Азбука жизни Глава 8 Часть 318 Я выживу

Глава 8.318. «Я выживу»

— Как объяснить, что пела сейчас… с такой грустью? — спросил Эрик, когда я сошла со сцены.
— Бывают моменты, — ответила я, ещё чувствуя внутри дрожь от только что отзвучавших аккордов, — когда в памяти всплывают обрывки прошлого. Я вдруг вспомнила, как однажды, переходя с Сашенькой Пятую Советскую, чуть не оказалась под колёсами. Та машина…
— Да, — тихо сказал Эрик, — их много тогда хлынуло в город. Люди, потерявшие себя, часто мстят миру за собственную боль.
— Всё правильно понимаешь. Вот и на сайте таких… достаточно. Им так хочется быть первыми, что они готовы слиться с кем угодно — с русофобами, с теми, у кого на душе пустота и злоба.
— Ненависть их не измерить, — с грустью произнесла Розочка.

Ей ли не знать. Мы с Эриком только переглянулись — понимающе, без слов.
Но я уже снова шла к роялю. Нужно было дарить свет, а не тонуть в тени. Зал нашего ресторана в Сен-Тропе ждал, и я хотела порадовать их, выплеснуть в музыку всё, что копилось внутри. Парижские музыканты, уловив мой новый настрой, перестроились — в их взглядах читалась готовность поддержать, унести за собой.

И вот из-под пальцев рождается что-то дерзкое, побеждающее — гимн самости и силы. Ребята подхватывают мгновенно, и звучит это так мощно, будто стены отступают. А следом — нежная, щемящая ностальгия, которую Эдик подал так пронзительно, словно заглянул в самую душу. Он почувствовал смену моего состояния после первой же песни.

Я отвечаю ему музыкой о быстротечности встреч, о мимолётности и вечности. Звуки льются, то печальные, то светлые, а зал взрывается аплодисментами — благодарными, живыми. И вот уже в воздухе витает посвящение — тёплое, личное, обращённое к тому, кто сидит в зале и чей взгляд я ловлю.

А потом — просьба Николеньки. Я выхожу в новом костюме, и музыка преображается: становится лёгкой, воздушной, как сам этот наряд. Диана и мои дамы сияют, наблюдая, как мелодия и образ сливаются воедино. Ребята-музыканты и наш дизайнер сегодня действительно постарались.

И под общие, горячие аплодисменты рождается финал — не песня, а состояние. Утверждение. Гимн жизни, которая, несмотря ни на что, продолжается. В которой есть и боль, и память, и страх, но в конце концов — всегда побеждает воля. Воля выжить. Остаться собой. Звучать.

Я не просто пою. Я дышу. Я выживаю. И в этом — вся правда.