Мухи в паутине

Диалоги с реальностью. Мухи в паутине: Книга-тренажер. Орел: Издатель Александр Воробьев, 2021. – 172 с.

Книга написана по результатам работы психолога с детьми и родителями. Она позволяет увидеть их взаимоотношения под другим углом. В книге представлены авторские приемы и методы арт-терапии по работе с коррекцией состояния.
Мать двоих детей приезжает в глухую деревню к пожилой женщине, которая помогает ей иначе взглянуть на мир, на своих детей, а главное – понять себя.
 Книга рассчитана на широкий круг читателей.

                С благодарностью Яне Б.
                за вдохновение и поддержку
Оглавление

От автора

Глава первая. Неразбериха и великая глупая правда
Горячая вода
Вопрос первый
Вопрос второй
Вопрос третий
Уборка в комнате
Неподвластные себе
Дети рожают детей
Преступление против себя
Несовпадения
Мажь и замазывай!
Из подвала
Здравствуй, робот!
Персональные мифы
Семейный фольклор
Родные – чужие
Кто кого
Тестирование
Отслеживание

Глава вторая. Богиня и рабыня
Всё есть ты
Рабство по доброй и недоброй воле
Ужасная мать
Вхождение в тон
Волшебное слово
Работаем буфером
Стать депрограмматором
Спаси себя сама

Глава третья. Воспитание семьи
Твой интерес
Миф о взаимопонимании
Договаривайся на берегу
Ложь самой себе
Тысяча и еще пять травм
Просто психогенетика
Простейшие программы
Пирамида Миланазар
Кое-что из имаго-диалога

Глава четвертая. Войны с младенцами
Внутриутробные войны
Страшные дети
Материнское проклятие
Не хочу обратно!
Словесный террор
Неткаешь?!
Без победителя
А подросток против!
Мы все – брошенные дети
Самый главный вопрос

Глава пятая. Сокровища младенца
Сканнерство
В;дение
Игры мира
Доведение до абсурда и сброс
Сильная позиция
Глава шестая. А вдруг второй?
Сама, сама!
Второй взрыв
Теория на все времена
Работа над собой
После второго

Глава седьмая. Сознание бессознательных
Поговори с укропом
Твои дети – это ты, твои дети – это не ты
Ты не хозяин
Части души
Меня же били!
Вручение методики
Воспитание родителей
Спроси себя сам
Ребенок – человек?!
Запечатленность радости
Все свое ношу с собой
С днем рождения!
Волшебный пендель
Главная формула

Заключительное слово


От автора
                Не возноси сердца своего
                над детьми человеческими
                Тот Гермес Трисмегист

Каждый человек – чей-нибудь ребенок. Каждый ребенок – человек. Кто-то еще об этом помнит? А если помнит, умеет ли хранить в себе человеческое?

Пришло время трезво взглянуть на происходящее – на то, что делали и делаем, думали и думаем, чувствовали и чувствуем. Нужен честный разговор. По этой причине книга и написана в форме диалогов.

Кроме разговора двух героинь, на страницах книги можно встретить много самых разных инструкций и советов психолога по организации жизни в семье, а также по воспитанию детей. Помимо этого, автор знакомит читателя с различными методами арт-терапии, которые используются для коррекции состояний человека в режиме «Сделай сам!».

Однако, не стоит обольщаться, что в разговорах о семье читателю покажут альбомы с глянцевыми фотографиями в цветочных рамочках. Никаких костылей мимимишности, умиления сладкими деточками и восторгов по поводу материнства. Все жестко, трезво, четко.

Почему так?

Причина очевидна: социальная ложь необратимо искажает истинное положение вещей, касающихся построения семьи и отношения к детям. Слишком много вопросов возникает у людей, которые позволяют себе задуматься над тем, кто мы такие, какие мы и что мы делаем на планете.

Без надежды найти ответы, автор приглашает читателя к диалогу. Как минимум, у вас появится возможность воскресить в себе хотя бы один удивительный дар ребенка – его умение быть в сильной позиции, задавая вопросы всем и вся.

Глава первая. Неразбериха и великая глупая правда

Горячая вода

– Мне сказали, что ты – убийца. Кого ты убила и по какой причине?
– Я убила двух человек.
– Тебя осудили за убийство? Почему ты здесь, а не в тюрьме?
– Я в тюрьме. Мои мысли и есть моя тюрьма. Осудила себя я сама, потому что убила своих детей. И – себя.
– Уже трое. Убийца изъясняется высоким слогом! Слушай, голубушка, у меня нет ни времени, ни желания разбираться в твоих метафорах. Давай проясним: я согласилась с тобою встретиться только по одной причине. Мой старый друг сказал, что ты – хороший человек (что, впрочем, редкость в нашем мире). И вот передо мною «убийца». Ты думаешь, что старая бабка станет тебя утешать или разубеждать в том, чего ты не делала? Зачем мне это надо?
– Но Вы же хотите мне помочь…
– Я?! Голубка моя! Запомни самое первое: у меня есть моя жизнь, и мне глубоко пофиг, как вы все свою калечите. С какой бы стати мне тебе помогать? Не вижу оснований от своей жизни отвлекаться.
– Я заплачу Вам.
– Чем? И какая плата будет адекватной тому, чтобы еще одну дурочку убедить в том, что она дура. Мне лично все и без того очевидно. На что ты мне? Иди отсюда подобру-поздорову! Слышала меня? Иди!
– А то что?
– А то вот что: помедлишь –  сама потом волосы на себе рвать будешь, что не ушла, когда гнали!
– Куда уж больше. Осталось только сдохнуть…
– Вот в этом ты права: первая твоя задача состоит в том, чтобы умереть. Умереть той тебе, которая безмозглой была.
– Той? А есть и другая я?
– А есть другая ты? Раз хватило сил сюда прийти да признаться в глупости своей – значит, есть! Ладно, оставайся. Вон там, в углу, матрас да спальник. Помойся, попей водицы горячей – чайник на печи, да спать ложись. Не спавши ты дурнее.
– У меня тут пряники есть…
– Никаких пряников-конфеток! Только воды горячей попей и забудься на пару-тройку часов! Потом скажу, что делать.

Вопрос первый

– Ну, вставай, дура, время пришло! В морду-то водицы плесни да утрись – вот тебе рушник. Иди на двор.
– Зачем?
– В сортир сходи, говорю! Думать при полном мочевом пузыре будешь?
– Да не хочу я…
– А кто спрашивает, хочешь или нет? Иди, сказано! Как вернешься – воды снова попей. Промыть тебя изнутри надо. Грязи там – не оберешься!
……………………………....
– Куда мне сесть?
– Прямо на пол и садись – лавку, что ли, тобой пачкать?
…………………………..….
– Мы сидим уже полчаса и ничего не делаем.
– А что ты делать-то у меня собралась?
– Не знаю. Помощи какой-то все жду.
– Это ты напрасно, голуба моя. Кроме тебя никто тебе не поможет. Мне оно и даром не надь – время свое изводить. Если научишься сама себе вопросы задавать и искать на них ответы, тогда и поможешь себе. Вот тебе первый и самый важный вопрос: ты детей для чего рожала?
– Замуж вышла и родила.
– Я тебя что – спросила, в результате чего они появились? Потрахались – вот и вылез из тебя кусок! Ты скажи – зачем? С какой целью все это затеяла?
– Цели никакой не было – само получилось.
– Я же говорю: дура! Чего тогда в постели не испражняешься? Какая у тебя цель?
– Белье не запачкать и себя?
– А родила зачем? У тебя что, сладкая жизнь до замужества была, что ты решила такую же устроить новой душе?
– Нет. Моему детству не позавидуешь.
– Значит, отомстить младенцу решила за все свои мучения?
– Нет.
– Еще раз неткнешь – прибью! Видишь палку у печки? Соображай. Или сразу уходи, или научись на все соглашаться. Ясно?
– Ясно. А я вопросы задавать могу?
– Да конечно! Только не факт, что ответы тебе понравятся. Тебе ведь давно ничего не нравится, так?
– Да, это правда.
– Иди в огород и прополи мне морковку, но все время думай, с какой целью рожала дитя. Надумаешь – приходи. Не надумаешь – ночевать на сене в сарае будешь. С мышами и курами.

Вопрос второй

– Холодно в сарае было ночью.
– И?..
– Я не нашла ответа на Ваш вопрос.
– И?..
– Что – и?
– Дальше – что, спрашиваю. Для чего говоришь очевидные вещи? И так знаю, что холодно было – чай не июль месяц. Делала с этим что?
– А что надо было делать?
– Вот на мою голову! Тебе что – расписать каждый шаг? Своими мозгами давно, видать, не пользовалась! Мне твои чувства и ощущения как шли, так и ехали! Да и тебе самой, видно, тоже. Ты мне действия покажи, чтобы я убедилась, что не все еще потеряно.
– Какие действия? Мне было холодно. Я терпела.
– Дураки так и делают. А разумные?
– Не знаю. Наверное, разума уже и не осталось.
– Так что надо было сделать, чтобы не мерзнуть?
– Не знаю.
– Выбросила «не знаю, не могу, не хочу, не умею» на помойку! Быстро! Наш мозг обходит частицу «не», так что ты – знаешь, можешь, хочешь и умеешь! Вот что он слышит!
– А я могла ночью попросить себе одеяло?
– А ты могла?
– А попроситься в избу?
– А чего не попросилась-то, девка?
– Думала, что нельзя.
– Думала или действовала?! Вот тебе второй вопрос. Не ответишь – расстанемся, и варись в своем котле до готовности!
– Какой вопрос?
– Сегодня, пока будешь другие грядки пропалывать, думай, что за причина заставила тебя ненавидеть своих детей. Иди!
– Но я хотела бы позавтракать.
– Хотела бы? Или – хочешь?
– Хочу, хочу есть!
– И что я тебе? Кухарка? Ищи. Что найдешь – тем и позавтракаешь. И меня еще пригласишь.
– Хорошо. Но мне трудно согласиться, что своих детей я ненавижу.
– Разве тебя спросили, согласна ты или нет? Я обозначила факт. Убила бы ты ребенка, если бы любила? Правильно! Именно по этой причине и убивают!

Вопрос третий

– Вы хотите сказать, что убивают, потому что любят?
– По-всякому. И кого любят, и кого ненавидят, и от глупости, и от избытка ума… А ты – от чего?
– Скорее всего – от незнания. От того, что тупо повелась на все, что слышала вокруг.
– Корить себя – бесполезно. Знаешь, какая самая большая трагедия и боль любого ребенка? А ты ведь – тоже чей-то ребенок…
– Какая?
– У него пока еще нет ни солидного лексикона, ни трезвого мышления, ни хорошей реакции, чтобы на любые фразы и манипулирование взрослых ответить достойно. Ты слышала, а ответить не могла, как дитя.
– Согласна. Да я и до сих пор, дожив до сорока лет, часто не могу найтись с ответом.
– Тогда скажи, чему ты пришла учиться?
– Учиться? Я думала, что Вы мне поможете…
– Тебе ж было сказано: никто не поможет, кроме тебя самой! Ты готова?
– Вы меня будете учить, как воспитывать детей, когда они уже выросли? Есть ли в этом смысл?
– Во-первых, я никого не учу. Учить-ся будешь сама (-ся – означает: себя). Во-вторых, ты будешь тут работать. На себя же. Работа по хозяйству – моя забота о твоем физическом состоянии – протухнуть не дам. Сама об этом заботиться обязана, пока в теле живешь. В-третьих, будешь себя учить, как обращаться с людьми. Ты ж не собралась завтра помирать?
– Вроде, нет. А с какими людьми?
– А с какими, да?
– С родными и на работе? С детьми?
– Молодец, что вычеркнула детей из группы родных! Браво! Мы часто рожаем чужих людей – обычная практика. Но есть только одно, стержневое, направление в твоей будущей работе. Иди, воды в баню натаскай – помоешься, а заодно и подумаешь, с какими людьми тебе предстоит научиться общению перво-наперво. На мои первые два вопроса ты не ответила. Не найдешь ответа на третий – распростимся!
– А можно Вам вопрос?
– Говори, говори!
– Почему Вы стали со мною разговаривать мягче, чем в первые дни?
– Так начинается «отшелушивание». Много на тебе хрени всякой налипло, а ободрать ее – обскоблить, оскорбить, кору снять – можно только шоком. А так я вижу, что правы мои знакомые: человек ты хороший. Ну, иди, иди! Даром хлеба у меня есть не будешь!

Уборка в комнате

– Как там банька? Воды натаскала? Растопила?
– Да я ведь городская. Откуда мне знать, как правильно баню топить?
– Ты теперь не городская и не деревенская. Ты – никто. С того и начнем. Сообразить, как растопить баню, ума не требуется. Пойдем, пойдем! Да не спотыкайся ты! Чай не упахалась! А пока идем, смотри направо, смотри налево.  Красоту видишь?
– Деревья. Трава. Куры. Речка внизу.
– Я просила тебя описывать, что видишь? Давай, девка, будь здесь, отвечай на вопросы, а не своевольничай. Тебя ведь нет! Так что просто откликайся на сигналы извне. Красоту видишь?
– Не вижу.
– Если помнить, что наш мозг не различает частицы «не», то ты ответила, что видишь, но…
– Что – но?
– С чувствами у тебя проблема. Чувствовать красоту в простом и обыденном – для того чистым быть надо.
– А чистым – это как?
– Наконец-то! Хоть один стоящий вопрос! Чистым – это очищенным от других эмоций: чтобы упало семя красоты на вспаханное поле и тут же взошло в душе повсюду буйным цветом. Тихо, но победно.
– Значит, мне надо не только тело в бане помыть?
– А что ж еще?
– Внутри себя порядок навести?
– Да, дом твой (а тело человека сродни дому) засран основательно! Хотя бы в одной комнате порядок наведешь – дальше само пойдет!
– С какой же комнаты мне начать?
– А их у тебя сколько? Говори – не задумывайся!
– Четыре.
– А чуланов?
– Три чулана и погреб. А чем чистить-то буду?
– Так ты, вроде, поняла уже. Один инструмент я тебе в руки дала – вопросы. Вот и ответь на третий вопрос: с кем же общаться в первую очередь надо?
– С самой собой?
– Пойдем баню растопим! Остаешься у меня. Времени сколько есть?
– Я на три недели уехала.
– То, что нужно! За двадцать один день как раз отформатируем твой жесткий диск и перепрограммируем основы.
– Вы не похожи на деревенскую бабушку…
– А мне что, обнулиться? Играть роль тупой подружки Альцгеймера? Я в этом мире пока живу и с ним взаимодействую. Готовь веники вопросов к самой себе – хлестать будешь да мусор из своей избы выгребать. И помни: будет больно, потому что привычное окажется совсем не тем, во что ты верила. Ты готова?
– Не знаю…
– Это значит – знаешь! Говори: готова! Надо, чтобы твои уши слышали твой же голос.
– Я готова прибраться в своем доме!
– То-то же!

Неподвластные себе

– Вот у меня к тебе вопрос, дева моя: с какой стати ты решила, что как только из тебя вылезет кусок мяса, ты сразу – как по мановению руки! – обратишься в первостатейного педагога и психолога? Было у тебя к тому хоть одно основание?
– Откуда? Я просто делала то, что мне скажут.
– А что тебе сказали? Что выйдешь замуж и будешь счастлива? Что родишь – и станешь счастливой? А потом вдруг выяснилось, что счастливой ты была до того, как все это произошло?
– Да. Хотя и тогда я счастливой не была. Родители так себя вели, что постоянно приходилось сбегать то в кружки, то к подругам, то в библиотеки, то в школу…
– Запомни эти слова, когда мы станем беседовать о ребенке и конкретно – о твоих детях. Итак, ты поняла, что все, внушенное тебе, обман? И загрустила?
– Но ведь детей не бросишь. Приходится в таком обмане жить все время.
– И слава богу! Это и есть жизнь! Обычная безмозглая неподвластная тебе жизнь! И что же тебя в ней держит?
– Самоубийство – грех.
– Это кто-то тебе сказал, прежде чем ты в такое уверовала?
– Да, моя бабуля.
– Твоя бабушка – мудрая женщина. Но – брехло порядочное!
– Почему же?
– А ты сама прикинь, дорогуша: если один человек другому говорит, что самоубийство – грех, следовательно, он точно знает, к чему жизнь этого человека склоняется. Он сам через подобное прошел. Согласна?
– Согласна. И у бабушки жизнь была не сахар.
– А у кого-то она мед?
– Но почему Вы говорите, что моя бабушка меня обманывала? Разве самоубийство…
– Дело не в нем! Дело в обмане. Как думаешь, почему тебя все – и родные, и общество – подталкивали к замужеству? Разве твоя мать не хлебнула в нем горя? Разве твоей бабушке в нем было чему радоваться?
– Вы правы…
– Может, они мстили тебе за свою жизнь? Отыгрывались на тебе?
– Я…
– Ты! Ты должна все эти вопросы озвучивать, а не я! Учись вопрошать саму себя и начинай прямо сейчас, а то мне уже тошно глядеть на твою унылую рожу!
– А что, когда я начну задавать себе вопросы, то повеселею?
– Это мы посмотрим! Но – завтра! А сейчас пойди-ка блинов мне напеки, да в курятнике почисти. С чего начнешь?
– Наверное, с курятника. Ведь нам на блины понадобятся яйца…
– Вот и ладно. А завтра, как проснешься да чаю попьешь, иди в верхний сад. Там, в курене , я тебя буду ждать. Тогда и поглядим, остались ли в тебе силы для смеха!


Дети рожают детей

– Как думаешь, по какой причине выгодно, чтобы безмозглые, безответственные и неподвластные себе дети производили на свет других детей? Чем раньше – тем лучше? Да не сиди даром, пока думаешь! Яблоки сортируй! С бочком, падалица, в сушку пойдет, а съемные замочим, да и так есть будем. Яблоки любишь?
– Люблю. У меня шарлотка хорошо получается.
– Потом, потом сладкое! Сейчас – горькое позарез нужно, чтобы сплюнуть без сожаления. Итак?..
– Согласна я с тем, что мы рожаем, будучи безмозглыми и безответственными. По природе своей в молодости человек еще не имеет ни опыта, ни…
– Сделай акцент на словах «неподвластные себе». Поставь вопрос.
– Вопрос: а кому мы подвластны в молодости, если не себе?
– А кому вы подвластны? Кто управляет вами?
– Родители. Значит, мы используем их опыт! Подсознательно или навязанно. Наивная, однажды я сказала своей матери, что, если стану похожей на нее, то повешусь. А потом меня озарило: если и в самом деле стану на нее похожа, то не замечу того и буду жить, как она жила. Может, потому мои дети и страдают?
– Хороший вопрос! Помни, голуба моя: мы знаем все. А не используем свои знания, потому что не нажимаем на клавиши – вот звука и нет, нет ответа! Когда ответ получаем?
– Когда ставим вопрос?
– Вперед! Расчищай свои авгиевы конюшни! Вымывай из них рекой (и речью) вопросов все дерьмо!
– Но Вы говорили, что мы над всем посмеемся. Над чем же тут смеяться? И – зачем?
– Зачем? Сама чуть позже скажешь. А над чем? Ладно, помогу. Ты ж мне помогаешь весело время проводить!
Итак, маленькие безмозглые, неопытные, ограниченные, необразованные дети суют писку в чужое тело, и в результате этого производят себе подобных, которым и дать-то ничего не могут в силу своей ограниченности и недоразвитости. Значит, их отпрыски будут делать то же самое. Это что, не смешно?
– Скорее, печально.
– Эх, девка, утратила ты чувство юмора во вселенском масштабе! А ведь именно утрата чувства юмора наряду с утратой морали становится первым признаком психического сдвига. Ты не ку-ку?
– Вы хотите сказать, что я – псих?
– А ты хочешь сказать, что нет? Перлась по бездорожью столько верст к какой-то хреновой бабке, которая ни разу не волшебница и в секунду не вернет тебе твою безмозглую беспечность, не избавит от идиота-мужа и от детей, поедающих твою жизнь! Разве разумный человек на такое пойдет? Только псих! И это – радует!
– Почему?
– Потому что, только дойдя до ручки, истощив себя полностью, мы получаем доступ к ресурсам. Не будь их у тебя, ты бы сюда добралась?
– Ну…
– Не нукай – не запрягла! А скажи лучше: есть повод порадоваться тому, что у тебя еще много сил, чтобы измениться и жизнь свою поменять?
– Радоваться? Ведь все это – труд!
– А ты что, не радуешься, когда трудишься?
– Труд – от слова трудно.
– Погоди, дорогая! Все, что нам делать трудно, мы просто делаем неправильно! Трудно тебе в твоей жизни? Отвечай коротко!
– Да, трудно!
– Тогда скажи: нравится ли тебе такая жизнь?
– Как она может нравиться?
– Так, уже вопросами отвечает! Дело пошло на лад! Так и еще ответь: стоит ли радоваться тому, что у тебя есть шанс все поменять на легкое и веселое, на правильное?
– Наверное, стоит.
– Вот как закончишь тут с яблоками, да услышишь музыку забойную, спускайся в хату – танцевать на радостях будем!
– Ну Вы и старушка!
– Стареть – от слова star , девка!

Преступление против себя

– Иди-ка сюда, краса моя! В доме приберись, да воды наноси – видишь, ведра пусты?
– А зачем же Вы все вещи с печи на пол кидаете?
– Понятное дело: чтобы тебе было что убирать! Ты ж не для меня стараться будешь – для себя. Тут тебе потом работать, так и позаботься о пространстве сама, приложи руку свою. Пусть оно тебя признает.
– Кто – оно?
– Пространство! Дом мой! А то – ишь, приперлась! Здрасьте вам! Не признает тебя дом без заботы-то.
……………………………….
– Я все закончила.
– Зачем говорить? Думаешь, я слепая? Теперь тебе задание, дева моя.
– Какое задание?
– Ходи по хате, суй свой нос во все углы да тренируйся – задай мне пять вопросов. Я буду тебе кидать встречные, но ты оставляй их без ответа. Пусть полежат внутри, вызреют.
– Это – что?
– Это калимба. Думай, как поставить вопрос, чтобы получить ответ не короткий, а развернутый и извлечь из него максимум информации. Мой черед: кому на планете выгодно, чтобы дети рожали детей?
– Ну…
– Молчи! Дальше!
– Как Вам удалось сделать такую красивую изразцовую печь?
– Чем является брак – преступлением или подвигом?
– Какая из стоящих на стеллаже книг для Вас самая интересная и почему?
– Что полезнее – быть нужным другому человеку (особенно – детям) или ненужным?
– А из чего сделаны эти картины?
– Кто такой мужчина, чтобы его обслуживали до самой смерти?
– Это что, настоящий шаманский бубен?
– Каким образом социум паразитирует на нас посредством семьи? Достаточно. Садись и отвечай на все заданные тебе вопросы – быстро, четко, коротко, словно ты – эксперт. Ты же эксперт?
– Да. Так, вспомнить бы их все.
– Я тебе опорные слова скажу. Первое: дети.
– А! Государству (или кому там еще) выгодно, чтобы мы рожали детей, будучи безмозглыми детьми, потому что, повзрослев, мы смогли бы понять, что этого делать не следовало, потому что на том наша личная жизнь заканчивается. В непрерывной гонке за пропитанием и воспитанием мы перестаем исследовать мир. Нам бы отдохнуть. Значит, есть в мире нечто такое, что нам исследовать возбраняется? Кем же? И что именно от нас закрывают?
– Сама реши. Хорошие вопросы стала задавать. Второе: преступление или подвиг.
– Брак – преступление, когда двое измываются друг над другом и над детьми, ломают друг друга, приспосабливаются, отказываясь от самих себя. Брак – подвиг, когда двое приспосабливаются друг к другу сознательно и безболезненно (хотя не уверена, что такое возможно). Но во имя чего? Во имя стакана воды, поданного на смертном одре? Как в одном анекдоте было: умирает дед, вокруг внуки стоят, плачут, а он говорит: «А пить-то не хочется…»
– Есть и нейтральный брак – договорной. В нем честно оговаривается взаимопомощь обеих сторон. Но и он от во многом искусственный.
– Получается, брак – неестественная навязанная программа?
– Мне зачем это знать? Я от такой ерунды свободна. Но если брак –  преступление, то против кого?
– Против себя самого?
– Третья опора: быть нужным или ненужным.
– Нужным, конечно! Важно быть кому-то нужным.  Разве не так?
– Так, да? То есть, если тебе нужен хирург, с тобою все хорошо? Если твоему ребенку нужен логопед, у него прекрасная четкая речь? Или, если ты нужна своим детям, они у тебя самостоятельные?!
– Нееет… Так что, мне радоваться, когда я не нужна?
– Если ты кому-то нужна, значит, тобою хотят попользоваться на халяву. Обязательства есть форма вампиризма. И к тому же: когда ты не нужна, ты кому принадлежишь? Перед кем у тебя обязательства?
– Перед собой только.
– Вот и поздравляю с возвращением!
– Я помню следующий вопрос! Почему мужик претендует на то, чтобы его обслуживали всю жизнь – вначале мать, потом – жена? Да! Это вопрос! Я и своего спрашивала: да ты кто вообще? Принеси, подай, сделай. Не слышит. За пять миллилитров спермы…
– За десять!
– Нет, первая дочка у меня от другого брака. За пять – он ждет, что у него будет бесплатная рабыня до конца его дней!
– Почему – бесплатная? Он же приносит деньги, помогает тебе решать возникающие проблемы…
– …Которых не возникло бы, не будь его рядом? Да?
– Угомонись, моя хорошая. Гнев на мужа – это гнев на твоего отца. Все так плохо было?
– Давайте лучше к вопросам. Какой последний был?
– Семья как инструмент манипулирования.
– Помню! Мы – никто иные как потребители. Чем больше потребляем, тем больше на нас зарабатывают производители. А четверо потребляют больше, чем один. Заработал? Принеси в магазин, аптеку, в сервисы и отдай! К тому же всей семьей труднее перемещаться с места на место, обустраиваться – и мы снова идем на поклон!
– Хорошо мозги включила. Помоешь мне сегодня окна. Все. Заодно свои окна – глаза – прочистишь. Пора на многие вещи взглянуть иначе.

Несовпадения

– Что ж у Вас окна так загажены? Тоже специально пачкаете?
– Можешь предполагать, можешь знать, а можешь чувствовать. Как разрулишь?
– Знать наверняка я не могу. Могу лишь предположить. А когда я чувствую, то меня всегда одолевают сомнения – правильно или нет.
– Вот ты все рассказала про семейную жизнь, дева моя. Когда чувствуешь – сомневаешься; не спрашиваешь – и не знаешь. Что ж, гадать на кофейной гуще и на том строить свои выводы – как и с окнами – полезно, да?
– Совсем неполезно. Строим, строим, а потом все оказывается нашими собственными выдумками.
– Про выдумки – все верно. Нам еще предстоит семейный фольклор обсудить. А пока скажи-ка мне, почему же муж с женой так редко совпадают в желаниях, в мыслях и в намерениях?
– Может, потому что не разговаривают?
– Ох! В точку! На этой планете люди вообще не разговаривают! Как узнать, например, мы с тобой разговариваем или просто обмениваемся словами?
– Мы – разговариваем.
– Откуда знаешь?
– Мы – в одной теме. И Вы меня видите, слышите, чувствуете и понимаете.
– Выходит, только я разговариваю?
– Я учусь. Мне уже проще чувствовать, что тут у Вас происходит. Даже удается предугадывать некоторые из Ваших вопросов. Но я молчу об этом. Только наблюдаю за собой.
– И я за тобой наблюдаю?
– И Вы тоже.
– Значит, мы с тобой совпадаем?
– Значит, так.
– Значит, причина расхождений супругов – в чем?
– В несовпадении? В отсутствии знания друг о друге и о себе самом? А есть несовпадения, которые от нас не зависят?
– Конечно, есть. Думаешь, ты решаешь, какой будет твоя жизнь? Про знаки зодиака слышала?
– Я в это не верю.
– Ну, что ж! Давай ты прямо сейчас сядешь и станешь усердно не верить в то, что вода мокрая. Станет она сухой? На что-то это повлияет?
– У меня есть знакомые пары, которые совершенно не совпадают по зодиаку, а живут вместе долгие годы…
– Всяко бывает. Что-то, о чем тебе неизвестно, они приносят в жертву. Но ведь есть и другие несовпадения, зная о которых, можно или разрушить, или сохранить брак. Вот скажи, ты с первым своим развелась через сколько лет? Через год? Через три? Через семь?
– Через три года.
– Откуда я это знаю?
– Откуда?
– Наблюдения. Практика. Логика. Цикличность. В семейной жизни есть кризисы, пройдя которые, можно семью сохранить. Чаще всего она разваливается из-за того, что люди об этих кризисах не знают.
– А с чем связаны семейные кризисы?
– С особенностями нашего развития. Мы – информационные системы, и новая информация (а новый человек – то же самое) нас преобразует. Мы становимся другими, особенно, если новое в нашу систему встраивается надолго.
– Можете перечислить эти кризисы, а я на себе проверю? Хорошо?
– Давай, проверяй! В первый год отметь точки, выпадающие на конец первого, третьего, седьмого и одиннадцатого месяца. А по годам – так: первый, третий, седьмой, одиннадцатый и пятнадцатый годы. Или около того.
– У меня свекровь развелась через одиннадцать лет, а отец мой ушел из семьи после 15 лет жизни!
– А сколько ты со своим вторым прожила, что тебя так плющит?
– Семь лет, восьмой пошел…
– Ну, и последнее на сегодня: каждые семь лет в нашем организме меняются все клетки крови. А в крови, как считали древние, распределена такая субстанция, которую зовут «душа».
– То есть, когда мы прожили семь лет, мы стали другими людьми?
– С другими желаниями, чаяниями, с иным видением мира. Помня об этом, нужно или начинать заново знакомиться, открываться друг другу – или же разбегаться. Вы – чужие.
– А получится сохранить отношения?
– Только если вы примете честное решение. Если скажете друг другу: слушай, я вот тебя даже видеть не могу, так ты мне противен (противна). Но я знаю, что это явление временное. Можем мы этот период пройти вместе?
– Как через лужу перейти: оба вымокли, а потом оба просохли?
– Хороший образ. Но гарантий никаких. Только – пашка, только – труд. Иначе несовпадения вас разведут в разные стороны.
– И как же их устранить?
– Как устранить? Скажи сама.
– Разговаривать?

Мажь и замазывай!

– Сегодня ты пойдешь в подвал, моя хорошая.
– Что, его тоже чистить надо?
– Ха-ха! Конечно, все подвалы надо чистить! Твой – особенно!
– Вы имеете в виду подсознание?
– А ты как думаешь? Но сейчас идешь во вполне материальный подвал. Смотришь на материальные вещи и примечаешь.
– А что примечать?
– Что в душу западет. Что первое в глаза бросится. Что важным покажется. За всяким образом стоит символ. Вот и реши, что вещи хотят тебе сказать.
– И все?
– Из подвала-то красок принеси. Там, на желтой полке увидишь акрил – тащи его на свет божий! Писать сегодня будешь.
– А я ж не умею.
– А твой мозг что услышал?
– Умею! Да я художница – хоть куда! Приглашаю Вас на свою четвертую выставку в Париже на Елисейских полях уже в октябре.
– А число?
– Шестнадцатое! В 14.30! Parle vous fran;ais?
– Вот девка молодец! Суть ухватила! Oui, je parle fran;ais!