Джоннивёрс, часть 8

Мы прокрались сначала по помытой лестнице, затем подобрались к чуть приоткрытой будке охранника. Я тихо заглянул внутрь. Охранник спал при включенном телевизоре. Какой-то ужасно знакомый голос с экрана вещал: “Мышка пробежала, хвостиком махнула. Всем известная сказка о золотом яичке. Но какие тёмные тайны этой истории скрывают от нас десятилетиями? Наложившая на себя руки внучка? Поп, разорвавший священное писание? Катастрофа, повлиявшая на всю деревню? Это и не только в нашей передаче - “Кровавые страницы русского фольклора”. Не переключайтесь!” — мне очень хотелось послушать ещё, но за рукав меня д;рнул Егор.

— Ну?
— Спит.
— Хорошо. Идём.

Мы дошли до стеклянной входной двери. Снега снаружи навалило метра два. Мы обулись. Егор взял лопату:

— Я пойду пробовать.

И скрылся за дверью, оставив нас с Сашей восхищённо смотреть на то, как он орудует лопатой. Метр за метром он прорывал наш тоннель, а затем скрылся в толщах снега.

— Я останусь здесь, — сказал Саша, — на случай, если кто-нибудь заметит ваше отсутствие.
— А что ты тогда сделаешь? — спросил я.
— Что-нибудь придумаю, — загадочно ответил он.
— Саш, — набрался смелости я, — можно нескромный вопрос?
— Давай.
— Ты что - вампир?

Саша одарил меня многозначительным взглядом, ничего не ответил и медленно двинулся к будке охранника, а я, так ничего и не поняв, вышел на улицу.

Проход был узкий. По обе стороны громоздились две огромные и очень хрупкие на вид стены. Впереди слышалось пыхтение Егора и разрывающая снег лопата. Вскоре я их догнал.

— Ну как? — спросил я.
— Тебе повезло, что чистка снега - это моё хобби, — Егор стоял в распахнутой куртке надетой на голое мускулистое и очень волосатое тело, — почти закончил.
— Ты не заболеешь?
— Нет, — ответил Егор и, немного подумав, добавил: — тебе повезло, что чистка снега - моё хобби.

Егор замахнулся лопатой ещё раз, и раздался звон металла о металл. Забора мы в нашем гениальном плане побега за кефиром не учли. Я плюхнулся в сугроб. Егор с усердием думал.

— Ты слышал про катапульту? — спросил наконец он.
— Слышал. А она тут при чем?

Вместо ответа Егор присел на корточки и закинул лопату на плечо.

— Садись! — скомандовал он.
— В ковш лопаты?
— Да!

Я был слишком уставший, слишком обколотый и во мне было слишком мало кефира, чтобы спорить. Я покорно сёл в ковш, грустно вздохнул и закрыл глаза.

Когда я открыл их, то чуть не вскрикнул от неожиданности. Я летел по небу, оставив внизу стационар и машущего мне рукой Егора. Я парил над девятиэтажками, закрытым рынком, детским катком и парочкой снеговиков. Я даже видел вдали то самое припаркованное НЛО, об которое чуть не разбился в одном из снов. Я попытался махать руками, как в одном из моих снов, но полёт оказался неконтролируемым. Я закрыл глаза и отдался воле судьбы.

Холодный ветер хлестал меня по щекам. Я слышал только его вой, угрожающий, но в то же время умиротворяющий. Я чувствовал, что неконтролируемый полёт переходит в неконтролируемое падение. Я летел вниз, как снаряд катапульты, боясь открыть глаза и увидеть свою неминуемую погибель.

Я упал во что-то холодное и мягкое, облегченно выдохнул и открыл глаза. Я лежал в неоновом сугробе, отражающем свечение вывески магазина. Я повернул голову и увидел его.

Кефир был уже совсем рядом, осталось лишь войти внутрь.