Джоннивёрс, часть 11

Егор проснулся, когда на улице едва светлело. Батареи в стационаре работали исправно, и за ночь стало так душно, что Егор настежь раскрыл окно. Зимний морозец медленно проник в помещение. Егор закрыл глаза и вдохнул полной грудью, но тут ему в грудь прилетел снежок.

— Что за шутки? — крикнул он в окно и тут же увидел второй летящий снаряд.

Егор пригнулся, и снежок попал в дверь. С потолка на Егора смотрел Саша. В глазах обоих проскользнуло некоторое удивление. Ещё один снежок пролетел по той же траектории и попал чётко в дверь.

— А ты чего там? — нашёл наконец нужный вопрос Егор.
— Прячусь.
— От кого?

Причина не заставила себя долго ждать. В палату ворвалась уборщица. Щеки е; покрылись румянцем, а грудь вздымалась так, словно под ней скрывался тракторный мотор. Было в ней что-то прекрасное… И пугающее.

— Где он? — чуть не кричала она. — Где Сашенька? Я знаю, что он тут, я слышала его голос! Ну что же ты мучаешь меня, мой лев? Иди же ко мне!

И она бы продолжала так ещё очень долго, но её прервал очередной снежок, на траекторию которого она, по своей неудачливости, встала. Женщина упала без чувств, и Саша, выждав некоторое время, чтобы убедиться, что это не западня, спустился на пол.

— Сумасшедшая, — вымолвил он и вздрогнул.
— От любви обезумела-то, — подметил Егор очевидное.

Снежки тем временем продолжали лететь через открытое окно. Теперь они разбивались о стенку в коридоре и рассыпались на рыхлые комочки снега. Саша смотрел на это, прищурившись и пошатываясь - сами попробуйте с похмелья посидеть на потолке.

— Что это такое? — спросил Егор.
— Не знаю, — честно ответил Саша.

А тем временем это неизвестное становилось приличной кучей снега. Осколки снежков таяли и деформировались, становясь чем-то бесформенным.

— Закрой окно! — скомандовал Саша.

Егор побежал к окну, а Саша почувствовал прикосновение чьей-то холодной руки. Рефлекторно парень схватил е; и переломил надвое, а затем ударил неизвестного ногой. Каждое движение сопровождалось хрустом снега - перед Сашей на полу лежал сломанный снеговик. У него отсутствовал нос-морковка, безэмоциональные глаза были нарисованы углем, а чудовищная улыбка сложена из веточек деревьев. Не успел Саша осознать, что видит, поверженный снеговик заговорил:

“Мы люди ледяные
Холодные и злые
Сложили ком на ком
Зовут снеговиком
В нас жажда, словно пытка
К волшебному напитку
Устроим славный пир
Когда найдём …”

И прежде чем он произн;с последнее слово, выбежавший из палаты Егор растоптал голову снеговика ногой.

— Он не договорил, — сухо сказал Саша.
— Мы, конечно, в психушке, но я не настолько сумасшедший, чтоб говорить со снеговиком.
— Он что-то ищет.
— Они, — поправил Егор.

Из дверей всех палат этажа вылезали снеговики с такими же страшными безморковными мордами. Саша с Егором переглянулись; Егор схватил швабру уборщицы, а Саша выпустил свои когти. Снеговики тем временем уже набрасывались на постояльцев и персонал.

Егор, орудуя шваброй как секирой, снёс голову одному, затем второму и третьему. Саша разрывал снежных агрессоров на части. В другом конце коридора с одним из снеговиков боксировал Вайлберис. Один из врагов накинулся на зомби-Сергея, но тот облил обидчика стаканом кофе, и он растаял. Перепуганные старушки и совсем уж невменяемые пациенты в ужасе носились по этажу. Куски снега летели во все стороны: шла настоящая битва. Снеговики наступали и гибли от рук наших героев.

— Закройте окна! — кричал кто-то. В общем шуме разобрать кто есть кто было невозможно.
— Помогите! Оно меня сожр;т! — кричал другой.
— Это просто сон, это просто сон, — лепетал третий

Откуда-то появился главврач и сказал:

— Невероятно, массовая галлюцинация!

И тут же исчез.

Когда все окна закрыли, а снеговики пали, героям показалось, что они победили, но не тут-то было. Снежная армия повалила по лестнице с нижних этажей. Егор и Саша снова переглянулись и бросились в битву.

— Как же болит голова… — пожаловался Егор, пока они продвигались вниз.

На втором этаже они встретили ополчение, возглавляемое вооружённой двумя половниками буфетчицой.

— Помогите охраннику, — сказала она, снося головы врагов половниками, — мы уж тут сами как-нибудь.

И Саша с Егором двинулись вниз, пробиваясь сквозь орды снежной нечисти.

Охранник, вооружённый одним лишь металлоискателем, бился храбро, но уже оказался зажат в углу. И прежде чем снеговик смог нанести охраннику решающий удар, Егор размозжил снежную голову шваброй. Саша трясся от недомогания, но продолжал отбиваться.

— Ты бухал вчера, что ли? — заботливо спросил охранник. — Так тебе бы это, похмелиться.

Саша, недолго думая, забыв про всякую конспирацию, укусил охранника и присосался к нему как к холодненькой бутылке пива. Утолив свою жажду, он аккуратно положил потерявшего сознание охранника на пол, вытер губы от крови и взревел словно дикий зверь.

Снеговики опешили, но бежать им было некуда. Саша н;сся, разрывая их на части. Комья снега, словно части оторванных тел, разлетались во все стороны, а подтаявший снег напоминал кровь…

Егор, глядя на Сашу, приободрился, заменил швабру на лопату для чистки снега и с новыми силами ринулся в бой. Снеговики рычали, корчили свои злые рожицы, но это не спасало их от неминуемого.

На улице, куда доставал глаз, стояли снеговики. Они вооружались снежными мечами и палками, лепили снежки для атаки и копили силы для нового нападения.

— Да что им тут надо? — взбесился Егор.
— Они что-то говорили про жажду… Какой-то напиток…
— Какая жажда может быть у снеговиков? А, впрочем, плевать. Где-то там Л;ха. Надо пробиваться к нему.

И они вдвоём снова вышли против снежной армады.