Девочка с зелёными волосами. Гл. 17

                Глава 17.

Они проплыли мимо небольшого гаванца, от которого отходил наискосок вглубь города канал.

–– Он ведёт к прудам для разведения рыбы и к провиантским складам, –– объяснила старшая сестричка. –– А впереди ещё одна гордость горожан –– цепной мост.

Сооружение невдалеке было совсем не похоже на виденные Русалочкой ранее: однопролётный, с небольшим горбиком мост висел на цепях.

Стальные звенья их были перекинуты через колонны чугунных порталов, возвышавшихся на берегах как триумфальные арки. Концы цепей закреплялись в гранитные плиты устоев моста, каменные тумбы защищали их от колёс экипажей. Мост висел на стальных тросах, крепившихся к натянутым между арками цепям. Дуги их, вместе с частоколом тросов, напоминали надетую на реку ажурную диадему. И она, будто подобранное со вкусом украшение, придавала ощущение невесомости всей этой чугунно-стальной переправе. Дополняли это чувство лёгкости и сужающиеся кверху, с тонкими рёбрами колонны, и сияющие золотом украшения моста: расписанные орнаментами арки и фризы, маски гривастых львов с торчащими из их пастей цепями, висящие в порталах фонари и прикрывающие стыки прутьев, колец и ограждений цветочные розетки.

–– Он ещё и поёт, –– заплывая в темноту под мост, поведала старшая сестрица. –– Цепи и тросы, как натянутые струны, откликаются на движение карет, людей, всадников. Горожане называют мост «эоловой арфой».

Русалочка высунула головку из воды и услышала похожий на вой ветра звук. Он понемногу ослабел и сменился на тихий звон с заунывным, напоминающим погребальное, пением.

–– Мост не только поёт, он ещё и пляшет, –– заметив колебание пролёта, с тревогой доложила Русалочка старшенькой. –– Как бы не свалился на нас!

Сестрички замерли, прислушиваясь и присматриваясь к мосту. Переправа тем временем то ровно и слегка раскачивалась, то вдруг начинала колебаться резко, с перебоями, а потом неожиданно заколыхалась широко и редко.

–– Пошёл обоз ломовых, –– поведала Русалочке сестрица.

За телегами послышался размеренный шум сапог, и прозвучал окрик «Идти не в ногу!», сменивший чеканный шаг на нестройное топанье, тут же придавшее мосту бойкую колеблющуюся жизнь.

–– Не упадёт, –– заверила сестрица. –– Дальше по реке есть похожий цепной мост. Вот он однажды свалился. Горожане по своей глупости обвинили тогда военных. Якобы они, маршируя, раскачали пролёт. В армии после этого даже ввели новую команду «Идти не в ногу!»

–– А на самом деле? –– спросила Русалочка.

–– На самом деле мост уронили охраняющие его сфинксы –– львы с женскими головами, покрытыми символом власти немесом, синей, с золотом и с длинными фалдами повязкой. Эти мистические существа обитают одновременно в двух мирах –– здесь и в потустороннем. И как-то раз сфинксы заметили бредущую по набережной девушку. Она выглядела потерянной и была не ко времени и не к месту нарядно одета. И сфинксы увидели, что в том потустороннем мире её душу захватили бесы. И ведут её к мосту, чтобы она бросилась с него. И сфинксы не пустили девушку в царство мёртвых, разрушив переправу. Почему они пожалели её, непонятно. Ведь сфинксы беспощадны. Само это слово означает душитель. Но так случилось.

–– Что с ней стало потом?

–– Бесы испугались грозных защитников и оставили её.

–– А люди, которые были на мосту, не погибли?

–– Никто даже не пострадал. Сфинксы как-то хитро, под углом сломали мост. Вымок только эскадрон егерей, пара извозчиков с седоками и несколько прохожих. Кого-то вытащили, кто-то выбрался сам. Однако в крушении обвинили военных –– мол, эскадрон своим дружным шагом раскачал и уронил переправу.

Сестрички помолчали, думая о судьбе чудесным образом спасённой девушки.

–– Люди сочинили и другие объяснения обрушения моста, –– продолжила старшенькая. –– Говорили, что его устои были облицованы плитами из древних капищ. И это месть идолов и душ умерших жрецов.

–– Это как раз похоже на правду.

–– Однако в действительности плиты были взяты с набережной засыпанного канала. Хотя и это не лучше, чем с капищ, — усмехнулась сестрица. –– Канал окружал замок с привидениями, и в нём произошло несколько загадочных убийств. Есть и ещё одно магическое толкование. Обрушение –– это проклятие влюблённой. Якобы во время прохождения по мосту военных, некая Мария, дочка почтмейстера, увидела из окна своей квартиры поручика, бросившего её. И крикнула в сердцах: «Да будь ты проклят, провались в Тартары!»

–– Вряд ли дочка почтмейстера была так могущественна, что смогла обрушить мост,
–– возразила Русалочка.

— В это верят только такие же как Мария. И угрожают своим ухажёрам, что тоже отправят их в Тартары, если они посмеют их разлюбить.

— А что такое Тартары?

— Это ледяные и бесплодные окраины потустороннего мира. Поручик туда не провалился, только вымок в воде. Да и не за что было его проклинать. Ну разлюбил он Марию, что с того? Хочет любит, хочет нет.

–– Однако проклятие –– дело опасное.

–– Если заслуженное, то да –– бойся, дрожи. Но если оно несправедливо, опасаться нечего. В мудрых книгах написано: «Как воробей вспорхнёт, как ласточка улетит, так незаслуженное проклятие не сбудется». Дело вовсе не в Марии. Разве что она была ведьмой, –– неожиданно предположила старшенькая. –– Тогда могла обрушить мост.

–– Ведьмам не нужно ничего ломать, –– не согласилась Русалочка. –– Они умеют в два счёта приворожить.

–– Ну да… мосты между берегами и влюблёнными рушатся из-за другого, –– задумчиво произнесла старшенькая.

Сестрички выплыли из-под висячего моста на простор реки, разделявшейся в этом месте на два рукава.

–– Нам туда, –– показала старшенькая на правую протоку. –– Там ещё один мост. Его охраняют ужасные Медузы Горгоны.