Бело на добро

В ноябре, где-то в серёдке, зима было высунула нос из сугроба, да и решила побелить стылую осеннию землю. После слякоти радостно. ВеселО на душе! Настроением поэтическим одарила, помню.

Но через день старый, могучий Ноябрь подмял под себя молодку, истоптал. Нечего, мол, высовываться раньше своего часа. Убежала лёгкими ручейками она тогда.

А вот сегодня! По утру! И число 12, и месяц 12, и год 24! И юная барышня вновь вернулась невестой! Вот это дааа, как же она завертелась в брачном платье! Во всю девичью силу! Не устоять! Даже Ветер шалун, извечно старый, дряхлый, Ворчун притом, и тот подолом её серебристым вздумал разыграться, бес в ребро зашел. Из стороны в сторону, раз!, потом вверх, ага!, отчего барышня, вскрикнув «оййй!», присела, рассыпав по округУ; миллиарды сестриц своих да подружек пушистых. Те, вспорхнув лёгкой стайкой, набросились на шалунишку. Пристыдили дедулю.

Отступился тот.

Спокойно невеста пошла навстречу к Февралю, дедушка Мороз сосватал, да любящим венец готовить начал. Есть ещё время по закону.

Декабрь. Какой ты? Покрой всё зло и всю нечисть своей тёплой шубой, примири их злые сердца, да ублагоразу;мь.