Азбука жизни Глава 7 Часть 309 А нам можешь объясн

Глава 7.309. А нам можешь объяснить?

— Я такая же стала публичная, как и вы с братиком. Мне придётся всё это опубликовать!

— А без этого не можешь уже?

— Конечно, нет, Олег. Братик с Владом имели неосторожность опубликовать один из вариантов моей «Исповеди», под укороченной фамилией папочки и производной моего имени. Самое любопытное — туда никто не заходит. Я потеряла пароль с логином. Иногда сама захожу на страницу, но ни одного нового читателя там нет. Вернее, есть — тысяча двести с небольшим. И это количество — с 2003 года. А на этой странице я, возможно, лидирую.

— Понимаешь, что это так и должно быть?

— Естественно. Вот это и веселит. А там очень серьёзный текст, который отметили в Союзе писателей и в редакциях.

— Хочешь сказать, что этот сайт — для пиара?

— О, Николай, вот этого она и тебе не откроет.

— Конечно, Эдик! Я много здесь проводила экспериментов, сама того не сознавая. Но когда желаемое выдаётся за действительное, а отдельные авторы демонстрируют откровенную злобу и нетерпимость, материала становится всё больше… Когда в «Крокусе» случилась трагедия, мне на странице написали такое, что я невольно задумалась: почему я так кому-то не пришлась по вкусу, если мне вообще ни до кого нет дела — в хорошем смысле? Включила телевизор — а там уже представители правительства собрались вокруг этого теракта. Вот по этой причине я и признаю на «Прозе» только талантливых людей! А весь этот шум, который против тебя объединяется, его и в жизни хватает. Это же просто удивительно, когда открываешь отдельные страницы. Некоторые и открывать нечего, судя по названиям. Кстати, когда публикую очередную главу, я делаю это только с одной мыслью — чтобы прикрыть предыдущую. Поэтому их столько и накопилось. И что вы смеётесь, мальчики?

— Эдуард, она так и с тобой, как и с нами, откровенничает?

— Олег, я могу только открывать её на сцене!

— Но то, что вы вчера творили на сцене, ребята, — это невероятно!

— Павлик, я так и пишу. Но на моих мыслях чаще спекулируют, выдавая желаемое за действительное. Даже не знаю, как выразить иногда, чтобы никого не обидеть.

— Нет, Олег! Она и нам не скажет. По этой причине на «Прозе» у неё одни недоброжелатели.

— Скорее, Николай, я являюсь их вдохновением! Как можно в этом пространстве пациентам вдохновляться друг другом? А братик с одним из моих дружков, Ромашовым, и сделали меня на сайте публичным одиноким ангелом. Вот и беснуются, судя по названиям их шедевров.

— Да, голы ты в корзину на баскетбольной площадке умело забивала!

— Эдуард, счастливчик, если ничего не пропустил в жизни нашей подружки.

— Не пропустил, но упустил!

Павлик с сочувствием посмотрел и на Олега.

— Скажите спасибо своей подружке! Если бы я не дала согласие Вересову…

— Выйти за него замуж?

— Да! Сейчас бы вы не сидели на вилле в Сен-Тропе.

— Николай, понял, что она сейчас сказала?!

— Она всё уже выразила в своих главах, братик!

Но, мальчики, и вам ещё ни слова не открыла. Такова моя природа — быть Наблюдателем! Небесная потом пишет моей рукой. А я, только сопротивляясь, пытаюсь вас всех защитить от неминуемой пустоты, которая, как правило, и кучкуется возле настоящих талантов.

---