Глава 20 Круг замкнулся ч. 2

    Прогулка удалась. Пока мы шли, внучка все расспрашивала меня о каких то деталях, удивлялась, поражалась и, вообще, была под сильным впечатлением от прочитанного.
- Какие у вас тут страсти кипели, однако. Я думала, что только Испания – страна страстей. Но Россия, гляжу, тоже не отстает. А все эти мужчины, о которых ты писала, на самом деле жили и умерли? И ты их любила? Никогда бы не подумала, что ты столько потерь пережила. Выглядишь ты, не побоюсь этого слова, рerfectо, и, наверное, довольна своей жизнью. А где дед? Вы что, поссорились? Bueno, ya basta de eso. Захочешь, сама мне потом расскажешь… Завтра,да? Вasta, basta.. Это всегда так Хуанито кричит, когда слышит то, что ему не нравится. Представляешь, его отдали в школу фехтования. И он уж год, как ходит. Расскажу смешной случай про него. Отрабатывает он на нашей террасе выпады и их специальный шаг. И слышу: « Te apu;alar; como un pollo, feo Diego - я заколю тебя, как цыпленка, гадкий Диего». Я подхожу к нему и спрашиваю, за что он хочет заколоть Диего. «Para no llevar la bolsa de Katarina – чтобы не носил сумку Катарины» - отвечает он мне и продолжает делать выпады со шпагой. А ему только десять лет. Вот где страсть испанская. Нее, Алехандро не такой, он самый спокойный из нас. Он – все ремонтирует. Краны, табуретки, плинтуса. Ему, прямо, это нравится. Мама водила нас на экскурсию в реставрационный отдел. Так Алехандро увидел там скамеечку для ног девятнадцатого века и так загорелся ею, что у нас теперь в доме есть подобная скамеечка, только он сделал ее своими руками. Очень красивая. Ножки сам на токарном станке вытачивал, затем покрывал лаком, и сидение из старой  кожаной куртки вырезал, и потом специальными шпильками крепил. Сеньёр Альберто из реставрационного отдела похвалил его. Говорил, что у него grandes habilidades, talento. Талант и способности. Большие. Вот пока родители и думают, куда его отдавать учиться. То ли на реставратора мебели, то ли на ее producci;n. Вот представь себе, у нас в семье будет своя мебельная мастерская. Ser;a genial, verdaderamente genial, здорово, прекрасно, правда? Ну, мама с папой работают, ты про них все знаешь. У мамы бесконечные конференции и экспозиции, а у папы – программы, вирусы, хакеры и боты. Да нет, не ботинки, это чаты такие для своих. Чаты, бабуль, это обмен сообщениями между людьми. Вот я тебе на телефон пришлю открытку с Новым годом, это мы с тобой будем в чате. Я думала, ты более продвинутая, аvanzado. Ну, где твой секретный пляж то?
     Накупавшись и нагулявшись, Машута с удовольствием съела и рыбу, и оставшиеся овощи, и арбуз. И отправилась в интернет, или в чат, или в бот, это уж я не знаю. Завтра день Х, и надо что-нибудь вкусненькое подготовить, чтобы горечь разлуки с матерью заглушить. С утра в ту пекарню схожу, там они и хворост делают. Я, конечно, себе не покупаю, но все хвалят.
     Вот он день Х и час У. Я нашла Машуту на веранде.. Правой рукой она засовывала в рот узкие полоски хвороста, обсыпанные сахарной пудрой. Я с утра постаралась. А левой делала какие то движения пальцами, типа, щелкала кастаньетами. Тетрадки стопкой были сложены рядом. «Что ты делаешь?» - спросила я у нее, ставя на стол большой короб с фотоальбомами и шкатулками. «Перевариваю» - мрачно ответила она. «Погоди, сейчас твои грусть и несварение закончатся. Смотри» - и я начала демонстрацию принесенных богатств. «Вот видишь?- я показала на безымянный палец своей левой руки - Это то самое кольцо с лунным камнем Софи Оболенской, что потерял поручик Леонтьев при отходе белой армии из Феодосии. Я все время его ношу, потому что оно мне очень нравится».
- А это тот самый перстень с лазуритом, что подарил моей прабабке Николай Рерих. Посмотри, как он хорош. Можешь даже померить. А вот это - кольцо с изумрудом моей пра-пра-пра, короче очень дальней бабки Каролины Краменецкой, которая выщла замуж за моего такого же дальнего деда Станислава Мазура, в последствии еще и Гнездовского. Ну вот они все - эти сокровища, что перешли ко мне по наследству, благодаря моей бабушке Лиде, они передавались в семье по женской линии. Вот это - жемчужное ожерелье Мари Берг. Это монетка из клада, найденного в этом доме. Одну я оставила для истории. А вот фотографии. Их я всегда просила делать перед походом туда… Вот я в костюме для Цюриха. Это - для Пушкина.
Машута прервала меня: «Бабуль, ты, правда, видела Пушкина и разговаривала с ним? Это incre;blemente, это просто не укладывается в голове. И автограф его у тебя есть? И экспертизу проводили? А можно взглянуть?»
- Видела и разговаривала. И автограф есть. И экспертизу проводили, правда, неофициальную. Лаврентий Палыч тогда помог. А находится автограф в банковской ячейке, в Петербурге. Посмотришь, как-нибудь.
- Лаврентий Палыч - это такой старичок, полностью лысый? Я его помню немного. Его фото висит у родителей в спальне - он там в профессорской мантии и магистерской шапочке.
- А вот это фото в наряде для Смутного времени.
- Бабуль, как тебе идет эта корона..
- Это не корона, это венец.
- Все равно, очень красиво, и тебе к лицу. А где все это?
- Одежда и украшения, по договору, отошли Модному дому Гольдбаха, который, собственно, и готовил костюмы. Мне остались только фото на память.
- А вот это что за фото? Я прочитала, что папа женился на девушке, которую ты вытащила из семнадцатого века. Это фото со свадьбы? У нас его нет.
«Видишь ли, Машенька - голос мой немного дрогнул - твой папа женился на Ксении, наследнице  царя Бориса Годунова, и у них вскоре родилась дочка» «А где она, эта дочка, и где эта Ксения?» - внучка  была, явно, не в восторге от появившихся новых родственников. «Их дочка - это ты, а Ксения пропала из роддома, потому что потеряла это» - и я вытащила из кармана перстень Ксении.
    Машута сидела и глотала ртом воздух: «А.. а .. кто же тогда мама?»
- А Мариша было подругой твоих родителей и внучкой Лаврентия Палыча, и поэтому была посвящена в эту тайну Ксении. После ее исчезновения, она помогала твоему отцу, а потом, потом, они стали жить вместе и она удочерила тебя. Вот тайна, которая касается Мариши. Но она вырастила тебя и, по праву, является  твоей матерью.
- Maldita sea, черт побери. И что теперь?
- Этот же вопрос мне задал твой дед, после того, как я смогла увидеть Ксению, твою настоящую мать.
- Ты ее видела? После того, как она исчезла? Каким образом, ведь я прочитала, что тиара была уничтожена.
- Да, моя девочка. Папе я уже рассказала, теперь слушай ты, твоя очередь пришла. Буду называть твоих мам - мама Мариша и мама Ксения, чтобы нам не путаться.
    Прошло какое то время, мы сидели на ступенях веранды. Я рассказывала Машуте о своей последней встрече с Ксенией, Старая Маркиза развалилась у наших ног,  Жорик что-то искал в саду, а Банси ходила  вокруг нас  кругами. Любит она это дело, круги нарезать. Я обнимала внучку за плечи и прижимала к себе. Не каждый день девочкам приходится такое слушать. Но ничего, она сильная, как и ее мать. Все поймет и все простит. «Бабуль, – Машута немного отстранилась от меня - вот ты сказала, что она сказала, что любит меня, а почему же тогда не захотела с тобой вернуться?»
-Понимаешь, девочка, мало того, что мы кольцо долго искали. Кольцо ведь не совсем её, вернее совсем не её, оно просто давало возможность ее увидеть. Её кольцо лежит в доме - музее Пушкина на Мойке. А после смерти Лаврентия Палыча у нас к нему доступа нет. И потом, у мамы Ксении там тоже родился ребенок, девочка Аннушка. Если тебя она покинула невольно, во сне, потому что потеряла кольцо, то ту девочку она что, должна была оставить сознательно, если бы представился такой случай? Нет, мама Ксения не такая, она просто не могла так сделать. Последние слова ее были о том, что она тебя очень любит, и что ты всегда была ее маленькой царевной.
   Машута закрыла лицо руками: «И что же, и что же мне теперь делать?» «Ничего, просто принять это, что у тебя две мамы и обе тебя любят и тебе повезло больше других в этом смысле» - я пыталась, как могла, утешить ее. Хотя в чем утешение? «А я могу ее увидеть?»- внезапно задала вопрос внучка. Вот этого я и боялась больше всего. И как теперь выкручиваться? Запретить я ей не могу, как и разрешить. А почему нет? Вспомни себя, когда ты первый раз пошла в это плавание. Примерно в этом же возрасте. Одна половина меня говорила «Да», а другая кричала «Нет». Я встала, потянулась. Как там пел известный в моей молодости певец: «Давайте делать паузы в словах, Произнося и умолкая снова, чтоб лучше отдавалось в головах значенье вышесказанного слова. Давайте делать паузы в словах».
- Машут, давай мы это вопрос отложим до завтра. Утро, как говорится, вечера мудренее. Сейчас сходим с тобой прогуляемся, опять поплаваем, потом, поедим. А завтра решим, хорошо?
   Наступило завтра, и Машута прямо в восемь утра прибежала ко мне в комнату и залезла на кровать. «Бабуль, вставай, давай будем решать, как мне увидеть маму Ксению». Вот так, она уже все решила за меня. Теперь мне не отвертеться. Но я решила все-таки немного ее тормозить.
- Так, встаем, умываемся, завтракаем, гуляем с собаками, а только потом начинаем это обсуждать. Вперед - чистить зубы. Ах, ты уже почистила? Тогда я иду чистить зубы, а ты варишь кофе и яйца всмятку.
    Потом я заставила ее помыть посуду и пол на кухне, пока я прогуливала Жорика с Банси. Когда я вернулась, она сидела на веранде грустная и что-то листала в своем ноутбуке. «Я поняла – сказала она обиженно - ты не хочешь, чтобы я увидела маму Ксению. Только не понимаю, почему».
- Нет, я хочу, но я очень боюсь. Если вдруг с тобой там что-то случится, мне никогда этого не простят ни твой папа, ни мама Мариша. Да я сама себе этого никогда не прощу.
«Да что там со мной может такого случиться?»- уже более живым голосом спросила внучка. «Вот это сначала, давай, и обсудим» - твердо ответила я. Конечно, никаких правил не существует, но детям всегда нужны правила: правописания, сложения и вычитания, а также дорожного движения. Иначе они никогда не научатся. Пусть это будут мои правила поведения при перемещении во времени. И кто меня осудит?
- Случиться может все. И поэтому, необходимо соблюдать несколько правил. Во-первых - ты должна держать дистанцию, хотя бы расстояние вытянутой руки. Как бы тебе не хотелось обнять или поцеловать Объект. Это я даю тебе общее понятие. Мама это или не мама, неважно кто. Соответственно, и Объекту ты не должна давать делать то же самое. Это для того, чтобы ненароком там не остаться.               
   Что я говорю… Сама то и прикасалась, и даже целоваться пыталась, помнится. Но это я. А это она.
- Во-вторых, разговор должен строиться уважительно, без эмоциональных всплесков, без испанских страстей, чтобы тебе было понятней. Это для того, чтобы не допустить первое условие. В третьих, не делать попыток вернуться при посторонних людях. Никто не знает, как они отреагируют, и как это потом аукнется Объекту. Это забота об Объекте, ведь он тебя не звал. Ну и четвертое, не обязательное, но желательное, твоя одежда должна соответствовать эпохе, в которую ты попала. Это опять же для посторонних, вдруг кто-то появится, а ты в косухе и рваных джинсах. Ну и напрашивается вопрос: а где мы сейчас найдем костюм первой трети семнадцатого века? А?
- Всего то? Бабуль, ну ты даешь! Нет, по первым трем  пунктам мне все понятно. А по четвертому, вообще все просто. Сейчас же все можно купить в интернете, тебе еще и на дом привезут. И никакой модный дом Гольдбаха нам не понадобится.
- Эх, Маша, Маша. Все - то у вас просто сейчас. Ты думаешь, что люди в прошлом времени не в состоянии отличить подделку? Конечно, первые пять минут, может, и не поймут ничего. Но, баста, баста, как говорит наш Хуанито. Не будем углубляться в детали. Пойдешь ты ненадолго, я думаю. Во всяком случае, надеюсь.
    Машута закружилась по веранде. Потом обняла меня за плечи и серьезно сказала, глядя мне в глаза: «Бабуль, я буду очень и очень осторожна, обещаю. Я не хочу остаться в семнадцатом веке, мне и здесь хорошо. Я только посмотрю на нее, поговорю с ней и вернусь. Честное слово. Честное слово испанки! Ты же знаешь, это самое честное слово в мире. А сейчас пороюсь в интернете, и найду себе подходящее платье. Не волнуйся, я же будущий искусствовед, ты же в этом не сомневаешься? И я нисколько не сомневаюсь. Поэтому, платье будет, как в лучших домах Парижа, Лондона и Мадрида. У меня есть деньги, бабуль, есть, не переживай». Мне оставалось только послушно кивать.
    Вот, правда, не стала бы я утомлять тебя этими глупыми бытовыми подробностями, если бы не результат.
    Прошло три дня. Нарядилась Машута, конечно, как царевна. В большом, в человеческий рост, зеркале я увидела стройную темноволосую девушку в длинном платье из тонкого выбеленного льна с разрезом по верху линии рукавов. Разрез до локтя прихвачен плоскими розочками, а дольше свободно спускается до запястья. В этих же плоских розочках подол и длинный пояс-кушак. Я надела на ее головку ленту и плотно закрепила завязки. Сверху накинули прозрачный газовый шарфик, который прикрывает и голову, и часть глубокого выреза. Я заставила ее снять все браслеты, и серьги – кольца из ушей вынуть. Ничего лишнего не должно быть. Вручила кольцо Ксении и дала последние наставления. Перекрестила на дорожку. Ох, теперь понятно, почему Фрэд всегда курил, когда я уходила в прошлое.
   Ее не было минут двадцать, а мне казалось, что прошла целая вечность и что на моей голове прямо пробиваются седые волосы. Машута стояла неподвижно, как изваяние из мрамора. Но потихоньку правая рука ее стала шевелиться, и платок  вместе с лентой сполз с ее головы и повис, зажатый в кулаке. Я подбежала к внучке, взяла ее за руку и посадила на скамейку, стоящую рядом. По щекам девочки катились две слезинки. Так, нас спасет сладкий чай. Несколько глотков, и Машута окончательно пришла в себя.
- Бабуль, все хорошо. Со мной все в порядке. Все в порядке. Не представляю даже, как ты столько раз ходила туда. Жуткое чувство неизвестности… В животе холод и, даже, немого тошнит.
   Я накинула на Машуту легкое покрывало. Еще немного сладкого чая. И внучка начала рассказывать.
- Я проявилась в саду. Мама Ксения сидела на скамейке и собирала небольшой букет из цветов, лежащих рядом. Она была очень красивая. В белом платье, почти как у меня, только украшенном не розочками, а серебряной тесьмой. В ушах жемчужные серьги. На пальцах тоже что-то такое с жемчугом. На плечах белая накидка. Я смотрела на нее и как будто видела себя в зеркало. Наконец, я набралась храбрости и вышла из тени дерева, встала перед ней. Она непонимающе посмотрела на меня. Тут до меня дошло, что надо ей что-то сказать или показать, чтобы она меня узнала. Все, на что я решилась - это протянуть ей руку с кольцом и прошептать «Мама». Она встала со скамейки, подошла, какое-то время разглядывала кольцо, потом, провела рукой по ленте. Потом сложила руки на груди, вот так, как для молитвы и поднесла их ко рту. Затем вскрикнула «Марьюшка» и обняла меня. Бабуль, я даже среагировать не успела, чтобы отклониться. А мама Ксения начала креститься,  что-то шептать и смотреть в небо. Что это было? Ах, она всегда была набожная и благодарила небо за мое появление? Потом мама Ксения начала говорить, у нее был очень приятный голос. «Девочка моя, Марьюшка, царевна моя». Тут у меня из-за спины выбежала девочка в розовом платье, с какими-то розовыми штуками на голове. Подбежала к маме Ксении и громко спросила: «Мамуся, я твоя маленькая царевна, да?» Та погладила ее по щеке и сказала, пристально глядя на меня: « Марыся, позволь представить тебе мою дочь Анну Винницкую». Девочка сделала книксен и склонила голову. Хорошо, что мы с тобой этот книксен пару раз изобразили, а то бы я, стояла, как еst;pida. Тут раздался еще один голос за спиной: «Клаудия, кто эта девушка?» Я смотрела на маму Ксению, она немного побледнела, но вышла из-за меня и встала между мной и высоким мужчиной в белом нарядном костюме, с усами и небольшой аккуратной бородкой. Я плохо разглядела его от страха. «Ваша Светлость - обратилась к нему мама Ксения – это дочь...». Тут она немного замялась, но, видимо, взяла себя в руки и продолжила: « Одной моей знакомой. Мы встретились в лавке пана Леймана, когда покупали для платьев ткань и нитки. И я просила зайти, когда её платье будет готово, показать, как получилось. Прелестно, не правда ли?» Его Светлость ответил: «Весьма» и кивнул головой. Теперь уж мне пришлось приседать и склонять голову. Потом он взял девочку за руку, на развороте произнес: « Мы с Аннушкой ждем тебя в карете. Поторопись, Клаудия, служба скоро начнется» и зашагал к выходу из сада. Мама бросилась ко мне, поцеловала, обняла и все шептала: «Прости меня, прости». Потом отошла, надела на голову накидку и твердым голосом сказала: «Прости меня, мне надо идти. Сегодня у меня двойной праздник - Преображение Господне и день, когда Господь позволил мне увидеть тебя. Помни меня всегда, а я буду помнить тебя до смерти». Повернулась и пошла вслед мужчине с девочкой, и, даже, цветы забыла. Вот и все. Но мы же почти не поговорили, совсем не поговорили. Завтра снова пойду.
    Но тут уж я громко ответила: «Дудки». «Какие такие дудки?»- удивилась Машута.
- Дудки – это значит нет, ноу, нихт, ни в коем случае. Это не в соседний город в аквапарк съездить. А если ты снова попадешься на глаза князю Збаражскому? Ксения рассказывала, что он дипломат, и значит, у него глаз наметанный. А что, если он начнет интересоваться, что за знакомая. А если ее нет? А если у знакомой нет дочери Марыси? Ты представляешь, во что это может вылиться? Я оставляю тебе кольцо, оно твое по праву, и, значит, мама Ксения всегда будет с тобой. Можешь даже разговаривать с ним. Я уверена, что такие исторические вещи, могут передавать вибрации и мысли сквозь время. А хочешь путешествовать во времени, ищи клад, и свой проводник. А ленту ты больше не получишь. Это мое последнее слово.
   Я встала и стала складывать ленту в футляр. «Да, ты права, наверное. Я об этом не подумала - извиняющимся голосом ответила внучка - Буду разговаривать с кольцом и искать свой клад. Представляешь, найду и попаду в мастерскую Веласкеса или Гойи». «Да, да – кивнула я ей - еще только подлинные вещи этих художников надо будет найти. А, так, конечно, сможешь попасть. Пойдем, поедим что-нибудь, а то я так нанервничалась, что готова быка съесть».
- Бабуль, а пельмени у тебя есть?
- Пельмени у меня есть всегда!
   Через несколько дней Машута уехала в  Питер. А меня, вскоре, по возвращении с рынка, жал сюрприз. У ворот стояла незнакомая машина, а Джордж за воротами заливался веселым лаем. Я вошла и увидела Фрэда, игравшего с собаками. Жорик прыгал, а Банси снова бегала кругами. Ну почему он всегда появляется, когда меня нет? Затем мы сидели на веранде, Фрэд смаковал вино, хамон, нахваливал тапос. И тут зазвонил телефон. Звонила Машута.
- Бабуль, перейди на видеосвязь. Ну, я тебе показывала как, нажми на кнопочку с камерой. Вот. Вижу. Слушай внимательно. Я тут порылась в интернет-архивах и кое-что нашла. В шестьсот двадцать седьмом году князь Збаражский умер, и его имения перешли к ближайшему родственнику князю Вишневецкому. Тот был тогда женат третий раз, и в их доме появилась воспитанница Анна Винницкая. Через два года, наверное благодаря стараниями молодой жены, ее выдают замуж за небогатого шляхтича Тадеуша Мазура. В списке приданого, кроме всякой всячины числились еще челяди три человека и домоправительница. А это значит, что мама Ксения к тому времени еще была жива и поехала вместе с дочерью в Плоцк, где у семьи жениха было небольшое имение. Так вот, дальше. Анна Винницкая, по мужу Мазур, стала матерью Станислава Мазура, в будущем адъютанта воеводы Александра Гонсевского, уехавшего с ним в Смоленск. Ты понимаешь? Это тот самый Станислав Мазур, который потом стал еще и Гнездовским, и женившись на Каролине Краменецкой, стал твоим пра-пра-пра дедом. Короче, бабуль, во всех нас течет кровь Бориса Годунова. Круг замкнулся. Все скриншоты я сделала, потом, как приедешь в Петербург, я тебе все покажу. Что такое скриншоты? Бабуль, не забивай голову. Все, пока. Деду привет, смотрю, он там у тебя за спиной появился. Очень рада, что вы помирились.
   Я расправила плечи и сказала торжественным голосом: «Ну, пойдем, дед. Переодевайся, поедем в рыбный ресторан. Сегодня царский ужин. Семга в сливочном соусе, лангустины на гриле, черная икра и самое дорогое шампанское брют. Царица я иль нет?»