Джоннивёрс, часть 12. заключительная

Сугроб, неоновый свет вывески, магазин. Я лежал в снегу, то ли потеряв сознание, то ли просто уснув. В любом случае, я пришёл в себя и с трудом встал на ноги.

Сугроб, словно зыбучий песок, попытался удержать меня, но я вырвался. Я совершенно ничего не мог понять. Помнил лишь, как сел в ковш лопаты, а дальше… Неужели Егор действительно катапультировал меня? И я пролетел так много и приземлился без травм? Такое бывает только в сказках.

Пока я стоял и раздумывал о минувшем, на меня пала тень настоящего. Я попятился и чуть было снова не свалился в сугроб.

Перед мной стоял огромный шестилапый снеговик. Каждая лапа его была снежной, из спины торчали ледяные шипы, морда исказилась в ужасной ухмылке, а вместо морковки носом служила толстая кубинская сигара.

— Кто ты? — вымолвил я, с трудом стоя на ногах от страха.

Чудовище, вскинув морду к небу, засмеялось. Этот смех, громкий и ледяной, казалось, длился целую вечность. Затем монстр посмотрел на меня и заговорил:

— Я Король Снеговиков, — взревел он. — На колени, смертный.

Тут, к своему стыду, я должен признаться читателю, что встал перед Королём Снеговиков на колени. Во-первых, я действительно смертный, а во-вторых, уж очень страшным он казался мне в то мгновение.

— Я спал тысячу зим, — продолжал он, — пока вы, людишки, соблюдали условия своего проклятия. Я спал и ждал момента, когда договор будет нарушен.
— Я ничего такого не делал, — попытался оправдаться я, — ложитесь спать, я могу вам даже колыбельную спеть.
— Спеть? — взревел он, переступая с лапы на лапу. — Нет уж, давай я тебе спою!

И он действительно запел своим ледяным и страшным голосом:

“Мы люди ледяные
Холодные и злые
Сложили ком на ком
Зовут снеговиком
В нас жажда, словно пытка
К волшебному напитку
Устроим славный пир
Когда найдём кефир!”

— А, так вы просто пить хотите, — понял я, — ну так давайте по бутылочке хряпнем.

Понял я, видимо, всё неправильно. Король Снеговиков расхохотался:

— По бутылочке? В вашем мире не хватит коров, чтобы утолить нашу жажду. Мы выпьем весь кефир, затем ряженку и творожки. А когда молочная продукция закончится, мы перейдем на что-нибудь другое. А вас, смертных, мы перебьем, оставив лишь тех, кто производит кефир.

Хотел бы я почитать условия того договора, который был нарушен. Ну не могла же моя, хоть и немного нездоровая, тяга к кефиру сделать это.

— А почему вы так любите кефир? — робко спросил я.
— Потому что он вкусный! — взревел Король Снеговиков и потянул ко мне свою снежную лапу.

Я пулей пустился наутёк. Мы переместились на маленькую, но тесно заставленную машинами парковку. Я спрятался между двумя из них и услышал, как Король Снеговиков забрался на крыши машин и ползает, ища меня.

— Что тебе от меня нужно? — крикнул я и перебежал в другое укрытие.
— Только тот, в ком жажда к кефиру столь же сильна, может остановить нас! — признался он, нюхая своим носом-сигарой, пытаясь найти меня по запаху. — Сначала мы избавимся от тебя, а потом от всех любителей кефира. Мы перебь;м всех, чтобы остались только производители кефира, поставщики кефира и продавцы кефира. И коровы, коровы очень хорошие!

Я чувствовал, что не только я, но и весь мир стоит перед угрозой гибели. Я взял камень и бросил его в машину, стоявшую как можно дальше. Сработала сигнализация, и Король Снеговиков пон;сся туда, поведясь на старую, как мир, уловку. Я что есть сил побежал обратно к магазину.

Я выбежал к неоновой вывеске и посмотрел на пустырь неподалёку. Там армия снеговиков несла потери от двух героев, которых я тут же признал. Егор рубил лопатой всех, кто попадал ему под руку. Саша скакал с одного снеговика на другого, разламывая их снежные головы. Увидев меня, они воодушевились и стали пробиваться ко мне.

Но Король Снеговиков уже вернулся, и пока я зачарованно смотрел на друзей, он схватил меня и захохотал:

— Вот и сказочке конец!

Монстр потянул меня к себе, намереваясь откусить мою голову своими огромными ледяными зубами. Его нос-сигара посапывал от удовольствия.

И тут мне ничего не остаётся, кроме того, как обратиться к читателю. Спасите! Помогите кто чем может. Ну вы, там, по ту сторону. А то ведь он и правда мне сейчас голову откусит.

Тут - уж не знаю, кто из вас, читатели, оказал мне такую услугу - в моей руке оказалась зажигалка турбо. Я уверен, что передал е; именно читатель, поскольку сам уже давно отказался от пагубной привычки курить. Надеюсь, дорогой читатель, спасший меня, ты поступишь так же. Когда Король Снеговиков уже готовился сделать свой кусь, я направил пламя зажигалки в его сигарный нос. Огромная лапа разжалась, и я упал на землю.

Король Снеговиков против воли курил, дымил и смолил. Он метался перед магазином, пытаясь как-то справиться с дымом. Он бил себя по груди, кувыркался, прыгал, кричал. Но табачный дым всё больше заполнял его снежные лёгкие. Капля никотина убивает лошадь. Страшно представить, что она делает со снеговиками, пусть даже и с их королями.

Кашляя и пытаясь что-то сказать на прощание, Король Снеговиков скончался. Я посмотрел на пустырь. После гибели короля его подданные, как болванчики, попадали один за другим. Егор вонзил лопату в снег и плюхнулся в сугроб передохнуть. Саша помахал мне рукой.

Я взглянул на вывеску магазина. До закрытия оставалось всего пять минут. Я снова взглянул на друзей и улыбнулся. Зная, что они меня поймут, я дёрнул ручку. Дверь магазина открылась, я обстучал ботинки о порог от снега и вошёл.

За прилавком сидела, листая что-то в телефоне, молодая продавщица. Должно быть, из-за социальных сетей она не заметила того месива, что творилось на улице перед магазином.

— Здравствуйте! — радостно сказал я.
— Добрый вечер, — любезно ответила она.
— А у вас кефир есть?

КОНЕЦ.