Когда бы

                От жажды умираю над ручьём.
                Смеюсь сквозь слёзы и тружусь, играя.
                Куда бы ни пошёл, везде мой дом,
                Чужбина мне — страна моя родная.

                Франсуа Вийон



Когда бы жизнь еврейским кругом
Я ограничить захотел.
Когда б, забившись в дальний угол,
Я над Писанием сидел.

Забыв про матушку Расею
Талмуд задумчиво листал 
Читал «Исход», про Моисея
А речь главкома не читал.

Под солнцем юга, как в теплице
В краю, что точно райский сад.
Помолодел бы лет на тридцать.
А то, глядишь, на пятьдесят.

Когда бы молоком и медом
И всякой прочей ерундой
Земля б сочилась год от года
С шестиконечною звездой

А я б балдея, как султан,
И даже круче, чем султаны,
Считал бы лучшею из стран
Холмы земли обетованной.

Считал за пуп планеты всей.
И ездил в остальные страны.
Лишь поглядеть на Колизей,
И на версальские фонтаны.
    
На Эрмитаж и Петергоф,
На Нотр -Дам и Капитолий,
И был бы весел и здоров,
И был бы счастлив и доволен.
 

Тогда б я не считал угрюмо
Российской пенсии гроши,
И преспокойненько б на Думу
С большим прибором положил.

Тогда б сказал: оно мне надо,
О чем с экрана врет дебил.
Какой цветастою руладой.
Он снова воздух отравил.

Давно я эти песни знаю.
Запомнил с детства, их уча.
Что мы вот-вот достигнем рая,
Идя дорогой Ильича.

Что мы ресурсами богаты,
Что мы отважны и сильны
Что наша цель чиста и свята.
И в том величие страны.   

Тогда б я слушал лишь для смеха
Потоки этих эскапад.
Нагородили пустобрехи
Нехай и дальше говорят.   

И стала бы страна исхода
Мне неизвестной, чистый икс.
Я б больше слушал про погоду,
Чем про симпозиум стран БРИКС

В самозабвенной пасторали,
Я б, совершенствуя свой слог,
Курил бы фимиам Израилю
И лучше б выдумать не мог.
 
Но правит обществом суровость.
И бесконечная вражда.
Вскипает ненависть и снова
Летят ракеты в города.
 
Как о России тут не вспомнить,
Когда на праздничный парад
Идет чреда ракет огромных
У Мавзолея аккурат.

Проникновенным баритоном
Вещает диктор, что в строю
Проходят маршем эскадроны.
Что, с их головкой мегатонной,
Стоят за родину свою.

По самой мизерной оценке
В стране таких ракет полно.
Но коль висит ружье на стенке,
Так жди, что выстрелит оно.

И вот оно и довиселось
И вот оно уже палит.
Сирены воют оголтело.
Вокруг все рушится, гремит.

Но не в одних ракетах дело.
Бюджет страны сошел с орбит.
Соцфонд урезан до предела
Ввели на пенсию лимит.
 
И что в России, что в Израиле
В обоих странах, как назло
Малоимущих обкорнали
Им, бедным, вновь не повезло.

Все на прилавках дорожает
И деньги станут, как труха.
Но, что особо поражает,
В высоких сферах - им чихать.   

У стен Кремля, у стен Сиона
В верхах кипит галерный труд.
Они в борьбе межфракционной
Все препираются и врут.

Какие новые декреты
Намедни Дума приняла?
Одни запреты, да запреты
Секвестр, штраф, и все дела

О чем он думает тот Кнессет?
Чьи представляет интересы?
Вот депутатов дружный хор
Взывает дать врагу отпор!
.
У них кипит борьба с Ираном
Межфракционная борьба.
А что мне бедному в карманы
Перепадет???
 Пока судьба

Дает достаточно пособий
Для поддержания штанов,
На пропитание и кров
И даже сочинялось чтобы.

Есть и жилплощадь, и еда. 
Перебиваюсь, не шикуя.
И мыслю, значит существую.   
На рифму тянет иногда.

Израильтяне, извините
Не изучил я ваш язык   
Стал туповат, и на иврите.
Я смог освоить лишь азы.

И пусть с Россией я в разлуке
Пишу по-русски.  Не изъян.
Хотя немало россиян
Косятся на меня, как буки
 
Грозят, что тех, кто, умотав,
Забыл страну, которой вскормлен,
Она раздавит, как удав.
Она застрянет костью в горле.

Ну что ж, пускай грозятся мне.
Пусть на меня глядят, как буки.
Принадлежу я не стране.
Я квартирую в ноутбуке.

Легко летит моя строка.
И прорывает все кордоны.
С соседнего материка
В Россию почтой электронной.
.
И ей не страшен божий суд.
Свободной птичкою порхает.
Меня ж надежно охраняет
Израильский теудат зеут.


Теудат зеут – удостоверение личности.