Встреча в эфире. Дж. Гэллап-мл. и В. Шляпентох

В последние месяцы интернет все чаще радует меня, выдает не именно то, что я ищу, но относящееся к теме поиска, однако забытое или неизвестное и потому не могущее стать предметом моих направленных  сетевых запросов. Вот так 9 декабря 2024 года я вдруг обнаружил на портале радио «Свобода» передачу «Открытие Джорджа Гэллапа: Опрос общественного мнения» от 8 декабря 2001 года, т.е. в точности 23 летней давности [1]. Только взглянув на текст передачи, я мгновенно вспомнил об участии в ней. Но было это слишком давно, чтобы помнить о ней и искать ее. В то время я начинал знакомиться с биографией Джорджа Гэллапа (1901-1984), с именем которого в первую очередь связано возникновение опросов общественного мнения в США, и, естественно, для меня знаковым событием было участие в такой передаче. Тем более, что передача была приурочена к столетию Джорджа Гэллапа и в ней участвовали его сын – Джордж Гэллап-мл. (1930-2011) и эмигрировавший из СССР в 1979 году, известный социолог Владимир Шляпентох (1926-2015), где он был одним из первых аналитиков общественного мнения.


Вела передачу Марина Ефимова (1937-2021) - обозреватель Радио Свобода, бывшая ленинградка, журналист, поэт, переводчик. Сейчас, перечитав в суждения Марины Ефимовой по теме интервью, с уверенностью говорю, что она «была в теме». Повидимому, договариваясь о моем участии в передаче, она сказала, кто меня ей рекомендовал, но я не помню этого. А сейчас думаю, что это могли бы сделать и Гэллап-мл., и Шляпентох.
В начале 2000 года я обратил внимание на то, что в конце будущего года будет сто лет со дня рождения Джорджа Гэллапа и задумал привлечь к этому событию своих российских коллег. Уже в 2000 году в петербургском социологическом и маркетинговом журнале «Телескоп» было опубликовано три моих статьи о жизни и важнейших направлениях исследований Гэллапа. При поддержке профессора Клары Барбаковой в феврале 2001 года в Тюмени состоялись «Первые гэллаповские чтения», на которых участвовала большая группа ведущих московских социологов. Тогда же в Тюмени вышла в свет моя небольшая книга «Джордж Гэллап – наш современник». 


Осенью 2001 года, поближе к юбилейным дням, были опубликованы мои статьи «Джордж Гэллап. Репортер Америки» (еженедельник «Дело», Санкт-Петербург) и «Джордж Гэллап. Созидатель и романтик. («Взгляд», Сан-Франциско). Затем Владимир Звоновский опубликовал в газете «Репортер» (Самара) нашу статью о Гэллапе под названием «Профессия – глас народа», а с Нелли Романович были подготовлены и опубликованы в Воронеже две статьи: в газете «Молодой Коммунар» - «Кто придумал опросы?» и в «Воронежском курьере» - «Есть мнение».
Обо всех этих начинаниях я сообщал Владимиру Шляпентоху, с которым был знаком с начала 1970-х, еще когда он жил в Москве, а я – в Ленинграде. Одну из статей, переведенную на английский язык, я отправил Джорджу Гэллапу-мл., и он ответил коротким благодарственным письмом. 
В радиопередаче участвовало несколько человек: исследователи общественного мнения, журналисты, политики, но здесь я приведу лишь суждения Гэллапа-мл., Шляпентоха и собственные.


Марина Ефимова так начал беседу: «Мы приурочили эту передачу к столетию со дня его рождения - 17 ноября 1901 года. В нашей программе участвует сын Джорджа Гэллапа - Джордж Гэллап-младший, который вот уже 50 лет руководит институтом опросов общественного мнения, созданным его отцом, всемирно известным «Институтом Гэллапа».
Гэллап-мл. выходил в эфир несколько раз, я собрал сказанное им и получается целостный рассказ.
«Мой отец не изобрел опрос общественного мнения, но он сделал его важной движущей силой и политическим орудием демократии. Сначала в Америке, а потом и во всем мире. Он не только ввел научно организованный общественный опрос в политическую жизнь, но и активно пропагандировал его и в статьях, и в лекциях, и перед Конгрессом.
Система, предложенная отцом, просуществовала без изменений с 35-го по 52-й год. В ее основе лежала, так называемая, квотная выборка. То есть выбиралась маленькая группа, повторявшая в миниатюре свойства целого, свойства так называемой генеральной совокупности. Если в интересующей нас группе населения женщин было 49%, а мужчин 51%, то и в выборке должен быть такой же процент. Та же пропорция должна быть соблюдена в отношении возраста, доходов, уровня образования и так далее. Затем стали прибавляться новые важные факторы. В 60-м году, например, особую роль приобрел фактор религиозной принадлежности избирателей, поскольку кандидат в президенты Джон Кэннеди был католиком. В конце концов, было найдено нечто вроде идеальной объективной выборки, так называемый «пробабилити симпл» - вероятностная выборка.
Сейчас самая главная задача - сократить время опроса, не поступаясь его качеством. А вторая, не менее важная задача -добиться соблюдения международного стандарта опросов, который был бы принят во всем мире.
Социолог Дэвид Мур сказал, что в истории изучения общественного мнения Джордж Гэллап был в каком-то смысле евангелистом, создавшим мост между народом и законодателями. А другой автор писал: «Гэллап изобрел тот рупор, благодаря которому простой человек получил шанс быть услышанным». Действительно, отец был страстно предан идее индивидуальной свободы и гражданских прав. Он был демократом с маленькой буквы».


В американкой традиции «демократ с маленькой буквы» означает, что человек разделяет демократические, либеральные ценности, тогда как «Демократ» - это тот, кто на выборах голосует за кандидатов от Демократической партии.  Замечу, что Джордж Гэллап – отец, начав в 1936 году изучать электоральные предпочтения американцев, никогда не участвовал в президентских выборах и никогда не отзывался на приглашения в Белый дом.
Мне Марина Ефимова отвела роль эксперта по формулировкам гэллаповских вопросов, не помню, эта была наша договоренность или так все сложилось, но к тому времени у меня была большая статья по этому направлению деятельности Гэллапа.
Приведу мои ответы: «Сам вопрос - это очень сильное оружие. И оттого, как он сформулирован, мы получим ответы. Кстати, один из самых известных вопросов - вы одобряете или нет деятельность действующего президента - этот вопрос организация Гэллапа задает в неизменной форме с 1945 года. Но до этого с 1935-го по 45-й Гэллап экспериментировал в поисках наилучшей формулировки. Вот, что стоит за формулировкой вопроса. Когда нет уверенности в том, какая форма из вопросов лучше, они задают одновременно в 2-х - 3-х формах этот вопрос, а потом, на основе анализа, они смотрят в какую сторону формулировка сдвигает мнение отвечающих и, за счет этого, вырабатывают наиболее нейтральную, и в этом смысле, наиболее оптимальную формулировку. А иногда и вся выборка делится на 2 или 3 части, и в каждой части задается своя модификация вопроса. Есть фильтры, которые очищают действия этих факторов.
Безусловно, многие опросы носят партийную природу, потому что они проводятся в интересах определенных структур, политических групп. Вместе с тем, Гэллап с самого начала своей деятельности работал на консорциум прессы. И тот факт, что его результаты публиковали сотни газет, говорит о том, что там не было навязанной четко выраженной идеологической линии. В Америке существуют сотни организаций, которые занимаются исследованием общественного мнения. Но есть, скажем, десяток таких, которые проводят общенациональные опросы. И есть дюжина тех, результаты которых публикуются ведущими газетами, анализируются ведущими обозревателями, телевизионными службами распространяются и так далее. Безусловно, это в высшей степени ответственные институции, очень высокий уровень - если говорить о профессиональных фирмах изучения общественного мнения. А что делается в тех фирмах, о которых мы не знаем? Уверен, что масса ошибок и накладок. Это не те организации, которые создают лицо этой индустрии».


И вот настал черед Владимира Шляпентоха, профессора университета штата Мичиган. «Общественное мнение всегда консервативно. И поэтому обожествлять общественное мнение как руководство к действию - это справедливо только для посредственных политических деятелей. А также тех деятелей, которые находятся непосредственно накануне выборов. Но тут ничего не поделаешь, такова демократическая система.
Лидеры, новаторы никогда не считаются с общественным мнением. Вот вам самый, самый последний пример. Решение Путина присоединиться к борьбе с международным терроризмом. Антиамериканизм среди российской элиты фантастически высок. Значительная часть населения страны тоже относится к Америке негативно. И тем не менее Путин сделал совершенно невероятный ход в своей внешнеполитической деятельности. Повторю сказанное выше, интервью состоялись в конце 2001 года.


После встречи в эфире с Гэллапом-мл. у меня было несколько обменов с ним электронными письмами и было регулярное общение со Шляпентохом: долгие телефонные разговоры и «мейлы».


Одну из историй общения я с Гэллапом-мл. начну издалека. В самом начале моих поисков биографической информации о Гэллапе-отце я познакомился, все по электронной почте, с краеведом и очень внимательной женщиной Валери Огрен (Valerie Ogren), жительницей небольшого города Джефферсон, штат Айова, родины старшего Гэллапа. Ее письма помогли мне понять дух этого городка в начале века, что во многом определило личность Гэллапа. В частности, она прислала мне фотографию семейного дома Гэллапа, обратив мое внимание на его крайне необычную архитектуру. Дом – не четырехугольный, а восьмиугольный. Меня заинтересовал этот факт, я посмотрел специальную литературу и могу сказать немного больше.


Убедительной иллюстрацией непохожести на окружающих, нетривиальности мышления отца Джорджа Гэллапа-отца (деда Джорджа Гэллапа-мл.) является необычный восьмиугольный дом, выстроенный им в начале XX века. Дом сохранился до нашего времени. Такие дома начали возводиться в Америке в середине XIX века; это оправдывалось рядом экономических и эстетических соображений. Однако нельзя сказать, что подобная архитектура пользовалась большой популярностью.


Р. Клайн (R. Kline), изучавший историю восьмиугольных домов, писал мне, что в Америке было построено всего нескольких тысяч строений столь необычной формы. Еще более удивительно то, что до этого дома семья Гэллапов уже имела дом подобной конфигурации. По признанию Р. Клайна, это уникальный случай. В июле 1985 года это строение под именем Gallup, George H., House было занесено в картотеку Национального регистра исторических мест (National Register of Historic Places), то есть на него распространяются действия государственных актов о сохранении культурных ценностей.
Дом давно не принадлежит семье Гэллапов, но через несколько лет после интервью для «Свободы» Джордж-Гэллап-мл. решил узнать у меня, с кем он может связаться в Джефферсоне, чтобы поговорить о доме. Конечно, мне было приятно написать ему и Валери Огрен и дать ему ее электронный адрес.


Что касается Володи Шляпентоха, то в 2006 году я провел с ним обстоятельное биографическое интервью, а после его смерти опубликовал ряд материалов о нем. Он всегда стремился быть в курсе российских политических событий и горячо обсуждал их с российскими коллегами. В 2009 году он опубликовал в России, в «Социологическом журнале» и в американском Journalism and Mass Communication Quarterly статью «Гэллап и Россия. Размышления по поводу книг Б.Докторова об американской истории опросов». Есть в ней такие слова: «Выход одна за другой трех книг Бориса Докторова об истории возникновения американских опросов общественного мнения и его анализ творчества Джорджа Гэллапа и других пионеров этого исследовательского направления — факт, весьма значимый для российской социологии. Собственный опыт Докторова в проведении опросов в СССР, его многолетняя сосредоточенность на широком круге методологических проблем, давний интерес к прошлому науки и понимание логики творчества составили базу его исторических исследований. К этому добавилось его стремление к постижению новой для него американской жизни, уважение к людям, создавшим технологию опросов и породившим эту важнейшую составляющую американской демократии». И далее: «Звучит парадоксально, но российский социолог Борис Докторов не имеет себе равных в Америке как специалист по истории исследований общественного мнения. Действительно, почти немыслимо было предполагать, что в стране, тратящей на рекламные опросы суммы, превышающие бюджеты многих государств, в стране, где в избирательных кампаниях полстеры играют роль примадонн, за последние полвека не нашлось экспертов, которые так же основательно, как российский автор, изучили бы историю опросов общественного мнения [...]. Только после изучения «Worldcat», ведущего американского книжного каталога, и просмотра нескольких сайтов, найденных в Google, я перестал сомневаться в праве Докторова, издавшего подряд за последние годы три книги по истории опросов в США, считаться ведущим в мире специалистом в этой важнейшей сфере американской жизни» [2 ].


Я на двадцать лет забыл интервью на Радио Свобода о Джорже Гэллапе. Теперь не забуду. Оно стало частью моего «толстого настоящего».


1. Oткрытие Джорджа Гэллапа: Опрос общественного мнения. 2001, 8 декабря <https://www.svoboda.org/a/24200467.html>.

2. Шляпентох В. Э. Джордж Гэллап и Россия:
Размышления по поводу книг Б. Докторова об американской истории опросов
Социологический журнал. 2009. №2. С. 161-174. <