Тобольский транзит

               

1

   Прозвище Леший Костя Лукошин получил еще в школе. На уроке литературы, когда учительница читала классу "Руслан и Людмила" Пушкина, при словах "...Там чудеса, там Леший бродит..." вошел Костя, с тех пор и повелось. В то время Затягино было небольшим селом, однако усилиями местных энтузиастов организовали школу, куда приезжали учиться дети из соседних сел. Были выбраны глава и администрация сельского поселения, но дальнейшего развития Затягино не получило.
 Лукошин уехал в Тобольск сразу после школы с твердым намерением никогда не возвращаться в эту глушь. Несмотря на хорошие результаты по ЕГЭ, в Тобольский индустриальный институт, где Костя хотел изучать программную инженерию, на бюджет он не попал, а на платное обучение денег не было, поэтому, понимая, что впереди ждут казарма, плац и наряды, окончательно решил не возвращаться в родные места. На последние деньги он снял комнату и устроился на временную работу, где не требовался военный билет. Ему повезло: старик, работающий ночным сторожем в торговых рядах, уволился, и Костю взяли с испытательным сроком. Деньги были не большие, но на жизнь без излишеств хватало. Теперь Лукошин приходил к закрытию рядов, запирал входные ворота и устраивался в каморке с ноутбуком. Днем он отсыпался, гулял по городу, присматриваясь, где можно было бы применить свои знания. В школе Костя был лучшим по информатике и компьютер воспринимал как средство безграничного познания. Он хорошо понимал, какие возможности дает владение компьютером, и не понимал, какие опасности таит в себе такое умение. Кое чему его научил школьный учитель Брусфер Илья Семенович, к которому Костя приходил после обеда и оставался до позднего вечера.   Обращаясь к Лукошину, Брусфер называл его "коллегой", что придавало их занятиям особую значимость. В Затягине Илья Семенович оказался случайно, как он говорил "затянуло". Благодаря его усилиям в поселке появился интернет.  Этому способствовало и попадание Затягина в зону покрытия антенны местного провайдера. Брусфер имел кандидатскую степень по теме информационной безопасности и, встретив Лукошина, понял насколько парень талантлив. Он предложил Косте заниматься факультативно, на что тот с радостью согласился. И закрутилось. По окончанию школы Лукошин уже знал два языка программирования и в Тобольске хотел продолжить изучение оперативных систем и сетей, но с институтом не получилось, и он решил заниматься самостоятельно по плану, разработанному Брусфером.
   Прошло полгода. Временная работа превратилась в постоянную, и Костя продолжал охранять по ночам торговые ряды, находящиеся в Гостином дворе и присматривать за его массивными сводчатыми воротами, которые надо было закрывать на ночь и открывать по утру.
   В одну из теплых летних ночей, устав от занятий, Лукошин вышел за ворота размяться и глотнуть свежего ночного сибирского воздуха. Вдруг, он услышал доносящийся из-за угла каменной стены Гостиного двора звук быстрых шагов по брусчатке. Костя удивился и, гадая, кто бы это мог быть в такое время, с любопытством ждал появления человека. Вскоре из-за угла показалась женская фигура, которая, увидев Лукошина, перешла на бег. Костя стоял, соображая, что делать. Уйти он не решился, и услышал, как, не добежав до него, женщина стала просить о помощи и убежище. Не задавая вопросов, Костя бросил короткое "за мной" и скрылся под сводами Гостиного двора. Женщина тут же последовала за ним, после чего ночной сторож закрыл ворота и за руку втащил ее за каменный выступ. Оба прижались к стене и молчали. Прислонив палец к губам, Костя осторожно выглянул из укрытия, и в этот момент услышал глухой мужской голос:
- Спряталась, сучка.
- Да куда здесь можно спрятаться? - ответил другой хриплым голосом. Затем кто-то потряс ворота.
- Закрыты, - раздался третий голос.
Выждав еще немного и убедившись, что преследователи ушли, они покинули укрытие, и Лукошин повел свою нежданную гостью к себе. Он молча приготовил чай, разлил его по кружкам и, усевшись напротив, спросил:
- Вы кто, и что им от вас надо?
Женщина взглянула на него, сделала глоток и произнесла:
- Свежий. Горячий. Это кстати.
Лукошин ждал ответа.
- Послушайте, я могу знать кому помог? - не выдержал он. - Может, вы убийца, а я вас прячу.
Она искренне улыбнулась и сказала:
- Если так, то твоя жизнь в опасности.
- А если серьезно? Мне показалось, что они хотели убить не меня, а вас. Или тебя?
- Давай на "ты". Вижу ты правильный пацан, но лучше тебе ничего не знать. Спасибо тебе, конечно, но на рассвете я уйду, и ты меня забудешь. И все, что здесь было, забудь.
- Ладно, как хочешь, - ответил Костя, пожав плечами.
Так они сидели и молчали. Она прикрыла глаза и, казалось, дремала. Лукошин, не стесняясь ее разглядывал. На вид женщине было лет сорок, но узкие голубые джинсы, туфли на коротком каблуке и кожаная серая косуха  лет на пять делали ее моложе, а возраст выдавали лишь морщинки у края глаз и уставшее осунувшееся лицо. Через плечо у нее висела черная сумка-мешок, которую она постоянно ощупывала, словно проверяла, все ли там на месте.
   С первыми лучами солнца женщина встала и направилась к выходу.
- Подожди, - окликнул ее Лукошин. - Дай посмотрю нет ли кого.
Она молча пропустила его вперед. Дойдя до ворот, он огляделся, прислушался и открыл их. В этот ранний час вокруг было пусто, только дворник монотонно скреб по брусчатке своей жесткой метлой, задавая ритм новому дню. Костя подал знак, и его ночная гостья появилась из торговых рядов. Поравнявшись, она остановилась, провела ладонью по его щеке и, сказав "Спасибо", быстро пошла вдоль стены Гостиного двора.
- Скажи хоть, как звать, - спросил он.
Она обернулась в пол оборота и, не останавливаясь ответила:
- Лиля.
Лукошин проводил ее взглядом, пока фигура в джинсах и косухи не скрылась за углом.
   Не успел Костя закрыть ворота, как услышал быстрые шаги, и вновь появилась Лиля.
- Они там в машине, - взволнованно с испуганным лицом зашептала она. Лукошин быстро впустил ее и вновь запер вход. Через минуту они уже были в каморке сторожа. Она сидела, прижав сумку к груди и смотрела в одну точку.
- Муж есть? - спросил он. - Семья, дети?
- Убили. Детей нет.
- Есть куда идти?
- Хотела поездом, но на вокзале меня ждали. Решила попуткой, а тут они. Днем ходила по людным местам, а ночью оказалась здесь. Они всегда  появляются там, где я только что была.
- Телефон есть?
Лиля кивнула.
 - Давай.
Она порылась в сумке и протянула мобильник.
- Меня, кстати, Костей зовут, - произнес он. Затем извлек из телефона симку, порезал  ее и вынул аккумулятор.
- Теперь сумку.
Лиля покорно отдала, предварительно вынув из нее небольшой пакет. Костя внимательно все осмотрел и прощупал. Тоже самое он проделал с курткой и поясом джинс.
- Когда с ними виделась в последний раз?
- Вчера утром.
- Прическа была эта?
- Эта, - удивилась Лиля.
- Наклони голову.
Вскоре он достал из пучка волос, заколотом длинной костяной шпилькой, маленькую круглую пластину на ножке и, положив на пол, дважды ударил по ней молотком:
- Теперь не отследят.
Он посмотрел на часы.
- Пора ворота открывать. Вернусь - обсудим мое предложение.
Лиля молча смотрела на него. Костя уже не казался ей молодым парнем, годящимся ей в сыновья. За одну ночь он превратился в человека дважды спасшего ей жизнь, причем не случайно, а умными мужскими поступками, и Лиля полностью на него положилась.  Вернувшись, Лукошин сел напротив и, взяв ее руки, тихо сказал:
- Ворота открыты. Они могут тебя искать. Сделаем так... - и он поделился своим планом.
Через вторые ворота они вышли со двора и не спеша пошли в сторону водонапорной башни. Со стороны это была влюбленная пара туристов, одетых в русский зеленый сарафан и косынку, скрывавшую волосы, а на парне была глубокая кепка и вязанная горчичная жилетка. Все это Лукошин позаимствовал у манекена, стоящего рядом с лавкой, которую он охранял. Костя подсунул под дверь записку, где объяснил причину и обещал все вернуть в полной сохранности.
- Что ты написал в записке? - спросила Лиля, кладя голову на плечо Кости.
- Что продал.
- А деньги?
- Занесу днем.
Она улыбнулась, еще раз убедившись в его способности действовать столь не стандартно. Они доехали до Костиного дома и расслабились только оказавшись в его комнате. Плюхнувшись на кровать, они начали смеяться. Когда нервное напряжение прошло, Лукошин пересел за стол и стал рассказывать Лиле, что они будут делать дальше. Она слушала, не перебивая, глядя на него слегка удивленным взглядом.
- Ты меня слышишь? - прервавшись, спросил Лукошин.
Она молча кивнула и опустила голову.
- Кончай мечтать и слушай внимательно, от этого зависит твоя жизнь. А может быть и моя.
Лиля взглянула на него.
- Зачем ты это делаешь?
- Сам не знаю, просто хочу помочь.
- Странный ты, кому-то здорово повезет.
Костя ничего не ответил и, сделав паузу, продолжил говорить. Закончив, он встал и сказав, что пойдет купить чего-нибудь поесть, ушел. Когда Лукошин вернулся в комнате никого не было. На столе лежала тетрадь с диском и короткая записка: " Со мной опасно. Спасибо за все". На кровати аккуратно были свернуты сарафан с платком. Он не спеша сложил их вместе с картузом и жилеткой в пакет и отправился в гостиный двор. На душе было не спокойно, а напряжение, в котором он находился последнее время, только усилилось. "Ну, кто мне она? Какая-то женщина. Я сделал, что мог. Сама ушла" - старался вернуть душевное равновесие Костя, и у него почти получилось. Вместо тревоги пришла легкая грусть, но он старался больше об этом не думать. Очень хотелось спать, и, придя домой, он повалился на кровать, не раздеваясь.
   Разбудил Лукошина звонок. Спросонья он нащупал телефон, но тот молчал. Костя поплелся открывать дверь. Там стояла Лиля. Увидев испуг вперемешку с надеждой в ее глазах, он молча кивнул и, оставив дверь открытой, пошел вглубь квартиры. Что-то похожее на радость шевельнулось в его груди, и Лукошин, указав на пакет с едой, спросил:
- Есть будешь?
Лиля заглянула внутрь и достала пакет молока и булку. Костя вдруг почувствовал сильный голод и, достав из шкафа две кружки, сказал:
- Разливай.
В тишине они покончили с едой, и Лукошин, словно они прожили вместе много лет, сказал:
- Ты ложись, а я поработаю.
Лиля сняла туфли и покорно легла. Костя достал ноутбук и отдался любимому делу. Вдруг он услышал какие-то слова. Подняв голову, Лукошин понял, что Лиля что-то сказала.
"Иди ко мне" - услышал он. От неожиданности Костя не знал, что делать, поэтому молча сидел и смотрел в одну точку.
- Иди, не бойся, - повторила Лиля.
- Это не правильно, - ответил он и, развернувшись к ней, добавил:
- Тебе надо уехать и не привязываться ко мне.
- Ты молодой, все у тебя еще будет, а для меня это, может быть, лучшее воспоминание о Тобольске.
Она протянула руки и поманила Лукошина. Костя подошел к кровати, не представляя, что делать дальше. Лиля приподнялась и посадила его рядом. Затем нежно поцеловала в губы, потом еще и еще раз. Костя обнял ее и опустил на кровать...
   Вечером Лукошин посадил Лилю на попутку до Тюмени. Прощаясь, она положила ему в карман записку с кодом от ячейки на вокзале.
- Там тетрадь с именами и схемами и диск с записью важных разговоров. Из-за нее убили мужа и гонялись за мной. Делай с этим, что сочтешь нужным, а лучше сожги.
Он стоял и смотрел вслед удаляющейся фуры, пока два красных огонька не скрылись из виду. Затем, сунул руки в карманы и направился к гостиному двору. Пальцу что-то нащупали , и Костя достал записку. Там были цифры и номер телефона. Он улыбнулся и зашагал на работу.

2
   Все началось через много лет после отъезда Кости в Тобольск. Появились какие-то люди и по договоренности с местной властью заняли два заколоченных дома умерших хозяев. Хорошо дом Лукошиных, оставшийся после смерти бабушки, которая воспитывала Костю после трагической смерти родителей, стоял вдали от того места. Вскоре у главы поселения появился дизельный генератор, а у членов администрации у кого газонокосилка, у кого бензопила. Затем они купили у одинокого мужика рядом еще один дом и принялись благоустраивать свои новые жилища. Для этого нанимали работников из местных, готовых с радостью трудиться за небольшие деньги. Со временем в поселке рядом с домами новых жителей построили ангар и обнесли территорию забором, а чтобы не вызывать излишнего любопытства у односельчан в ангаре установили несколько деревообрабатывающих станков. Откуда привозили лес, никто не знал, и куда отвозили готовые доски и брус, тоже было не известно. Во всем остальном жизнь в Затягине не менялась: народ занимался подсобным хозяйством, а в свободное время ходили в клуб смотреть по несколько раз одни и те же фильмы, скучали, гуляли, выпивали.
   Шло время. Все чаще к новым жителям стали приезжать гости на больших машинах. Основными средствами передвижения в Затягине были лошадь и мотоцикл, имелись пара раритетных Москвичей и два УАЗа, один из которых был закреплен за администрацией поселка. Для многих жителей Тобольск уже был заграницей, а Москва и Ленинград, как по старинке называли город, и вовсе воспринимали словно Париж или Лондон. Поэтому почти все смотрели на джипы с интересом и завистью, но без злобы, возникающей часто к еще недавно таким же как они, но теперь ставшими успешней или богаче. Новые соседи жили тихо, не броско, не затрагивая чьих-либо интересов. Иногда помогали односельчанам соляркой, бензином или стройматериалами. Их стали уважать и говорить про них: "Хорошие люди, спокойные".
   Илья Семенович Брусфер был одним из немногих, с подозрением относившихся к новым односельчанам. Их тихое поведение он считал скрытностью, а помощь соседям подкупом. Он подозревал, что за благопристойным поведением стоит какая-то тайна, причем криминального свойства. Илья Семенович не был борцом за правду, но имел свое представление о порядочности, которому старался следовать. Он имел свое мнение, но держал его при себе, однако поступал честно и бескомпромиссно, что и привело его в Затягино. Можно сказать, он здесь отсиживался, однако, процесс затянулся, и о возврате в прежнюю жизнь уже речи не шло. Он был уверен, что новые соседи не спроста выбрали это село, и сами они не простые поселенцы, решившие похоронить себя в самом активном возрасте в этой глуши. Такое мнение было наивно и устраивало только тех, кто не хотел терять такое выгодное соседство или инстинктивно боялся заглянуть глубже. Больше остального Брусфера интересовал ангар. Он понимал, что станки, деревообработка, торговля пиломатериалами - все это для отвода глаз. О том, что приходило ему на ум, Брусфер старался не думать, слишком сильно он однажды испугался, чтобы захотеть вернуться назад даже мысленно.
   С новыми поселенцами Илья Семенович знаком не был, видел кого-то издали. Его дом стоял далеко и встречаться не пришлось. Однако, с их появлением в душе кандидата наук поселилось беспокойство. Он стал носить бейсболку, надвинутую по самые глаза и ходить дальними от новых домов дорогами. Все сложнее получалось ставить заслоны памяти, когда она пыталась вернуть его в прошлое. Не было конкретных причин чего-либо бояться, но паранойя все сильнее охватывала Илью Семеновича, и он сдался. Как-то вечером, вернувшись из школы, где он до сих пор преподавал информатику и математику, Брусфер извлек из глубин подвала мягкую плоскую сумку. Завесив все окна и выключив свет, он достал из сумки компьютер и осторожно включил его. Молча сидя перед светящимся экраном, Илья Семенович медленно поставил руки на клавиатуру мощной машины и пальцы уверенно забегали, заставляя экран светиться всевозможными числами, буквами, таблицами, сменяющими одни других или бегущими строками ползущими то верх, то вниз. Наконец картинка остановилась, и он осторожно взглянул на экран. Чем дольше он читал, тем бледнее становилось его лицо. Брусфер закрыл его руками и сильно потер. Затем встал и заходил по комнате кругами.
"Надо что-то делать, надо что-то делать" - билась в голове одна фраза и не находила выхода. В страхе и смятении прошла ночь. Заснул он только под утро.
   Открыв глаза, Илья Семенович почувствовал, что он в доме не один. Осторожно встав, он выглянул из комнаты. На кухне у плиты стояла женщина. Услышав шорох, она обернулась и с улыбкой сказала:
- Слава богу, очнулись!
- А что со мной было? - спросил Брусфер слабым голосом.
Это была учительница русского языка и литературы Лидия Павловна Утюжина. Она для придания обстановке оптимистического настроения ответила:
- Так совсем вы, Илья Семенович, расхворались. Два дня в школе не появлялись, вот я и зашла проведать. Смотрю спите. Весь в поту. Видать, кризис прошел, теперь вот кашки покушаете и сил наберетесь.
Брусфер не очень понял смысл услышанного, но буркнув "Спасибо" пошел назад. Пшенная каша оказалась очень вкусной, с маслом и на молоке. Завтрак с крепким чаем действительно придал сил, и Илья Семенович даже решился на комплимент:
- Можно позавидовать тому, кому достанется такая хозяйка.
- Так за чем дело стало? Берите! - ответила Лидия Павловна и звонко рассмеялась.
- Мне, матушка моя, вас не потянуть, уж прыть не та.
- Так уж и не та? - лукаво продолжала смеяться Утюжина.
Вдруг Илье Семеновичу вспомнился вчерашний вечер,  и на лбу выступил пот. Он резко встал и, поблагодарив за все коллегу, сослался на срочные дела. Утюжина удивленно на него посмотрела и, вытерев руки о полотенце, пошла к выходу.
- Лидия Павловна, не говорите никому, что у меня и как. Просто скажите приболел и через день выйдет.
Она пожала плечами и, кивнув, ответила:
- Ну хорошо.
"Я все вспомнил. Это они" - думал Брусфер, меря комнату шагами. "Мы не встречались, значит они не знают про меня, иначе бы заявились. Идиоты, даже не отключились!". Теперь он точно знал, что новые соседи никто иные, как его старые тобольские знакомые.
   Как-то давно после лекции к нему подошли два прилично одетых молодых человека и попросили помочь наладить компьютеры в их новом офисе. Обещали хорошо заплатить. От дополнительного заработка Брусфер решил не оказываться и легко согласился, понимая, что работа не сложная, и с ней мог бы справиться любой технарь. Так состоялось их знакомство, переросшее в плотное сотрудничество. Он приезжал к ним в офис много раз по простым и сложным поводам и никогда не оставался в накладе. Так продолжалось не один год. Илья был знаком с многими сотрудниками офиса и знал, что компания "Бурный поток" занимается грузоперевозками по всей Сибири. Брусфер установил им все программы с надежной защитой, наладил централизованное управление процессами из офиса и удаленно, помог с учетом и логистикой, откорректировал систему управления. Общались с ним все по-приятельски, называя "Профессор", что соответствовало реальному положению вещей. Благодаря нештатной работе в Быстром потоке Илья стал хорошо одеваться, ходить в рестораны, знакомиться с девушками.
   Однажды его пригласил к себе управляющий офиса Сергей Сергеевич, которого все звали Шахтером. Он попросил Брусфера залезть в компьютер конкурентов. На вежливый отказ Ильи Шахтер молча взял пульт и на экране появилась запись последней работы Профессора и получения им денег.
- Так что подумай, прежде чем отказываться. У нас записано все, что ты делал.
- Продавец кинжалов не отвечает за убийства, - ответил Илья.
- А если продавец говорит? - Шахтер включил другую запись, где Брусфер объясняет, как при помощи его программы можно успешно уходить от налогов, как, поменяв алгоритм, можно от детских подгузников перейти к оружию или наркотикам.
- Но я же это говорил просто для примера, - занервничал Илья.
- У меня куча свидетелей, готовых подтвердить, что ты предлагал заняться наркотой.
Брусфер растерянно смотрел на Шахтера.
- Профессор, - продолжал тот, - это просто бизнес, конкуренция. Никто за это не накажет, а ты получишь премию.
Илья стоял в нерешительности и искал выход. Он понимал, что отказ повлечет неприятные для него последствия и ответил:
- Мне надо подумать.
 На этот раз удивился Шахтер:
- О чем же ты собираешься думать?
- Как это сделать.
- Ну хорошо. Только думать ты будешь здесь, - и обратился к одному из присутствующих:
 - Отведи его в гостевую.
Вскоре к Илье втолкнули парня, узнать которого было невозможно. Все лицо было разбито и в крови, рубашка порвана. на теле виднелись ссадины. Парень доковылял до дивана и рухнул головой вниз. Брусфер оторопело смотрел на него, Внутри все сжалось и похолодело.
- Ты кто? - тихо спросил он.
Парень не ответил.
- За что тебя так?
- Отвали, - еле слышно прошипел он.
Через час Илья сидел перед компьютером, и его пальцы бегали по клавиатуре. От денег он отказался, но Шахтер со словами "Не бойся, не снимаем" засунул конверт ему в карман.
На следующий день Брусфер написал заявление по собственному желанию и тут же покинул Тобольск. К вечеру он уже был в Затягино. Вышло это случайно: на вопрос водителя УАЗа "Куда?" он ответил: "Куда угодно, лишь бы подальше". Машина была из администрации Затягина, туда Илью и привезли. По дороге выяснилось, что в местной школе не хватает учителей, и судьба кандидата технических наук, доцента Тобольского филиала Тюменского индустриального института решилась еще не доехав до пункта назначения.

3

   В то время Косте Лукошину оставалось учиться в школе еще два года. Илья Семенович был вдвое старше своего любимого ученика, хотя оставался еще молодым человеком. Случайные связи в Тобольске не оставили у него ярких впечатлений, и жизнь школьного учителя, не обремененная обязательствами особенно после последних событий, вполне его устраивала. Брусфер с удовольствием передавал  свои знания Косте, не осознанно стремясь научить его тому, что погубило самого Илью. Усилия не прошли даром, и отправляясь в Тобольск, Лукошин уже многое умел. Сам он не задумывался о возможности стать хакером, но на прощание Брусфер, помня свой горький опыт, предостерег Костю от подобных попыток. Именно тот разговор впервые обратил внимание Лукошина на еще не до конца понятную сферу деятельности.
   После расставания с Лилей Костя часто вспоминал их встречу в Гостином дворе и день, проведенный в его комнате. Это были самые большие впечатления за двадцать лет его жизни. Думая о той встрече, он испытывал теплое чувство к Лили и даже к обстоятельствам того случая. Это не было влюбленностью, просто ворвавшись в его жизнь, все происшедшее оставило в памяти глубокий след, не вызывающий стыда и сожаления. Он хорошо помнил слова Лили о том, что встреча с ним и все, что было после, возможно, останется лучшим воспоминанием о Тобольске. Но со временем Костя стал забывать ее лицо. В памяти осталась ее прекрасная фигура в джинсах, сидящих на ней словно перчатка на руке, и зеленые глаза, смотрящие с легким прищуром толи из-за близорукости, толи из-за недоверия. Зато он никогда не забывал ее благодарного женского взгляда, которого ни у кого больше не встречал.
   Лукошин еще долго работал ночным сторожем. Это давало возможность глубже постигать сложности разных компьютерных систем благодаря свободному времени днем, хотя и ночью ничего не мешало заниматься самообразованием. Возможно, Костя сам бы не овладел тонкостями программирования, не изучил бы операционные системы и сети с их уязвимостью, если бы не встреча с одним человеком. Лукошин часто захаживал в Тобольский индустриальный институт в надежде найти возможность туда поступить. Однако, вскоре стало понятно, что дорога ему туда закрыта. Он даже начал думать о службе в армии, после которой можно было поступать в институт сколько угодно раз, но случай, лежащий в основе многих судеб и событий, свел его с Бобровским. Арсений Бобровский был доцентом на одной из кафедр Тобольского института. Он хорошо знал Илью Брусфера, с которым проводил много время пока не женился, но и тогда их отношения не изменились, просто видеться стали реже. Именно в то время и произошло знакомство Ильи с Бурным потоком. Арсений знал, что его друг где-то левачит, но считал это допустимым и лишних вопросов не задавал. Однако, когда у Брусфера появились деньги, а вместе с ними начали меняться привычки, Бобровский предупредил, что хорошие деньги просто так не платят, а значит от Ильи скоро потребуют услуги, скорее всего, криминального характера, и отказаться будет сложно. Ну а дальше - больше. Увольнение и скоропалительный отъезд друга для Арсения оказались неожиданными, и он заподозрил, что неофициальная сфера деятельности Ильи явилась тому причиной. Бобровский не ошибся, но не догадывался, что Брусфер специально ничего не сказал, что бы не подвергать друга опасности. Телефон Илья сменил на кнопочный с новым номером и "потерялся".
   Зайдя однажды в институт, Лукошин в надежде найти нужного специалиста из приятелей своего учителя спросил у стоящего около расписания занятий человека, не знает ли он где можно увидеть Илью Семеновича Брусфера. Тем человеком оказался Бобровский. Костя помнил, что подобных вопросов в институте задавать нельзя, но посчитав, что прошло уже достаточно времени, решил рискнуть.  В крайнем случае можно сослаться на статью Ильи Семеновича в тематическом журнале, которую он якобы хотел обсудить с автором. Арсений не подал виду, что удивился и пригласил Костю следовать за ним. Зайдя в свободную аудиторию, Бобровский поинтересовался, откуда Лукошин знает Брусфера, и тот с готовностью применил домашнюю заготовку. Тогда Арсений подошел вплотную и произнес:
- Илья уже давно нигде не печатается, поэтому засунь свою глупую отмазку себе..., - он сделал паузу и продолжил. - Брусфер мой друг, и если что-то знаешь о нем, выкладывай.
- Да ничего я не знаю, - ответил Костя, пожалев, что спросил.
Бобровский не собирался отпускать Лукошина и встал спиной к двери.
- Чувствую, ты врешь, но тебя понимаю. Здесь учишься?
Костя помотал головой.
- Не поступил.
- Могу помочь. Меня, кстати, Арсений зовут.
- Костя.
- А если правда, Илью видел? Хотя бы скажи, с ним все в порядке?
Лукошин понимал, что можно соврать и потерять шанс поступить, а можно сказать не всю правду и попробовать этот шанс использовать. Чем дольше он тянул с ответом, тем очевидней становилось, что он что-то знает. Арсений, видя колебания Кости, терпеливо ждал.
- С ним все в порядке, - наконец произнес Лукошин.
- Давай поступим так: пойдем туда, где нам не помешают и спокойно обо всем поговорим. И о твоем поступлении тоже.
Последним доводом Бобровский поставил жирную точку в сомнениях Кости, и они отправились во внутренний двор института, где под деревьями нашли свободную скамейку.
- Можешь позвонить Илье? - спросил Арсений. Костя задумался.
- Дело в том, что у нас договоренность: звонить в крайнем случае.
- Думаю это он и есть, - заключил Бобровский. Лукошин почувствовал излишнее давление, но достал телефон и отправил СМС. Минут десять прошли в молчании. Оба понимали, что говорить бессмысленно и просто ждали ответа.
- Сигнал-то там ловится? - поинтересовался Арсений.
- Там антенна, HLC, 4G-модем и усилитель.
Зазвонил телефон, Костя послушал и передал его Бобровскому.
- Слушаю, - произнес тот.
- Привет, Арси! Рад тебя слышать, - раздалось в телефоне.
- Привет, Брус! Ничего ты так пропал лет на пять! Предупредить можно было? - беззлобно посетовал друг.
- Тогда это было не безопасно. Смотрю, ты с Костей знаком? Правильно, хороший парень и умный. Ты ему помоги. Я только вам двоим могу доверять.
- Чувствую, ты влип во что-то серьезное. Это те, с которыми ты по бизнесу завязался?
- Давай не по телефону. Помнишь Ларису?
- Конечно, очень симпатичная девушка, - заулыбался Арсений.
- Так вот, давай возобновим с ней общение.
После разговора с пропащим другом Бобровский заметно повеселел.
- Ну что, давай знакомиться, - он протянул руку, - Арсений Бобровский кандидат наук , доцент, веду курс в институте. Кстати, близкий друг Бруса.
- Лукошин Константин, ночной сторож. Друг Ильи Семеновича. Кстати, а как он вас зовет?
- Арси и давай на "ты".
Лукошин кивнул. Ему был симпатичен этот человек и поведением, и внешне. Таких людей начинаешь чувствовать еще до того, как хорошо узнаешь, и наоборот: не надо долго знать человека, чтобы понять, что он скверный - это чувствуется "между строк".
   Так началась дружба двух схожих по духу и мироощущению людей, и пятнадцать лет, разделяющие их дни рождения, никак не влияли на эти отношения.

4

   В тот же день Бобровский узнал, что Лукошин не поступил в институт, срезавшись на экзамене по русскому языку, что было не удивительно, учитывая сомнительное образование самой учительницы, у которой все "кушали", "ставили уколы", "одевали пальто" и "скучали за тобой". Бобровский понял, что сейчас помочь с поступлением не получится, если только после армии, но понимая, что такой вариант Костю не устраивает, предложил заняться его образованием факультативно.
- Прям как Илья Семенович, - улыбнулся Лукошин.
- Жаль, он русским с тобой не занимался, - пошутил Арсений. - Ничего, Ксения может заполнить пробел, она как раз по этой части.
- Не, не, не надо делать из меня сына полка, только это, - он постучал по ноутбуку.
Вошла жена Арсения Ксения и поинтересовалась, в связи с чем упомянули ее имя. Узнав причину, она согласилась, но предупредила, что на первом месте у нее забеременеть, а потом все остальное, и когда это произойдет, занятия придется прекратить. Это было сказано легко, но серьезно, поэтому Лукошин поспешил вежливо отказаться.
   Бобровский познакомил Костю о "Ларисой" - их с Брусом зашифрованным каналом общения.
- Мы были лучшими в своем деле, и надо очень постараться, чтобы туда залезть, - сказал он.
   С тех пор Лукошин стал часто бывать у Бобровских. Иногда они встречались в институте в основном для практики с использованием учебно-технической базы заведения. Часто Брусфер через чат участвовал в их занятиях, проходивших у Бобровского, давая порой толковые советы, взятые из собственного опыта. Шли годы. Лукошин уже прилично владел премудростями программирования и прочими знаниями, необходимыми хорошему IT-специалисту. Они звали Илью в Тобольск, но он наотрез отказывался возвращаться. Брусфер уже давно знал, чем занимается компания "Бурный поток" и понимал, что эти люди захотят от него избавиться, как только узнают, что он в городе. Он долго не рассказывал об истинной причине своего скоропалительного отъезда, но на очередной вопрос Арсения решил сказать правду.
- Я сделал  то, о чем они просили - подключился к серверу конкурентов.  Арси, на меня давили, показали избитого за что-то до полусмерти парня, а потом предупредили, чтобы держал язык за зубами. Вот я и сорвался, а не сказал, чтобы вас с Ксюхой не подставлять.
- Это я понял, - ответил Арсений. - Наверно, ты прав, к ним билет в один конец.
   После этого разговора в чате прошло еще пять лет. Лукошин достиг двадцати восьми и легализовался. Теперь он работал системным администратором в автотранспортном предприятии. Бобровские оставались его близкими друзьями. У них родился сын, и Костя стал реже бывать у них. С Брусфером связь не прерывалась, и он даже грозился приехать. Лукошин снимал уже отдельную квартиру, но с личной жизнью пока не складывалось.
   Однажды вечером по телевизору в криминальной хронике передали об убийстве в Тюмени бухгалтера производственного предприятия Лилии Петровны Поляковой и показали ее фотографию. У Константина сжалось сердце и внутри все похолодело. С экрана на него смотрела Лиля. Его подбросило с дивана, и он оказался у полок с книгами. Поискав глазами синий корешок папки, Лукошин выхватил ее из плотного ряда книг и достал тетрадь с диском. Всего раз он открыл ее, полистал и понял, что там содержится материал, вероятно, компрометирующий  тех, кто гнался за Лилей. Однако, вникать в содержание он не стал, полагая, что у него хватает своих забот, а заниматься расследованием или шантажом с угрозой для жизни он не собирался. Диск Костя даже не стал слушать, но тетрадку, как советовала Лиля, не сжег. Но теперь все изменилось. Лукошин совершенно по-иному воспринял сообщение о ее убийстве. Он никогда не забывал Лилю и вспоминал о ней с особой теплотой, и вдруг такое. Костя сел за компьютер, вставил диск, но слушать не стал, сначала открыл тетрадь. Там были  имена и клички людей, имеющих отношение в фирме "Бурный поток", основным занятием которой была торговля наркотиками. Прикрываясь грузоперевозками, компания распространяла наркоту по всей Сибири. Возглавлял офис в Тобольске Вишняк Сергей Сергеевич по кличке Шахтер. О тех, кто стоял над ним ничего не говорилось. Далее указывались даты и места получения груза и пункты доставки. Была расписана организационная структура компании, но все ограничивалось Тобольском. Тетрадь содержала выдержки из бюджета компании, имевших отношение к торговле наркотиками, которые там значились как медицинское оборудование. Однако вся информация относилась к событиям семилетней давности, поэтому Лукошин углубился в изучение всего, что касалось Бурного потока сегодня. Он просидел за компьютером полночи и нашел достаточно информации для размышления. Хотя у Кости очень чесались руки попытаться зайти на сервер компании, но он решил этого не делать не посоветовавшись с Бобровским.
   Ожидание вечера следующего дня далось Лукошину тяжело. Он несколько раз порывался позвонить Арси или связаться с Ильей Семеновичем, которого так и не смог называть Ильей, как просил сам Брусфер, а потому сошлись на обращении "Учитель". Когда Бобровский пришел домой, сидя на кухне с кружкой чая, его уже ждал Лукошин. Арсений закрыл за собой дверь и спросил:
- Ты с Брусом говорил?
Костя помотал головой.
- Правильно. Его бы это выбило из колеи. Он хоть и пугает нас своим приездом, но сам пугается еще больше. Погоди, - он вышел и вскоре вернулся. - Ксюху предупредил, что надо поговорить, посидим на кухне. Теперь давай говори, а то по телефону было не все понятно. Кого убили?
Костя рассказал про Лилю и ее мужа, про тетрадку и Бурный поток, затем положил тетрадь с диском на стол и сказал, разведя руки в стороны:
- Хотел посоветоваться, что будем делать.
Арсений вытянул губы трубочкой и вздохнул.
- Ты уверен, что надо что-то делать?
- Теперь, когда убили Лилю... - ответил тоном человека, лишенного выбора, Лукошин. - А ты думаешь лучше сидеть сложа руки? Лилю убили, мужа ее, кстати, тоже убили, Учителя загнали за Можай. В итоге и его бы убили. Это только то, что нам известно, а представь, сколько таких еще!
- Ты не горячись, - спокойно произнес Бобровский. - Я не предлагаю складывать руки, но прежде надо понять чего мы хотим, воевать?
- Ты вроде умный зрелый мужчина! Как воевать? С рогаткой на танк? Нет, конечно.
- Это был вопрос риторический, догадливый мой. Надо нащупать их слабые стороны и понять, как этим воспользоваться. Мы трое не глупых человека, причем Брус знаком с их системой защиты, сам ее устанавливал. Возможно ее поменяли, но, думаю, с этим у нас проблем не возникнет.
- Может прямо сейчас подключить Учителя? - предложил Лукошин.
- А давай, - почему-то радостно воскликнул Арсений и принес компьютер.
- Погоди, давай посмотрим, что на диске, я забыл проверить.
На записи оказались разговоры каких-то людей о реализованном медицинском оборудовании и поступивших средствах. Суммы исчислялись десятками миллионов, а в конце записи следовало указание кардинально разобраться с каким-то Павлом.
- Это муж Лили, его Павлом звали, - догадался Костя.
Они связались с Брусфером и посвятили его в суть проблемы. Он долго молчал, пока Арсений не сказал, что без него трудно разобраться с защитой Бурного потока и, вообще, пусть подключается, так как его это касается в первую очередь.
- Чего ты боишься? Что тебя засекут? - спросил Арсений Илью. - Не мне тебя учить, зайди с какой-нибудь Тегусигальпы.
- Что за Гальпа? - удивился Костя. - Это где?
- Столица Гондураса, в Латинской Америке, - ответила Ксения, появившаяся в этот момент в дверях. - Давайте вам что-нибудь поесть сделаю?
- Сделай нам бутерброды с чаем, - попросил Арсений. - Спасибо, Ксюш. Уехал Лукошин от Бобровских уже за полночь.

5

    Утром следующего дня в офисе компании "Бурный поток" начался переполох. Все компьютеры зависли, а на экранах появилась надпись "ПРИВЕТ ОТ ЛИЛИИ ПОЛЯКОВОЙ". На ней настоял Костя, полагая что хоть таким образом может наказать Шахтера с подельниками. Привет с того света уже не мог навредить Лили, но заставил бы напрячься  и начать нервничать ее врагов, а что ее нашли и убили люди Шахтера Лукошин не сомневался.
   Вишняку сообщили о проблеме, когда он ехал в офис в своем мерседесе. Он спокойно отнесся к этой новости, посчитав, что произошел просто какой-то сбой, но узнав про привет от Лили, насторожился. "Значит наши враги еще живы и где-то рядом" - подумал Шахтер. Приехав в офис, он собрал только самых близких приказал Андрею Васину по кличке Кот, проверить на всякий случай компьютер, находящийся в отдельной комнате, ключи от которой были только у него и Кота. Этот компьютер не был подключен к серверу и использовался исключительно для работы с медикаментами. Убедившись, что с компьютером все в порядке, Сергей Сергеевич попросил всех высказаться по поводу случившегося. Первым начал Николай Жвах по кличке Майдан.  Они с Вишняком и Севой Протасовым, которого за юношеское увлечение альпинизмом звали Горцем, создавали Бурный поток.
- Что Полякова мертва у меня сомнений нет. Значит, кто-то посылает привет от ее имени, и он где-то рядом.
- Правильно мыслишь, Майдан, - согласился Шахтер.
- Он не только рядом, но еще прекрасно владеет компьютером. Думаю, это хакер, который был знаком с Лилей, - высказал предположение Кот.
- Уж не Профессор ли опять нарисовался? - риторически предположил Горец.
Шахтер сидел за своим массивным столом и слушал, вертя в руке ручку. Наконец, он обвел всех взглядом и стал давать указания, тыкая в каждого ручкой:
- Кот, займешься компьютерами. Горец, поедешь в институт, поищешь корешей Профессора. Майдан, надо еще проверить насчет Поляковой, если что, дело надо довести до конца.
- Я точно знаю, это она, - с убежденно ответил Жвах.
Вишняк посмотрел на него в упор и, растягивая буквы, повторил:
- Проверь.
Когда все разошлись, он кому-то позвонил и коротко произнес:
- Это я , надо встретиться.
Выслушав ответ, он взглянул на часы, и, сказав "Идет", вышел из кабинета.
   Заместитель начальника отдела по контролю за оборотом наркотиков  тобольской полиции майор Слюсарь Олег Викторович уже был на месте. Они обычно встречались на стоянке у сквера Декабристов, и выставив водителя, Шахтер позвал майора в свой мерседес.
- Олег, помнишь я просил тебя найти преподавателя из института, Брусфера? - спросил он.
- Помню. Так он из Тобольск уехал, а куда никто не знал. Целую неделю пасли его квартиру, и в институте больше не появлялся. Говорю же уехал. Не в розыск же его объявлять.
- Так вот, появился он недавно и привет прислал.
- В Тобольске? - уточнил Слюсарь.
- Не знаю, но чувствую, он где-то рядом. Компьютеры наши вырубил. Чувствую это он. Его надо найти. Не обижу.
- Зацепки хоть какие есть?
- Только привет на компьютерах. Можешь вычислить откуда прислал?
- Попробуем, - ответил Слюсарь. - Вечером пришлю спеца.
- Проверь все его явки, помнишь?
На лице майора отобразилось сомнение.
- Ладно, пришлю, - бросил Вишняк и уехал.
Тобольск между тем жил своей обычной  жизнью. Заканчивалось лето, но было солнечно и не жарко. На Базарной площади шел традиционный праздник "Уха-царица".
- Давай на Базарную, - приказал Вишняк.
Там он вышел из машины и быстрым шагом, широко расставляя ноги, направился к центру. Там был установлен огромный котел, в котором варилась уха, и несколько поваров изредка сдвигали большую деревянную крышку, чтобы помешать варево, снять пробу или чего-нибудь добавить. До конца ее не задвигали, давая возможность ухе дышать, чтобы не стать мутной. Вокруг толпился народ, все давали советы или шутили, но было видно, что они ждут сигнала, чтобы подставить припасенные миски и получить долгожданную уху, чей запах окутал всю площадь. Вокруг веселились, пели и плясали под гармошку, торговали рыбой, травами, разносолами. Народ развлекали скоморохи и разные персонажи на ходулях. Уху варили и в других местах Базарной площади, и хотя емкости были меньше центрального котла, вокруг тоже толпились люди в ожидании своей порции свежей ухи.
   Сергей Сергеевич обожал уху. Он вырос на Иртыше и знал толк не только в рыбалке, но и в приготовлении этого вкуснейшего блюда. Постояв у котла, он втянул в себя воздух и спросил:
- Карась с судаком?
- Еще окунь, - ответил один из трех поваров.
Вишняк отошел от котла и огляделся. Наконец, увидев столпившихся людей, он направился к ним. Они окружили три котла раз в десять меньше центрального и молча ждали. Все взоры были устремлены на них, словно могли повлиять на процесс. Вишняк поговорил с женщиной и мужчиной - хозяевами положения и выяснил, что в одном котле варятся карась с судаком, а во втором ерши с карасями в марле, а сазан с судаком кусками. Уточнив, что улов сегодняшний, он стал ждать. Его глаза также уставились на котлы.
- Скоро сготовится, - сказала женщина. - Недавно третью пену сняла.
- Посуда есть? - поинтересовался Вишняк. Мужчина достал и рюкзака алюминиевою миску и протянул ему. Сергей Сергеевич повертел ее в руках и произнес:
- Прям как на зоне.
- Сидел? - не глядя на него, спросил мужчина.
- Судьба обошла пока, - и добавил, - по запаху готова.
Женщина по очереди попробовала из обоих котлов и кивнула - "налетай!"
Вишняк от хлеба отказался и указал на второй котел. Он стоя, взахлеб отправлял в рот ложку за ложкой вкуснейшую прозрачную юшку. Закончив наслаждаться ухой, Вишняк вернул миску с ложкой и, пожав хозяевам руки, быстро ушел. Мужчина разжал ладонь и увидел пятитысячную купюру. Он в растерянности повертел головой, но встретившись взглядом с женщиной, махнул рукой и убрал деньги в карман.
   В офисе Бурного потока Кот безуспешно продолжал воевать с компьютерным вирусом. Вернувшись, Шахтер сказал, чтобы тот прекратил насиловать компьютер и зашел к нему.
- Вечером Слюсарь подгонит толкового айтишника. Если не получится восстановить работу, завтра поедешь в институт и привезешь кого-то потолковей. Надо все восстановить и постараться узнать откуда ветер дует. Весь учет с логистикой слетел, а это наша крыша, без нее нас зальет. Пообещай хороший гонорар.
Приехавший от майора специалист провозился пару часов и сказал, что надо переустанавливать систему с нуля, но для этого нужен доступ к информации и время. Откуда произошел взлом он определить не смог.
   Тем временем вернулся Горец. Он полдня провел в институте, где преподавал Профессор, но никаких концов не нашел. Удалось узнать лишь несколько имен преподавателей с той же кафедры, но встретиться не получилось. Шахтер приказал ему завтра отправляться вместе с Котом в институт и без спеца уровня Профессора не возвращаться.
- А лучше, чтобы был с ним знаком, - заключил Вишняк.
   На следующий день Майдан доложил, что убитая точно является Лилией Петровной Поляковой. Это подтверждалось фотографиями с места преступления и материалами уголовного дела.
- И потом, Шахтер, я лично принимал работу. Это точно была Лилька, - заверил Майдан.
   В Тобольском индустриальном институте активно шла подготовка к новому учебному году. Недавно завершились экзамены по дополнительному набору, и абитуриенты бродили по фойе и коридорам или стояли группами что-то обсуждая. Мимо проходили люди с озабоченным видом, держа в руках разные бумаги и книги, кто-то списывал расписание, кто-то плакал, кто-то смеялся. В общем, царила обычная предучебная атмосфера.
   Кот с Горцем стояли среди этого организованного хаоса и, не являясь его частью, выглядели слегка растерянными. Наконец, Горец остановил женщину в очках с очень серьезным видом:
- Простите, не подскажете, где можно найти специалиста по компьютерам?
Дама непонимающе на него посмотрела. Потом, окинув Севу взглядом, смягчила выражение лица и уточнила:
- У нас все специалисты. Что вам конкретно надо?
Горец почувствовал потепление и с надеждой в голосе спросил:
- И вы тоже?
- И я. Все зависит от степени сложности проблемы, - улыбнулась дама.
Разговор начинал развиваться не в том направлении, и Майдан решил вмешаться.
- Нам нужен хороший программист, - произнес он.
Дама перевела ставший прежним взгляд на Жваха и твердым голосом ответила:
- Обратились не по адресу, молодые люди, спросите вон там. Она указала на дверь с табличкой " Отдел кадров".
- А вам зачем? - спросила другая женщина в очках, отрывая взгляд от бумаг, стопкой высившихся на столе.
- Раньше нам уже помогал один ваш специалист Брусфер, может знаете? - решил не отвечать прямо Сева.
- Илья Семенович! Конечно знаю, но он у нас уже не работает.
- Жаль, он нам очень помогал с программами, настройками компьютеров. А куда он уехал, случайно не знаете?
- Нет. Уволился и уехал, а куда неизвестно.
- А может друг у него был, такой же специалист? Вы бы нас очень выручили. У нас программа слетела, а наш айтишник ничего не может сделать.
Дама задумалась и наконец ответила:
- Знаете, поговорите с Бобровским. Они на одной кафедре работали и, вроде, были приятелями. Арсений Иванович.
- А где его можно найти?
- Поднимитесь на второй этаж, вторая дверь налево.
- Огромное вам спасибо от всего нашего дружного коллектива, - сказал Сева и приложил руку к груди.
На кафедре Бобровского не оказалось, и им посоветовали прийти завтра с утра. Проходя через фойе института, Горец обратился к приятелю:
- Запомни, Майдан, Бобровский Арсений Иванович.

6

   Лукошин решил позвонить Вике и предупредить, что встреча переносится на другой день, о котором он ей позже сообщит. Ожидая ее в вестибюле, чтобы договориться  о дополнительных занятиях по работе на компьютере, которые для нее устроил Бобровский за небольшую плату, он услышал имя своего друга от двух незнакомых людей, проходивших мимо. План созрел мгновенно: Костя должен перенести занятия с Викой и идти за этими двумя. Подобно человеку, вышедшему из магазина в пальто, за которое он не заплатил, и ему кажется, что все вокруг видят в нем вора, Костя посчитал, что им стало известно, кто устроил акцию против Бурного потока, и Бобровскому грозит опасность. Он пошел за Горцем и Майданом. На частнике, к счастью оказавшимся недалеко от машины объекта преследования, он доехал до современного двухэтажного здания, рядом со входом в который висела вывеска Транспортная компания "Бурный поток". Убедившись, что его догадка подтвердилась, он поехал к Бобровскому. Рассказ Кости озадачил Арсения.
- А к кому они приходили? - поинтересовался он.
- Шли от лестницы, а куда заходили не видел.
- Мне кажется в этом случае лучше перестраховаться. Поехали в институт.
На кафедре Арсений узнал, что его спрашивали двое. Для чего не сказали. Подумав немного, он повел Лукошина вниз.
- Подожди здесь, - сказал он и скрылся за дверью с вывеской "Отдел кадров". Вскоре он появился  еще более озадаченный и молча пошел к выходу.
- Они хотели, чтобы я им помог с компьютерами, - заговорил Бобровский, оказавшись на улице. - Упоминали Бруса. Думаю, они пошли тем же путем, что и с ним - хотят сделать меня внештатным айтишником. Видать, справиться с нашим взломом им не удалось. Должны зайти завтра.
- Знаешь, Арси, у тебя жена и сын, выбрось эту мысль из головы, - категорически заявил Лукошин.
- Успел покопаться в моей голове?
- Просто я тебя хорошо знаю, к ним должен поехать я, - тем же тоном ответил Костя.
- Интересно, как ты объяснишь, что произошла замена?
- Приду утром в институт и буду ждать их прихода на кафедре. Там меня знают, скажу тебя жду. Когда заявятся гости, позвоню тебе, а ты скажешь, что сегодня тебя не будет. Вот тогда я и предложу свои услуги.
- И что ты собираешься делать у них в офисе?
- Буду исправлять неисправность и, уверяю тебя, обязательно исправлю, - заулыбался Лукошин.
- Не считай их за идиотов, они на тебя хомут накинут и будут понукать. Вспомни Бруса.
- В крайнем случае уеду на родину к Учителю, - не то пошутил, не то всерьез ответил Костя.
Бобровский указал на скамейку, на которой они сидели в день знакомства и продолжил:
- Думаю, мне лучше просто завтра отказаться. Скажу, что это не мой профиль. Меня же за это не убьют.
- Нет конечно, но представь сколько гадости мы им можем сделать! Они же Лилю с мужем убили, Учителя  напугали на всю жизнь. Это только то, что мы знаем, а сколько за ними еще грехов? Там где наркота обязательно льется кровь, - распалился Лукошин.
- Костя, очнись, ты рассуждаешь как наивный подросток. Хочешь воевать с Бурным потоком? У них отлаженная криминальная структура, а нас двое.
- Трое, - уточнил Костя.
- Хорошо, что ты предлагаешь?
- Вряд ли тебе мое предложение понравится, - начал Лукошин. - Хочу уничтожить всю эту сволочь.
Арси усмехнулся и задал резонный вопрос: "Как?"
- Я для этого и хочу попасть внутрь и разобраться. Помнишь, Брус,  говорил, что  они не все там наркоту по Сибири гоняют? Сама компания занимается грузоперевозками, это ширма. Думаю, мы подвесили компьютеры, используемые для официальной работы, не будут же они задействовать их для работы с наркотой. При таком масштабе без специальной машины не обойдешься. Она, конечно, без айпи-адреса, какой-нибудь ноут, хранящийся в сейфе или тайнике, но такая должна быть.
   Все время, пока Лукошин излагал свою идею, Бобровский скептически улыбался. Наконец, он сделал Косте знак остановиться и сказал:
- Идеальная конструкция всегда хрупка и недолговечна, потому что подвержена воздействию человека - существа не идеального. В твоих рассуждениях заложен тот же принцип. Идея правильная, но какой-нибудь... кто там у них главный?
- Шахтер.
- Вот, какой-то Шахтер оказался умным человеком и разрушил твою конструкцию. Ну, например, использовал для работы с медикаментами нечто другое или спрятал ноут там, где его искать не будут, вне офиса. У них же есть какой-нибудь склад для медикаментов. Так вот, я предлагаю искать склад, а не ноут в офисе.
   Наступило молчание. Лукошин чертил палкой какие-то фигуры на земле, а Бобровский, заложив ногу на ногу и скрестив руки на груди, сосредоточенно смотрел на клумбу во дворе института. Первым нарушил молчание Костя:
- Согласен, план не идеальный, то есть не в смысле "идеальная конструкция", а в смысле не без изъянов, но считаю, что идти в офис надо. Надо изнутри на все взглянуть. Может, кстати, и про склад что-то узнаю.
- Хорошо, а что будешь делать с компьютерами? Если запустишь, они с тебя не слезут. Что тогда, уедешь к Брусу? - поинтересовался Арсений. Костя прервал рисование, встал и, сделав предупредительный знак, сказал:
- Только отнесись к моему предложению серьезно. План такой: все осматриваю и прошу чистый комп, не системный. Раз они до сих пор не смогли их запустить благодаря нашим стараниям, значит меня не раскроют. Скажу, он нужен, чтобы запустить программу восстановления. Потом подключаю тебя удаленно, и ты скачиваешь винт, а я в поте лица бьюсь с нашим вирусом и наконец побеждаю.
Арсений смотрел на Костю словно на комиссии по освидетельствованию призывников. Когда тот закончил, он поднялся и, протянув ему руку, сказал:
- Поздравляю, вы годны к строевой на плацу психиатрической больницы! Ты как себе это представляешь? Торчишь у них в офисе, в логове, дуришь им головы и полагаешь, никто ничего не поймет?
- Погоди кипятиться. Можно же все разыграть как по нотам. Поедем к тебе, посидим и все  пошагово продумаем. Ты же сам хотел туда поехать, я видел!
- Может и хотел сгоряча, но в герои записываться не собирался. Через тебя они на меня выйду, а у меня Ксюха и Сашка.
- Погоди, через компьютер не выйдут, а со мной ты просто занимаешься дополнительно, готовишь для поступления в институт. Мне тебя студенты порекомендовали. В чем риск? Да и потом, я же не законченный идиот, если что-то пойдет не так, просто откажусь от этой затеи, восстановлю им машины и адью!
   Бобровский колебался. В памяти всплывала история с Брусфером. Он понимал, что почти все берет на себя Костя, и осознание того, что Лукошин сильно рискует его не оставляло. Наконец, Арсений согласился поддержать друга. Семью на неделю было решено  отправить  в деревню к бабе Мане, у которой они проводили лето, когда Сашке исполнился год. Этот адрес никто не знал, даже перевозил он их на арендованной машине, потому что так получалось дешевле.
- Ладно, убедил, - согласился Бобровский, - давай ко мне.

7

   Вика Бристоль была красивой еврейкой. Она приехала с семьей  в Тобольск десять лет назад. Закончила местную школу, а потом был педагогический институт. Бобровского Вика знала через Брусфера, который приятельствовал с ее родителями почти с самого приезда в город. Михаил Альбертович Бристоль имел магазин по продаже компьютерной техники в Тюмени, но дела пошли плохо, и он с семьей и остатками бизнеса перебрался в Тобольск. Одним из первых посетителей его нового магазина был Илья Семенович. Они быстро нашли общий язык, что было не удивительно, и Брусфер стал бывать у Бристолей не только в магазине, но и дома. Там он и познакомился с Викой. Бобровский тоже пару раз был с Ильей Семеновичем у его новых знакомых, но после скоропалительного отъезда Брусфера отношение не поддерживал. Зато Вика помня, что он хорошо разбирается в компьютерах, обратилась с просьбой повысить ее знания в этой области. Тогда-то Арсений и предложил Лукошина. Костя в то время имел относительно свободный график работы благодаря хорошим отношениям с начальником, сына которого он  обучал компьютерной грамоте. Если здесь он денег не получал, то отказываться от небольшой подработке не стал.
   На следующий день Костя с утра был в институте. Он решил дожидаться представителей Бурного потока в вестибюле, что бы на кафедре вообще ничего не знали. В это время раздался звонок его телефона. Это была Вика. Она извинилась за назойливость и начала объяснять, что если он занят, то она поищет кого-нибудь другого, потому что ей надо научиться работать на компьютере за неделю. Оказывается Вика пришла в институт тоже утром и хотела попросить Бобровского посоветовать другого специалиста. Это была их первая встреча. Они стояли в фойе и разговаривали по телефону, находясь в пару метрах друг от друга. Первым ее увидел Костя и по долетавшим фразам понял, что это она.
- Вика, - позвал он, опустив телефон.
Сначала она не поняла, но затем обернулась и смущенно улыбнулась. - Вы тоже здесь.
- Да у меня тут встреча.
Это единственное, что смог выдавить из себя Лукошин. Внешность девушки его покорила. Слегка вьющиеся каштановые волосы до плеч скрывали один глаз, отчего она постоянно убирала прядь длинными пальцами в сторону, открывая лицо, на котором аккуратный маленький нос немного контрастировал с большими беличьими глазами и небольшим четко очерченным ртом. Вся она была миниатюрная, кроме глаз, что делало ее похожей на мультяшную героиню, а черная джинсовая мини и короткая коричневая замшевая куртка еще больше добавляли сходства. Именно в этот момент в институт вошла вчерашняя пара из Бурного потока. Лукошин решил импровизировать.
- Стойте здесь и никуда не уходите. Я сейчас быстро переговорю и вернусь. Мы обязательно будем заниматься, - заявил он.
Проследовав за посетителями, он подождал немного у приоткрытой двери кафедры и, поняв, что разговор заканчивается, вошел в комнату.
- Здрасте всем! А Арсений Иванович  не приходил?
- Сегодня Бобровский с утра нарасхват. Нет, не было его и сегодня не будет, - ответил один из двух присутствующих преподавателей.
- Черт, а мы договорились обсудить глубинные проблемы компьютерного обеспечения, - в сердцах произнес Костя и, сделав недоуменное выражение, медленно направился к лестнице.
- Эй, можно вас? - услышал он и обернулся. Сердце забилось чаще, и ладони вспотели.
- Вас как зовут? - спросил Горец.
- Константин.
- Вы что в компьютерах разбираетесь?
- Разбираюсь.
- Только надо, чтобы отлично, а не хорошо.
- А к чему эти расспросы? - с удивлением спросил Лукошин.
- Слушай, помоги компьютеры в офисе запустить. Висят уже второй день, - вмешался в разговор Майдан. - Не за так, конечно.
- Это далеко?
- Да нет, мы на машине. Назад привезем.
- Ну ладно, восстановим мы ваши компьютеры, только девушку предупрежу.
Они спустились, и Костя подошел к стоящей на том же месте Вике.
- Извините, что заставил ждать, - начал Лукошин, - но сейчас вынужден отъехать по срочному делу, поэтому давайте сразу договоримся: я буду вас учить и никого другого не ищите, все равно не найдете. За неделю вы научитесь владеть компьютером не уже айтишника среднего уровня. Давайте сегодня и начнем. Вам когда удобно?
   Большие глаза девушки больше стать уже не могли, поэтому она смотрела на него просто удивленно. В отличии от Кости, сраженным в первую же встречу ее красотой, Вика не испытала симпатий к этому суматошному парню, считающему себя пупом компьютерного мира, но ей срочно надо было научиться владеть ноутбуком в рамках, позволяющих оформить и провести онлайн презентацию своего доклада на краевой конференции учителей средних школ. Успешное выступление на конференции значительно увеличивало возможность поступления в аспирантуру педагогического института, которая являлась целью Вики Бристоль, и ради этого она была готова заниматься хоть с чертом лысым. Таким чертом, верно не лысым, а вполне симпатичным со скуластым волевым лицом оказался Лукошин. Кроме того, Бобровский очень хорошо о нем отзывался и рекомендовал как отлично разбирающегося в компьютерах. В итоге Вика ответила согласием, и решили, что Костя придет к ней домой в семь вечера. К нему она идти отказалась.
   В офисе Бурного потока Лукошин держался уверенно и спокойно. Он вошел в роль и неплохо с ней справлялся. Оценив положение вещей, Костя поинтересовался наличием компьютера, не подключенного к серверу компании, но имеющему выход в интернет.
Вопрос о независимом компьютере поставил присутствующих в тупик.
- А зачем он тебе нужен? - задал естественный по его мнению вопрос Майдан.
- А как я загружу ISO-файл дистрибутива Linux? Еще надо, чтобы Ubuntu была установлена, у вас как? - поинтересовался Костя, специально применяя профессиональные названия.
Кот, самый продвинутый  в IT сфере, сощурил глаза и спросил:
- Установлена где?
- На загрузочном диске или карте памяти, - уточнил Лукошин и добавил:
- У вас все машины весят. Как их чистить и восстанавливать рабочий режим без интернета? Все там, в самой организованной помойке под названием интернет. Вам, кстати, еще новая защита потребуется, раз эту взломали. Так как с компом?
Кот встал и, сказав "погоди", вышел из комнаты. он вернулся через пять минут и повел Костю в другую комнату. Двое его знакомых пошли за ними. Кот открыл массивную дверь и впустил всех внутрь, а сам вышел, но уже через пару минут вернулся с ноутбуком. Он открыл его и, проделав ряд операций, сказал: "Готово".
Все дальнейшее происходило, как и предвидели друзья. Через полтора часа, потребовавшихся для возобновления полноценной работы офиса Бурного потока, скачивания Бобровским информации с жесткого диска и ряда ненужных операций, придуманных Лукошиным для отвода глаз, Костя с пятьюдесятью тысячами в кармане отправился домой готовиться к визиту к Бристолям.
   Родители Вики оказались милыми людьми, поведением напоминающими Брусфера, что было, впрочем, не удивительно. Встретили Костю очень радушно, а после занятий накормили ужином. С Викой он провел два часа, за которые объяснил все премудрости использования компьютера в онлайн режиме на удалении. Он был вдумчив и нетороплив. Заставил Вику записать пошагово все действия в разных ситуациях, рассказал о возможных неисправностях и способах их устранения.
- В общем, думаю это все. Недели не потребовалось. Надо только несколько раз потренироваться дома. Кстати, тетрадку с записями возьмите с собой, суфлер не помешает.
   Провожая его до двери, она поблагодарила:
- Спасибо, Костя. Каким вы, однако, можете быть.
- Каким же? Я вроде всегда одинаковый.
Она потрясла головой.
- Нет, не одинаковый. Надеюсь, сейчас вы были настоящим, обходительным, добрым и умным. Эти качества в наши дни редкость для одного молодого человека. Если честно, сначала вы мне не понравились.
- А ты мне понравилась сразу, - выпалил Костя. Настала пауза, и он добавил:
- Самым трудным сегодня было называть тебя на "вы".
- Хорошо, согласна, давай на "ты".
Он улыбнулся и слегка смущенно произнес:
- Я действительно очень хотел тебе помочь, но допустил огромный промах.
 Вика удивленно вздернула брови.
- Надо было растянуть занятия на неделю, а я затупил и все выложил за вечер.
Она искренне рассмеялась и сказала:
- А ты приходи просто так, без повода, - потом подумала и спросила:
 - Или повод есть?
Лукошин наклонился, поцеловал ее руку и открыл дверь. Потом обернулся и, сказав "Есть. Я позвоню", скрылся за ней.


8

   Двенадцать лет уже Лукошин жил в Тобольске, но только встретив Вику, он почувствовал, насколько неполноценное было его существование. Ни он, ни Арсений не посвящали близких в свои дела. После визита Кости в Бурный поток стало ясно, что опасаться нечего, и Арсений  жену с сыном никуда отправлять не стал. Лукошин виделся с Викой каждый день. Их отношения стремительно развивались. После удачной презентации Вика его поцеловала, и поцелуй благодарности превратился в их первый любовный поцелуй.
   Информация, скаченная Бобровским с жесткого диска ноутбука компании Вишняка, мало что прояснила. Там были даты, цифры, суммы,  какие-то названия и имена похожие на клички. Некоторые были сведены в таблицы, что-то записано в строчку. Друзья решили остановиться и даже не пытаться это выяснять, слишком близко они подошли к опасной черте, вступив за которую, можно было поставить под удар свои жизни и своих близких.
   Прошло время. Постепенно эта история почти забылась. Стояла ранняя весна, и все жили в ожидании лета. Костя с Викой готовились к свадьбе. Сначала она решила действовать хитростью и поставила условие, что выйдет только за человека с высшим образованием, но категорическая убежденность Лукошина в том, что для него высшее образование мало чего дает, оказалась сильнее, и Вика сдалась. Она понимала, что Костя в своей области разбирается гораздо лучше многих дипломированных специалистов, что его ценят на работе и не только, ибо слухами земля полнится, а его заработка хватит, даже если она бросит преподавать в своем педагогическом институте. Однако, она хотела логической завершенности, какой бы могло оказаться высшее образование, но  устав его убеждать, согласилась стать женой "неуча".
   Как-то воскресным днем они сидели в уличном кафе, которые с приходом тепла быстро стали появляться в городе, и Вика стала внимательно смотреть куда-то за спину Кости.
- Это кто? Илья Семенович? - удивленно спросила она.
Лукошин обернулся и застыл в недоумении, потом резко встал и подошел к человеку, стоящему к нему спиной.
- Учитель, это ты? - осторожно позвал Костя.
Брусфер обернулся, и радостная улыбка озарила его лицо. Друзья обнялись и подошли к столику, где сидела Вика.
- Узнаешь? - спросил не без удовольствия Лукошин.
Илья Семенович сузил глаза до щелочек и медленно произнес:
- Мадмуазель Виктория Бристоль, не так ли?
- А я вас сразу узнала, Илья Семенович.
- Какими судьбами, Учитель? - спросил Костя, подставляя еще один стул к столику. - Что будите пить?
- Пожалуй, коллега, пиво.
- С утра по пиву, неплохо, - оценил Костя.
- У меня утро началось в пять часов, - ответил Брусфер, и Лукошин, оставаясь крайне удивленным появлением Ильи Семеновича, почувствовал в его словах тревогу. Решив при Вики больше его не расспрашивать, он начал говорить о скорой свадьбе.
- Выходит у меня легкая рука. Помнится, я привел к вам Арси, ну а он явил вам Костю, - с улыбкой заключил Брусфер. - И когда событие?
- В июне, мы уже подали заявление, - ответила Вика.
Они поболтали еще полчаса, в течение которых Лукошин сдерживался, чтобы не спросить, зачем Учитель приехал в Тобольск, откуда бежал пятнадцать лет назад. Прощаясь, Брусфер сказал, что приехал не надолго и обещал позвонить. Проводив Вику домой, Костя наконец-то смог связаться с Учителем. Оказалось, тот сидел у Бобровских уже несколько часов в ожидании звонка Лукошина. В свою однушку он не поехал, боясь до сих пор там появляться. Арсений был дома, но не звонил, понимая, что Костя при Вики говорить не станет. Наконец все трое собрались вместе, и Брусфер повторил то, что рассказал другу.
- Выходит, они расширяются, - сделал вывод Арсений.
- Но почему Затягино? - удивлялся Илья Семенович. - Я сначала подумал, что по мою душу, но, слава богу, меня никто не видел.
- А кроме Майдана и Горца ты кого-нибудь узнал? - поинтересовался Костя.
Учитель покачал головой:
- Нет, никого. Шахтера бы узнал и Кота, они всегда вместе были. Других, пожалуй, уже не вспомню.
- Другие шелупонь, эти всем крутят, - сказал Арсений. - На точках, возможно, еще кто-то есть, но мы их не знаем. Выходит, они склад в Затягине устроили.
- Я тут фотографии сделал, - сказал Брусфер и выложил на стол толстый конверт.
- Родина, - бормотал Костя, перебирая фото.
Там были и панорамные снимки поселка, и отдельно ангара с домами с разных ракурсов, и пути подъезда.
- Хорошая работа, Брус, - похвалил Бобровский. - Тебя не узнали?
- Нет, иначе бы не сидел сейчас с вами.
- Учитель, а может они про тебя уже забыли? Столько лет прошло, - предположил Костя.
Илья Семенович покачал головой.
- Не думаю. Как говорят "он слишком много знал". Потом не забывайте, я взломал веб-сервер их конкурентов и до сих пор являюсь живым свидетелем, вернее подельником.
- Ладно, вернулся и правильно сделал, нельзя же вечно прятаться.
Лукошин сидел в глубокой задумчивости. Наконец, он потянулся и на выдохе произнес:
- С ними надо кончать. Нельзя же ходить и оглядываться.
Наступила пауза. Арси с Брусом переглянулись, и Бобровский спросил:
- Ты сможешь убить человека?
- Нет, конечно. Я же не стрелять в них собираюсь.
- У тебя есть конкретное предложение? - спросил Брусфер.
- Конкретного нет, но надо подумать о тех названиях из ноута, что скачал Арси. Может мысли и появятся. Например, можно попытаться развалить их бизнес.
Они просидели допоздна, изучая карту близлежащих районов, пытаясь определить по скаченным названиям соответствующие пункты на местности. В итоге получилось предположительно определить четыре города: Нижний - это Нижневартовск, Т - Тобольск, Новый - Новосибирск, Красный - Красноярск. В списке оставались Сурик, Ома, Кера, Ира и Тёма. Соединив города линиями на карте, друзья увидели, что связать Нижневартовск с Красноярском можно только по трассе через Сургут-Тобольск-Тюмень-Новосибирск-Краноярск. На этом пути из крупных городов находятся Сургут, Тюмень, Омск, Кемерово. Они попробовали подставить к этим городам скаченные названия, и получилось, что возможно Сурик - это Сургут, Ома - Омск. Вывод был очевиден: Тёма - Тюмень, а Кера - это Кемерово. Оставалось понять, что значит Ира.
- А почему мы решили, что конечный пункт Красноярск? Если продлить трассу, то она приходит в Иркутск, то есть в Иру! - воскликнул Лукошин.
- Точно. Это же очевидно! - поддержал его Бобровский.
- Итак, получается, что наркотрафик проходит от Нижневартовска до Иркутска через Сургут, Тобольск, Тюмень, Омск, Новосибирск, Кемерово к Иркутску, - подвел итог Брусфер. - Осталось понять, какую роль играет во все этом Тобольск, и почему они организовали склад в Затягине.
- Можно предположить, - рассуждал Арсений, - что Тобольск просто город в общей цепи наркотрафика, и Шахтер просто смотрящий в этом пункте. А на твоей родине, - он посмотрел на Костю, - они просто устроили еще одно хранилище. Возможно, не хватило площадей или перевезли туда товар из другого места, где держать его стало опасно.
- Логично, - поддержал его Лукошин. - Но что мы можем сделать со всем этим? Воевать бессмысленно. Мы здесь, а у них пол Сибири охвачено.
- Может, в полицию? - предложил Брусфер. - Если бы не Затягино, то и черт бы с ним. Эта дрянь по всей России расползлась, вроде сопутствующих издержек развития цивилизации. Так пусть с ними борются те, кому должно бороться. У нас нет таких ресурсов.
- Ты полагаешь, те, кому должно бороться, способны это делать? - с сарказмом поинтересовался Арсений. - Бурный поток существует здесь больше десяти лет, и ты думаешь, что они ни разу не прокололись? Можно представить, сколько Шахтер заплатил за это время тем, кто их ловит. Поэтому и не прокололись. Это же обычная схема. Приблизи врага, а лучше купи, и он будет тебя не ловить, а охранять.
Все сидели молча, понимая справедливость слов Арси, но сдаваться никто не хотел. Они искали выход, который всегда есть из любого положения, кроме неизбежного финала. Тишину нарушило предложение Кости:
- А что, если полиция будет не местная? Главное, чтобы не поручили местным органам заниматься местными преступниками. Надо попробовать выйти на область. Есть идеи?
- Я могу поговорить с Бристолем. У него, по-моему, кто-то был в тюменской полиции, - предложил Брусфер.
- А разве ты в Тобольске не инкогнито? - удивился Арси.
Брус покачал головой.
- Меня все равно уже Вика видела. Завтра же зайду к нему в магазин.
На этом друзья расстались.

9 

   В магазине с говорящем названием "Компьютерный мир" никого не было. Колокольчик у двери предупредил о приходе посетителя, и на его трели вышел Михаил Альбертович Бристоль - хозяин магазина.
- Дорогой мой Илья Семенович! - раскинув руки, воскликнул он. - А я гадаю: Придешь - Не придешь? Викуся рассказала о вашей встрече.
- Шалом, шалом, Миша, - подхватил его тон Брусфер. - Как же я мог забыть старого товарища! Что и как отложим на потом, а сейчас мы можем поговорить без посторонних?
Бристоль внимательно посмотрел на него, подошел к двери, повернул ключ и перевернул табличку "Закрыто" лицом на улицу.
- Пойдем ко мне, - сказал он и повел приятеля в другую комнату. Там он указал рукой на диванчик, а сам сел на стул напротив.
- Вижу, что-то случилось, - утвердительно произнес он.
- Случилось, Миша, давно случилось. Поэтому и уехал, никому не сказав. Так вышло, что я узнал то, чего не должен был узнать. Это касается наркотиков. Большего сказать не могу, но жизнь моя под угрозой. Мне нужен надежный полицейский не из тобольских, думаю, они купленные. Кто-то, кому можно доверять. Ты ведь долго жил в Тюмени, может связи какие остались?
Бристоль вытянул вперед губы и задумался.
- Скажу тебе, был такой человек. Но надо проверить, там ли еще. Давай так, дай мне два дня, и я все узнаю. А ты где остановился?
- У старинного друга, все в порядке. А сейчас разреши откланяться, сам понимаешь.
- Конечно. В гости заходи, тебе всегда рады.
   В институтах начались занятия. Бобровского загрузили, и он приходил домой позже обычного. Вика тоже как молодой аспирант подолгу пропадала в альма-матер, и время на встречи с Костей оставалось меньше. Поэтому, когда Бристоль через два дня пригласил к себе Брусфера, дав понять что есть новости, Лукошин напросился идти с ним в надежде лишний раз увидеть Вику. Его уже давно в семье считали своим, и появление вместе с Ильей  Семеновичем не вызвало никаких вопросов. Вика пришла позже и, увидев Костю, с порога повисла у него на шее. Он не пошел в комнату, куда Брусфера пригласил хозяин дома, а остался с Викой, чтобы не показывать своей связи с делом, ради которого они пришли. Потом был рыбный ужин с водкой и наливкой, а закончился этот чудесный вечер исполнением двух русских романсов: "На заре ты ее не буди" и " Гори, гори, моя звезда". Их весьма не дурно в два голоса исполнила чета Бристолей под аккомпанемент гитары хозяина дома.
- Так что наш брат не только Хава Нагила, но и высоким не брезгует, - сказал с гордостью Михаил Альбертович, прощаясь.
По дороге к Бобровским, где Брусфер обещал рассказать о их разговоре с Бристолем, оба молчали. Каждый думал о своем, нисколько не тяготясь молчанием другого.
- Ну что же, Миша не подкачал, - начал Илья Семенович. - Остался у него в тюменской полиции надежный человек. Занимает должность заместителя  начальника отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. Вместе учились в школе и играли в ансамбле. Миша здорово играет на гитаре. Ты слышал, - обратился он к Лукошину. Он помог Мише сохранить остатки бизнеса. Они до сих пор друг друга с праздниками поздравляют.
- Так это тот, кто нам нужен! - воскликнул Костя.
- Погоди радоваться, - остановил его Брусфер. - В Тюмени тоже не все в порядке. Они там кого-то прижали, но фактов мало. Он предложил встретиться и все обсудить.
- Давай встретимся. Когда и где?
- Просил приехать в Тюмень. Думаю ехать надо нам с Костей. Арси, ты в институте занят под завязку, а Костя, думаю, сможет.
Он посмотрел на Лукошина, который кивнул и ответил:
- Без проблем.
   Договорились встретиться через день утром не в Тюмени, а на станции Войновка, чтобы избежать случайных свидетелей.
Майор Николай Свищев встречал гостей, сидя в машине на стоянке. Они сели на заднее сидение и познакомились. Из разговора стало понятно, что в Тюмени или рядом существует пункт, через который идет наркотрафик. Осведомителя убили, и он не успел передать координаты, а точной информации у полиции не было. Кроме того, Николай сказал, что, похоже, кто-то сливает им планы полиции и обещал дать контакты надежного человека в Тобольске.
- Держите связь только с ним, - предупредил Свищев. - Наверняка они действуют стандартно по отлаженной схеме: учреждают фирму "Рога и копыта", которая официально может заниматься чем угодно, и под ее крышей гоняют наркоту. Уверен, что по такому же принципу они действуют и в других крупных городах, а склады устраивают где-нибудь за городом. Чтобы обезопасить бизнес и иметь информацию из первых рук, они покупают кого-нибудь из полиции, лучше если он будет из тех, кто с ними борется. Денег у них много, а полиция нищая, так что слепить крысу - задача не сложная. Мы знаем точно, что трафик проходит по главной магистрали от Тобольска до Новосибирска, но данных мало.
Брусфер с Костей поделились своей информацией и передали майору копию тетради и диска Лили. Посвящать Николая в историю Ильи Семеновича они не стали. Теперь Свищев знал, что география транспортировки наркотиков значительно шире и охватывает крупные города от Нижневартовска до Иркутска. Теперь картина становилась яснее, но не зная точно пунктов отправки и прибытия товара, готовить операцию было бессмысленно. Николай дал телефон начальника отдела по контролю за оборотом наркотиков в тобольской полиции подполковника Олега Драгина, напомнив, что это его друг, и связь держать только с ним.
   Возвратившись, друзья разъехались по своим делам и договорились вечером собраться как всегда у Бобровских. Илья старался меньше проводить время у друга, чтобы не стеснять семью, и хотя Арсений с Ксенией уверяли, что с ним даже веселее, Брусфер старался приходить, когда Арси уже был дома. В этот раз он тоже не пошел к другу, а сел под зонт рядом находившегося кафе. Он взял кружку Бархатного местного пивзавода и принялся анализировать информацию, полученную от Свищева. Было ясно, что даже узнав места, где Шахтер хранит наркотики, они ничего сделать не смогут. Этим будет заниматься полиция, а их даже близко не подпустят, и это правильно, считал Брусфер. Однако, он все чаще задумывался о Затягине. Там остался его дом, к которому он привык, тихая размеренная жизнь, по которой он все больше тосковал, оказавшись в уже непривычной городской суете. На фоне огромных масштабов наркотрафика Илья Семенович понимал, что склад в его поселке является хоть и значимой, но мелочью, и никто не будет заниматься этой проблемой отдельно. Тем не менее, он осознавал, что причиной возврата к этой проблеме стал его приезд в Тобольск и известие об организации склада наркотиков в Затягине. Иначе не понятно, зачем он с друзьями вообще занимаются этим. Брусфер был благодарен Асти с Костей, но все же казалось, будто он втягивает друзей в опасную игру. Так он сидел, размышляя о своем незавидном положении, когда рядом затормозил черный джип.

10

   Лукошин появился на работе только в четыре, хотя обещал вернуться к обеду. В кабинете его ждала работа, которую надо было закончить еще на прошлой неделе, но события последних дней не давали этого сделать. Он дал себе слово все завершить сегодня, так как не хотел злоупотреблять хорошим к себе отношением начальства. Когда работа была почти сделана, зазвонил телефон.
- Кость, не знаешь, где Брус? Телефон не отвечает
, - раздался голос Бобровского.
Лукошин почувствовал холод под ложечкой.
- Нет. С вокзала мы разъехались, я думал, он отправился к вам, - ответил он, стараясь подавить волнение.
- Ты можешь приехать, а то мне как-то неспокойно?
- Сейчас буду.
Он взглянул на практически законченную работу, чертыхнулся и вышел.
Шел уже девятый час вечера. Друзья как всегда сидели на кухне с напряженными лицами. Они перебрали все возможные варианты, но находились аргументы, опровергающие их. О худшем не говорили, но каждый думал именно об этом.
- Все, осталось одно, - прервал молчание Костя. - Здесь не обошлось без Бурного потока.
- Точнее без Шахтера. Давай еще раз вспомним шаг за шагом, что вы делали после приезда.
- О`кей, - согласился Костя. - Итак, мы сошли с поезда и вышли на площадь. Там он сел на автобус, идущий к вам. Я видел, как он сел и помахал ему рукой. Он ответил. Все. Никого подозрительного я не заметил. Я весь вечер провел на работе, где меня застал твой звонок. С ним я больше не говорил.
- Из этого можно сделать вывод: что-то произошло либо в автобусе, либо когда он из него вышел. В автобусе вряд ли, там люди. Значит потом, - рассуждал Арсений.
-Надо пойти на остановку и поспрашивать, может кто чего видел, - предложил Костя.
Они сбежали вниз. Напротив автобусной остановки еще работала палатка с фаст-фудом. У продавца-азиата удалось узнать, что рядом на улице за столиком сидел какой-то мужчина, похожий по описанию на Брусфера. Потом остановилась черная машина, и он уехал с ними.
- С кем с ними? - уточнил Костя.
- Из машины вышли двое, вот с ними, - пояснил продавец. Номера, конечно, он не запомнил.
Друзья вернулись в квартиру. Теперь стало ясно: случилось то, чего так боялся Брусфер - его увез Шахтер, и надо подключать полицию, сами они ничего сделать не смогут.
- Погоди, - сказал Костя, - а что если вырубить им опять все машины?
- Так у них, Брус. Его заставят все исправить.
- Тогда только подполковник, - заключил Лукошин. - Черт! Контакты остались у Ильи!
- Можно через Бристоля узнать. Звони, он практически твой тесть, - сказал Бобровский.
Михаил Альбертович сразу подключился к делу, и перезвонив, сообщил, что Драгин сам с ними свяжется. Действительно, минут через десять раздался звонок на мобильный Кости. Подполковник назвал место, где будет из ждать через полчаса.
   Амфитеатр на смотровой площадке в саду Ярмака плохо освещался и был удобным местом для влюбленных и деловых разговоров. Навстречу друзьям поднялся сухопарый среднего роста человек в кожаной куртки. По рукопожатию угадывалась жесткость и воля этого человека. Костя пересказал все, начиная с их поездки в Тюмень, а также упомянул о предполагаемой причине похищения Брусфера. Олег задал несколько уточняющих вопросов и попросил оставаться на связи, но самим ничего не предпринимать.

11

   Машина мчалась в темноте, выхватывая мощными фарами силуэты домов и деревьев. Уже час Брусфер лежал связанным с заклеенным ртом на заднем сидении. Когда он, размышляя, сидел рядом с домом Бобровского и с удовольствием потягивал пиво, из проезжающего мимо джипа вышли Майдан и Горец. Сначала они не узнали в одиноко сидящим мужчине Профессора, но его столик находился около входа в кафе и Майдан, идущий первым, вдруг резко остановился и уперся жестким взглядом в Брусфера. Чуть не налетевший на нег Горец выглянул из-за спины и постепенно начал расплываться в улыбке.
- Батюшки-матушки! - воскликнул он. - Это кто это к нам приехал! Профессор, вы ли это? По родине соскучились или дела привели?
Илья Семенович узнал их сразу, но неожиданный страх его парализовал, оставив пригвожденным к стулу.
- Добегался, падла, - тихо произнес Майдан. - Сам пойдешь или заставить?
Брусфер сидел и с ужасом думал о последствиях. Он проклинал себя за то, что вернулся, не отдавая отчета, что в Затягине оставаться было нельзя, за то, что уселся на виду у всего города вместо того, чтобы где-нибудь подальше от дороги и людских глаз ждать Арси. Не дожидаясь ответа, Майдан с Горцем схватили его под руки и запихнули в джип.
- Набегался? - спросил Шахтер, когда Брусфера посадили на стул перед столом шефа. - Ты чего испугался, Профессор? Думал мы тебя не отпустим или сделаем тоже, что с тем парнем? Правильно думал. Мы предательства не прощаем. Чего молчишь?
Брусфер заерзал на стуле и спросил:
- Кого же я предал и в чем?
- Любой обман - это предательство, а ты нас обманул. Не предупредил, убежал, а мы на тебя рассчитывали. Значит что? - Шахтер в упор посмотрел на Брусфера. - Будешь отрабатывать.
Он дал команду и Илью Семеновича вновь связали, заклеили рот и засунули в машину. Там еще завязали глаза и положили на заднее сидение. Куда его повезли, не сказали. Примерно через тридцать-сорок минут начало трясти. "Свернули на проселочную" - мелькнуло в голове Брусфера. Проехав примерно столько же, машина остановилась. Послышались не громкие голоса и его вытащили наружу. Не снимая скотч, провели в какое-то помещение и заставили спуститься вниз. Там все сняли и приказали сесть.
- Теперь это твой дом. Здесь будешь работать и жить. Харчи наши, - сказал Майдан.
Брусфер огляделся. Кровать, стол с компьютером, полки и стул, на котором он сидел. В углу раковина и узкая дверь.
- И что я должен делать? - обреченно спросил он.
- То, что умеешь, - ответил Горец, спустившийся по лестнице к ним. - Что скажут, то и будешь делать. Вон орудие труда, - он указал на компьютер.
Илья Семенович сразу почувствовал облегчение. Наличие компьютера в его распоряжении придавало уверенности.
- Выбора у меня нет, согласен, - ответил он.
- Что ты не дурак, я и раньше знал. Вижу не ошибся. Только без фокусов, ты как на ладони, - он посмотрел в угол под потолок, где темнел глаз видеокамеры. - Завтра получишь первое задание. Компьютер будешь включать только с разрешения. Ослушаешься - будем бить.
 При этих словах тело Ильи Семеновича покрылось потом. Он кивнул, не в состоянии произнести ни слова. Ночь прошла в комарах, и только под утро на пару часов удалось забыться. Утром ему принесли два крутых яйца и кофе с хлебом.  Этого хватило, чтобы немного восстановить силы. Узкой дверью оказался вход в небольшую комнату, где стоял биотуалет. Это открытие еще больше улучшило настроение, и Брусфер попытался даже добавить оптимизма своему подавленному состоянию. После завтрака появился Кот и велел сесть за компьютер.
- Надо войти сюда, - приказал он и положил на стол бумагу с названием фирмы и адресом ее сайта. Илья Семенович включил ноутбук, но дальше ничего не получилось.
- Он что, не подключен к интернету? - удивился Брусфер. - А как я по вашему смогу сделать то, о чем вы просите?
Кот сузил и без того узкие глаза и поразил Илью Семеновича ответом:
- А ты без этого не можешь, ты же профессор?
Брусфер усмехнулся.
- Это же азы информатики. Без интернета невозможно никуда зайти, только в сам этот ноутбук. В нем же нет этого, - он ткнул пальцем в бумагу. Это только в интернете.
- Не умничай, без тебя знаю. Неужели невозможно как-то по-другому? - настаивал Кот.
Илья Семенович задумался и ответил:
- Ты можешь позвонить по телефону, если нет связи? Телефон работает, а связи нет.
- Ну нет.
- Так же и компьютер. Для него интернет - это связь.
- Погоди, - сказал Кот и вышел.
Вскоре он вернулся и попросил Брусфера освободить место. Он поводил мышкой, несколько раз кликнул, и экран засветился фоновым изображением Яндекс.Браузера. Илья Семенович смерил взглядом своего тюремщика и произнес:
- Сказал бы сразу, что наверху есть роутер. Зачем дурака валять?
- Давай работай. Дело надо делать, - оставив без ответа замечание Профессора, приказал Кот. Когда задание было выполнено, он позвонил, и в комнату спустился Шахтер. Он жестом показал, чтобы Профессор освободил место и сел за ноутбук. Брусферу было приказано лечь на кровать и вести себя тихо. Шахтер что-то просматривал, записывал и наконец обратился к Илье Семеновичу:
- Их надо заблокировать, чтобы дня два не могли работать.
- Дай подумать, как это лучше сделать. Мне надо к ноутбуку, - ответил Брусфер. Вишняк с готовностью уступил место, но остался в комнате. Илья Семенович решил в таких условиях не рисковать и приступил к исполнению указания. Единственное, что ему удалось, это узнать сеть своего ноутбука. Эта новость парализовала Брусфера. Он застыл и тупо смотрел на экран.
- Что случилось? - спросил Шахтер, заметив, как побледнело его лицо.
- Да испугался, что они заметили, но все обошлось, - соврал Илья Семенович, находясь все еще под впечатлением неожиданной новости. Дело в том, что все, имеющее отношение к компьютерам надолго хранилось в его памяти, и когда он специально вошел в подключенную к этому месту сеть, то увидел знакомые параметры своего Затягина. Выполнив все, что от него требовалось, Брусфер дождался, когда его оставили оного и лег на кровать осмыслить это неожиданное открытие.
"Неужели я дома, в Затягино?!" - думал он, и эти мысли придавали ему силы. "Теперь я уверен, что они оборудовали здесь склад наркоты, а доски пилят для отвода глаз. Надо попытаться связаться с Арси". Оставшееся время он провел в продумывании плана подключения к Ларисе. Настроение Ильи Семеновича улучшилось, и он, с аппетитом поужинав сосисками с макаронами, лег спать.
   На утро шахтер сам спустился к Брусферу.
- Ну что, Профессор, вчера хорошо поработали. Сегодня продолжим, - сказал он и положил на стол новую бумагу уже с другими координатами.
- Так же как вчера? - уточнил Илья и неожиданно добавил:
- Можно сказать, чтобы когда я работаю там, - он указал на потолок, - не пилили.
- Так у нас здесь деревообрабатывающее производство. Как же мы можем не заниматься тем, ради чего оно создавалось? - резонно ответил Шахтер.
- Тогда решите, что для вас важнее.
- Ты мне условие будешь ставить, Профессор? Давай не капризничай и за работу, - приказал Вишняк.
Илья Семенович решил не тянуть пока не появился Кот, который лучше остальных разбирался в компьютерах. Все было заготовлено заранее. Он включил ноутбук, сделал пару ненужных операций и, подключившись к Ларисе, быстро написал: "Затягино. Подвал ангара. Шахтер." Процесс занял несколько секунд, после чего Лариса была отключена. Вишняк, хоть и посматривал в сторону Брусфера, но ничего не заметил. Происходящее дальше почти точь в точь повторило вчерашний день, и после обеда до ночи Илью Семеновича никто не беспокоил. Весь следующий день его только кормили. Еду приносил незнакомый человек, которого он попросил сказать Шахтеру, что хочет с ним поговорить. Малый оказался то ли глухонемым, то ли до смерти напуганным запретом говорить с Профессором, но на просьбу Брусфера никак не среагировал и даже не посмотрел на него. Только через день появился Вишняк.
- Ты хотел меня видеть? - спросил он.
- Хотел, - ответил Профессор. Вчера я провел здесь целый день без дела и уже три дня не был на свежем воздухе. Можно меня выводить  хотя бы на полчаса? Это нужно, чтобы мозги лучше работали. Хоть с повязкой на глазах.    И еще, можно принести какие-нибудь книги? Сидеть без дела трудно.
- Ладно, я подумаю, - согласился Шахтер. - Вообще-то тебе, Профессор, никто хорошей жизни не обещал.
Он был в хорошем расположении, и Брусфер, почувствовав это, постарался воспользоваться случаем. Он хотел попросить больше загружать его работой на компьютере, но потом решил, что это  вызовет подозрение.
   Уже неделю Илья Семенович находился в своем поселке в неволе. Один раз его вывели поседеть на лавке за ангаром. На глаза по его же предложению надели повязку и скотчем его руку привязали к руке сопровождающего молчуна. Еще ему дали книгу "Технология деревообработки". Брусфер понял, дали то, что было под рукой. Будучи любознательным с детства, он был рад и этому и углубился в неизвестную до селе область. Виды и свойства древесины, пильные, строгальные и фрезерные станки, виды пиломатериалов и их сорта стали для Ильи Семеновича новой сферой интересов для его пытливого ума.

12

   Новость о нахождении Брусфера в Затягине стала для Арси и Кости не менее неожиданной, чем для самого Ильи. Однако, появилась уверенность, что склад наркотиков Шахтер устроил именно там, а Брус сидит в подвале под ним и, возможно, не догадывается. Как только друзья узнали, куда увязли Илью, стали продумывать план его спасения. Полицию решили не посвящать, боясь утечки, пока сами все не проверят.
   Собравшись, как всегда, на кухне у Бобровских, они стали ломать голову. Связь с Брусфером отсутствовала, возникала только эпизодически. Он хоть и был у себя дома, но стены не помогали. Сидя в подвале под присмотром и не зная, что творится наверху, Илья ничем не мог помочь друзьям.
- Погоди! - воскликнул Костя. - Он рассказывал, что они в ангаре оборудовали деревообрабатывающий цех и действительно делают там брус и доски. Я помню, когда делали ремонт в школе, включали циркулярку, так она так звенела, что мы уши затыкали. Раз в ангаре распускают бревна, то в это время там стоит оглушительный звон.
- Ты хочешь сказать, что в это время шахтеров там нет, - догадался Арси. В ответ Костя заливисто рассмеялся.
- Шахтеров! Классно придумал называть этих уродов.
- А значит, - продолжил Бобровский, - это подходящий момент действовать.
- Знать бы как, - задумался Лукошин. Потом резко повернулся к Арсению и выпалил:
- Надо запустить им червя. Все соберутся в офисе, а мы поедем Илью выручать.
- Там же охрана. Как ты предлагаешь это сделать?
- Все решим на месте. Устроим, к примеру, пожар.
- А где гарантия, что они Бруса из подвала выпустят?
- Если не выпустят, им Шахтер головы оторвет, - уверенно сказал Костя. Пока Лукошин говорил, Арсений мотал головой, а в конце произнес:
- Нет, я так рисковать не могу. А если что-то пойдет не так: ключи потеряют или испугаются и убегут, да мало ли чего. И почему ты считаешь, что все приедут в офис?
Костя почесал переносицу и стал излагать свою версию:
- Делать это надо в полдень в разгар рабочего дня, и чтобы на экранах появился тот же привет от Лили. В этом случае все основные должны приехать, причина слишком веская. Вероятно, они начнут искать меня, а я буду уже в Затягино.
- Постой, а почему ты? А я? - удивился Бобровский.
- А ты в полдень как раз и запустишь червя. Посмотришь на реакцию, все ли соберутся, а потом отправишься к нам. Я тем временем приеду, осмотрюсь, прикину, как все лучше сделать, мне же там каждый куст знаком. Так что договаривайся в институте или заболей, я тоже возьму за свой счет дня три. Дробовик в порядке? - поинтересовался Костя.
- Оружие я брать не буду. Это не обсуждается, - категорично заявил Арси.
- А если надо будет дверь в подвал открыть? Ты будешь ключи подбирать? Тем более, он не зарегистрирован, никто не узнает, что он твой. Выбросим в крайнем случае.
- Смотрю, ты все продумал. А как пожар устроить, тоже знаешь?
Лукошин кивнул.
- Нет ничего проще. Коктейль Молотова. Не забывай, у нас там два дома: мой и Ильи. Ты поедешь на своей машине и по дороге нальешь в канистру, бутылки и тряпки там есть. Арси, мы не убивать едем, а спасать Брусфера.
Бобровский задумался. Что-то его настораживало в плане Кости, но он не мог понять что. Арсений постарался охватить все целиком, находясь снаружи, а не внутри предлагаемых событий. Он часто прибегал к взгляду со стороны на то, что надо было оценить. Вот и сейчас он представил план Кости глазами стороннего наблюдателя и стал рассуждать:
- Я блокирую работу их компьютеров, сажусь в машину и еду в Затягино, они начинают искать кого-то, кто мог бы восстановить работу и, скорее всего пойдут по проверенному пути и начнут искать тебя, они знают твой номер телефона - позвонят, ты ответишь, что  тебя нет в городе, ты далеко, они постараются найти другого, а дальше неизвестность.
- Кого бы они не нашли, нас в Тобольске уже не будет.
- А ты уверен, что они не знают, где ты работаешь, живешь, где живет Вика, мы ? - продолжал нащупывать бреши в плане Лукошина Арси.
Костя почти с испугом посмотрел на друга.
- Откуда они могут знать про Вику, про вас?
- Я просто рассуждаю. Надо предвидеть все, случайности никто не отменял. Город наш не большой, все крутимся в основном в центре. На Бруса же наткнулись. Ты говорил Майдан с Горцем видели вас с Викой в институте. Думаешь, они не обратили внимание на такую красивую девушку? В первый раз они вообще меня искали. Хорошо, я своих все-таки отправлю к бабе Мане, а Вика? Она работает и ничего про наши дела не знает. Что с ней будешь делать?
Костя слушал Арсения и продолжал тереть переносицу.
- Да оставь свой нос в покое. Скоро третью дырку сделаешь.
- Я идиот, Арси, - глядя в одну точку, сказал Костя. - Я еще тогда сказал им, что она из педагогического.
- Зачем!?
- Я же не знал, что все так получится. Я ее видел первый раз в жизни. А почему они должны меня искать, если будут знать, что я уехал?
- А если они никого не найдут, или Шахтер прикажет найти именно тебя, то Вика станет хорошей, извини, приманкой.
- Я с ней сегодня поговорю, а завтра перевезу на время в съемную квартиру.
- Тогда завтра решаем вопрос с работой и прячем своих, а послезавтра начнем, - резюмировал Арсений. Друзья простились, и Костя сразу отправился к Бристолям. Вся семья была дома. Он не стал заходить и попросил Вику спуститься.
- Ты можешь объяснить причину столь странной просьбы? Да и в институте у меня завтра две лекции, с ними как? - в недоумении спросила она.
- Я тебе все объясню позже. Поверь, это очень важно. Я не стал бы тебя об этом просить из-за ерунды, - постарался обойтись малой кровью Лукошин.
- В том-то и дело, я вижу, что это не ерунда, поэтому рассказывай сейчас.
- На тебя могут выйти очень опасные люди, но это не обязательно произойдет. Просто я перестраховываюсь. Это связано с моей работой. Я тебя на пару дней поселю в съемной квартире, а сам уеду. Ты сильно облегчишь мое положение, если меня послушаешь. Большего пока сказать не могу. Могут пострадать очень хорошие люди.
Вика молчала. Она понимала, что Костя не стал бы ее просить о таком без веских оснований. Ее не беспокоили завтрашние лекции и все остальное, но она начала бояться за него. Пытаясь хоть что-то понять, Вика предположила, что это как-то связано с появлением Ильи Семеновича. После встречи у кафе и его визита к ним Костя стал часто задумываться, и она видела, что его мысли  в тот момент находились далеко. Лукошин видел смятение Вики и поспешил ее успокоить:
- За меня не волнуйся, из Тобольска я уеду. Они могут меня искать, чтобы помог с компьютерами, а я не хочу им помогать. Боюсь, что тогда они могут искать тебя, чтобы заставить меня приехать. Вот и все. Моя просьба связана как раз с тем, чтобы нас обезопасить. Всего пару дней, Вика.
- Тогда почему не обратиться в полицию?
- Они ее купили.
- Всю полицию!? - искренне удивилась она.
- Нет, конечно, но достаточно иметь одного-двух человек, чтобы быть в курсе происходящего и упреждать действия полицейских.
- Дай слово, что твоей жизни ничего не угрожает, - глядя ему в глаза попросила она.
- Даю, - не задумываясь, ответил Костя.
 Весь следующий день прошел в заботах и хлопотах, и к вечеру все было закончено: Ксению с сыном Арсений отвез к бабе Мане и договорился, чтобы его подменили на лекциях, а Костя перевез Вику в комнату, в которой прожил первые годы работы в Тобольске. С хозяйкой они остались в хороших отношениях, тем более, что вторая комната пустовала, и Лукошин посчитал, что это был лучший вариант. Родителям они сказали, что Вика это время поживет у Кости, что уже случалось ранее.

13

   Все шло по плану, пока после появления на экранах привета от Лили Вишняк не позвонил Лукошину. В тот момент Костя, доехав на такси до поворота на Затягино, шел по знакомой дороге в родной поселок, куда никогда не собирался возвращаться.
- Профессор, - начал вежливо Шахтер, - какого черта у нас опять та же история?
- Какая история? Это кто? - удивленно ответил Костя.
- Вишняк говорит из Бурного потока, где ты уже бывал, помнишь?
- А, ну да, помню. А что случилось?
- Опять привет от Лили случился и все зависло. Раз уж ты здесь копался, я хочу, чтобы ты приехал и раз и навсегда все исправил.
- Я смогу только через два дня, меня нет сейчас в городе, я далеко.
- А мне плевать, что далеко. Сделайся близко. Ты поставил защиту, которую взломали. Значит твой косяк. Даю два часа, и если тебя не будет, приму меры, которые тебе не понравятся.
- Говорю же, я не в Тобольске, освобожусь через два дня и все вам сделаю, - как можно дружелюбней ответил Лукошин.
- Я все сказал, пеняй на себя, - рявкнул Шахтер и закончил разговор.
Сразу после этого он вызвал всех в кабинет и приказал достать Костю  сегодня хоть их-под земли.
- У него баба была из педагогического, красивая баба, - вспомнил Горец.
- Найдете ее - найдете, этого, как его? - запнулся Вишняк.
- Костю, - подсказал Горец.
- Куда ее девать, сюда? - поинтересовался Майдан.
Шахтер задумался, потом усмехнулся и произнес:
- Нет, везите ее к Профессору.
   В педагогическом институте найти Викторию Бристоль не составило труда. Ее фотография висела на доске с названием "Наши преподаватели". Горец сразу узнал красивое лицо с огромными глазами. Он посмотрел расписание и пошел к аудитории, где предположительно должна читать лекции Вика. Однако, не встретив ее там, он открыл дверь с табличкой "Преподавательская". На вопрос где можно найти Викторию Бристоль ему ответили, что ее не будет пару дней, но адреса не дали, сославшись на конфиденциальность. Выйдя к коридор института. Горец решал, как поступить, когда его окликнула какая-то женщина.
- Молодой человек, - сказала тихо она, - идите за мной.
 У окна она остановилась и так же тихо произнесла:
- У ее отца магазин "Компьютерный мир" на Мельникова. Удачной охоты.
После этого она быстро развернулась и ушла. Судя по непривлекательной внешности дамы, Горец понял, что на этот раз должен благодарить женскую зависть, способную творить страшные вещи. Мысленно поблагодарив природу за ее творение, он поспешил к машине, где его ждал Майдан. Магазин Михаила Альбертовича они нашли легко, проехав по улице Мельникова в обе стороны. На звук колокольчика вышел хозяин с вопросом "Чем могу быть полезен?" Горец сделал добродушное лицо и сказал, что у него поручение от Кости, которое он должен передать Вике, но ее в институте не оказалось, поэтому они пришли узнать, где ее можно найти.
- А где же сам Костя? - спросил удивленно Бристоль.
- Он уехал. Его нет сейчас в Тобольске, поэтому и попросил связаться с Викой, а ее телефон молчит.
Михаил Альбертович удивился еще больше.
- Странно, она нам ничего не сказала. У нее же лекции. Я ей сам сейчас позвоню.
Он набрал номер, и когда Вика ответила, начал говорить, что ее спрашивают молодые люди, но не закончил фразы, потому что получил удар по лицу, от которого отлетел назад и медленно сполз по стене. Кровь шла из носа и губы. Вика не поняла, о чем говорил отец, но услышала странный шум, после которого все стихло. Забыв про осторожность, она быстро оделась и, не отдавая отчета в своих действиях, поехала на частнике в магазин. Лишь оказавшись рядом, она осознала, что это может быть то, о чем предупреждал Костя. Но при чем тут отец, она не понимала. Подойдя к двери, Вика прислушалась, но, вдруг, кто-то втолкнул ее внутрь. У стены она увидела сидящего на полу отца с разбитым лицом и здорового человека, показавшегося знакомым. От неожиданности Вика застыла, но тут же хотела броситься к отцу, но сзади ее шею обхватила чья-то рука и прижала к лицу тряпку. Вика отключилась. Пришла в себя она только в багажнике машины, когда та, свернув на грунтовку, запрыгала на рытвинах. Рот был заклеен, а руки связаны скотчем. Вика судорожно думала, что делать, когда ее привезут на место. Вспомнила слова Кости, что нужна чтобы давить на него и решила стоять до конца.
   Машина остановилась. Вику достали из багажника и отвели в большой ангар, где спустили вниз и втолкнули в какое-то помещение. После багажника даже при тусклом свете она хорошо различала предметы.
- Вика!? - услышала она знакомый голос, принадлежащий человек, медленно поднимающемуся с кровати.
- Илья Семенович!? - с не меньшим удивлением воскликнула она. Брусфер подошел и обнял ее.
- Как же ты сюда попала, девочка?
Вика рассказала свою историю, и Брусфер понял, что все случилось из-за него.
- А как вы здесь оказались? Вы знаете где мы?
- Мы в Затягине, где я прожил много лет после побега из Тобольска, но судьбе было угодно вернуть меня связанным и плененным. Это тот случай, когда дом становится тюрьмой. А как сюда попал? Так они же бандиты, похитили как тебя и заставляют на них работать. Кстати, они не знают, что здесь моя вторая родина.
- А что же вы делаете?
- Делаю, что умею - взламываю чужие компьютеры.
- Значит, Костя тоже взламывал?
- Нет, он отказался на них работать, поэтому его и ищут.
Наступило молчание. Вика пыталась осмыслить услышанное и понять, чего можно ожидать.
- А что они могут сделать? - спросила она.
- Скорее всего, свяжутся с Костей и велят приехать, а чтобы не сопротивлялся, дадут послушать тебя, и у него не останется выбора.
- Вы так спокойно об этом говорите... - отметила Вика и покачала головой.
- Девочка моя, я устал бояться. Еще я знаю, что Костя с Асти знают про нас и думают, как освободить.
- Как они могут знать?
- Я сообщил, хитростью.
- А про меня?
- Твой папа давно уже обо всем сообщил Косте. Так что нам остается ждать.

14

   Когда Шахтер позвонил Лукошину второй раз, Костя уже подходил к Затягино.
- Ну что, Профессор № 2, скоро будешь?
- Я уже в дороге, возвращаюсь. Бросил все, раз тебе так нужно и еду.
- Через сколько ждать? - недоверчиво спросил Вишняк.
- Через час от силы.
- Ну-ну, смотри, а то у меня для тебя сюрприз.
- Это какой? Награда небось.
- Вроде того. Могу наградить, а могу и казнить. Не огорчай меня и себя не подведи.
К тому времени Костя уже знал от Бристоля, что Вика у них, но не предполагал, что ее отвезли в Затягино к Брусферу. Эта новость заставила его по-иному взглянуть на происходящее и скорректировать план. Он связался с Олегом Драгиным. Подполковник внимательно выслушал рассказ, кое что уточнил и попросил без него ничего не предпринимать. Одну группу ОМОН он послал в Затягино со своим заместителем майором Слюсарем, а со второй выехал в офис Бурного потока.
   Лукошин, опасаясь быть узнанным поселенцами, а еще больше  бандитами, надел толстовку с капюшоном и широкие шаровары, в которых стал мало похожим на прежнего Лукошина. Ни усов, ни парика, ни бороды достать не получилось, поэтому он ограничился подручной одеждой. Он не спеша прошел до своего дома. Участок весь зарос сорняками, подкравшимися к самому крыльцу. В доме пахло сыростью. Окон он решил не открывать и, приготовив тряпки, пошел к Брусферу, у которого точно должны быть пустые бутылки из-под пива, большим любителем которого был хозяин. Приготовив все исходные материалы, он позвонил Бобровскому. Предупредив, что надо повернуть налево, а не направо по указателю и объяснив, как подъехать к его дому, Костя стал ждать друга. Примерно через полчаса у калитки остановился не первой свежести Форд Фокус, а еще через полчаса все было готово для осуществления финальной части их плана.
- Арси, один вопрос, - остановил его Костя, - Драгин просил без него ничего не предпринимать. Сам он поехал в Бурный поток, а сюда отправил бойцов со своим замом. У меня нет доверия его заму, как правило заместители и помощники бывают крысами, поэтому предлагаю действовать, как запланировали. Твое мнение?
- Согласен. Что-то менять уже поздно.
Они погрузили все в машину и медленно поехали к ангару. Форд остановился за углом, подъехав максимально близко к строению, чтобы не попасть в поле зрения охраны. Надев два рюкзака с бутылками, наполненными бензином с тряпичными фитилями, друзья зашли с тыла ангара, преодолели забор и подползли на сколько можно ближе к цели. Убедившись, что в этом месте охраны нет, каждый достал по бутылке, вынул пробки и опустил фитили, пропитав их бензином.
- Только сам не запались, -  тихо предостерег Арсений.
Они забежали с двух сторон ангара, подожгли фитили и бросили бутылки как можно сильнее в стену строения. Подождав немного в кустах, и убедившись, что никакой реакции на их акцию не последовало, они повторили маневр и подожгли торцевую стену. Дав пламени разгореться, они вернулись к машине, взяли чехол с дробовиком и пошли к ангару.
- Сюда нельзя, частная территория! - крикнул охранник.
- На хрена мне твоя территория, у тебя ангар горит, - безразлично ответил Лукошин и махнул рукой в сторону дальней части строения.
- У кого горит, давай вали отсюда, - крикнул подошедший второй охранник и скинул автомат с плеча.
- Да сгорите хот все тут, нам-то что. Ты бы хоть посмотрел. Говорю же пожар.
Тот в нерешительности сделал несколько шагов в сторону и заглянул за угол. Дым был уже хорошо заметен, и местами вырывались языки пламени. Он рванул внутрь и появился с огнетушителем. Второй охранник сделал тоже самое и побежал помогать приятелю. В это время из дома выбежал человек и в растерянности завертел головой.
- Внутри есть кто? - крикнул Арсений.
Человек смотрел на него ничего не говоря.
- Я спрашиваю, ты там один или есть люди? - повторил Бобровский. Человек жестами что-то показывал. Лукошин не стал ждать, его не интересовало, что ответит этот глухонемой, крикнув "дробовик", он
бросился внутрь, за ним вбежал немой и Арсений, на ходу доставая оружие.
- Где подвал с людьми? - крикнул Костя, схватив человека за грудки.
Тот указал на ступеньки у стены. Задняя часть ангара начала постепенно заполняться дымом. Неожиданно появились два мужика с ведрами воды.
- Туда, - крикнул Арсений и указал в сторону, где пытались побороть огонь охранники, затем подбежал к двери и крикнул:
- Брус, Вика, отойдите дальше от двери!
Илья Семенович бросил победоносный взгляд на ничего непонимающую Вику и, оттолкнув ее в дальний угол, крикнул:
- Я же говорил, они что-нибудь придумают!
В это момент раздался громкий выстрел и на месте замка уже зияло рваное отверстие. Раздалось еще два выстрела, и дверь повисла на одной петле.
- Быстро на выход! - крикнул Бобровский. 
Брусфер что-то держал в одной руке, другой он схватил испуганную Вику и потянул к выходу. Неожиданно путь им преградил один из охранников. Он наставил автомат и закричал:
- Назад! Назад я сказал!
Илья Семенович сделал шаг вперед и закрыл собой девушку.
- Куда назад! Здесь же все горит! - тоже перешел на крик Брусфер. -  Тебе Шахтер за нас голову оторвет!
Охранник не знал, как поступить и крутил автоматом в разные стороны.
- Мужик, у вас здесь свои разборки, но они реально сгореть могут. Давай на улицу, и там держи их на прицеле сколько хочешь, а сейчас надо отсюда уходить, - резонно предложил Арсений.
В это время прибежал второй охранник и сказал, что потушить не удалось. Несколько человек из поселка все еще пытались справиться с огнем, но пожар все разгорался.
- Давай на улицу, уже дышать нечем, - еще раз крикнул Брусфер охраннику и сделал шаг вперед. Тот, окончательно потеряв самообладание, дал очередь над головами. Вика вся сжалась и продолжала стоять за спиной Ильи Семеновича. Тогда Костя с разбегу прыгнул на охранника сзади и, обхватив его шею, повалил на землю. Второй охранник бросился помогать приятелю, но получив прямой удар прикладом дробовика в лицо, неестественно откинул голову и рухнул на месте. Охранник, которого не выпускал из мертвой хватки, Костя начал наобум палить в разные стороны.
- Ложись! - истошно закричал Бобровский, падая на пол. Когда патроны закончились, все кто был в ангаре стали осторожно подниматься. Лукошин продолжал сдавливать шею охранника до тех пор, пока не почувствовал, что он не сопротивляется. Тогда Костя вскочил и бросился к стоящей на коленях Вики. Он схватил ее в охапку и прижал к себе трясущееся от страха тело. Вдруг они услышали истошный крик Бобровского:
-Брус! Вставай! Вставай, Брус!
Рядом с Викой и Костей лежал Илья Семенович Брусфер головой на коленях Арсения, который уже тихим голосом как молитву повторял: "Брус, вставай. Вставай, Брус". На сером свитере проступили два красных пятна, все шире расползающиеся по ворсистой ткани. Поодаль валялись ноутбук и книга по технологии деревообработки, захваченные Брусфером из подвала.
Лукошин посадил Вику в машину и вернулся к ангару. Вместе с Арсением они забрали тело друга, автоматы с рожками и поехали к дому Лукошина. Все молчали. Говорить не хотелось.
   Народ все прибывал. С пожаром уже не боролись. Просто стояли, глядя на огонь. Вскоре приехал ОМОН во главе с майором Слюсарем. Взяли показания у свидетелей. Оба охранника оказались живы, и их в наручниках увезли в Тобольск. Немой пропал, и больше его никто не видел.
   Лукошин позвонил Драгину и все рассказал. Они договорились, что подполковник завтра сам приедет в Затягино, чтобы осмотреть пепелище. Вика успокоила родителей, а Арсений жену. Решили похоронить Брусфера в Затягино на погосте рядом с церковью. Илья Семенович не был верующим человеком, но в поселке его все уважали. Он часто играл в шахматы с местным священником, поэтому проблем с похоронами не возникло. Все хлопоты взяли на себя Арсений и Костя, только грузовик выделила администрация поселка.
   На следующий день Драгин прибыл на место с группой специалистов. Найти склад наркотиков труда не составило, так как он находился под ангаром, куда огонь не дошел. Подполковник ехал, уже зная, где искать. Охранники указали, куда складывали привозимый товар, но что это было, они не знали.
   После похорон уезжали с грустными мыслями и непроходящим чувством вины. Случившееся не укладывалось в голове. Лукошин представить не мог, что возвращение на родину случится при таких обстоятельствах и с такими последствиями. Однако со временем боль утихла. Через полгода Костя с Викой поженились, а в семье Бобровских появился еще один мальчик, его назвали Ильей. Каждый год они собираются в день гибели их друга, чтобы вспомнить не тот страшный день, а почтить память очень хорошего человека, который для Вики навсегда останется героем.
   Все члены группы Вишняка были арестованы и на основании доказательств, собранных в ходе следствия, получили разные сроки заключения в местах лишения свободы. Майор Слюсарь до сих пор служит заместителем начальника отдела по контролю за оборотом наркотиков в тобольской полиции, а подполковник Драгин и майор Свищев вскрыли еще одну цепочку наркотрафика в Сибири, но это уже совсем другая история.