Не космос - метры грунта

Лавовая галерея уходила ввысь. Оплавленные стенки черным отблеском напоминали о былой вулканической активности. Сейчас же всё было схвачено мерзлотой. Космический холод проникал в эти коридоры и окутывал стены. Испытательная станция «Подлунный модуль – ЭХО» находилась в одной из безопасных боковых трубок, устойчивых и укреплённых. Команда терроформирования приступила к подготовке испытаний - оставалось лишь перекрыть последнюю трубку, ведущую из галереи. Она была перспективным газохранилищем.

Импульсы акустических буров продолжали выбивать прочные связи породы, образуя каменный карман с крошкой, легко ссыпаемой в адаптивные вагонетки – автономные ящики на ножках широкого спектра применения.
- Эх, а вот раньше бы мы просто подорвали эту скалу и разгребли всё манипуляторами. Весело было!
- А потом тащили бы эту пыль на станцию? Так, Вектор? Нет, сейчас такие методы не годятся, - парировал Луч. – Ремонт лунных модулей дорого стоит. Крупнообломочное волновое дробление – вот будущее.

Работа была почти закончена. К галерее уже подводили газ для опрессовки.
- Интересно, а там сейчас светло? Я не понимаю, сколько времени прошло.
- Да уж. Кажется, что мы тут всего несколько часов, но прошли почти сутки.
- Мне доктор сказал, что дисторсия времени у меня от этого. Вернусь домой, буду гулять и воздухом дышать. Растягивать время. А тут оно пролетает, как в трубу.
- Это точно. Только и успевай бурить.

Две вагонетки притащили на себе материалы, и бурильщики занялись монтажом гермощита. Его аккуратно устанавливали в проём лавовой трубки. Распорные механизмы впились в породу, прочный полимер натянулся по периметру, а шнур, заложенный в канал, вспенился и затвердел, герметизировав шов.
- Терроформер-ЭХО. Можете начинать, – сказал Луч по рации.
- Бурильщик-ЭХО. Покиньте опасный участок галереи, – ответил Аргон.

На шлемах Луча и Вектора отразилась визуальная картина галереи, окружающее пространство стало голографическим, ярким. Стены будто покрылись прозрачной и светящейся плёнкой. Схема ясно давала понять, где должно быть безопасно. Они отошли чуть ближе к щиту и стали наблюдать.
- Мы в безопасной зоне.
- Начинаем испытания, – оповестил в ответ Аргон.

Экран полимера выгнулся в сторону неосвоенного ствола, как будто стараясь захватить дополнительные сантиметры пространства. И тут по шлему Вектора что-то стукнуло. Он поднял голову и направил луч прожектора на стену.
- Луч, смотри!
Промороженные стены покрылись паутиной трещин, эхо хруста разлеталось по газовой среде и заполнило галерею водопадом звуков.
- Вектор, назад!
Их отбросило в глубину трубки.
- База! База! Приём!
- Аргон! Приём!
Наступившая тишина оглушала. Луч направил прожектор к выходу. Ножки вагонеток торчали из-под обломков, как лапки сенокосца, и уже не шевелились. Но выхода не было видно.

Рухнула вся галерея. Теперь они были отрезаны от станции кубометрами глыб, покрываемых с каждой минутой туманом холодного газа, который сочился из пустот завала.
- Как думаешь, что случилось?
- Наверное, давление подняло свод, а за ним была или линза, или пустота, да что угодно. Вот он и рухнул. В конце концов, мы еще точно не знаем, какая механика у этих замёрзших пород, – заключил Луч.
- Так за нами не скоро доберутся. А в этих скафандрах мы долго не протянем.
- Сами выберемся.

Включив вспомогательный свет и погасив основные прожектора для экономии батарей, двое направились по коридору прочь от завала. Гермощит порвало ударной волной, и они пошли через него.
- Знаешь, куда идти?
- Судя по схеме трубок, если навигатор не сбился - нам сюда.
- Надеюсь, это нам не засчитают за прогул?
- Прогуляться всё равно придётся.

По пути они обнаружили аварийный ящик. В нём находилась линия связи. Но, подключив её, Луч ничего не услышал. Только тишина, как в первые секунды после обвала.
- Приём! База! Приём! Аргон, Аргон! Связи нет. Бесполезная хрень.
- Похоже, обломки перебили линию.
- Забавно получается. Мы рвёмся в космос, и остаёмся без связи под землёй.
- Возможно в этом есть ирония. Человечество стремится подальше от поверхности, в основном - вверх. Но его движение вниз так же беспомощно.
- Жизнь в аквариуме двухмерного пространства поверхности – наша судьба.
- Хех. А ты думал, что мы могли бы до сих пор ползать по Земле, если бы не наше пытливое сознание?
- Ну у кого пытливое, у кого простое. С этим не угадаешь.
- Важно, что разнообразное. Машины нужны для рутины, но прощупать даль и глубину позволяет разнообразие и узкая специализация, которая без разнообразия просто не вырастет.
- А ведь глубину себя нам тоже тяжело прощупать…

Бурильщики шли по мрачному коридору лавовой трубки, аккуратно обходя провалы.
- Чем думаешь заняться, когда вернёшься домой, Вектор?
- Думаю получить образование. Я в психологи пойду. Пусть меня научат.
- Из бурильщиков в психологи? Ахаха, ну ты оригинал.
- А что такого? Мы копаем, и они копают. Только мы копаем материю, а они – сознание.
- И чем же ты будешь копать сознание?
- Беседы, вопросы, визуализация, карты сознания. Инструментов сейчас много.
- Всё же - ты, и в психологи. В голове не укладывается.

Они шли по трубке коридора, и потолок становился всё ниже. Пройдя еще около километра, бурильщики начали идти, полусогнувшись. Шлем то и дело задевал об оплавленный свод.
- Долго еще?
- Потерпи. Еще полчаса, и мы будем на карачках.
- Ты испытывал когда-нибудь страх замкнутого пространства?
- Когда-то в детстве. Но потом этот страх прошёл. Я же бурильщик. Теснота для нас – работа.

Прошло еще полчаса и еще некоторое время. Пробираться по-пластунски не очень-то удавалось. Ранец задевал о потолок. Луч застревал, Вектор толкал его вперёд.
- Ты, Луч, главное - не паникуй. Дыши медленно, думай о приятном.
- Поговори мне тут. Я и не паникую. Толкни лучше посильнее.
- Ага-ага. То-то каждый раз ножками дрыгаешь, когда застреваешь. Долго нам еще застревать, кстати?
- Всего-то сотня толчков осталась.
- Отлично. А то от этих трений уже колени стёрлись.
Достигнув грота, Луч помог Вектору подняться на ноги. Свет прожекторов отразился в зеркальных поверхностях ледяной пещеры, и она засверкала, как самоцвет.
- Как заново родился!
- Какая красота!
- Мы недалеко от выхода.
- Как ты это понял, Луч?
- Если здесь лёд, значит, рядом есть вода в жидком виде. Следовательно, слой промерзания здесь уменьшается.

Дверь открылась, и бурильщики вышли на поверхность, расположившись на солнце в ожидании эвакуации. Ледяной газ из пещеры бил на поверхность. Солнце освещало выход, и ясный морозный воздух переливался яркими кристалликами льда. Почва вокруг была покрыта инеем. Холодильные установки шумели, охлаждая лавовую пещеру.
- Остановка – Земля! Снимай шлем!
Запах озона резко удалил в нос и стал насыщать кровь электрическими вспышками ясности.
- Я так скажу, - бодро заявил Луч, - Наши учёные, конечно, придумают, что делать с этой вечной мерзлотой на Луне, на Марсе, где угодно. Но эти скафандры для подземных работ не годятся.
- Расслабься. Мы уже выбрались. Ты чувствуешь, какой воздух приятный?
- Свежий воздух всегда приятнее любой дыхательной смеси.

(с) Иван Арнаутов
ТГ-канал Иван пишет книгу
@ivanwritesbook