Ленинградские шары

                Мы живем, под собою не чуя страны,
                Наши речи за десять шагов не слышны…

                Осип Мандельштам 1933 г.

Легенда гласит - мастер-каменщик Самсон Ксенофонтович Суханов вырубил эти геометрически точные шары на глаз, практически с одного удара, не пользуясь никакими измерительными приборами.

Жизнь ленинградских детей, проживавших в центре города, была насыщенна постоянными открытиями. Я хочу рассказать о том периоде моего детства, когда игру в «казаки разбойники» уже перерос, а до целования в подъездах с девочками, ещё не дорос. Класс, примерно, 5 – 6. Проявился у нас, мальчишек, интерес к посещению музеев. Мы уже считали себя взрослыми и одни, без родителей, ходили гулять по музеям. В то время многие из них были бесплатными. Одним из таких музеев - «зоологический», находящийся на стрелке Васильевского острова. Я знал наизусть все выставленные экспонаты: от маленькой птички колибри, до огромного скелета мамонта.

Каждый поход в музей заканчивался у нас шарами. Мы катали шары! Точнее один из огромных, вырубленных из гранита, шаров, находящихся внизу, на спуске к воде,  под Ростральными колоннами. Не все, даже ленинградцы, знали, что правый, если смотреть с берега на Неву, шар, можно раскачать. И вот мы, ребята, делали это на спор - кто быстрее приведёт шар в движение. Кто-то скажет, мол, подумаешь, раскачать шар, стоит только поднатужиться. А вот и нет - силой тут не возьмёшь. Вернее, только силой не получится. Нужно с определёнными промежутками времени нажимать на шар. Примерно, как азбука Морзе: точка, тире, точка, тире. Нажал – отпустил, нажал – отпустил. При этом с каждым разом усиливая нажим на гранитный  шар. И постепенно амплитуда колебания шара увеличивалось. Порой мы спорили на щелбаны, а иногда и на деньги. Побеждал тот, кто за меньшее количество толчков раскачает шар или кто достигнет более большей амплитуды движения шара за более короткое время. Иногда удавалась даже поспорить с туристами, которые гуляли по набережной. Как правило, человек незнакомый с этой возможностью раскачать шар, считал, что чем больше усилий он приложит, тем быстрее приведёт его в движение. И заключали пари с мальчишками. Но, мы-то были опытные качальщики, поэтому всегда побеждали.

Прошло детство, да и большая часть жизни уже позади, поменялось название города, нет страны, которой я гордился, да и правый шар на стрелке Васильевского острова теперь раскачать невозможно – закреплён намертво. Раньше я приходил к этому шару и общался с ним, как с живым существом, теперь же он, хотя и так же красив, но мёртв. Да и город, и страна тоже не мои - красивы, но …