Ангел

    Мой отец был художником. Художником-самоучкой. Просыпаясь каждое утро как на работу, он доставал убранную на ночь заготовку будущего полотна – это был обычный лист фанеры, облокачивал его на спинку стула, клал перед собой палитру с красками, которой служило какое-нибудь старое блюдце, и начинал творить. У него была целая коллекция репродукций великих русских художников, и он, взяв за основу сюжет Шишкина, Поленова или Айвазовского, создавал собственный шедевр. Пейзажи ему удавались особенно хорошо.
      Сначала он расчерчивал карандашом клеточки, затем – штрихами набрасывал эскиз и только после этого брал кисти и краски. Первым на картине появлялось небо. Он наносил краску широкими подушечками своих рабоче-крестьянских пальцев, смешивая розовое с голубым, отчего картина сразу же получалась естественной и оживленной.  Но с небом еще потом долго велась кропотливая работа, понятная только художнику, и заканчивалась вместе с последним штрихом картины.
     «Дураку полдела не показывают», - огрызался отец, когда кто-то, пробегая мимоходом, высказывал ему замечания. А вот окончание работы всегда становилось настоящим событием в доме.  Радостью завершения доброго дела и созерцания красоты. Потом начинались споры: куда и кому эта картина будет определена. Самые лучшие доставались нам с братом. Те, что похуже, шли на продажу.
      Люди и портреты удавались отцу гораздо хуже, но, несмотря на неудачи, он упрямо рисовал не только знакомых и друзей, но и сюжеты из Библии. «Меня не будет,  а они останутся, - любил повторять он, - внукам и правнукам».
      Внезапная болезнь свалила отца с ног, но он, превозмогая себя, также поднимался утром и рисовал. Краска на последней картине сохла уже без него…

PS:
      Спустя несколько дней после его ухода, мы заглянули в угол, куда он обычно ставил свои неоконченные работы. Там, прикрытая шторой, стояла фанера, одна из тех, которые потом становились ценностями, перешедшими теперь в разряд вечных. Приглядевшись внимательно, мы увидели начерченные его рукой карандашные клеточки и еле заметные очертания лица… Рядом лежала репродукция. Это был Ангел.