриженой лужайке, ее длинные черные волосы, в которых не было ни намека на седину, развевались на ветру. Даже в темноте было видно, как сверкают от ярости ее глаза.

        - Как ты смеешь? – крикнула Любомира, приблизившись к Бореславу. – Как ты смеешь охотиться на мою дочь?
        - Успокойся, прошу тебя, - колдун попытался наладить разговор, хотя не особенно верил, что это сработает. – Я сейчас все тебе объясню.
        - Только не надо говорить, что ты на самом деле в нее влюблен, и наш талисман не имеет к этому никакого отношения, - язвительно произнесла ведьма, останавливаясь. – Я слишком хорошо помню эти песни. После них ты как раз меня бросил.
        - Согласен, все это выглядит просто отвратительно. Но нам действительно нужен сапфир. С ним мы и наш клан станем только сильнее, понимаешь?

        Любомира подошла к нему почти вплотную. От ее кожи исходил такой жар, что Бореслав невольно отступил. В ушах при свете звезд тускло переливались сережки из темно-синего авантюрина, на груди сияла подвеска из янтаря. Любомира всегда была в сопровождении камней, без них она даже из дома не выходила.
        - Бореслав, - произнесла она, стараясь говорить как можно спокойнее. – Я простила тебе предательство, постаралась забыть все, что между нами произошло. Но ведь я могу и вспомнить. Ты же знаешь, что я являюсь хранительницей талисмана огромной силы. Представляешь, что я могу с тобой сделать, если захочу? Прошу тебя по-хорошему, оставь мою дочь в покое. Тем более, после моей смерти сапфир ей не достанется. Он перейдет к Ладе. И я сделаю все для того, чтобы она и близко тебя к себе не подпустила. Ты понимаешь меня?
        Бореслав долго смотрел на свою бывшую невесту. Он до сих пор был к ней неравнодушен, хотя мало кто мог себе позволить оставаться равнодушным рядом с Любомирой. Что ж, видимо, ему действительно придется забыть о талисмане.
        - Я услышал тебя, - безжизненным голосом сказал он. – Обещаю, я оставлю в покое твою дочь.

        С тех пор он действительно больше не приближался к Елене. Она страдала, мучилась, но вопросов не задавала. А после смерти Любомиры он даже не успел как следует с ней попрощаться – колдунья слишком быстро уехала в Тайланд, и он не мог ее винить за это бегство. Но теперь, в свете всех последних событий, Елена снова ему понадобилась, чтобы как минимум усмирить Ладу. А как максимум – отобрать у молодой колдуньи талисман. Значит, ему необходимо снова воспользоваться ее чувствами: он знал, что она по-прежнему его любит. Чувствуя себя последним мерзавцем, Бореслав положил руки на плечи женщины.
        - Я не злюсь на Ладу, и тебе не нужно на нее злиться, - нежно сказал он. – Она всего лишь неопытная девочка, которой нужна поддержка близких, хоть она сейчас этого и не понимает. Поэтому мы должны держаться вместе, слышишь? Главное, поверь, что я не желаю зла твоей дочери.
        Женщина кивнула и, судорожно вздохнув, опустила голову ему на плечо.