Азбука жизни Глава 7 Часть 314 Формула реальности

Глава 7.314. Формула реальности

— Аватарка! Для меня этот чёрный круг, это отсутствие лица — и есть абсолютный комфорт. Полная свобода.
— Ты — чудо!
— Павлик, у тебя другая психология, — мягко заметила я. — Ты прежде всего гений, а уже потом — просто мужчина.
— А кто ты на нашем с ним фоне, подружка? — с привычной дерзостью вклинился его брат.
— Что ты к ней пристаёшь! — отозвался Эдик.
Он с Олегом переглянулись и усмехнулись, зная моё правило: на такие выпады я не отвечаю. Но сегодня что-то внутри дрогнуло.
— А почему, собственно, нет? — сказала я, и в зале наступила тишина. — Хорошо. Я с детства никогда и никому себя не навязывала. И всегда презирала тех, кто это делает. Искренне. Вот, довольны? Я же хотела поговорить с вами по-серьёзному.
— Чтобы вправить нам мозги? — не унимался Павлик.
— В принципе, ты прав, — кивнула я. — С тобой я бы с удовольствием это сделала. Хотя, представляю, что чувствует твоя мама. Впрочем, гениям можно многое простить. Даже если они иногда позволяют себе кидать «вертолётные деньги» для «народа» буквально из окна.
— А ты свои «вертолётные» считала? — парировал он. — Всё, что можно, ты всегда раздаривала. Только сейчас Милана дала нам послушать кое-что... запись на диктофоне.
— Мало того, что они с Пьером полезли в мою юность, так теперь и вы... — начала я, но меня перебили.
— Ты сама первая сегодня заговорила о своей щедрости в юности! — напомнил Олег. — И знаешь, мы такими же стали, когда появились приличные деньги. Представляешь? Хотя, где тебе! Твой кошелёк всегда был полон, и ты любила делиться. Но делала это так, чтобы нас не унизить.
— Заметь, она это делала аккуратно, — вступил Эдик.
— Вот именно! — подхватил Павлик. — А твой брат прославил на весь мир не только себя, но и тебя. И то, что миллионы пользуются вашими изобретениями бесплатно, всех устраивает. А вот опустить вас до своего уровня — это многим приятно.
— Хорошо сказал! — оценила я.
— Эдик, — повернулась я к нему, — это и есть главная формула жизни. Если ты опускаешь кого-то до себя — значит, ты уже на самом дне. А вот подняться до уровня творца таким людям невозможно. Отсюда и зависть, и злоба, и то самое абсолютное разложение, которое мы видим вокруг. В этом корень. Поэтому человечество и делится на две части. Одни — создают. Другие — грабят. А полностью разложившись, они уже не могут остановиться и доводят всё до войн, получая извращённое удовольствие уже от самого убийства и грабежа.

Ребята смотрят на меня. В их взглядах — не спор, а тихое сочувствие. Они помнят моё обещание, данное час назад: больше не касаться этой темы, не копаться в этой грязи. Но я вижу, как в их глазах вспыхивает та же мысль, что и во мне.

Конечно. Я только что сформулировала новую, кристально ясную формулу нашей действительности. И после этого — просто промолчать? Обещание — обещанием, но правда — дороже.

— Нет уж, ребятки, — говорю я, и в голосе звучит не вызов, а решимость. — На этот раз я не промолчу. Потому что молчание — это уже не нейтралитет. Это — согласие.