Дневник 1989 года

               

22.02  Начать новый дневник словом жизни. Пусть иногда больным и тяжким. Жить, жить! Ты не сумела меня победить. Совершила много неправильного. Злишься. Злостью пытаешься изгнать кусающую сердце совесть, лежащее на дне души чувство связи со мной. Каким мне быть с тобой? Жестоким? Я еще не был с тобою жесток. Еще одна трагедия или драма, драмка в ряду других. Игорь спросил про тебя:

   -А она не дура?

 

   Около мертвых душ в жизни тяжело. Около умерших на кладбище легче.

   Нет, я живу, не существую, тонко переживаю мир. Мы плотина на пути зла. Каждый держит свой участок, фронт. Смысл в том, чтобы около тебя устояли добрые души.

   Марксизм мал. В нем не хватает шири, когда я каждую пядь земли, человечество должен признать родней и объять любовью. Легче любить земной шар, чем тех, кто рядом.

   Любовь, когда душа наполнится ею?

   Может быть, что пережил я в тот вечер, двадцатого, по красоте выше вашего земного благополучия? Благодарю, Господи!

   Любовь переходит и на тех, кто как-то соучаствует в ее тайне.

   Зачем хитрить, зачем загадывать, каким я буду с ней? Как выскажется, что накопилось внутри, так и пусть будет. Вернее довериться чувству, а не разуму. Для меня порой теперь не имеет значения твое тело, твоя душа. Будь, с кем угодно. Но порой нахлынет тяжесть, печаль, боль. Ты надрываешь мое сердце. Топкие у тебя глаза, Натали.

   А порой захлестнет счастье жить!

   Не надорвет ли меня эта любовь? Надобно расходиться. Не чувствуешь, как все переполнено кровью?! Задушить любовь. Ты поможешь мне в этом, уже помогаешь.

   Со временем поймешь, что совершила. Ты не будешь счастлива. Когда пройдет моя боль, я пожелаю тебе счастья! А пока уйди, изыди из меня. Ты пробудила во мне зло, его едкий смешок, жестокую складку у губ, усмешку. Изыди вместе с ним. Жизнь кончается не завтра! Много еще свершится в тебе и во мне, в мире. Пусть продолжается круговорот природы.

   Женщины, женщины. Их не предугадаешь, не разгадаешь. Любая способна выкинуть такой фортель, что изумишься. И в себе может совмещать столько разного. Непредсказуемость. Какая Наташа? Не вышла летом замуж. Отчего? Безрассудство? Переменчивость?

   Ты мягок, благороден. Ей хочется твердости, опоры.

   Луна так странно смотрела мне вслед. Что она хотела сказать? Вернись? Свет ее был наполнен новой свежестью.

    Что-то происходит в ней под покровом печали, сомнения? Переворот какой-то. Или это во мне? Тешишь себя надеждой…

   Звезды ясно светят мне. Выживаю. Кирилл, Толя, Галя, такая красивая, помогают мне! Солнышко клонит к весне. Живем, живем! 

   Всякая улица опасна, можно встретиться с ней. Месяц обмывается, солнце встало в три дуба. Какие  жестокие есть женщины по внутренней сути! Антигона у Бунина.

   Виноват? Порядочные мучаются виной.

      Самое главное, чего у нас не хватает – достоинства. Система готовит униженных и любящих унижать. 

   Что понял ты? Не так безумно любишь, как хотелось бы. Возраст, опыт, разум, отсутствие соприкосновения спасают от безумных порывов.

23.02 Мне дано много чувствовать.

24.02  Я тебе не верю. Твердые, как столп, слова. Ты сама мне помогла избавиться от  веры в тебя, переменчивая, переметчивая девчонка. Любила парня с пустой и мелкой душонкой. Надо же быть такой душевно неразборчивой?! Ищешь мужа, уверенности, опоры? Твердых выгод, поменьше забот.

   Милые девчонки из ансамбля, открытка к празднику 23 февраля. Не унывай, не разочаровывайся. Нет, к доброте, даже если она наивна, я не могу относиться с пренебрежением. 

   Она меня подавляет. Травит душу. Только бы не пришла на танцы. Только бы не думать о ней. Дотерпеть. Нет у нее душевной широты Татьяны Лариной. Замкнутая душа.

   Ты связан с Богом. Что-то в этом есть. Легкость.

   О, Боже, как легко мне стало!

   Твой гнет отброшен от души.

   Не надо больше покрывала

   Из «легкой и прекрасной» лжи.

 

    Совершит свой поворот природа,

    Отсечет в душе и боль, и стон.

    Возвращается ко мне свобода,

    Снова верю я: любовь – не сон!

 

   Не надо опровергать и отвергать ее, как человека, как девушку. Она хороша для определенного круга парней, но она не твоя, не твоего поля ягода. Нужно глубже копать, искать… Воспитывать? Воспитание возможно?

   Время течет через меня. Не упускать этого прекрасного времени, единственного моего достояния. Как же жить? Так ли я живу? В соответствии с душой? Иначе не могу. Отклонения бывают, но не они суть.

   По лицу человека можно понять многое, все. Кто он есть, кем он будет, каков его характер. Ты легка, пуста?..

   Я тебе не верю. Нет, чтобы признаться, что играла роль, а потом ушла. Так любишь? Да это не любовь. Презрение или отвращение. Только начала глубоко чувствовать, испугалась и ушла. Тебе еще долго не будет давать покоя это глубокое чувство.

   Женщине все можно простить за рождение ребенка. Уже за то, что природа дала ей страдания, неведомые нам.

   Сегодня птицы поют, голубое зазеркалье – небо, сияние солнечного дня.

   Хочу, чтоб было, как было.

   Но ты не берешь с собой.

   Я знаю: меня накрыло

   Большой неземной волной.

 

   Вот и наступила еще одна ночь твоей жизни. Какой магией веет от этих слов! Ночь без нее. Потерял… Звезда любви все бьется, все трепещет.

   О, жизнь, взмахни крылами,

   Прими и мой удел!

   Но кто-то стал меж нами,

   И нет сплетенья тел.

 

   Звезды мне благоволят, ведут домой. И одна зелено-голубая вещунья, похоже, Венера, обещает счастье любви. Ты заслужил его.

   Поделись душой с ближним. Мир изменяют только откровенья, чья-то жажда поделиться вспыхнувшей душой!

 

 

 

   Голубое небо все более наполнялось темной синью и на нем ярче проступали, проклевывались вечерние звезды. Поначалу лишь на северо-востоке сияла голубая звезда, да над головой, почти в середине неба, стояла Полярная. Но пока шел к дому от станции, пешего хода минут пятнадцать, звездные узоры прорисовались, очертились ясно.   Наступили зимние сумерки. Черные обтаявшие сугробы были изъедены, в жестких льдистых корках, и продолжали таять. Скользкая дорога, накатанная тормозившими на спусках машинами, плыла под ногами, дважды я  чуть было не упал. Думал:

   -Как быстро кончилась зима. Давно ли я шел ранней осенью этой дорогой, и осеннее солнце по-утреннему умиротворенно и радостно лило свой свет на улицу из деревянных домов, окрашивая в счастье их обыденный быт. Чирикали воробьи, блеяла коза, и все мне казалось полным гармонии. Тихо слетал осенний лист, а вспугнутая стайка воробышков проделывала обратный путь, вспорхнув из травы и усеяв покачивающиеся ветки дерева. И вот на носу весна. Что произошло, что изменилось в моей жизни? Потерял любимую… Обрел много новых чувств, съездил в Питер. Что написал? Крупного ничего. Разве статью «Братьям-студентам, сестрам-студенткам», зовущую уходить от животности в себе. Дарил в меру сил тепло, доброту, ужасался людской грязи и мерзости… 

   Наслаждаюсь жизнью. Пока над ней не прогремело еще особенных громов и гроз. Страдаю. Да, но без страдания никто жить не может. Продли, Господи, мои дни безмятежные, нежные, не торопи событий, дай насытиться солнцем... Подари мне жену, сына, мир, покой. Оплачу, чем смогу. Добро живу, добро несу людям. Возвращение в лоно Твое.

   Жизнь без трагедий и драм. Кровь души все же была от раненной неразделенной любви и людской подлости. Оправился? Согласен играть дальше.

   Пахнет ветер и воздух тревожной сырой весной. Проступили черные бугорки у дома. Земля! Живи и радуйся!

   Очарование, обаяние у тебя не отнимешь. Как у меня честь и порядочность. А осень тоже чудесное время для свадьбы.

   Я прощал тебе, покуда верил, покуда думал – ты любишь другого, и будь благословен твой брак. Я не имел права презирать, требовать от тебя чего-то. Но теперь… Я увидел, что ты мелка. Будь с другими. Ныне я не прощаю тебя. Пусть это жестоко, но иного ты не стоишь. Чести в тебе мало. И все же порой в душе очнется всепрощение. Но зачем? Оно тебе не нужно, мне от него больно, будем жить розно.

   25.02  Эти вечерние часы, заполненные болью и тоской, мне надо проводить с людьми, а не в одиночестве. Имя ее на снегу осталось. Но весна сильнее снега…    Приливы боли, приливы прощения. Понимаю, что могу простить, но все зависит от тебя. Теперь только от тебя… 

   В детство возвращения так нелегки и глубоки по светлой печали. Бывало разное: и светлое, и грязное. Дни безмятежного ребенка. Вот мутный пруд. В этом месте, где стою, мы его переплывали, здесь же играли в нырялки. Здесь тонул Лариончик, а вон там поодаль я порезал ногу. Шрамы на ноге, как памятки, только не болят сейчас. 

   Обнаженная от снега  земля говорит о радости лета, с наслаждением вдыхаю пыльный запах придорожной полыни. Сколько пережито на этом клочке земли! Родина детства!

   Лет через десять в тридцать пять, умудренный житейским и семейным опытом, я приду сюда снова и буду с улыбкой вспоминать, как писал имя твое на снегу. Наташа. Ты ведь, в сущности, ни в чем не виновата. Так мне хочется сохранить память о тебе светлую. Но пока не могу. Лучше черное неверие.

   Да. Она меня не любит. Какие пустые сухие глаза были у нее в тот день. Лишь однажды покраснела. Напрасно я пытался разбудить ее взглядом. Не надо мне тебя. События теперь потекут по другому руслу. Отрадно от этого убеждения и этих слов. Если Алена любит, ее глаза всегда прекрасно встретить! И Светы!

   Ох, как ясно, как звездно! И ветер весенний, сладкий, легкий, свежий, ночной!

   Что же я делаю? Отдаю себя в руки судьбе, даю ей разрешить наши отношения.

   Просыпаюсь с тяжестью в душе. Встаю, развеиваю. Душа независимо от ума переживает наш разлад, размолвку, разлуку.

   Звук дня - осыпаются трели хохлатых свиристелей с ветвей. Простенькие, грязненькие по весне синицы! Тишина окраины городской. Не гудят самосвалы, как в будний день. Люди тихи, заняты заботами воскресения!

   День наполнен музыкой окраины:

   Гомон воробьев и свист синиц.

   А на ветке трепет неприкаянный -

   Одинокий поседелый лист.

   А воздух помягчел. У нас весна совсем иная. Не взрывная, черная от грязи, с пастернаковским февралем. А медленно накапливающая, подбирающая силы, наполняющая воздух мягкостью, благоуханием неведомых южных ветров, теплых. Словно сонная одурь постепенно мягко сходит с сибирской природы. Темнеют снега, поют птицы, солнце еще не старается вовсю, только пробует свои силы сквозь белесую синеву небосвода. Но однажды все же взорвется, уже не февралем, мартом. Всполошит птиц и землю журчанием, блеском ручьев, обилием проснувшихся от зимы запахов воды, земли, травы.

   Песня, помогающая выстоять в борьбе с тобой, дает силы и надежду на будущее, не позволяет подавить душу, помогает скинуть твой гнет. Вот еще одна цель настоящего искусства – помогать выстоять, выжить в сердечной борьбе! Художник – одаренность жизнью. Андрей Платонов сказал. Желание сказать что-то новое от одаренности.

   Замельтешил снег. Снежная толчея мелкая, мелкая несется, просится в окно. К чему?.. Вдруг приостанавливает полет, и в затишье начинается медленный  белый танец, будто кто-то вьет снеговые кружева!

             К дуэли Пушкина

   Воображение рисует -

   Тот снег, тот ветер и тот выстрел.

   И это вовсе не во сне:

   Убийство длится, длится, длится…

 

   Очарование любви ушло от тебя. Опять отодвинут срок твоего счастья, что плохо. Уж я возжаждал его!  С другой стороны – надежда на новое счастье, свет неизвестности, нового очарования манит.

   Ты избегала взглядов, смотрела мимо. Мстишь за Ленинград. Молодость – опасный срок. Можно закончить все, не добравшись до зрелости.

   Любовь многому тебя научила. Страданию, мудрости сердца, доброте его. Надо, надо пройти в жизни через страдания. Иначе, кто ты? Пташка, готовая разбиться при первом же перелете.

   Есть ошибки, за которые платят всю жизнь. Не будешь ли ты моей ошибкой? Отравила меня сомнением, неверием.

   27.02  «Уходя, оставить свет, это лучше, чем остаться…» Я не растоптал достоинства ни одной девчонки, хотя мог. Чего мне это стоило, один Бог знает! Я учил их глубине, уважать себя, свое девичье достоинство!

   Встал на голову, открывая дверь. Выкрутасы! В ансамбле. Все это от души, а не чтобы казаться. Жесткое требование к ней – не ходи на танцы. Других забавляю, а самому тяжело на душе. Из-за нее. Тяжело, но не до умопомрачения. Износится тяжесть, оживу. И сейчас, впрочем, часто оживлен. Тягота дает о себе знать.

   Вышел из электрички в Ангарске, чтобы пешком пройти до Иркутска сорок километров. Настроение было чудное, как день, весь весенний, с оживающими запахами земли. Золотистый тающий снег! Пел песни. Нет, ты меня не задушишь! И вдруг ощущение, что все это уже было со мной! То ли во сне видел: шел таким же весенним ярким солнечным днем к цели. Знал, что ты не моя, и на что-то надеялся. Сердце ждало друзей, верило в друзей, и еще тебе и любви. Дальше не провижу что?

   Не дошел, устал, сел на электричку и доехал. 

   Ангел падший, я тебя прощу! Пусть будет твоя жизнь счастлива! Ты виновата в какой-то степени передо мной. Я ведь ждал, не изменял. А ты ушла…

   Не только горечь испытаний нужна, но и счастье! Иначе мир не полон. Прекрасный взгляд девушки-белянки искоса…

   Развил душу. Для кого?

   Есть сродство не только душ, но и тел. Притяжение!

   28.02   Оставил форточку открытой и уснул. Но плохо спал, муторно. Полуявь-полусон. Что-то тревожило, смутно донимало душу. Или это звезды говорили со мной в растворенное окно, пытались что-то подсказать? О ней или вообще о чем-то? Закрыл окно и уснул. Спалось легче, но тягостность все же не оставляла меня. Что-то не дорешено в тебе. Вроде, устал, ноги ныли. Или это тревожная мысль - надо закрыть окно - не давала спать…

   О, это надо, чтобы она тебя очень любила! Любимый, милый, мой муж! Что это? Тоска истосковавшейся одинокой души? Жалко мне ту душу, что страдает. Помутнение в голове, духота и голос, мучавший меня, звучащий помимо воли…

   Я родился в звездный месяц. Свет их влечет меня.

   Человеку с мыслью часто в системе нет места. И она выплевывает таковых. Или подстраивает под себя.

   С порядочными людьми мир весел, как весна! Отношение к людям, как к высшей ценности! Маленькие диктаторы хотят распорядиться моей жизнью, как они желают. А я ее по-своему прожить хочу.

   После Пушкина в литературу вошел нечистый, у Лермонтова, Гоголя, и далее у Толстого, Достоевского. Побороть его, вернуться к исходно-чистому ясному миру Пушкина!

   Мишка родился с улыбкой! В нем страха нет! Вокруг меня круг порядочных людей. Игорь, Олег...

   1.03 Первый день весны! Что она принесет мне? Что ты подаришь весне? Как порой не горьки плоды жизни, я ее все же люблю!

   От меня уходит чувство первого прикосновения к любимой девушке, чувство всепоглощающей нежности, всепрощения и растворения в ней. Я готов был к принижению себя, отношению к тебе, как к божественному!!! А ты оттолкнула это. В груди теперь разъедающее неверие. В подсознании всплывает слово подлец. Кто горит мне его? И правда ли это?

   Ах, как легка синева за окном, едва намеченные белые облака, задумчивые, сами в себе!

   Лариса Алексеевна не говорит о талантливости, но молчаливо поддерживает верой в тебя. А Идея Михайловна говорит: «Слишком себя люблю». И этим подавляет, пытается принизить. Но разве любовь к себе, как к человеку,  не помогает уважать и любить в другом человека, понимая, что он столь же богат, как личность?! Настоящая личность не соглашается с подавлением. Ей мерзит, если ее заставляют. Вырывайтесь из системы, будьте природно-свежими людьми! Так можно ощутить мир и радость вокруг!

   Какие холодно-серые тона сегодня у неба. Синева пронизывает душу, знобит. Бр-р-р…

   Опять мученье перед сном. Свежо. Мучитель мой. Кто ты?

   Когда подходил к дому, поднялся ветер. Он подхватил белый лист бумаги. Дунуло раз, еще раз, и начало трепать пакет в руках. Звезд не было, небо было подернуто хмурыми тучами.

   Какое сегодня печальное небо! Далекое, высокое, блекло-голубое. По нему размазана, размыта белая кисея облаков, еле видимых.

   Похудел. Щеки, как скосило. Любовь безответная сожгла. Душа желает любви и большей помощи другим.

   Жестокий нервный срыв, пугаюсь за себя – сердце не выдержит, разорвет его на куски. Метели бушуют в сердце. Сырой влажный холодный день. Снегом словно землю подсолило. Что-то надо делать  с нервами. Это весна. Организм крепкий. Уставать физически. Овощи, фрукты, здоровый образ жизни. Насилу не могу улыбнуться. Кто хочет разодрать мое сердце? Выдюжу! Покуда силы есть! Оставь меня, я сам себя сказню.

   2.03 Опять плохо спал. Подергивание. Что-то мнилось. Загоняю себя. Сам себе не хозяин. Темные силы? Пять сердец держу в своей руке. Может, больше. Но не одно из этих сердец не растопчу ради прихоти! Второй день холодный весны.

   3.03   Мучит, давит по утрам тягость. Не могут сдержать нервы, напора души больной. Снег тихий, прямой. Ужели это весна меня так мучит?

   Иногда такая дрянь приснится. Фу. Мертвечина. Как вынести свою душу? Уйти в вино? Женщину завести? Света красива, но неглубока. Взять, чтобы потом бросить? Несколько месяцев борьбы с собственной душой? Внешне затихли, оставили мысли о Наталье. Выход от подавленности – самоунижение? Легко станет? Но нет. Мы еще повоюем! Поменьше с душой наедине. Без угнетения. Лицо у меня измученное. Такое в себе носить! Не допускать, чтобы душа стала сильнее тебя, твоей воли. Чтобы мысли не раздавили. Белое пятнышко сквозь снег - он шуршит, роится - солнышко! В элегии, медленном падении снега есть, скрыта какая-то истина!

   6.03 Не надо бояться жизни и называть ее судьбой. Должна, должна жизнь еще помочь мне обрести свое счастье! Не так плох, чтобы пройти мимо него.

   Все приходит вовремя для того, кто умеет терпеть и ждать!

   Свадьба. Пел. Валера хорошо сказал мне, греет его доброта:

   -Сыграть так все могут, но петь!.. А вы мудрый, если поняли это и поете про то, что поняли.

   Порывы сердца, озарение чувством. Пьяные? Что у трезвого в голове, то у пьяного на языке.

   Ни одной души не растоптал. А Сашку я тогда спас. Может, через годы поймет это, если поумнеет? Снежана бы его замучила, сведя, как и меня поначалу, с ума. Она и меня хорошо помучила. Я вырвался из ее рук. Теперь мучит другая. Расплата ли? Полно. Может, к счастью. Она не та, которую ты должен обрести. Сердце помимо воли сдает, поднывает. Жизнь – это счастье. Таким людям, как ты, тяжело живется. Иначе не можем. Тяжело и счастливо. Я раздаривал себя людям. Надо маленько побольше тепла, тепла тела.

    Какая чувственная сочность жизни в «Легенде о Нарайяме». Дело не в теле, дело в духе! Жизнь отдает старуха, и тем укрепляет дух будущего поколения. Жизнь лишь тогда имеет ценность, когда ты служишь духу, укрепляешь дух!

   Чистосердечно писать. Не выдавливать из себя чувства.

   -Ты же сильный человек,- хорошая девушка мне сказала. Но этого мало. Нужна любовь.

   Истязать плоть, чтобы спать. И молиться Богу. Уже почти верую. Возвращение блудного сына. Она примет меня, вера?! С нею мне легче жить. С ней я могу делать то большое и хорошее, чего без нее не могу. Не хватает заряда. Этот заряд от облаков, из вечности, когда находишь скрытое в тебе, то, о чем не знал.

   Ночные кошмары. Надо съездить домой, к маме. Восстановление духа. Не опуститься до низости и грязи.

   Каждую клеточку расчерченного года напоить добром, чтобы оно осталось в прошлом опорой и прекрасно действовало на будущее. Кто мог предугадать, что так развернется год? Свадьбы, свадьбы… Теряют девчонки отцов, находят мужей. Буду терпеть. Бог не позволит такой платой раздвоить мое сердце. Узрел я замысел судьбы. Обрел и потерял ее.

   Если мир хаос неупорядоченных мятущихся частиц, то люди добра задают ему общее движение к свету. Если у мира есть движение, то оно в одну сторону, с которой совпадают силы добра.

   7.03   Еще один день из забытья. Фазиль Искандер:

   -Сальери в глаза смотрят, Моцарты не могут глядеть сделавшему подлость в глаза.

   Она уехала. Дура. Но я люблю ее. Теперь не так уже сильно. Развенчан идеал.

   Несколько дней зимы, крепкий морозец.

   Вчера поздравляли девчат с праздником. Такие вот дела. Марина! Ох, если бы встретились раньше, влюбился. Доброта, щедрость, ни одной резкой нотки в голосе, гармония. Доброта – покоряющая меня сила!

   Неужели замкнутый порочный круг будет длиться вечно, противостояние добра и зла? Все наши подлости переходят на детей, они уже заражены ими. Или будет обожествление материи?

   Когда я спускался по лестнице, почувствовал спиной тягостность ее взгляда, ее слова раздались позади. Кожу на затылке будто стянуло. Даже пригнулся. Зависимость. Как сбросить ее с себя?

   Во все времена находились свободные личности, действовавшие вопреки толпе. Самосовершенствование и разумная организация общества - вот два выхода. Мы в чем-то результат прошлого, но и формируем будущее. Оттого, как я проживу сегодняшний день, зависит завтрашний.

   Дописать вещи об армии: суд над собой, но и системой, дедовщиной, так проехавшейся по душе.

   Страшнее всего бездарная, безумная масса, способная на любые кровавости. Толпа. С ее молчаливого согласия все и происходит. За добро платят страданием. Через страдания приходят к добру. Иного пути нет.

 Есть радость бытия у тех, кто сам еще не испорчен. Любоваться не строкой, а смыслом. Просто и сильно писать, как написано Евангелие!

   Твое главное сокровище, которое выше всех знаний, доброта! Без нее все словеса, пыльца.

   Насилием человека не изменишь. Отторжение. Единственное средство, не вызывающая отторжение, красота. Мыслей, чувств. Где хранятся сейчас, в какой толще народа те нравственные, чистые смыслы, спасающие  его от погибели?

   Мыслить, чтобы писать. Облечь в форму можно свое, выстраданное. Без страдания нет писателя. Так что не ропщи, терпи. Духовное материализуется, входит в состав материи, я в этом уверен. 

   Вышел на улицу, и меня коснулось дуновение весны. Как развернулся за полночь ковш Большой Медведицы! Может, оттого мне так хорошо сейчас думается и пишется?!

   Какое-то щемящее душу чувство охватывает меня. Грустно, что её больше у меня нет. И все же надежда на счастье, что вот-вот оно будет. Недаром же звезды так близки мне!

   Когда шел с электрички, то упирался в Большую Медведицу лбом. Сейчас она над головой. Движется жизнь! Вникнуть в это движение, постичь счастье изнутри.

   Как серебристые зеркала, блестят наледи! Весна. Сочится, тает снег. Лимонный цвет у стен, солнце пошло на закат.

 

   Ночь забирает, снимает все мои тревоги и боли. Мы с ней породнились. Заживляет раны души чистотой, внушает надежду, живи!

   Если любит, ей от меня не уйти, а не любит и держаться не за что, не стоит.

   Никто не знает истины, покуда она не проверена. Научиться думать - самая трудная задача. А там уж в себе разберешься, выяснишь, кто ты. Разум в сердце погружен.

   Я выживу, я переболею тобой. С болью уходишь ты из моего сердца. Но надо жить и надо надеяться. Я оживу, сброшу тяготу с души, захочу любви. Сейчас трудно, сейчас тяжело дышать. Жизнь сильнее несмертельных ран.

   Человек открыт, многое сказано о нем. Но есть изюминка, особинка, это ценно. Есть ответ человека на время.

   Когда я смотрю на звезды, думаю:   

 - Да не может быть это просто так  создано! Великолепие Вселенной, непостижимость бытия!

   Мне остро необходимо сейчас тепло. Отогреться, спастись. Душа обмерзла, словно льдистый комок. Сердце иззяблось. Оттаять, большего не прошу. Жалости, хоть мгновенной. Я оживу и поднимусь. Мне хочется сейчас быть безвольным, ощутить руки доброй женщины, залечить свои раны. Истосковался по любимой. Сколько красоты и счастья я пропускаю из-за одиночества. Все проходят через неразделенную любовь, страдания, но почему  у меня ее так много? Надорвался. Правда, пришел к пониманию добра. Кто знает, добрался бы я без страданий до этого понимания?

11.03.  Глянул в окно и увидел месяц, народился! Теперь ночи будут светлые! Жизни надо верить. Она выше наших философствований, сильнее и добрее. Во мне борются, в душе тёмное и светлое. Когда же Бог вытеснит всё черное в душе, чтобы я не боялся жизни, не боялся людей? Я хочу быть чистым, хочу творить любовь и веру. Мой дух слаб. Нет рядом людей духовно светлых, около которых я мог бы укрепиться.

12.03. Метель, сухой костяной стук веток…

   -Ты крещённый? Хорошо!- сказала тёплым воркующим голосом голубя, в котором любовь, старуха тётя Шура. С коричневато-жёлтым лицом, кожей, словно пергамент. В белках глаз красноватая перевязь. Светлый след в старости от совершенного добра! 

   Спросонок с утра грезилась первая моя учительница, умершая Мария Афанасьевна. В электричке опять завихрилось сердце, когда читал Розанова.

   Мельтешит снег, и город в белую крапинку, с немного туманными, как бы смытыми людьми, машинами, улицами. Логикой можно доказать всё – и бессмысленность жизни, и жизнь.

   Зачем я написал имя любимой на снегу? Это нужно мне, но не ей.

   Вечером опять в Шелехов уехал. Мне здесь хорошо, меня здесь любят! Тёмные чёрные тучи похожи на драконов. Я люблю, я жить хочу! Чёрные сомнения неизбежны. Нравственный путь, взросление. Через страдания к себе.

14.03. Снег шел медленно, умиротворенно. Лечит, врачует душу. Молодость уходит. Как красиво надвигается снежная кутерьма! Белесая полоса заполнила горизонт, тёмно-фиолетовые тучи загустели над сопкой. И повалил снег! Отвесно, прямо. Словно бешенный танец, чтобы выплеснуть душу! Потом солнце пробилось, неяркое, бледное, жидкое.

   Она обесцветила мой мир, уйдя…

   Мы повторяем чьи-то пути, только в другое время.

   Звёзды! Вы, наверное, счастливы, если внушаете мне такую веру в жизнь, в то, что всё ещё будет, что ещё только начало жизни!

   Ездили с другом Игорем в больницу к заболевшему преподавателю Лидии Андреевне Азьмуко, глубокому философу, читавшему нам вдохновенно средневековую литературу! Как она обрадовалась словам Игоря, что у него уже двое детей! Своих детей она не имеет, и замуж, по-моему, не выходила.  Умная, но некрасивая…

   Марина, моя партнерша в танцевальном ансамбле, сказала:

   -Ты так доищещься тонких материй, не женишься…

   А сердце стало непослушно. Чья-то мудрая рука ведёт меня по жизни. То, что должен выстрадать, выстрадал… Так после жестокостей и диктатур приходит нормальная обыденная жизнь в человеческие души.

   Не люблю сердцем, головная любовь, Алёна.

  Всегда около знаменитостей плавает мусор.

   У Толи недавно встреча была! Ноги отнялись! Увидел девушку, которую любил до армии.

   Наталья Александровна верно заметила:

   -Когда двое счастливы, третий страдает…

   Город Зима с широкими улицами, деревянными домами. Русью пахнуло! Заметил: люди, которые живут в провинции, в своих домах, характером, лицами более интересны городских из типовых многоэтажек. Особенно те, кому за сорок, и старше. 

   Бледная вечером луна к полуночи пожелтела, стала плотной.   Блестят слюдой обмёрзлые весенние лужицы.

   -Наверное, ты слишком чувствуешь поэзию жизни, и тебе ничего не создать в искусстве, - сказал мне Игорь.

   Когда за плечами три неудавшихся любви, задумаешься, засомневаешься в себе…

   Пишут глубиной сердца.

                Не отправленное письмо

                (Алёне)

   Творец – погружение в своё сердце.

   Я молчал и сдерживал себя, когда любовь переплёскивалась через край. Противился любви, противился жизни. Молчал. Из-за этого и страдаю, душевные муки, разлад.

22.03  Толстой, слова крупные,  способность схватить одной, двумя чертами всего человека!

   Отношение к женщине. Телом искренна, в мыслях всегда лжёт и чувствует, что лжёт. Согрешит из жалости. Кто-то из писателей заметил.

   Французам важна плоть, русским дух.

   У неё тоже есть своя любовь, и не стоит её мучить. Добро прячется под злостью, ожесточением, гордостью.

   Ветви тополей зеленеют, теряют зимнюю мертвенную бледность. Солнце плавится золотым пятном в реке, стелется серебристой дрожащей дорожкой на другой берег. Можно ли по этой тонкой золотистой дороге перейти реку, как Иисус Христос?! Тёмно-зелёные, ультрамариновые провалы в глубину видно с моста. Обломки льдин плывут и вдали кажутся белыми птицами.

Утка прилетела и плюхнулась в воду, и за ней сразу образовались стремительные излучины треугольной формы от быстрого течения вокруг. Народ высыпал на берег, дышат мягкой тёплой весной! Мужик с ломом в резиновых ботах поднял голову и что-то сосредоточенно высматривает в небе. Задираю голову тоже. Он, заметив моё любопытство, говорит:

   -Вороны голубя долбят. Загнали на тополь и долбят. Вон оттуда ещё гнали,-показывет в высоту за многоэтажным домом.

   Видно, что ему жалко голубя. Белый…  Жаль и мне, что не взлетишь разогнать чёрную шпану.

   Толстой. Человек, как только научится думать, заглядывает в бездну смерти. Что там, по ту сторону порога? Этот вопрос мучителен.

   В тебе открылся собственник. Ты стал любить тяжело, с чёрной злостью. Только Васильку в школе ты любил ясно, светло, солнечно… В сентябрьский осенний день, словно сотканный из прозрачного мёда или золотистого янтаря!

   Когда чувствуешь поэзию жизни, иначе, как по любви, нельзя жениться.

24.03.   Прощают, когда он или она перестают быть самым дорогим, самим счастьем. Новая любовь смывает обиду.

   Свобода есть ничто, пустота. Я ощущаю себя, открываю в столкновениях, противоречиях.

   Грусть оттого, что ещё один человек недобрал счастья на своём веку, время проехало, раздавило своим колесом, репрессии.

   Вся нелюбовь чему-то учит.

25.03  Женщине некрасивая, лет тридцати. Муж бросил с дочкой, ушёл к другой. Пожил с той. У неё детей нет, и не может быть. Вернулся, прощения попросил. Родилась ещё дочка, а он опять к той убежал.

   -С ней у него счастья не будет. Видели, как он её раз пьяную тащил. Отчего она пьёт? Оттого, что нет детей…

   Страшное насилие идей над жизнью человека в 20 веке. Но этот надлом зародился гораздо раньше.

   Стучит печатная машинка, бегут строчки. Игоря батёк работает, пишет рассказ.

   Они меня не любили, только я их любил. С разбитым сердцем тяжело, бремя.

   Жанна мне заглядывала в глаза снизу, невелика ростом, и говорила:

   -Почему я с другими себя чувствую ужасно взрослой, а с тобой ребёнком?!

   Голубое небо прибавляло синевы её глазам.

   -Что он у тебя спросил?- задала вопрос, как только взял её за руку, догнав – отстал, здоровался с встреченным знакомым парнем, который спросил: «Твоя?» 

   -Ну и что ты?

   -Сказал: «Да!»,- самодовольно улыбнулся я.

   Жанна тоже довольно улыбнулась.

  На фильме в тёмном зале я ласкал её руку, мягкую, тёплую, нежную, в своей руке. Всё-таки она подарила мне счастье телесной любви, уже забытое сейчас. Мягкое, упругое…

   Когда любовь бьёт потоком, словно сель, трудно понять, что происходит и где выход? С Наташей не было телесного погружения в чувство.

   26.03   Штамповка болванов, массовая безликость. Бьёт дрожь от всякой зверинности людской. Законы толпы. 

   Что меня подавляет? Всеобщая грусть мира или отсутствие любви, тепла, семьи? Алёна спокойная и тёплая. Верить в чистоту, любовь и доброту. Я нужен этому миру. Долги отдать – маме, отцу, тёте Ане, Гале, дяде Гоше, всем… Мир держится теплом и добротой. Верую!

  28.03   Она просто женщина и ей хочется замуж, а ты не предлагал ей этого. Забудет, как ребёнок родится, тебя с  другим. Не верь женским клятвам, уверениям в любви. Только редкие натуры могут любить.

   31.03   Конец месяцу. Что он принёс мне? Страдания. Она ушла или я отказался от неё?

   Как тяжело выходить в мир с искренним словом! Пытаются меня замарать за статью чиновники, мёртвые души, чтобы себя обелить, отмыться. Выискивают мои неточности, грехи, секретарь парткома. Им бы радоваться, что такие люди учатся в университете.

   -Ты для нас написал!- сказал Слава. – Для интеллигенции…

   Заповедь Христа:

   -Не бойся!

   -Ты сам человек из толпы, - говорит секретарь комитета комсомола.

   Игорь:

   -Уж, если так написал, не совсем из толпы. Описание толпы у тебя толстовское.

   О, этот день, в него вместилось столько дней…

   Я пел и жил, любил и клялся.

   Но вот остался сам, один,

   Наедине с собой остался…

   Страх ещё во мне живёт, дышит… Вырываешься из лжи. Противостояние : толпа и личность, ум и бездарность…

    Секретарь:

   -И через двести лет так будет, и через триста…

   -Будет, если будем молчать.

   Лезвие взгляда.

   Нас убивает в кабинетах

   Бездумье с коркой партбилета.

1.04   Назовут лгуном, измарают? Мастера вести травлю. Сомнут. Цепляются за мелочи, чтобы опровергнуть доводы. Действуют через других, подчиненных, напрямую руки не марают. Главная правда статьи – бездуховность. Готовят судилище. Личина демократии соскользнула с партийных лидеров, лишь только правда коснулась их. 

   -Значит, попал в точку, - говорит Игорь.

   Вороньё кружит за спиной и готовит удар сзади. Укрыться от мести, оклеветания. Друзья не укрыли и не спасли? В главном возразить не могут, будут бить по частностям.

2.04   Брожу по местам детства. Черемшанка, отстойник, деревянные домики далёкой Штольни. Всё, как десять и пятнадцать лет здесь назад.

   Всё так же здесь - и вербы над прудом,

   И даль знакомая, что поутру в тумане.

   О, Родина, каким огнём

   Ты жжёшь мне сердце, 

   И воспоминаньем!

   Утренняя изморось тает на солнце, и травы искрятся, сияют росой! Я хочу испить эту Божью благодать тёплого солнца, свежие запахи ожившей земли. Там, за далёкими холмами в бело-голубой дымке Ангара! Как несовпадает с этим природным течением жизни людское зло. Так люди многие живут без сердцевины, без сердца. Полые, как тростник. Боюсь людей? Не люблю также, как жизнь? Откуда этот практически генетический страх? Естесствен со знакомыми, с кем породнился сердцем, незнакомых встречаю боязнью. Страх мешает жить. С детства с испуганной душой. В безлюдье спокоен, увидел человека в нём – напрягся. Страх другого человека. Или это страх смерти? Не от Каина и Авеля ли всё это пошло?

   Скрипит земля под ногами. Страна тишины. Ледок на лужице с тёмной проталиной, трещины и излучины от неё во все стороны. Ясная благодать жизни!

   Бесполезно бессердечным доказывать сердечность, глупцам прививать умность. Люблю её, хоть и вижу, как она глупа, недалека. Всё непонятное, неясное в ней вдруг стало для меня ясным и понятным.

   Плюнул в сторону рабов системы, и они мне отомстят. Как? Посмотрим. Бороться и страдать за правду оказывается не так легко, как в мечтах. За правду платишь кровью. Не каждый боец. Я сам сжигаю себя. Так мало надо, чтобы нанести мне рану. Сказать - дрянь, намекнуть, что преследуют, и сам себя доконаю. Хочу выстоять в этой жизни и помочь другим! Если увидят, как я борюсь и страдаю. За правду казнён и распят. Так били Христа, почуяв в его словах угрозу своей власти…

   Точило я, которым правят нож,

   Искра летит с израненного тела…

   И, как не больно мне, но всё ж

   Готов терпеть, когда терпеть для дела!

   То любовь сжигала, то партократы жгут.

   А ведь я готов её принять, простить всё, потому что люблю.

   Отражения в воде. Тут есть какая-то тайна, иной перевёрнутый мир, неведомый, непонятный, более глубокий? Даже в тёмных лужах отражается небо!

   Сколько честных людей уже жили на этой планете. Переживали, мучились, страдали. Радуюсь жизни, земля напоена ночным дождём, свежие запахи, но уйду тоже. Куда? Чехов, Бунин оставили себя в своих рассказах. Их книги нам нужны, как помощь, в жизни. Типы людей. Очеловечить, добавить добрых чувств на земле, уходя.

   4.04   Бегу от всех при боли. Не хочу, чтобы меня видели помятым, избитым. Легче надо жить, светлее…

   Когда мир рушится,

   Стоять и быть собой!

   Быть может, он воздвигнется

   Немножечко и мной!

   Земля благоухает после дождя, как человек, вышедший после парной, из баньки!

   Если в жизни радость,

   Значит, стоит жить!

   Знать, кому-то стоит

   Голову кружить!

   Чем мучается русское сознание? Апокалипсисом, распадом. Мы более восприимчивы, предупреждаем мир первыми об опасности. Когда у бездны на краю, чтобы увести от бездны.

   Ощутить жизнь не как борьбу, а как гармонию. Хлеба кусок да жену под бок.

   Отдыхает душа - играл с ребенком - при соприкосновении с детским существом, доверчивым, не умеющим ещё ранить и обижать.

   Почему Толстой так хорошо писал? Потому что глубоко заглянул в себя.

   Шваркнул статью-бомбу, все читают. Боюсь показаться хамам на глаза, а те меня боятся. Не хочу тратить нервы, слишком слабые и шаткие. Не стоит ожесточать бездумных. Понять их ограниченность.

   Одна форма общества меняется другой, а рабство и глупость, немилосердие и жестокость людские остаются. Ждать гармонии от общества долгое дело, можно лишь самому приблизиться к гармонии. В этом смысле Христос, Достоевский, Толстой глубже Маркса и Ленина. Если человеком движет только интерес и выгода, мы не придём к совершенству. Нужно и совершенствование личности, и совершенствование общества…   

   6.04 День солнечный. Пахет сухой ясной осенью, прелой листвой, свежей землёй.

   Быстрые пухлые снежинки летят из серого неба, тают на губах, падают в ржавые лужи с бурой листвой. Иные, упав на траву, живут ещё секунду, те, что в воду, сразу умирают.

   Обожгло прошлой весной, Наташей, любовью! И память о любви также прекрасна! Есть чувственное, чего ещё не знаю.

   В человеке есть и любовь, и злость. Государство есть ограничение эгоизма, работа с нелюбовью. 

   Порою во мне закипают мерзские чувства. Не люблю себя такого. Злоба мелочна. И ты боишься этих мизгирей?! Их возни, пакостливых чувствишек. Чем их просветить, освятить? Красотой!    

   Неужели невозможно вырваться от зверских инстинктов? Или они нужны для самопознания, для борьбы с собой?

   Светлые капли дождя на иголках сосен. Голые берёзы и вербы каплями одеты, словно в бирюзу. Прокатный, протяжный стук дятла. Снег с шорохом осыпается с мохнатой хвои. 

   7.04   Подлевич с крошками на губах. Деталь в физиономии мерзавца, деда советской армии, с которым служил в одной роте.

   Оставить в жизни себя, свои чувства в рассказах. Уйду, и также будут валяться мои книжки, как эта в зелёной воде Черемшанки. Но чувства оживут в сердцах, и я жив!

   Втягиваясь в склоки, делаешься червём, тлёй. Воспари, захлебнись в голубой выси!

   Первый раз увидел, что и ребёнок может быть мерзким. В электричке. Голосок визгливый, во взгляде тупое брожение неопределённых мыслей. Лобик сплюснут, словно сдавлен.

   Сердце в натяжку. Нервный срыв. Тяжело жить среди звероподобных. Кто знает, когда будет вечная гармония?! Почувствовал, что оторвался от толпы, и это больно. Душу выставил на суд, и в ожидании удара, напрасно сжигаешь сердце.

   Есть ли добро? Правда? Есть. Иначе  бы мир не двигался. Упыри живут за счёт добра. И наносят ему ещё смертельные удары. Не погружаться полностью в общественные склоки. Видеть даль, глубину, небо голубое над собой, им дышать!

   Лев Толстой:

   -Нет основания бояться. Кого? Они, обанщики и убийцы, знают, что они обманщики и убийцы, и сами боятся. ( Из его дневников).

   Да, как сорвёшь покрывало с партократов, наведённый глянец, они бесятся. 

    Пустословишь.

         Из впечатлений детства

    Никогда не любил сытых кровавых самцов. Вспомнил, как били мужики какого-то слабосильного за стайками до кровищи…  Доставалось по пьяни в коммуналке и моему неагрессивному бате. Перевернут всю мебель в секции во время драки, и уснут пьяные, окровавленные, прямо на полу. 

   11.04   Бесприютные мы с тобой, душа… 

   Сгорела нервная система для дела. Без правды и доброты  я жить не могу, но и они сейчас не спасают. Спасение от собственной души где найти? Топтать другие души не научен. А жизнь ведь радость! А я болею болью души. Уйти к безвестным и дарить им тепло? Незнакомым дарить легче, открытее… Нужны дети, семья. Иначе сгорю. Кризисный мятежный возраст? Тоска, депрессия души. Вырываюсь, хочу счастья, захлебнуться весельем.

   Тихое утро. Мягкие тени берёз на блеклой рыжей листве. Воздух прозрачный и голубой. Синицы проливают сочные трели в его ясность! Прелый дух подсыхающей земли, укрытой прошлогодней листвой, сквозь которую ещё не пробились молодые зелёные стрелки травки. Ручеёк с прочищенной стремниной-сердцевиной бежит куда-то вдаль. Припадаю к белому телу берёзы с колеблющейся на ветру тонкой розовой кожицей. Спаси меня. Лишь природа не ранит, людское сообщество терзает душу.

   -Неужели люди не могут жить, не пожирая друг друга?- спрашивает Игорь.

   Распад означает новую форму бытия, в ином времени и пространстве. Существует множество возможностей жизни. Из дневников Льва Толстого...

   Всё суета и тлен. Слава, политическая борьба…

   Пухлые белые комочки – верба расцвела. Они прекрасны в сочной мякоти накрывшего их снега! Снег идёт. Тихими белыми нитями. Словно кто-то тянет эти нити из серых пасмурных небес. Вода реки плавно омывает быки, опоры моста. Ультрамариновая Ангара! Тихие зелёные воды. Сознание своей избранности, духоносности тяжело. Пусть все будут особые, духовные, избранные!

   13.04   Стало легче, даже иногда радостно. Отброшен гнёт, стал собой, шутил. За статью не распяли. Только тоска неразделённой любви ранит. Люблю и ненавижу, хочу возненавидеть и не могу. Обжигает сладострастье. Судьба моя определилась иначе.

   Серебро струистых излучин Ангары. Плеск волны. Вода несёт желтые полые травинки. Их тени движутся по дну. В солнечном мареве курчавятся кучевые облака. Ещё одно чудное мгновение жизни! Благодарю!

   14.04   Земная сладость. Люблю и готов всё простить. Хоть глупо, хоть любит слабо. Прибыток, когда отдаёшь.

   Говорливый ручеёк. Жизнь набирает силы на очередной день. Я хотел написать книгу моей жизни…   Куча влюбленностей. Мысли и чувства, вызванные людьми, встреченными мною на жизненном пути. Толстой говорит, что мы не можем описать человека, но можем написать, как он на нас подействовал.

   Мы проходим через другого, и оставляем след.

   Олег. Мягкие благородные складки у шеи. Разговор о статье.

   -Отстранись от себя. Не переживай за каждую строчку из написанного. Вы живёте в разном времени, в разных измерениях.

   -Да, я сжигаю себя, когда прихожу к их точке отсчёта, «демократов-партократов».

   Чем глубже заглянешь в жизнь, тем лучше напишешь. Чтобы костёр вспыхнул, нужно очищение чувств. Те, кто пишет, других заряжает, сам взяв энергию от солнца, от жизни, от людей светлых, добрых! Страдать – это тоже жить!

   Всё, что имею –

   Щедро душа поделилась!

   Светлое чувство добра!

   Всё крупное, рублённое, молчаливое. Семейские за Байкалом! Бабы – цветастые платки, фартуки, платья сборчатые с рукавами. Иконы по наследству, большие, потемневшие от времени доски. Строгий старец Филарет.

   -При Филарете ты бы так не сделал!- поговорка.

   Золотой посох, которым правил. Кому говорил:

   -Ты хочешь золотой посох? Возьми!

   Того убивали.

    Выкрашенные в жёлтый или оранжевый цвет половицы – признак достатка.

   Я легче на отклик. Предки мои были балагуры, весельчаки с лёгким и острым взглядом на жизнь.

   Маленькое, туго завитое ушко, колечки волос за ним. Смех поверхностный. Морщины появились на лбу. Иногда зрелость и ум. Знакомая девчонка.

   Много у меня родни, много хороших людей в жизни. Добрых должно быть больше. Их и так больше. Человека надо жалеть за ошибки, даже сломленного.

   За вычурностью фраз, усмешек и уловок холёная свинья без внутреннего основания, тепла, с высшим образованием, и должностью при газете.

   Если злоба обрушит на меня удар, я могу не устоять, если другие не помогут. Как избавиться от фатализма?

   От чувства смерти стерегущей…

   Кто в этой жизни есть ведомый и ведущий?

   Любить и знать об этом надо пуще…

 

   Мы были счастливы…

   Я верил, я любил!

   Ещё не чувствуя конца,

   Не признавая пораженья.

   Когда с холодностью лица,

   Моё отвергла предложенье…

   То словно гром вдруг поразил. 

 

    Нет эстетического наслаждения овладевать теми, кого не любишь. Через это в себе я не могу переступить.

   17.04   Родион много испытал, прочувствовал в жизни. Стал мудрее. За что ещё такой удар?! Потерять сына. Когда на поминках утешал, что жизнь со смертью не кончается, есть ещё жена, дочь, он сказал-спросил меня с горечью, в чёрной рубашке, уже стоящему в дверях:

   -А сын?..

    Что я мог ответить?..

   Он сам нашёл тело своего погибшего сына в тайге, в реке…

 

   Почему люди не всегда так красивы в жизни, как на сцене?

   Убеждения ума, что не опираются на глубину сердца, ничто. Ветер подует, их унесёт.

   Искусственный надрыв правых убеждений, не идущий от сердца. Нравственного чутья, способности глядеть дальше сегодняшнего дня у идеологов духа времени часто нет. Нравственное чувство не заменяется образованием.

   -Жалко вас, - сказала мне знакомая журналистка со стажем. –В журналистике много циников… Все хорошие журналисты отлёживаются после в психушках… Вы не иркутский?

   -Откуда вы узнали?

   -На лице написано…

   Скорее всего я долго тоже не выдержу это, травлю за каждый написанный с верой в победу справедливости материал.

   Два рода подлостей. Подлость, не понимающая, что она подлость. И творимая мелкими способами, разрешенными цивилизацией, под маской благопристойности (аборт).

      Толпу повернуть легко. Многие и сейчас готовы лечь под диктатора. Формула пахан-шошка низшая форма правления. Неужели нельзя не топтать слабого?!

   Вся история человечества есть ограничение в нём звериного начала, которое до конца неподавляемо? Не верю. Есть просветляющее начало! Убивать человеку по природе неприсуще. Животные убивают из целесообразности. Разум дал возможность двигаться человеку к человечности. Но с помощью ума вырабатываются и ухищренные формы подлости. Зло человек делает из страха, от инстинкта. Отчего человек делает добро? Тоже инстинктивная потребность любви, тепла? Или нечто иное?..

   Иногда ничего не могу понять.

   Свобода – отсутствие принуждения делать зло. Толстой.

   Ставить себе вопросы, чтобы искать ответы.

   Человек, как листик, каждый со своей особинкой. Из всех особинок выбираешь ту, которая с тобой совпадает. Когда поймёшь, почувствуешь – это она, и только она!

   Как человек бьёт другого по лицу кулаком? Тот, кто властвует, если власть основана на злобе, ненависти, сам в постоянном страхе. Под ним всё может провалиться в один момент. Есть, возможно, бесчувственные души, которые этого не ощущают.

   С годами обретаю спокойствие, уверенность в том, что должен исполнить своё дело, предназначение на земле.

   Жить в ожидании ответного удара тяжело. Это не жизнь, а дрожь.

   Истина не голая абстракция сознания, а живой наполненный человеческий опыт!!!

   Жестокий ветер с утра. Я говорил: «Весна будет жестокая…»  Не оправдалось? Афиша «Голосуйте за Фильшина». (Спустя тридцать лет даже забыл, кто это? – автор. В памяти остаются лишь значимые для тебя люди и события…) Так мелькает жизнь. 

   Утро с голубым небом, радостное солнце! Запах мокрых тротуаров и земли.  Мы танцевали с тобой!..

   Не писать, не думать, не читать. Физический изматывающий труд на природе. Где спасение? Жить естественной жизнью?

   Сердце переполняет, заполняет сильное чувство чего-то. Жизни? Выдюжит ли? Стою у реки. Светлоструйный гребень волны. Отдохновение. Выдох, и ещё более глубокий вдох в себя! Обострённое восприятие мгновения.

   Солнце тускло светило из-за серых туч. Маленькая берёзка царапается ветками. Собрался домой, на родину, к родителям. Но стало грустно, захотел развеяться. И не поехал. А сегодня долг тяготит душу.

   Сначала обретайте душу, пусть она, словно птица, впорхнёт в тело. А потом стройте дом. Притча.

   -В детстве, когда дрались девчонками, не могла бить по лицу, оно же такое мягкое!- признание сокурсницы.

   В детстве иногда или часто всё же проявляется животное зверство.

   Частенько чувствую в себе раздражение, злость на людей. Как подавить это?

   Сколько раз мы ссорились, кипятились, натыкались друг на друга с девчонками из отряда. И вот. Переступили через всё и друзья близкие, почти родные. Сёстры! Я обрёл их, вовремя задавив похоть. Обрёл любовь братнюю.

    Есть способ противиться системе - если не можешь сломать её - не работать на неё. Армия не смогла меня заставить поверить, что унижать человека это хорошо. Большинство парней было всё же с человеческими чертами. Подлецов не так много.

   Глупо, когда бывают минуты депрессии, покончить с собой. Когда судьба подведёт к этому моменту, его надо просто пережить. Потом опять будут солнце, воздух, люди, птицы, счастье и весна!

   -Когда меня обижали в детстве и юности, делали мне зло, я уходил от этих людей и писал стихи. Так перерабатывал в своём сердце зло в добро, - Олег.

   Чем умнее, тем более тянет разобраться в жизни, прежде чем говорить о ней. Влечение к счастью есть единственный путь к понятию тайн жизни. Лев Толстой.

   Смеяться над другими все мастера. А у самих часто и рожа крива, и в сердце мало чего. Снисходительнее, добрее надо к людям быть. Манера пересмешничать ради смеха не из зла у Серёги.

   Часто жизнь пресна, потому что проходит бездарно. Чтобы чувствовать краски жизни, надо каждый день вдыхать что-нибудь прекрасное! Хорошие мысли и чувства от искусства. Помогать людям, делать хорошее.

   18.04   Светила луна. Её лик казался похожим на лик мертвеца – белый фосфорный череп с тёмными выемками глазниц, рта, носа. А во мне набухала тоска. По любви неразделённой, неразгаданной. Тягостно выносить своё одиночество. Не могу справиться со своею душой.

   -Давай, я зашью твою шапку,- Марина, жена Гриши.

   Добро, пусть маленькое. Нет, я знаю для чего жить. Для добра!

   Часть души, вынутой без любви, ведёт к бесцельному вопросу: зачем жизнь? Подавленность. Плохие сны из страхов и боязни и телесного перевозбуждения.

   Флоренский и Розанов. Поиск цельного мировоззрения, где личность и мир не разъеденены. Абсолютное, идеальное в конкретном. Следовать за жизнью мыслью…

   Настоящая проза предугадывает мир, а не описывает происшедшее? Преображение мемуаров, открывается: «А вот оно, как оказывается, было!» Стереотипы в нас, которые мы не видим. Рациональный Битов или чувствительный Казаков? Рацио, мысль несёт образ?

   Сколь сильна тоска, столь же сильно желание вырваться из неё.

   Ясный вечер. Солнце заполнило улицы вместе с холодными тенями от домов. Бурлива, говорлива Ангара в тёмно-синих волнах. Косые тени от берёз и тополей на пожелтелых ещё газонах. Сырые пятна у парапета, где днём волна перехлёстывала через край. Какая-то осенняя пустота, деревья ещё без листвы. А ночью раскинулась звёздная вольница!

   Тишина соединяет меня с природой. Хрустальные обломки льда в ручье. Бурлит вода в промоинах, словно сливается в горловину.

   Как прекрасно встряхнула головой, волосами Марина, проходя мимо!

   20.04   Больно и грустно на сердце. Даже мечты о ней, пустые, безнадежные, печальные, отогревают сердце, заставляют его биться и желать чего-то, хотеть. Голубая большая звезда - кажется, Венера - так дрожала, рвалась с неба, что чуть не сорвалась.

   Зачем она приходит?

   Мне кажется – грустит…

   Что там не получилось?

   И отчего бежит?

   Пускаться в безжизненное поле философии одному, без неё трудно. Вынести тяготы мира сего.

   Отец и мать. Тяжёлый крест. Медленное умирание. Кое-как сдерживаю их затухание.

   Найти тёплый источник, что спасёт их и меня. Умственный рост тяжёл для одинокого сердца. Забыл вкус счастья, вкус радости. Всё обессмыслилось. Не думать о своём страдании.  Сам себе прививаешь болезнь. Одиночество мне не на пользу?

   Пустой малый. Их соединяет чувство прошедшего. Мертвые токи сердца. Злобствуешь, ревнуешь? Напряжен, неискренен, неестествен. Фальшь шуток.

   Не подстраивать жизнь под себя, а следовать за нею. Непротивление самое сильное противление. Толстой.

   Раб самый злой деспот. Дай ему только вырваться. Русский всегда самый крайний радикальный революционер. Любят праведников, снимающих их грехи. Горький.

   Я одно из проявлений жизни.

   Малиново-розовый луч заката. Солнце затянуло в серую хмарь у далеких холмов. Только долго ещё дымились, лиловели, румянились тучки в небесах, распускаясь веером, словно вязанный шарф с бахромой, в сторону заката. Отраженные в воде серебряные блики прилипли к окну электрички.

   Холодный белый снег вихреобразно кружился под фонарём, то затихая, то вновь метаясь в разные стороны. Ночь. Снег продолжает кружиться под светящимся фонарем. Странные чудные мысли, словно кто-то смотрит на тебя из темноты и что-то выпытывает. Я человек, один из многих. Пощади меня.

  Сон. Озеро жизни. И ты некрасива на другом берегу. Но я знаю, что это не так. Ты прекрасна! И это прекрасное мог вызвать один я.

    Личностная философия. Цельность мира и я. Флоренский.

   Всякая смерть легкая. Жить трудно, а умирать легко. Умер, стало быть, отмучился. Из дневника Пришвина.

   Неумение прощать. Любовь переполняет опять и всё не так уж плохо. Друзья, тепло.

   Пришвин. Молитва утренняя.

   -Помоги мне, Господи, держать в своём сердце ясность, тишину, понимание, чтобы при встрече с людьми не упускать её, чтобы в бурю жизни вспомнить и знать, что опять вернусь к такому себе.

   Ожидаю помощи в минуты наибольшего духовного напряжения, а она для спокойствия и равновесия – будущая мать! Мне ценны мгновения, ей века, продолжение рода.

   Рыхлые белые комья снега. Праведны и немилосердны пути твои, Господи. Каждому ты даешь понести свой тяжёлый крест. Отец и мать, неразделенная любовь, людская подлость и жестокость. Чем больше страдаешь, тем больше накопленное добро. Привести людей к добру через страдания, мучения? Это Твой выбор, Боже?! 

   Радость. Я вырвался. Но почему не все? Я увидел духовную глубину, неба синеву!

   21.04 Трудно вырваться из житейской суеты и понять себя, послушать свою душу… Чайки вскликивают, рыдают над болотом. Иней, оттаивая, блестит на сухой траве, порыжелых листьях. Вот и живи, вот и слушай свою душу! Природа умягчает. Мы бы не были столь жестокими, если бы жили в ней. Город огорожен железом и бетоном, все снуют, и никому ни до кого дела нет. Страданиями меня повлекло на природу, искать в ней опору, помощи, счастья.

   Счастье и несчастье – две меры жизни. Первая вширь, вторая в глубину. Пришвин.

   Или в этом смысл пути Господня - привести через страдания к счастью? Чтобы ценил и дорожил.

   Женщина берет нас слабыми, раненными. Знает, чует, где эта слабость и рана. Её святое – способность отдать себя, жертва! Во имя детей, мужа. Женщина ежедневно, ежечасно спасает мир. Из Тарковского, «Жертвоприношение».

   Нельзя строить счастье на крови другого. Или Тебя нет, Господи?! Или мы недостаточно вырвались, ушли от звериной животности в себе?

   Есть два состояния: когда человек молчит и когда много говорит, несёт всякую околесицу. Причём, чаще всего, когда молчит, ему есть что сказать…

   Утром вновь гармония начинает звучать в сердце!

   Пришвин. Моя душа радуется около этих берёз с лебедиными шеями. И потом, когда меня не будет, кто-то придёт и оживёт душой у этого оврага с белами берёзами. Есть то, что нетленно. Душа… 

   Война вводит всех в общую колею, исчезают проститутки, нищие. Общее чувство. Не до мелочей. Нет причуд, блажи мирного периода, то, что и называется миром…

   Спившийся бич говорит:

   -Хоть бы они пожили, дети…

   Так, дойдя до последней ступени падения, желает жизни и счастья детям.

                Серёга

   Гудел лес, его кроны шевелил ветер. Тайга смотрела на меня. Я чувствовал этот взгляд, вроде существующий и вроде невидимый. И Серёга ушёл в этот грозный взгляд и заблудился. Я вызывал его потом утром перед топкой печки в открытую дверцу по совету хозяйки, так вызывают охотники заблудившихся собак.

   -Серёга, выходи!

   Игорь отказался это делать. И Серёга вышел на девятый или десятый день к реке в тайге, и стал спускаться по ней. А тут его уже встретили поисковики, охотники. А так бы остался грех на душе навсегда, на всю жизнь - потерять товарища, пусть не по своей, но частично всё же по своей вине.

   Марина Цветаева. Давать стыдно. Не твоё даёшь, а принадлежащее ему по праву. 

   Нечего тяготиться даруемым. Моё тяготение несносно дающим.

   Левитан. «Над вечным покоем». Одиночество, тоска, бесприютность человека перед вечностью. Мизерность человека перед временем.

   Я прощу её. И даже не я. Что я? Мизер. Бог простит, если это прощение ей нужно. Начитался Достоевского. Несовершенное добро тяготит хуже греха.

   22.04  Рассказ – взволнованный монолог о всём предметном мире, связанным с ней. Отклики и вспышки души на воспоминания…

   Площадь у сквера, пустынная, с редкими прохожими. И пыль, и сильный ветер, несущий грязные бумажки. Мусор в уголках глаз, скрипящий на зубах.  Вечер, когда я бежал за ней, искал её, чтобы признаться в любви…

     Так с Василисой связан берёзовый лес и голубое, царствующее над ним небо!

   23.04   Без любви нельзя строить счастье, дом, семью. Мне нужно уехать, чтобы разобраться в себе. Надолго ли она, Наташа, во мне? Посмотреть в её глаза, увидеть, что там. Заблудилось сердце, бреду на поводу у дней.

   Инка:

   -Помнишь, на маринкиных именинах на даче ты с Маринкой на раскладушке спал? Мама её увидела: «Марина, что это такое?!»

   -Мама, ну это же Вовка!

   -Мне это ни о чём не говорит…

   Наталья: 

   -У вас на него уже серьёзно никто не смотрит?!

   Инка:

   -Наоборот, слишком серьёзно…

   24.04   Партократ, секретарь парткома, преподаватель социальной психологии. Ясно чувствуется в нём стальное, злое, непроницаемое, клешни.

   26.04 Я люблю тебя одною болью,

          В моём чувстве счастья больше нет.

           И прочерчен незавидной долью

           В сердце горестный кровавый след.

   Наверное, жизнь не напрасно ставит меня в такие ситуации, когда тягостно, и надо искать выхода из запутанностей и болей сердца. Ум не сдается, напрягается. Сердце, его трагедии, работа для ума. Ежедневное распутывание узлов судьбы. А не облегчишь работой ума сердце, ему тяжело жить. Сердце нас ведёт по дороге жизни. Оно основа движения, поиска истины. 

   Сердце - вспугнутая птица,

   Пробуждённое однажды на заре…

   Ничего со мною не случится,

   Потому что Бог со мною и во мне! 

 

    Человек не центр мироздания. Существует множество миров. Почему мы себя со своими пятью чувствами поставили в основу, центр всего? Существует мир помимо наших пяти чувств. И, может быть, глядит на нас… Мысли по следам дневников Льва Толстого.

   Ранит, обдирает кожицу поджившей раны её приход. А ты готов целовать её за эту рану. Так больно расставаться, расходиться, не сказав ни слова. Ослепительный её взгляд, чёрные блестящие глаза.

   Жизнь сочная, жизнь духа! Настояться в себе.

   Нахмуренный, исподлобья взгляд тёмно-синих туч. Влажный ветер, радостно его вдыхать! Пахнет дождём, талым снегом.

   Тех, что слабее, раздавила эта смерть, самоубийство Легасова. Усталость, ошибки, раны, к депрессии, где, кажется, нет выхода. Покончить с собой, надо иметь силу? Я сам ищу точку опоры в этом мире. Семья, любовь, друзья, природа, работа духа, мысли… Не думать? Усталость от тяжелой физической работы. Так спасёшь свое сердце…

   Когда поиграешь с детьми, легче. Эти детские прикосновения, ручонки… Маленькое доверчивое тельце беззащитно! Дети очищают мой взгляд на жизнь...

   Мужчины - большие дети, жаждут с женщиной не войны, а мира! Её победы над собой. Сам слаб, ищу поддержки у женщины. В слабости может быть сила: помогать друг другу.

   Ангара, взрыхлённая волнами, зелёная на стремнине. Дул лёгкий и быстрый ветер. Солнце светило сухо, по-осеннему. Не могу переступить в себе эстэта, если нет притяжения к женщине. Даже если глаза у неё глубокие, далёкие, синие!

   Не уйти от вопросов ума, сердца, жизни. Напрасно пытаешься убежать, не разрешив. Жизнь не очищена, она не искусство. Искусство отметает сор, мелочь, шелуху жизни. Оставляет суть. И помогает ценить жизнь за суть! Общение с душой автора. Чувствуешь интуитивно человека. След от соприкосновения с глубиной души, он остаётся в тебе, и ты уже иной.

   Художник одновременно и мизгирь, и великий человеколюбец. Бездны человека. Достоевский. Слишком широк человек, я бы сузил. Ослепление во зле. Потом прозрение.

   Не засорять себя чужими словами, мыслями поутру. Состояние блаженной невесомости, когда мысль раскручивается ясно, легко и просто! Ещё не уставший, не подавленный шумами, мыслями дня. Вы, мир и всё кажется прекрасным, глубоким.

   Тяжесть эротики. Пришёл возраст, когда необходима женщина. Но слишком остро чувствую мир, красоту его, чтобы просто спариваться. Нужно притяжение, хотя бы телесное.

   28.04   Необходим каждый день глоток прекрасного. Вычитанная умная мысль, тёплое слово друга, ответное добро. Так можно жить! От этого ощущение глубины жизни.

   Да будет жизнь светла и коротка,

   И полнозвучна, и легка!

   -Если ты так умеешь радоваться жизни, то и горе жизни ощущаешь остро. От большой любви большие и страдания!!! - сказал мне наш руководитель университетского танцевального ансамбля Олег Грантович Кешишьянц в свой пятидесятилетний юбилей.

   Всё сбывается, но только не так, как ты хотел. Слишком много острой боли. Хочется семьи без катаклизмов и бурь. Нужна врачующая тишина. Моё сердце , как спекшийся чёрный комок, обожжено. Обуглилось от неразделённой любви. Живём воспоминаниями прекрасными.

   Тётка раздраженная в автобусе всех нервирует:

   -Водитель, дайте билеты, не хочу, чтобы меня штрафовали на пять рублей!

   Нам:

   -Он себе их положит в карман.

   Водитель:

   -Сколько?

   -Сколько передавала, - она.

   Мужик-сосед мне:

   -Она их себе в отчёт подошьёт, билеты.

   Потом водитель взведённый на просьбу остановить ближе к дому, в сердцах бросает отказ:

   -Счас… Ещё к дому подвезу!

   Вот так распространяется цепь дурного настроения. Нужны те, кто сдерживается, на ком обрывается злость. Не передаём, не вымещаем на другом. Нужно, чтобы докатившись до нас, она остановилась. Мир спасают добрые люди, не вписывающие в общую ответную реакцию ожесточения. Докатилась до меня, ударила и остановилась! Конечно, трудно поглощать злобу и отвечать добром. Но иначе не выживем.

   Как тихо, как хорошо падал вчера снег в мутноватом красном свете фонарей. Осветлял всё белой мягкостью. Сегодня голубое небо так сквозит в березовом лесу! Такая тишина и первозданность на светлом снегу среди берёз! Солнце льётся на мягкую белизну оснеженных берёз, надветренная сторона которых залеплена белым. Солнце всё больше пригревает, и снег тихо, тихо, белыми охапками, опадая с ветвей, рассыпается в воздухе.

   Человек создаёт дух вокруг себя, в коллективе, ведёт его за собой, своим духом, умонастроением, поведением.

   Каждый день с его событиями, встречами надо перерабатывать в себе. Всё, что наваливается, надо разобрать, чтобы понять, как жить и действовать дальше.

   Бог простит её измену, мою нерешительность.

                Спор с Алёной

   -Ну и целуйте палку, которою вас лупцуют.

   -Нас не лупцуют.

   -Потому что вы мыслите в одном с ними русле. Все инакомыслящие давно вылетели с факультета.

   -Я тебя перестану уважать!

   -Пожалуйста… В принципиальных вопросах я не уступаю. То бишь, думать так, как ты хочешь, чтобы я думал, не буду. Я им никогда не прощу, что они делали с людьми.

   Впал в крайность, хоть и большая доля правды в моих словах есть.

    Батя Инки:

   -Она что, кукла?! Ей сказали: «Не пущать!» Она и стоит, как манекен. Обвинять её нельзя.

   -Обвинять можно, потому что она дальше системы не видит.

   Только в иной среде я пойму, что для меня значила эта среда.

   Обожженная душа других любить не может. А надежда, что она вернётся, есть.

   -Что же ты, Вова?! – тянется другая девчонка ко мне.

   Две дороги, та и эта… Какая из них всерьёз?

   Я научил её любить. Без любви нельзя жить, выходить замуж. Или у девчонок это проще? Раз, и переметнулась. Или каждый своеобразен, и нет общего правила?

   -Около любви собираются люди! Любит человек своё дело, и все к нему тянутся. Много маленьких любовей вокруг разрастается,- Александр Геннадьевич Перов, руководитель студклуба и ФОПа о Грантовиче говорил на выпускном.

   -С вами я молодею, - Олег Грантович нам, студентам.- Физически устаю, а душой чувствую, сколько мне вы даете, сколько я вам. Вы без жлобства, искренние, светлые, бескорыстные. Набираюсь сил около вас.

   Он ещё ставил танцы в музкомедии, основная работа - балетмейстер.

   30.04   Свёл нас Бог наедине. Зачем? Но я ничего не сказал, не хотел сказать. Тяжело вздыхает. Желтая косынка повязана на шее. Ровен и спокоен, мирно, хорошо разговаривал с ней. Запах её, духи, ещё что-то, неуловимое... «Освобожденье близко, всё прощу…» Анна Ахматова.

   Как пережить, как совместить в себе прекрасное в этом мире с безобразным? Как восстановить гармонию, поверить в голубое небо, в то, что основа основ доброта, и добра больше, поскольку ещё люди не уничтожили друг друга. Захотеть рожать детей и растить, не смотря на то, что мир всё безобразнее грозит нам, не смотря на то, что идём в тупик.

   Мне необходимо обновление, новые основы, семья.

    Вызрело чувство – братья и сёстры, назвал студентов, со мной учащихся, в статье. Можно значит жить в добре и красоте.

3.05  Закат несёт душе успокоенье,

        Я понимаю: жизнь прекрасна! Но

        В вечернем и прозрачном отраженье

         Я погружаюсь медленно на дно… 

   Хождение – мой ритм жизни… Искрящаяся волна, ветер, наполняющий лёгкие!

   Опять вернулась она, мысли о ней. Она – центр мироздания. Ах, как больно, как напрасно я всё свожу к ней. Оставить простор, оставить ей возможность не любить. Пытался пробить базальт её души взглядом. Один раз только взгляд её меня поразил. Опять ободрал только подживающую душу. Её право на нелюбовь оставляет мне свободной дорогу, выход. Сомнения и вера, надежда и отказ от неё.

   Утром солнечность образа, всё ясно, красиво, тревожно! Мне нравится её стан, плавный овал бедер, подобранность и какая-то детскость  ножек, собранный в пучок на затылке волос, пухлость ярко накрашенных губ. Её голос, линии шеи изгиб. Всё так женственно, так притягивает! 

   Если женщина уходит, она уже не возвращается. Скудна весна с убиением своих чувств.

   Я благодарен Богу за то, что жил, за все те радости и страдания, которые ОН принес. За сегодняшний вечер, когда глянул в ширь небесную и умилился до слёз в тишине, в которой была напряженность присутствия чего-то или кого-то ещё. В блеске заходящего солнца блестели паутинки на траве, пел жаворонок. Хорошо! Жизнь!

   Голубой Байкал был в дымке. Штиль. На противоположном берегу высились горы с оснеженными вершинами, поросшие понизу тёмным лесом. С сопки  видно белые льды и голубые полосы воды между ними. Силища, Байкала  горний гордый дух!   

   Ангара пестрая, синяя, с прозеленью. Набухшие красные комочки, серёжки на тополях. После дождя дрожат светлые капли на ветках яблонь и берёз. Влажные, до конца непрорисованные облака свежо тянутся по как бы таящему небу. Появились зелёные стрелки травы. Мне ничего не надо больше. Только жить, только любить жизнь!

   Грустные глаза. Ты душа коллектива. То сладкое понимание, что всё хорошо, тобуйные, тревожные мысли.

   Она, как птичка, маленькая, изящная. Всё красится, подводит помадой губы, пёрышки чистит. Какие у неё глаза большие, чёрные, глубокие, как омут!

   Друзья мои не материалисты, всё отдадут, всегда помогут. Их счастье – моё счастье! Стал легендой на филфаке. 

   -Не зря учился пять лет, - отец Инны, бравый офицер. Приехал к дочке на свадьбу.

   Вкладываешь в людей, в детей. И не знаешь, чем отзовётся. Словом вошёл в души многих. Статья.

4.05   Люди любят тепло, исходящее из души. Мир строится по закону тепла! Да не остынет!

5.05   Благородным надо быть до конца, даже в неразделённой любви. Если нужна помощь, помоги, но не навязывайся. Пожалеть я всегда смогу. Вынести и доказать – кому? – что можно жить порядочно, честно, по-человечески. Слишком многие сдаются, ломаются. Но любят в несломленных свою лучшую, неосуществленную сторону. И казнят они же. Вопреки всему нести свою человечность. 

   Ночью шёл дождь. Я слышал, как он шлёпал об асфальт. Белые косые капли пролетали в свете фонаря. Ветер дул порывами… 

   Зачем он пришёл? Освежить, смыть грязь на земле и в наших душах? Так же ветрит в наших сердцах, ломает ветви, гнёт деревья. И дождь, сладостный благодатный дождь, как разрешение, как надежда на лучшее. Что всё, что началось, не кончится просто так. Должно свершиться счастье! Весь мир – она, и счастья без неё не будет.

   Перепады чувств. То вера, то безверие, и от этого перестраиваются, группируются факты.

   Ветер разогнал облака и обнажил дорогу в мир иной. После дождя приятно, с кислинкой в лесу пахнет хвоёй.   Летом обязательно на родину, в Шестаково, на Иретку!

 

   Стал серьёзнее, строже на вид. Не так безумствую. Она стала для меня более ясна.

   Хорошо и сладко греть свое сердце надеждой!

   Константин Воробьёв: «Это чувство радости за свою нерастраченность!»

   Галя верно угадала одну ноту в моей душе – желание прорваться сквозь все тяготы мира, неудачи, через горечь обид и поражений.

   Лев Толстой. Одни изживают себя, другие, почувствовав духовную глубину, разрабатывают и движутся с годами не к оскудению, а к большей духовной цельности, ясности.

   Чтобы стать чистым и добрым, надо много горького испытать. Это закон.

   Не надо разжигать в своём сердце злобу, основываясь на словах против того, кого ты не видел, не читал, не знаешь и ещё не убедился в его правоте-неправоте. Предубеждение. Плохие люди хорошие вещи не напишут.

   Как странно люди идут друг к другу, из глубины годов. Я, тихий и бойкий одновременно, шёл к ней из черемховского вахлачества, через ГПТУ, годы армии, Василю… Так долго не загорается костёр.

   Если даже она уйдёт, буду счастлив уже тем, что пережил с нею.

   Право, можно понимать хорошесть и не любить, жалеть. Простил.

   Любить, когда не даю возможности любить, даже соприкоснуться, тяжело. Моя гордость. Злишься. Свет в душе мараешь. Глаза её виноватые. Вздохнула тяжело.

    Не отвечаю взаимностью хорошей девушке, льнущей ко мне.

   Очень надо много сил, духа, чтобы выправиться и увидеть мир таким, какой он есть. Цельный, первозданный, в доброте, любви, жалости, кротости, всепрощении!

   Писатель Воробьёв: счастливый человек не обижает. Несчастный бьёт.

   Ещё не способен противостоять смерти. Надо большую силу духа. Отступиться от себя во имя жизни! Авдий, «Плаха» Чингиза Айтматова, пока не по тебе. Так хочется жить, продлить свой светлый след! Но жизнь упрямо ведёт к моменту, где надо сказать, кто ты есть. Трус или герой? Быть может, жизнь в добре на протяжении многих лет не менее трудна, чем разовое геройство?.. Христу – крест. Мне что? Нравственный опыт из книг…

   Сила жить со слабостью, преодолевая её.

   Опустошенность – не что иное, как одна из стадий нравственного развития. К. Воробьёв.

   Мы берём от философов не системы, а нравственный опыт жить. Из Толстого. Важен человек за его системой. И есть ли там человек, душа, сердце?

   Вкус к жизни – основа писательства. К. Воробьёв.

6.05   Ночью на балконе после жаркого дня пахло пылью от дороги внизу. Напомнило Кубань: вечернюю, перед ночью тишину, трели соловья, тарахтящий где-то вдалеке трактор. Там был этот же теплый запах земной пыли. И я дышал, и жил этой наступающей тревожной ночью, и был счастлив. И сейчас счастлив воспоминанием пережитого! Жить - это счастье! И вновь ночь соединяет меня тёмным воздухом из свежей дали с тем местом на Байкале, где три дня назад мы были вместе! Порою кажется, что всё счастье жизни в ней. Но это не так. Есть ещё природа, вот эти дальние сопки в ещё пустых березовых и темно-зеленых хвойных лесах. Так и манит туда, вдаль. Кажется, там счастье, облегчение, покой!

   Когда счастье так близко, возможно – она. Сводит все душевные силы к ней…

   Назревал дождь. Фиолетовые тучи всё больше затягивали небо. В комнате всё померкло, потемнело. Дунул ветерок и пронёс желтую пыль с конфетной бумажкой. Мелкие капли дождя стали капать…

   Казуистика, интеллектуальная фальшь, когда я подпитываю себя новыми идеями, мыслями и порождаю от них нечто своё новое, не несущее истины о мире, а несущее просто игру мозговых клеток, причудливое их сочетание. Противно. Чтобы любить, надо страдать. Чтобы писать по-настоящему, не умствуя, не играя, надо страдать и искать выход из этого страдания. Вопрос, мучающий душу искренне, требует разрешения.

7.05   Она загнала меня в угол, из которого два выхода: либо рвать, либо добиваться её руки. Неужели она меня будет казнить всю жизнь? Не верю. Печёт в душе, тревога, боль, подавление их и ревность.

   Играю словами, балагурю. Маска. Мы бродили по орбитам, где ни одного нашего соприкосновения. Разбередить, растравить душу. Зачем? Месяц народился. Что он? Все мучимы чем-то. Одинокостью, желанием любви. Сердце не выдерживает порывов любви.

   Чем тяжелее страдание, тем больше тянет тепла дать людям. Так сохраняю, спасаю душу! Щедро дарил себя. 

   Пока человек один, он неосуществлён. Больно видеть её красоту и не обладать ею.

   Как бунт, как ломка стереотипов Ницше хорош. Но я не принимаю, отказываюсь принимать сердцем и верить в уничтожение координат добро-зло. Я за добро, иначе жить не стоит, моё существование не имеет смысла.

   Шопенгауэр, крайнее самоотречение, отказ от жизни. Не вижу смысла. Или я твёрдо стою на земле, не до философских бездн.

   Легкий роистый туман, сквозь него проглядывает голубое небо. Сладость жизни и легкость бытия, утренний бодрящий холодок и свежесть, голова работает ясно. Трудиться интеллектуально не то, то есть не совсем то. Что-то другое надо делать поутру.

   Третий год сердце жжёт неразделенная любовь. Привык жить в подавлении её, в страдании до боли. И не могу отбросить, как веригу.

   Закат. Огненно-красный шар закатился за тучу. Река зеленеет старой медью, малиновый свет на воде. Еще один день прожит, больше не повторится, не будет этого дня. (Как важно от этого наполнить каждый день ценным содержанием –  думает автор в 2024 году!) Время смывает нас. В этом – больше не будет этого дня – смысл жизни. Только какой? Уловить не могу. Каждый миг надо прожить, чтобы любить!

   Голос её мне сейчас явился. Поздней ночью. Что это? Усталость, галлюцинация. Уеду. Переливы сердца. Хочу обладать ею живой, а не на фотографии.

   Соня маленькая:

   -Глаза у тебя не смеются…

   Как дети проницательно всё угадывают, читают в душе! Нёс её на плечах, отцовское чувство созрело. Знакомая девушка, встретив меня в таком положении, приятно улыбнулась. Любви хочу, думать не о себе, а о детях.

   Ну, ладно. Спать. Уже шизею, перенапряжение ума.

8.05   Опять день. И опять начинается борьба с этой женщиной. Изматывает, изнуряет. Ты всё же мужчина, должен признаться. В любви нет унижения.

     Письмо

   Наташа. Либо выходи за меня замуж, либо мы не должны больше видеться никогда. Видеть тебя мучительно, пока люблю. И знать при этом, что ты не будешь моей. Еще месяц, и я уеду. Не трави ты мне душу. Помоги мне хоть в этом…

    Обнажение, больно от каждого её прикосновения. Дети меня успокаивают. Они самые прочные узы в этом мире. Забота о них, защита.

   Это всё же твоя любовь. Ты борись за неё. Я ничего не обещал, не взывал к любви. Она помучилась и ушла. 

   Как кошечка, забавляется и играет, и при этом коготками царапает душу так, что кровь течёт.

   То жестокость и суд во мне, то всепрощение, милость, любовь и жалость к ней. Опыт чувства. Учу её, она меня. Это какое-то сумасшествие, любовь.

   Зачем человечество так плачет и тревожится об уходящей жизни? Мы удерживаем или отпускаем душу ввысь с музыкой? Почему провожают людей в полдень? Чтобы земля не остыла, приняла?.. Вон птицы уже щебечут сквозь траурную музыку похоронного оркестра. И детские голоса слышны. Так всё сплетается в жизни.

   Совмещение несовместимого. Хочу чувством охватить всё происходящее на земле, в небе, между нами, людьми, природой. И застываю от несоизмеримости, непостижимости, неохватности всего. От грандиозного круговорота жизни, смещенья лет, пластов. Как понять и разъять, увидеть цельность и ясность?

9.05   Бог со мной. Увидел её с другим парнем, как она, заигрывая, прильнула к нему, идя утром по безлюдной пустынной улочке. О, какие мертвые токи это породило во мне! С чего ты взял, что она любит тебя? Испугалась, увидев меня, свернули. Да, Бог мне помогает! Вчерашние мучения, а сегодня Он разрешил ситуацию. Надо же, чтоб провидение так столкнуло! Нет, когда Бог со мной, нечего бояться. Побеждаю. Благодарю, Господи! Помоги мне жить и дарить тепло и добро.

   Друзья. Хорошие чувства. Меня любят,  помогаю им жить возле солнышка. Улыбаются. Голос у Мишки приятный, органичный. Если люди меня любят, чего ещё желать? Нёс гармонию в душе, шёл по тихим улочкам Иркутска. А она? Ну что ж. Переживём. 

   -Найдёшь лишь тогда, когда потеряешь,- пел Мишка Окуджаву.

   Идёт борьба между добрыми и косными силами на этой земле. И ты в этой борьбе. Речь о судьбе мира, о жизни на земле.

   Дачная. Река Олха, мутная, ржаво-коричневая. Течет, играя бликами, тенями на камнях. 

   Надо домой ехать, проведать отца и мать.

    Не обращаю внимания на девушек, и те сами заглядываются на меня. Ну что ж, Наташа. Прощай.

   11.05   Письмо Анатолию в тюрьму…

   От этого бежать, конечно, не надо. Смерть входит, как органичное целое, в мир. Естественная смерть, природная.

13.05   Опадают на асфальт и благоухают смолой липкие почки тополей, бордовые их серёжки. Тонкие язычки высовывающихся листочков.

14.05   С утра проснулся с мыслью, что духовность не может быть просто так выдумана, если столько умных людей говорят о ней. Что она есть дух мира, который не все чувствуют. Приобщиться к ней, приобщиться к силе большей, чем я. И она теперь мною владеет, движет. И оттого сердце в каком-то смысле несвободно и часто болит. Мир требует этой боли.

   Некоторые люди живут просто, исполняя лишь естественные надобности. Меня же уводит, зашкаливает, хоть выход, может быть, жить просто, органично.

   Человек не есть центр мироздания. Странно с пятью чувствишками возомнить себя пупом земли, космоса. Существует множество миров, в которые проникнуть, даже почувствовать их мы не можем. Ведь дерево только для меня дерево, а для иного мира может быть совсем не дерево, а что-то иное. Подсознательно мы это осознаём, попытки общения древних с иными силами, духами. Когда мы возомнили себя центром, абсолютом, истиной, с позиции которой всё оцениваем, тогда и начались безобразия, мерзость в отношении к окружающему миру и к другим людям. Человек не мера всех вещей. Есть китайское слово «Шу» - уважение ко всему сущему!

   Почему мне иногда безрадостно добро, которое делаю? Внутри постылое, гнусное чувствишко, как будто вытягиваю себя на добро. Почему нет потребности сердца? Или через это надо пройти? Чувство родства с девчонками из отряда тоже пришло не сразу. Чем больше вкладываешь, тем больше получаешь.

             Витя Арефьев

   Пьяница, собутыльник отца, в гостях у нас, с выпивкой.

   -Он меня уважает,- показывает отцу на меня… 

   - Он мужик простой,- уже о Толе Черепанове. - Вместо руки обрубок, жена теперь кормит. А он пьёт. Не зарекайся (о тюрьме). Каждый может туда попасть, сесть. Всю жизнь, 31 год просидел. Голубей завёл теперь, гоняет… Сами виноваты. Вот эта штука довела,- стучит по банке с брашкой.

   Они не злы, пьяницы. Осуждают садистов.

    Неужели добро и зло врождённое, и мир нельзя изменить, также будет мучиться во всех поколениях, терзаться болью?

   -Никогда я не был врагом народа и никогда не буду,- захмелевший отец.

   Откуда эта фраза у него. От его отца, моего деда, со сталинских времён?

   -Ушки топориком, - про собаку.

   Революция была не нужна, она разорвала нас. Как человек решается взять, что не им дадено - жизнь?!

15.05   Ленин убийца, поскольку он отказался от традиционной христианской морали и на «не убий» ответил «можно убивать», пытаясь освятить кровь именем революции. Почему другие страны пришли к разумной организации, сытости без потрясений, кровавых драм? Не стало дворян, появились бюрократы. Также одни сыто жуют, другие голодают. И, когда подымают голову, их давят. В революции бездна безнравственности, кровавая окрошка. Естественная эволюция привела бы к той же норме сытости, а, может быть, и большей, чем сейчас имеем.

   Не потому ли его тело до сих пор не предано земле? Не принимает.

   Немарксизм. Жить в добре, освящать тех, кто рядом с тобой, наполнять светом. Зачеркнуть 70 лет пути?

   Большевисткий способ борьбы был проще, понятней массам – убей мучителя. До Толстого и Достоевского ещё надо дотянуться.

   Нужен ли был социализм?   Залыгин – нужен. Оградил мир от мирового конфликта, империалистов с империалистами. Идём опять к капитализму? Но путь не в борьбе между людьми. Капиталисты извлекли из социализма урок, который мы сами не сумели до конца понять и осмыслить.

   Как корабль уплывает, затягивается в звёздную тьму Вселенной Земля. Что нас ждёт?..

   Счастье отодвигает на время она. 

   -Всё приходит вовремя для того, кто умеет терпеть и ждать,- Толстой.

   То утро наполнено теперь жгучей свежестью, горечью и сладостью вместе, напряжением сердца мыслью - она не моя. С пустынными улочками, ещё не пропахшими пылью.

   Пытливый ум, поиск ответов на вопросы времени, бытия. Что я, куда я? Моё поколение. Мы для того, чтобы соединиться, все честные и добрые. Жизнь выносит нас друг к другу.

   Бывают такие минуты, что человек всё прощает. И страдания, и смерть, и боль, и горе, понимая, что всё это необходимо, нужно.

   -Всё залито радостью… Жизнь человека, известная нам, - волна, переливающаяся  блеском и радостью!!!- Лев Толстой.

   И я понял в тот день, что Бог готовит мне жгучее чувство, чтобы всё узнал в этой жизни. И ещё многим мыслям и чувствам свой черёд.

   Она обожгла моё сердце. Что ей надо? Ничего. Это ты себя сжигаешь уже три года. Луна. Хоть ты мне помоги. Приворожи, присуши. Грустные глаза, хоть улыбаюсь.

   -Как её зовут?- Игорь.

   -Наташа.

   -Видел, видел, с желтым платочком на шее? Не подавай виду, что побеждён…

   -Да я и не подаю. Только тоскливо...

   Не потеряв, не обретёшь. Хочется броситься в ножки.

   Днём всякая мишура, поверхность отношений. А вечером свобода, закат красив! Вспомнил военные сборы. Чай со сластями, в наряде по кухне. Летняя тёплая ночь, вдали изредка слышно, как стучат поезда, что уходят домой. Звёзды и друг, с которым можно говорить откровенно. Мысли философские о жизни, смерти, бренности бытия. Когда сердце подчинено условиям, не так больно… 

   В потоке среди людей развеиваешься. Как жить одному дальше?

16.05   В шуме забывается она, ожог. Ты научился выздоравливать. Клейкая листва рябит повсюду. Помню осень, ветер рвал золотые листы с итак раздерганных, обнаженных уже деревьев. Ныне иное, яблони вспыхнули белоцветом. В такую пору только б любить! Ангара млеет в дымке. Воздух стал мягким, бархатным, насыщенно-нежным. Пыльца с золотистых березовых серёжек.

   Люди с уничтоженными лицами, масса. Природа умнее наших мудрований. Слияние с нею. В ясный день светло плещет волною Ангара. 

   Нужен ли я этому миру или он меня отринет?

   Город не хочет делиться со мною своею любовью. Брожу один по одиноким тихим улочкам. Три весны он оживает, но не для меня.

   Китайцы говорят: покончить с прошлым, открыть будущее. Она меня вяжет, не даёт открыться новой светлой любви. Кому нужны мои пятёрки, отлично в зачётной книжке? Мне бы любовь…

17.06   Благодарность, что она была во мне. И в чувстве всепрощения я прошу извинить за все страдания, которые ей причинил. Когда женщина отдаёт своё тело,  умиление, растворение в ней. Ты всё, ты моя душа! За отданную сокровенность, за мгновения на вершине блаженства! Это очеловечивает.

   Что остаётся в мире? Красота! В наследство.

   Не потому ли я боюсь смерти, что ещё не продлился  на земле? Чувство непривязанности к земле ещё родовой пуповиной. Дисгармония. Но не хочу кощунства, жениться не по любви.

   Мир движет мысль. 

   Легка, бездонна неба синь,

   И облака чисты.

   Но всё непрочно…

   Я думал: природа подправит. Она мудрее нас. Не освобождение ли это от собственного бремени, от неразрешенных вопросов? Уловка ума. 

   Людям необходимо себя чувствовать правыми перед собой, без этого им нельзя жить, и потому, если жизнь их дурна, они не могут мыслить правильно (вот где губит нашу мысль инерция рабства), и от этого путаница в головах.  Лев Толстой.

   Солнце уходило, оставляя ещё один день доконченным, исполненным на земле.

   Научился страдать.

   Неделание. Лаотцы. Всё само разрешится.

18.05   Утро. Кусочек неба на востоке стал прозрачнее, синее. Тишина. С болота доносит птицы трель. Звёзды еще вольно раскинулись в небе, крупные, яркие, белые. Ковш Большой Медведицы готов зачерпнуть две загулявшиеся неподалёку. Постепенно на небе мутновато, размыто начинает проступать малиновое. Воздух холодит кожу. Где-то за крышей светит луна, и рассеянный свет льется над головой. Закрыл балкон, и пошёл, лёг под теплое одеяло, согреваясь, свернулся калачиком. Думал: начинается день. Что принесёт мне он, какие мысли, чувства? Быть может, что-то перевернёт меня? Вряд ли… Но я благословлял новый день. Пусть он идёт с его неведомыми ещё событиями. Люди встретятся с людьми и что-то произведут, испытают. В предопределенности наших отношений, встреч, всегда есть место случайности. Даже обычный земной день соткан из мельчайших деталей, так что абсолютное повторение предыдущего невозможно. У каждого своя особинка.

   У меня идёт период внутреннего роста, созревания, выработки своего взгляда на мир.

   Славолюбие с отдачей себя, своих талантов, не за счёт других.

   Формы рабства меняются. Какая следующая? Рабство у свободы? Какие новые догмы зреют в обществе, людях?

   Все идеи, конструкции общества со временем ломаются, потому что не соответствуют духу?

   Первое, что руководило мной в выборе пути – чувство. Потом уже мысль направлялась по этой дороге. Отказ работать на жесткую административную систему даже за почести и деньги.

   Для счастья тоже надо готовиться. Как к смерти и любви. Смерть благо?.. Для орошения души чувством памяти, долга? Горечь, как приправа жизни? Чтобы удары судьбы гнули, оставляли вмятины, но не ломали.

   Странно слушать похоронную музыку весной. Всё расцветает. Пуховые комочки вербы, теперь уже берёзка в серёжках, нарядница… Только я не распустился с любовью, очередную весну проморгал.

   Черёмуха еще чёрная, голая. Обожжена зимой. И надо же, даст  такой дух душистый! Дух жизни! Обновление - оставление прошлого… И моя душа обновится, только бы забыть её. Значит, я ещё не готов к любви истинной?! И Бог  мне не даёт соединиться с ней.

   Мучаю её? Или наоборот, не беспокою… Страдания надрывают сердце.

   Вот так и закончился день. Луна почти в полную силу светит. Светит да не греет. Луна живёт теплом солнца.

19.05   Безболезненно, узелок сам развяжется, выходить из наших отношений.

   Галя о детях. Инесса лгунья. Артистически врёт. Верит в то, о чём врёт, когда обманывает. Игрива. Всё приметит, кто как одет.

   -Мама, а Володя красивый? – детская мерка человека, девичья, ранняя. Сама ещё не может ответить на этот вопрос, перед ней загадка: как может притягивать человек, не будучи красавцем.   -Ну, вы артист! - мне. -Я бы на вас десять раз смотрела, как вы гномиков играете!

    Умеет хитрить, переложить часть обязанностей на Серёгу. Очень подвижная натура.

   Серёга честен, долго думает, но развязывает узлы. 

   Соня бука, командирша, умение властвовать, управляя словами. С перепадами настроения, на своём настоит. Соньке нужна тишина, успокоение, одиночка. Бывает всплеск эмоций.

   Как природа распространяет так код генов: дети из одного лона, гнезда ведут себя по-разному. Миллионы человеческих непохожестей.

   Уход для неё не проблема. Но и возврат не вызывает внутренних мучений. Не стал унижаться.  Привыкла играть, а мне надо честно, ясно, прямо. Двойственность девичьей натуры. Без внутренних борений. Судьба человека его характер, так говорили древние. Потому и трудно, что не хочу растерять цельности, предав любовь, жениться не по любви. Пока справляюсь с собой, и она это чувствует.

   Жизнь прекрасна, мы её уродуем. Ливни вперемешку с солнышком целый день! Пригоршнями шлёпают, сметаясь, по асфальту. Белые капли наискось бьют по лобовому стеклу автобуса, светлые  змейки бегут по нему. Божья благодать! Мгновения радости! Люди прятались, а мне так хотелось выскочить навстречу этому дождю! Но, пока ехал, он почти кончился. Земля упоенно благоухала. Белые берёзки, яблоньки, тополя сверкали влажными каплями, озарённые весёлым выглянувшим солнышком. Стоит жить, ради счастья этого дождя!

   Метели в сердцах, а весна вдохновляет. Бродить по расцветающему городу – радость! Бесцельно. И думать. А не метелить сердце шквалами людских мерзостей, скверн. Тишина души! Какое редкое счастье! Блаженны эти минуты внутри.

20.05   Великая сила жизни! «Легенда о Нарайяме». Мудрость духа, осветление, когда это поймёшь.

   О, приди, защити меня! Я неумолимо болен. Тяжести мира опустились мне на плечи, будто с корнем вырывают меня. Дай продолжение, дай силы жить! Ты же женщина, ты держишь мир. Крепость твоих связей с миром мне нужна. Ну, спаси же, спаси!

   Очиститься, избавиться от грязи, поверить, что есть добро, красота, истина.

    Поранил ногу. Тяжёлые густые капли крови на траве, гальке, их испепеляет солнце. Но отпустило чувство безнадёги и страха.

    Писать армейские рассказы, чтобы одна мысль, одно чувство в каждой главке.

   Хочу жизни плоти, чувственной, жизнеутверждения. Славы. И не единственная моя опора Бог. Проплыть по реке жизни прежде, чем выбросит на сушу. Покуда всё не испытано, не познано.

   Разум от лукавого? Животные не убивают зря. Люди убивают. Природа учит, и в этом есть движение к Богу. Как тяжело осознанно к Нему идти, отказываясь, обретая. Плод, сорванный Евой, действительно греховен. Людские отношения не только из-за куска хлеба.

   Я нащупываю островки, как управиться с ней, а она приходит и одним махом всё смывает.

   Лев Толстой. Мы любим обвинять от того других, чтобы снять вину с себя.

   Слово не должно уходить, как вода в песок, накапливаемая сила души в озлобление, болтовню.

   Закон жизни всё равно нас приведёт к гармонии, кто ему противится, калечит душу. Мир движется к гармонии, надо уловить, усвоить это движение. Содействовать ему. Так делают святые, мудрецы!

   Настя. Нечестно. Злость на Зинаиду Федоровну, бабушку, а не на мужа. Копится усталость и раздражение. Но терпение!

   Оправдывать себя глупая манера, так мы уходим от совести. Делим себя на два. Нужна целостность, личность. Государство и личная жизнь едино. Фарисеев в обществе большинство.

   Чудится она на пляже соблазнительная, в купальнике. Никогда её не видел такой. А она должно быть красива.

   Бог полагает – не дозрел до любви. Не готов. Ко всему надо быть готовым!

   Кто разрушает идеалы, разрушает девственность.

   Не слишком ли люблю себя? Самодовольство. Заслужил ли похвал и мнения о себе, и существует ли то мнение? Быть может, тлен, ткни пальцем, и рассыпится.

   Она красотой меня берёт, чувственная власть красоты.

   Толстой перепахал мой ум, рой мыслей и чувств. Чтение его дневников.

   Почувствовали мою боль, горячую душу. Статья. Так ли я хорош? В минуты счастья, озарений, кажется, да. Но убог и сер, когда безрадостен.

   Два моих материала приметил Вадим Фёдорович Мейеров. (От него в восторге, как от преподавателя и оригинального человека, были все девчонки на филологическом факультете ИГУ – авт.) Заявка на человечность.

   Не привык стоять на обочине, лезу в центр, лидер. Везде приметен. Другие дают это делать, играют через меня.

   Упоение своим успехом. Не глупо ли?

   Толстой – царство божие внутри нас. Но духовные лица верующих, которые я видел на Пасху в церкви? В них любовь!

   Одно мировоззрение, с позиции которого оценивается всё, не каждый раз новая точка зрения, а хорошее мировоззрение, позволяющее на все предметы глядеть со стороны их внутренней сути.

   Нравственный нерв – сознание творимости жизни свой силой. Толстой.

   Точно я не знаю, что всё, что может случиться извне, ничто в сравнении с тем, что может сделаться внутри. Щетинин. Он несёт свет!!!

   Когда создам себя сам, философское видение мира. В школу.

   Смотреть на неё с духовной высоты, самого доброго в себе, отыскивая доброе и высокое в ней. Не смотрел и не говорил зло. Зло часто во мне внутри. Не губи себя, не высокого в ней.

   Нравственно или безнравственно, остальное всё от лукавого.

   Жизнь творят люди веры.

   Талант затребует новые импульсы жизни. Личность тоже общество. Новый человек просто неусеченный человек.

   Не могу собрать прекрасного в себе. Г. Иванов.

   Сложность гармонии. Самому соединиться с гармонией Вселенной!

   Как жил ты сегодня? Завтра как пойду?

   Тонкость чувств. Чувствовать красоту! Разделить классы на мужские и женские. Мужская честь, достоинство, чтобы парень чувствовал себя парнем… чем отличается от девушки. Побольше бы нам таких людей, передовой учитель Щетинин. Лицо светлое! Свет, настоящий свет!

21.05   В каждой семье устанавливается свой климат, вырваться из которого практически уже невозможно.

   Каждая боль благодетельна: и физическая, и нравственная. Учит только она. Лев Толстой.

   Да, дисгармония толкает к поиску выхода. Энергопотенциал большой тратится.

   Играю роль лёгкой вседозволенности,  ухажёра, так сохраняя внутреннее «я» цельным и сильным.

   Пустота. Неужели она всё?! Пустота часто страшная. Не хочу весь мир сводить к ней. А порой сводится. Переживу. Так надо. Ужели, как я снисходительно смеюсь на свою глупость в отношениях с Ч., так буду смеяться и о ней?

   Тарковский, «Жертвоприношение». Привьётся ли плод, человечность? Столько прививок уже.

   Это грех, бороться со своим сердцем, любовью? Изнуряет. Зачем, во имя чего, где она?

   Но лучше страдание со смыслом, чем счастье без смысла. Лосев!

22.05   Определиться с Наташей, определиться с Наташей… Звучит во мне.     Какой цвет дала весна! С утра короткий ливень, а теперь так душисто пахнет от земли, распустившейся молодой листвы, травы! Какое счастье жить! Блаженство! Пожалуй, впервые конец мая я встречаю так. Насыщение, наслаждение души. Цветущая черёмуха упоила воздух нежным пряным ароматом! Почему вопреки природе мы не благоухаем, не цветём?

   Вспомнил кубанские тёплые вечера, лазоревое небо на закате, как оно мягко отпускало день. Как свербели сверчки, переливали звуки заливисто и гортанно, хором лягушки… тихо потрескивал костерок. И мы, отрешенные от дома, от Вселенной, слушали ночь! Братство родства, спайка духом четырёх… 

   Белые мазанки, хаты с черепичной кровлей, заросли зелёных садов. Мягкая земля, благословенная земля! Крупные розы, их тонкий и сильный аромат! Да, это было счастье…

   Спал с открытым балконом. Проснулся. Ветер колыхал белую тюлевую занавеску в проёме двери и каждый раз еле слышно, лёгким порывом приносил как бы белые тени посмотреть на меня, спящего человека. Вышел на балкон. Пахло собиравшимся, но так и не прошедшим дождём, нагретой за день пылью. Небо в серой тучности уже светлело. Я благословлял новый день счастья, блаженного безделья, дум, мыслей, чувств… Успокоившись, уснул, сжавшись калачиком с головой под одеялом, как в детстве.

   Какие мелочи порой терзают сердце. Диплом, недописанный материал…

   Какие внутренние перевороты могут случиться в нас, мы и не знаем. Внезапные, но готовимые. Толстой.

   Эх, жизнь! Что же ты мне вещаешь?

Аня определённо что-то знает. Иначе отчего такая близость ко мне, прижалась во время танца щекой? Роль моя - шута, паяца, ветреного соблазнителя… Ирэн любит. Что делать с ней? Добро, спокойно развязывать узел любви. И я мучил девчонок неответом на их любовь…

   Помню лагерь, поход, белый песок. М. разожгла во мне чувственность. И я шёл к этой ночи, хотел её. Ночью целовались. Зачем? Без любви. Противно. Больше ничего, слава Богу, не было…   

   На следующий день я перегорал, ходил, как оплёванный. Нет. Это не по мне.

   Я в песнях под гитару пел не только неудачную любовь. Где же счастливая часть её? 

   Кровавая луна. От моей невидимой крови, в тот день пролитой?

   Галя поражается моему отклику на жизнь.

   Ч. осталась во мне не только горечью, предательством и отравой, гордостью, желающей покорить, помыкать, но и счастливыми минутами, когда целовал её глаза, мокрые от слёз. Маем, блаженством расцветающей любви!

   Если я и сжигаю другие сердца, то и своё жгу, плата по полному счёту.

   Галины руки, тёплая волна по телу, облегчение от боли душевной.

   Желания, если уж они во мне застревают, исполняются не сразу, но заряд, терпение накапливаются, и однажды я начну и это войдёт в мою жизнь.

   Астафьев. Добрых больше, только калеченные они средой, условиями жизни.

   Духовная высота, что больше любви мужчины и женщины, взята. Любовь к человеку.

   Света… Как глупа. А надо терпеть, быть добрым, хоть и не хочется, хоть и сдерживаюсь.

   Ошибки. В них жизнь! Не всё же провально. Нужны и заблуждения, и мучения. Так что-то поймёшь.

 Слияние внешней красоты с внутренней сутью. Так почему не вместе? Замуж хочет, а я с метаниями. И горда. Либо узка. Не повинится, не признается. Видит – люблю! Лицо жёсткое, глаза кусачие. Злится на меня, на себя, на всех. Стихийна. Нельзя знать, что предпримет завтра. Моё лицо страдающего человека, нервы натянуты, как проволока. Не порвать бы.

   Бунин. Отлепиться от жизни и такое сильное желание прилепиться обратно.

   Пересечение двух жизней. Люда ждала мужа, долго не выходила замуж. Дождалась, двух детей родила. Мужа убил прямо при ней в Новый год малолетка, что без ножа не ходил, искалеченный с детства условиями жизни, характером?

   Не стремиться быть рупором. Вырасти, прежде чем говорить.

   Любовь - самоотречение. И чем больше любовь, тем больше самоотречение. Я не отрекся от гордости, себя не захотел утерять. На даёт возможности признаться, не льнёт, как Ирина. Впрочем, и я не даю…

23.05   Так странно, непостижимо трудно подойти и признаться в любви, ободраться кожей. Луна ушла, чтобы через две недели кого-то обрадовать серпиком ясноликим.

    Опять ушла ночная странница,

    Чтобы явиться вновь.

    И где же ты, моя избранница,

    И где любовь?

   Пушкин, Есенин не раскрыли мне пути судьбы. Мудро. Сам решай. Твои пути, твоя судьба. Определяйся. Уважение великих!

   Витёк говорит:

   -Не уезжай! Ошарашь. Скажи: «Выходи за меня замуж!»

   Если обстоятельства сложатся так, скажу. Столько завалов в душе на пути к этому. Скажу, если хватит духа, смелости, любви и добра.

   Письмо от Анатолия из тюрьмы, отклик на мою статью:

   -Ты настоящий христианин, так сразу распахнулся душой!

   И с ней хочется быть добрым и хорошим. Князь Мышкин, Алёша Карамазов. Осветляет. Слово – свет истины! Не оружие.

   Лев Толстой. Рядом с тобой они понимают, что лгут, когда ты живёшь нравственно и чисто. И хотят тебя обвинить в неправильности, лжи, чтобы спрятаться от укусов своей совести.

   Власть, оправдание власти. Инка. Её раздирает между мной и деканом, главный кирпичик с которым у нас разный, миросозерцание.

   Игорь, выпив, отмяк. Иногда отчуждение, каждый замкнут в себе. Пошли в разные стороны что ли? Единения нет без цели, без духовной нужды друг в друге, опоре, поддержки. Редко теперь разговариваем по душе. Это плохо.

   -Не знаю, что такое созидать, творить, - он.

   Союз без духовного родства чушь. Нас соединяет слово. Психологическая свежесть новичков, только она спасает. Мы не выдержали после двух, трёх лет.

   Когда сердце чисто, без примесей - как хорошо жить! Она меня ещё таким не знала, не видела. Вот бы сейчас к ней!

   Толстой. Добро без красоты мучительно. Красота это добро в высшей форме! Где самоотречение, там мудрость, любовь, а с эгоизмом рядом глупость… 

   Жертвенность. В чём? В том, что она любит другого. Не мешать. 

   Жеста души нет. Жду.

   Отказываюсь от насилия, власти, унижения человека. Ненасилие, неделание.

   Подойдя к пропасти самоотречения, видишь фальшь своей жизни, а дальше шагнуть не можешь. Страшно. Страх от стереотипов.

   Жить надо радостно! Только радость у каждого разная. Одному отречься от всего, другому поесть. Человек для смысла, радости рождён. Только со – весть корректирует нашу радость. Ограниченность марксистов. Шли в тупик, убивали себя. Пока эгоизм, мир не перевернуть. Им движет интерес, следовательно, капитализм. Мир корректирует нас. 

   Отказ от зла в себе прежде всего. Только стремясь к добру, делая шаги к нему, зло остается за спиной. Зло умертвляет, убивает сердце. 

   Игорь любит во мне одну ноту, горячности, жесткости. Но есть и другая, страдающая, плачущая. Зачем отказываться от полифонии души?

   И ей навязываю любовь по-своему. Убегаю. От себя не убежишь.

   24.05   Наташа, что ты делаешь со мною? Исстрадалось сердце, измытарено. Хоть я нашёл иную опору – Бога, все одно тяжело. Грусть заката, как прекрасна земля!

    Прилетели стрижи, вестники счастья! Мир и покой над городом, когда они в небе. Но всё-таки лето! Выживу, переживу. 

   Если любит, подлец, что молчу. Если нет, когда полезу со своими объяснениями, эгоист.

   Вода принимает формы, какие требует внешний мир. Лаотцзы.

   За то, что отстаиваю своё право на любовь, страдаю, за то, что не испохабил ни одной девчонки. Тяжело одинокому.

   Девушка в поезде, улыбается, когда я зачеркиваю в тетради:

   -Что, всё зачёркали?!

   -Да нет, - улыбаюсь в ответ.

25.05   Не отрекаются любя… Ожесточенность, сопротивление. К ней.

   Воздух бархатный. Черемуха у дома обвисла влажными от дождя белыми душистыми кистями. Проснуться с утра и вдыхать её аромат! Акация с бусинками росы. 

   Может быть, ощущение  стерегущей смерти за спиной и нужно для работы, для ощущения радости каждого дня?!

   Письмо Анатолию…

   Топотуха, танец, моя душа распахнута!

   Заданность. Когда тебя ставят в рамки предмета, и ты начинаешь рассуждать из его рамок, которые, может, совсем неправильны. Но ты судишь, хоть краешком ума понимаешь: ерунда всё это. Марксизм, журналистика…

   Нельзя что ли с чистотой и непредвзятостью мысли, без всяких правил подойти к предмету и разобрать его?! Заданность – это тоже фальшивый звук. Взять верный звук, тон, это важно.

   Будь щедрее, солнечнее, шире, чтобы моя душа цвела и благоуахала для тебя! Вместо этого жалкие разговорики, рассказики, роль слабой, никудышка.

   Армия. Не мог смотреть, как обиженные люди плачут. Меня это разрывало изнутри.

26.05   Толпа – орудие в руках идиотов.

   Девчонки чувствуют мою лёгкость, весёлость, когда её нет. При ней тяжёл, замкнут, угрюм. Сухой и злой, как камень.

   Спокоен. Тишина сердца!  Лев Толстой. Понимаю, что есть нечто более главное – жизнь с Богом! И ей уже не опустить меня только до земной любви. Это лишь часть жизни, но не вся, далеко не вся.

   Два чувства. Не любит - и все твои метания, писанина, размышления о женской двойственности, ерунда. Добро же сердца говорит – любит!

   Утро, свежесть! Живу, дышу, люблю, надеюсь.

    Думать о ней, как о высоком, чистоте! Если свести всё на банальный приземлённый уровень, то замуж она хочет, и, если кто-то предлагает ей это, то ты для неё только козявка мучающаяся, вот и всё.

   Да, я другой, даже не тот уже, что был месяц назад.

   В статье своей предугадал, написал, что нашёл сейчас у Толстого. Два пути: либо животное скотство, либо духовность. И духовность выше душевности и доброты. Они входят в неё. Духовность высота, в космос нацеленная.

   Марксисты свели человека к совокупности общественных отношений. Человек больше, неразгаданная тайна мироздания. Наука не всё может понять, познать. Нет крупных писателей, потому что отказались от духа, идеалистов.

   Открывать в ней высокое и не будить злобу. Как мне переступить через себя, через свою гордость? Завалы злости в душе. Помоги мне быть добрым. Другой для неё рождается, как вариант, от нашей взаимной злобы. Измучили бесы меня. Глаза ведь ласково её сейчас сияют!

   Злость везде, в отношениях с любимой нагляднее всего. Превозмочь, очиститься от неё. Помоги мне, Господи! Не хватает силы добра. Ты, ты должен повести. Ей надо понять, что главное не житейское, а духовное, любовь.

   С. по-женски тогда почувствовала, защищала меня от зла.

   Когда мне открывается Бог, я добр к ней. Мне трудно зло, когда Бога нет. Тогда тоска, одиночество, страдание… Бог это радость, это вера в красоту и прекрасное в жизни! Бог это всерастворяющая доброта!

27.05   Толстой пробудил во мне ясность! И я часть этого неразгаданного мира, существую в прекрасном! Многопалубные корабли облаков громоздятся, медленно плывут в небе. Листья тополей лаково блестят, словно на зелёное серебро наложили. Хороша эта жизнь, и я в центре неё. Душа распахнулась для приятия!

   Маленький Витя, сын Игоря, льнёт к нему с утра:

   -Папа, папа, можно я ещё полежу?

   Бог ты мой! Когда у меня будет свой ребёнок, чтобы вот также нежно и доверчиво прижималось к тебе его тельце, будил голосок?!!

   Отвечаю за свою злость. Лермонтов тоже был мучим злом. «Герой нашего времени» нравился мне в детстве недаром.

   Ничтожество, вместо тепла и доброты получил мучения. Она женщина, слаба, сдалась от этой боли и ушла. Защити, сбереги меня. Сам не прав, оттого и страдаю. Выжигает зло меня, Бог попускает. Очистить душу добром.  В боли и страдании девчонки тянутся ко мне… Всё-таки я не совсем плох, если у меня просят совета, ищут помощи в трудные минуты:

   -Когда мне будет очень тяжело, я буду вспоминать о тебе!- Ира, Инна, Оля…

   Быть может, моя душевная теплота понадобятся и тебе?

   Как избавиться, очиститься от мерзостей мира? Молчать или отвечать, действовать?

   -Делать,- говорит отец Игоря, Виктор Герцович.

   -Что делать? Страданий много. Помогать людям надо. Быть может, объяснять, что это вовсе не страдания, из-за большей сытости в жизни…

   -Было, - отец Игоря.

   -Но и сытость была…

   Осветлять людей! Во мне самом ещё куча злобы.   

   Надо целить выше, чтобы попасть. Толстой. 

   Слово – свет и воздух! Или жгучая сила правды? Выжигая в людях пакость.

    Мешанина. Способен ли я разобраться? Кто прав? Маркс, Ленин или Толстой, Достоевский. Христос.

   Бог знает для чего это надо, но это надо – выстрадать от неразделённой любви!

   Пустота в душе, незаполненность. Щемит. Человек проваливается в неё.

   Жизнь идёт в стороне от надуманной общественности. Новые формы рабства. Сердце чувствует, что что-то не так, фальшиво. Важно отношение на личностном уровне. Рады заблуждаться, боимся додумывать. Сил на бунт против общества у меня нет, чтобы умереть во имя идеи.

   Непокой. Чего мне надо? Духовного уюта, тишины, общения. Как этого достичь?

   Перестройка внешней системы. Человеческий эгоизм отреагирует на это, и опять насилие, подлость, жадность. Перестроить человека изнутри. Как? Что, если опора или одна из опор, движущая человеком, эгоизм?

   Когда меня переполняет жизнь, хочется высказаться, выплеснуться любовью!

   Несчастливы, страдаем оттого, что против Бога идём, в котором мы соединены. Несчастье от несоответствия внутренней жизни и внешней её формы. Человек ищет этого, не находя, гибнет духовно или физически. Внешние формы часто так жестоки, дисгармоничны, кровавы, душа изранена  этим миром. Оттого и движение, что душа, дух ищет гармонии! 

   Жизнь благо. Тот страдает, кто это не понимает и не старается этому содействовать. Толстой.

   Есть ли нелюбовь в любимом предмете? Нет. Мы просто не можем дойти до сердца, перешагнуть через нелюбовь. Жестокость во мне.

29.05   Напрасно ты стараешься уйти от духовной жизни. Это твоё. Нравственное начало – твоё. Изнашивается сердце, больно и трудно дышать? Ну и что… Перелопатить весь мир человеческой мысли, что был до тебя, пропустить через своё сердце.

   Проснулся, а душа чуток отстала от сознания, только минут через пять дала звук. Какой он? По какому камертону будет выстроен сегодняшний день? Звук печали, неразделенной любви, горькой пустоты сердца и невозможности больше выносить эту пустоту, которая высасывает все силы?..

   Блаженный день безделья. Байкал зеркально распластался у ног. В его застывшей глади белые отсветы, отражения облаков, выстроившихся на горизонте, словно эскадра. Набежал ветер, и заштриховал в синюю полоску  часть озера. Болят от перегрузки все мускулы, а хорошо! Внутреннее успокоение, умиротворение! Ничто не имеет того значения, что имело. Она уйдёт. Ну и пусть… 

   Смерть? Страшно жить с мыслью о возможном её каждодневном приходе. Что-то во мне неправильно. Люди так не живут. Страх. Я постоянно или часто на надрыве. Вчера его не было, на Байкале. Ехал уставший, отрешенный от себя, своих мыслей и чувств. Упрощение, опустошение, когда голова не получила интеллектуальной подзарядки от чтения. Что же? Так жить? Изматывать себя физическим трудом, не думать, не мыслить, не чувствовать? Ведь уже я порой не в состоянии справиться со своим сердцем.

   Сон. Она вся мягкая! Она женщина и многое понимает сердцем: что можно быть владычицей, когда надо. И что можно смириться, промолчать, когда мужчина настаивает. Она умнее меня…

    Тягостная невозможность нашей встречи. Как прорваться через неё, не знаю. 

   Во сне обидел мать. Стыдно.

   Одна из возможностей жизни. Есть другие. 

    Недалеко от города лес. А тишина! Как пахнет летом, цветами! Слегка похлопал рукой по муравейнику, кусается, вцепляется рыжий муравей.  Крепкий резкий запах на ладони. Жизнь, а не прозябание!

   У  деревни на качели девица взлетела высоко так, что запарусил подол платья и заголились белые ноги. Вокруг стоят парни, улыбаются. 

   Вечер затеплил звёзды, небо засинело, оставаясь ещё немного голубым. То ли с острова, то ли с парка доносилась музыка, шли танцы. Иногда от вокзала из-за Ангары по сырому воздуху приносило обрывки объявлений диктора.

   Галя надела короткую юбчонку, чтобы приманить Толю. Первый раз только увидела:

   -Этот будет мой, за него выйду замуж! 

   Неразрешенность судьбы. Ещё не встретили друг друга.

   Белое конфетти опадающей черемухи, кончается пора расцвета, особой наполненности земной.

   Вот и всё, уезжаю, оставь непокой,

   И мою неостывшую нежность.

   Уезжаю домой, уезжаю к другой,

   Безнадежность, мой друг, безнадежность.

   Трудно жить, многое познав. Как жить с таким сердцем, с сознанием своей вины и изнуряющей доброты? И как без этого? Я теперь ко многому готов. Успокаивает: она не центр мироздания.

   Плещет буйно Ангара, сворачивается в бело-розовую ладонь над нею пышное облако. Зелёные волны белою пеною бросаются на берег, откатываются с шипением. Летят брызги! Звук, словно выхлапывают покрывало: шлёп, шлёп…

   Уж лучше одиночество стихии,

   Чем одиночество с тоской…

   Ветер берет, уносит часть моей боли, часть моего страдания. Брожу одиноко, вдыхая свежесть большой воды, думаю о ней. Быть с нею добрым, это быть как бы юродивым.

   Помимо философии и поиска себя в этом мире надо участвовать во всеобщем труде, счастье, веселье тех, кто рядом, помогать им жить.

   Увелечение свободы есть просветление сознания. Свобода есть освобождение от иллюзии, обмана личности. Толстой.

   Люди, не работая, то есть не исполняя один из законов своей жизни, не могут не ошалеть. Так шалеют перекормленные домашние животные: лошади, собаки, свиньи… (Он же…)

   Читая других, соотносишь их мысли и чувства со своей жизнью. Если ощущение сильно на пробу, вкус, записываю.

   Быть может, оттого, что любовь самое эгоистичное, самое для себя (между мужчиной и женщиной) чувство, в ней есть и злость, и гордость. Отказ от себя. Как? Быть добрым, хорошим могу лишь местами.

   Душевные состояния из каждого возраста у Льва Толстого в «Детство, отрочество, юность» через сцены, события.

   Что у меня? Детство, раны от пьяни и драк взрослых; юность, молодость – любовь, друзья, проснувшееся осознание жизни и себя.

   Игра в карты. Вместо того, чтобы бросить карту и помочь другу, придерживаю, чтобы не быть с битым носом. Умственное проститутство и в жизни учит делать так.

   Отказ от материализма. Мы – дух! Человек не центр Вселенной, частичка. Злобность, ожесточение, гибель природы от материализма. Пожинаем плоды своей революционности, отказа от духа. Крушение свершилось. Государственное насилие, деспотизм, если захлестнёт преступность. Конец демократии. Сами плодим жестокость. Человек без религии – зверь.

   Свойственна всем людям двойственность иногда прямо противоположных желаний. Толстой.

   И я желаю её, как света, и как женщины, плотски, чувственно. Сумел с ней не быть жестоким в прямом смысле, действии, но внутренне не смог.

   До каких пор человечеству сходить с ума? Пока не упадёт в пропасть? Почему край пропасти всё время отодвигается? Быть может, есть другой закон помимо закона движения к пропасти?

30.05   Рыхлые тучи. Шёл дождь, потом снег. К полудню разорвало тучи. На востоке засветлело. Шёл по этими серыми клочками тучами и чувствовал, как всё хорошо! Сырой асфальт, белым цветом осыпанные яблони. И хотелось идти туда, дальше на восток к этой светлой полосе. Даль тянула, манила!

   Стыдно за грязные мысли свои. Гад я. Добро в любви!

   Стыдно пред неопытным парнем, затащил в фальшь иделогических отношений, в которые сам верил.

   Расплескался в веселье. Выпускной на танцах, в ансамбле. Её нет, и я свободен! Отдохновение от всех страданий, дум и забот. Забот у меня почти нет, думы одни.

   Пользуюсь наработанным обществом, чтобы отказаться от него? Всё ли фальшь в обществе, политике? Революция – яма, из которой сейчас выкарабкиваемся. Обуздывали зверя, выпущенного на свободу, тоталитаризмом.

   Революция сознания, вот что надо. Толстой. Много лишнего в цивилизации. Что именно?

   Человек несвободен, когда действует противно своей разумной природе. Толстой.

   Люблю и ставлю себя на её место. Не навязываюсь, не мешаю, сдерживаю личный эгоизм. Не сумел преодолеть своей тяжелой подавленности с ней, любя, быть свободным. Не фальшивил, нет. Не оскорбил ни словом, ни жестом. На фото она сначала не красавица, потом глубже стала, и очень. Кругом такие девчонки! «Что ему надо?»- думают. А я любил одну, уже три года.

   Глубокий звук. От него настраивать душу, мысль. Часто так пишу.

   Ты жила земною прозой. Не видела мой духовный свет.

    Градации человека у Толстого: умен, нет; чуток, менее чуток; чувственен, страстность или не очень; смирение больше или меньше, до самоуверенности.

31.05   Высыхает. Любовь. Согласен жертвовать.

   Главное – человек! Все формы лжи наполняются содержанием, если есть человек! Отношение к людям, а не выдуманные ярлыки, посредством которых вступают в эти отношения. Люди наполненные сутью не могут не страдать на общественной работе. И, чтобы сохранить себя, уходят. Совесть заложена внутри. Или каждый прав, живя, как ему заблагорассудится? Или есть единый цензор, совесть, и каждый, живущий зло, испытывает неестественность своей жизни?.. Бывает, совесть атрофирована. Или рождаются без совести?

   Понимаю, что живу плохо, не делая маленького добра.

   Серебряные капельки дождя на бельевой верёвке. Монотонный стукоток его о подоконник.

   Моё желание противоречить, не соглашаться; не принимаю философию – всё дрянь. Надо же во что-то верить. В порядочность людей. Не все подлецы.

   В октябре неостывшая грусть

   Клонит ветви и гонит листву.

   Ветер хлопнет – сюда я вернусь -

   Слышен голос его наяву.

   Я вернусь в расцветающий май,

   В белоснежье весны, в белоцветье…

   Я вернусь в неожиданный рай,

   Где черёмухой вечер подснежен…

      Февраль, март, когда снег изъеден солнцем. Белая пушистая зима отпустила, мягкая благодатная весна ещё не пришла. 

   Поэзия жизни. Тонко чувствовать её совершенство и несовершенство. Одаренность жизнью – Андрей Платонов. Художники не могут обманываться, потому что чувствуют жизнь, суть её. Нельзя отделять художника от мыслителя.

   В дневнике молодого человека много рисовки. Проще. Чтобы осталась только красота и доброта. Самолюбование, игру ума выкинуть.

   Чувствительность к природе тоже чувственность? Главное не топтать чужого достоинства. Если уж тянет чувство, пусть…

   Трудно молодому пренебречь телом. И не надо стараться сразу. Сначала не делать дурного, потом делать хорошее, потом отдать себя. Толстой.

   Во всех нас живёт один дух, и любовь уничтожает разделение. (Он же).

   Если заметил, что в споре человек защищает своё внешнее положение, поскорей прекрати разговор. Лев Толстой.

   Живу милостыней государства, друзей, родителей, ведь сам ничего не зарабатываю, не произвожу.

   Жаль тела, которым в полноте ещё не жил. Две жизни, одна тела, другая духа.

   Не имею права судить её. Она хорошая, я дурной.

   Избегай всего, что разъединяет людей, и делай всё то, что соединяет их. Толстой.

   Мой взгляд на мир, моё отношение к миру.

   Выправляю себя из тягостного. Заставляю жить, творить, радоваться! Работа сознания и любви.

   Толпе угодно замарать праведника, принизить до себя.

   Ты с любовью, к тебе с любовью. Сейчас сознание затемнено какими-то иными требованиями, перестройка. Когда ж любить?

   Пройду через их сердца и что-то оставлю. Главное бы доброе, свет!

1.06   Лето! Ура! Я выжил. Но ещё трудно справляться с любовью. Понять: она не всё, и удержать себя на этом. Порой будет тоска и мысль, что без неё мне счастья не будет. Но это неправда. Состояние момента. Пройдёт. Надо ждать, когда пройдёт. Освобожу сердце и полюблю новую девушку. Летом ждут друзья, лагерь, наполненность, особый рисунок жизни, чувства добрые и злые, веселье и отчаяние, река, лес… Будем жить.

   Ещё не отказался от неё в сердце, не разлюбил. Самое трудное. Добраться до опоры, чтобы разрабатывать себя не только вглубь, но и вширь: семья, счастье личное, дети. Когда брызнет светлый источник?!

2.06   Гололедица души.

   Зачем нужен этот мир сумасшедших людям со здравой головой, ясными мыслями, не отравленными никакими теориями?

   Пухлые лепёшки облаков. Вчерашний дождь, как из ведра. Лето встречает благостным дождём. А сегодня жарит, парит. Голубой провал в тучах, словно мощный каньон, стены которого пышно курчавятся. Ветром быстро гонит высокие облака, а внизу тихо. Так и в потоке жизни человеческой. Кто-то стоит, кто-то бежит, мир смещается. 

   Возвращался, накрапывал дождь. Серело, темнело.

   -А что? Разве это не счастье – жить! Просто жить. Сходить к тёте на лепёшки, а потом прийти и читать, думать, когда покой, и все дома. Счастье – минуты тишины. Не достаёт любимой? Но в мире всегда чего-то не достаёт, полного счастья нет. Мучиться любовью - это тоже счастье!

   Стал ровнее. Жаль, что при ней не смог быть чистым сердцем, самим собой.

   Жестокость от узости цели. Толстой.

   Поближе сердцем к друзьям, тепло испытывать. Тепло от добра.

   Нельзя жить, как все, думать, как все. Мир нераскрыт ещё перед нами.

   Быть может, так и надо жить с этим пониманием смерти, чтобы чувствовать мир и всю жизнь нашу, как прекрасное невыразимое счастье.

   Бегу от философии в тёплый мир обыденных человеческих отношений. Безликое голубое не греет, хоть даёт силы душе, духу. Так и жить, чередуясь?

   Женщина становится такой, какой мы хотим её видеть.

   Она тоже не может переступить через свой эгоизм.

   Я приобрёл столько друзей после статьи. Так и надо жить. Травля и друзья.

   Парадокс. Несчастлив и одновременно счастлив. Умею испытывать счастье по-настоящему, но и несчастлив по-настоящему.

   И во мне эта вспышка любви к человечеству была.

   Вампилов. Какая ясная душа! Весь светлый. Зачем так рано ушёл? Человечен. Такие люди нужны земле, освещают путь.

   Ловлю себя на тщеславии по отношению к Игорю после статьи. Завышение себя глупо. Или надоели мы друг другу?

   Ленин и Толстой. Два пути. Мы выбрали море крови. Поплатились. Возбудить тёмную толпу дело простое. Сделать толпу не массой, а светлыми личностями, трудно.

   Как странно и страшно, когда тебя бьют, а ты понимаешь насильников и хочешь им добра. Из Толстого мысли.

   Ежедневно оставляешь себя, часть своих мыслей и чувств. На страницах дневника, в общении с людьми.

   Заслужил одиночество гордостью. Искупай свою вину страданием. К встрече с ней я не готов. А она? Ты же мужчина, должен был повести.

   Политики не видят жизни и берутся судить о ней, о том, что первично. Духовность, из неё проступает уже реальный мир.

   Жизнь - это чудо! Облако, река… Настроить душу так, чтобы окружающий мир играл на ней чудесные мелодии! Люди издают режущие фальшивые звуки. Как мы испорчены. Выправляю себя. Это больно. Но необходимо, чтобы мир звучал через меня…

   Есть дух. Остальное вторично, наполнено им. Дух сущность материальной субстанции, первооснова гармонического жизнеустройства. Лимарёв, художник.

   Древние китайцы. Писать не тучи, а волнение туч.

   Деталь, символ, привязывающие предмет, картину. 

   Настоящий художественный вымысел. Именно так они и говорили, действовали. Герои Некрасова, Бунина, Распутина… Этого не было, но, если бы это было, это было бы только так, а никак иначе!

   3.06   Осознание своей целостности с природой - гармония, а не выделение своего я из неё. Отсюда Толстой, его вероуспокаивающая проза.

   Лес стал тенистым, голубое небо редко средь ветвей. Солнцем осыпаны поляны. Серебряный дождь! Всему цвету – привет!

   Инна, ребёнок ещё, а подметила:

   -Почему вы всё время спрашиваете – зачем? Надо говорить: «Не надо!»…

   Зачем? Везде ищу смысл, во всяком человеческом поступке, житии.

   Она вся лёгкая, подобранная. Похожа на мать.

   Переступил через похоть, отсюда братские отношения с девчонками из ансамбля, отряда. Но в душе она ещё сидит, ловлю себя на крамольных мыслях. Надо жениться. Преодолеть это.

   Духовная работа через мучения.

   Толстой – все хотят изменить мир, но менять его не надо. Надо следовать за разумностью мира. Изменение мира ненасилием. Всё остальное уже было, ненасилие редкое исключение в прошлом. 

   Писать о добре. Нужно ли раскрытие зла? Разрушение душ – зло, созидание – добро. К чему потянется душа, чтобы вздохнуть свободно?

   Фундамент жизни я закладываю сейчас. С теми, с кем связала молодость. Тяжело делать себя. Терпение и такт.

5.06   Ночь. Тихо. Пишу.    

   Сегодня на танцах была она. Быть может, виделись последний раз, но я был добрым. Порой смута посещала сердце, и становилось грустно. Но отпустила. Сохранил тепло. Глаза её больные, большие, тёплые. Что мне делать, Господи? Помоги мне быть правым и добрым с нею. Не злить её и себя, это подло. Мудрая любовь – отказаться, если любит другого. Спокоен, тих. Больно перед уходом, так что нет продыху. Сдержался, от слёз. Где она, где её сердце? Сумел подняться выше эгоизма любви. Преодолел гордость. Так бы всегда. Мне кажется - всё будет хорошо. Остаётся счастье жить! А я её любил счастливо. Хоть и трудно это было. Сколько дала мне эта любовь в понимании жизни! Всё дал Бог! Не ропщу. Не можем жить, как положено нам. Злость мертвит. Думаю, думаю. Ложные схемы. Жизнь их рушит. Любить надо сердцем чистым! 

   Есть голубое небо на закате, трава, звёзды, розовые облака, визг стрижей… Что ещё? Любовь – страдание. Но делай себя, делай. Человеком будь. Сделать себя достойным любви. Не стесняйся поступков от сердца! Стеснялся, сдерживал себя. Не выдержал твоего испытания, Бог.

   Мы получаем ту девушку, которую заслужили.

   Есть сердце, которое любит. Сердце не обманет. Я живу ей, дышу ей. Говорить рано. Успокоиться. Эх, какая незадача…

5.06   Утро, встал, завёл часы.  Начал жить. Она во мне. Сдвигаю себя, как механизм, с места. В моей любви грязного не было. Не выдержит душа - едь в Иркутск, чтобы бесцельно бродить по городу, умирая от любви, пытаясь изъять боль из груди. Не могу совладать с собой.

   Мешанина больного и исключительного. Боимся своих чувств.

   Уеду из этого города свободным. Не торопи жизни. Всё должно быть от естесства. Дозревать дальше.

   Поэт душой, но звуки мне неподвластны.

   Стыдно в глаза смотреть человеку, о котором за глаза говорил плохо. Хоть и о тебе он плохо сказал. Накопилось, высказалось. Стыд самое верное и глубокое чувство!

   -В сорок лет ты будешь себе больше нравиться, - Анатолий.

   Ты сам увлекался другими, так за что её винить?

   Игорь не хочет уже слышать моих душевных излияний.

   Быть может, прежде, чем врачевать души, надо до конца их обрушить, довести до состояния, когда взвоют и бросятся искать светлого и доброго, как выхода из мрака?

   Ненасилие принцип Христа. Неприменение силы между государствами, между людьми. Жизнь не изменится, покуда это прочно не войдёт в человеческие отношения. Как прийти к этому?

   Не потому ли приняли христианство, что борьба против него невозможна. Государство хитро подделалось под христианство, но не сумело его полностью нейтрализовать. Как росток зерна пробивает себе дорогу, оно прошло через века! От тирании к демократии и обратно, заколдованный круг. Выход – нравственный закон Христа! Переворот в человеке.

   Революция на Ницше: всё позволено. Убивать богатых.

   Чтобы не носило по миру, как былинку, надо определиться, что делать, как жить. Добрые обязательно идут к вере.

   Спокойствие – душевная подлость. Толстой.

   Нам много надо, чтобы выправить себя и жить не умом, а сердцем. Оно даёт верные импульсы. По нему настраивать жизнь.

   Надо быть чуть в стороне от борьбы, чтобы писать доброе.

   Сталин. Последнее ли наступление на дух, духовность? Или пошли на новый круг? Истина и гармония посеяны в сердцах. Нужна вечность, чтобы исправиться, человечеству.

   Стыдно, когда не могу преодолеть своё животное «Я», толпу в себе. Преодолеешь, душе легче.

   Письмо Анатолию.

8.06   Раскольников мучился, а чёрные массы, которым разрешили убивать революционеры, не мучились. Легче убить, чем понять. Дорого человечество платит за теории разных вождей. Разрешение крови по совести. Либо да, либо нет, остальное от лукавого.

   Щемящее чувство любви. Вспомнил тебя. Бог во мне. Гасить вспышки зла. Терзайся сердцем и живи. И всё же я благодарю тебя, Господи, за то, что это было! За каждый день, которым ты наполняешь меня. Если Тебе это надо, ты сохранишь. Ты же знаешь, как я любил, очень. Но в борьбе тёмного и светлого во мне зло всегда имело силу. Просветление только после поражения.

   Как можно жить на земле, когда люди убивают друг друга? В минуты подавленного состояния задаю себе этот вопрос. Но потом идёт просветление, радость и красота жизни, и я спасаюсь!

   Вампилов. Любил одну, бросила из-за другой. Всю жизнь мучились?.. Она бы его спасла?.. Бог водит.

   Ровно, спокойно, тихо люблю. С грустью, с умилением. И глаза, и губы, и не совсем правильный нос. Хорошая женщина это защита на века!

   Главная книга для меня моя жизнь. Слово – плоть.

   Нельзя изменять своему сердцу, надо любить. Хотелось бы продлиться на земле. Бог со мной. Помоги нам соединиться.

10.06   Мой бог – жизнь. Река, солнце,  светлые волны. И я рад! Город Вампилова и Распутина во мне. Чувствую божественность жизни. Чувствую, а потом сознаю.

   Проснулся под шлёпающие о землю и асфальт струи дождя, стук его о подоконник. Думал, мечтал о тебе. Я благодарен ансамблю, друзьям, что были в моей жизни. Люблю, снова хочу увидеть. Тянет танцевать, ноги сами выделывают «па»… Я без вас, вы без меня. Как вы там? Спасите меня от любви, от моей одинокой души. Мы встретимся. Пусть эти слова согреют и тебе душу.

   Не надо наживать врагов. 

   Я верю в доброе начало в человеке. Достоевский. Князь Мышкин. Возможность добра в мире.

   Люблю себя, когда нет чёрного сомнения в мире, смысле жизни. Когда люблю людей. И не стоит вопрос: зачем?

   Душа вся осветилась! Радуга, концерт в деревне. Божественный день.

11.06   Зачем меня мучает Господь? Зачем сердце присушилось к ней одной?

   Как отблагодарить других девчонок за любовь незаслуженную?

   Посмотри мне в глаза. И всё поймём?

12.06   Ощущение детства! Когда был неосознанно счастлив. Что надо было мальчишке после целого большого летнего дня праздношатания, игр с друзьями, купании на озере?.. Сытный ужин в доме с мамой папой, умыться, потом чистая постель. Визжат стрижи, ещё не залетевшие под карниз крыши, где у них гнёзда. Я, уже засыпая, вижу это в ещё светлое окно с зеленеющим небом. Их стремительные чёрные мелькающие тени. Разговор за окном…

   А с утра солнце ласково, празднёхонько сияет, голубой квадрат окна, за которым знакомая макушка столба, к нему мы приделали турник, вкопав другой, поменее, рядом. Позавтракать, родители уже ушли на работу, оставив вкусное на столе, и скорее на улицу, где опять беготня целый большой и счастливый день!

   Осточертело одиночество, хочу женской любви. Господи, помоги мне!

   Подневольно давишь, душа угнетена. Помоги или отпусти, Наташа. Зачем ты зовёшь меня? Приди сама, будь женщиной, слабой натурой. Гнёт души.

   Пока освободишь. Но, Боже, как я рад сидеть у зелёно-синей искристой Ангары, вдыхать насыщенный дух свежей большой воды! У быков моста тёмно изумрудная глубина. Сквозь тучи рассеянные столбы солнца. Река как бы перебирает светлые струи.

   Народившийся месяц разбередил мне душу. Наполненность одиночества!

   Вспоминаю этот год. Снег упавший сгребается ногами, а я спешу на репетицию… Весеннее безумство, когда она ушла с другим, и я корил и луну, и звёзды, надрывался от бега, чтобы не заплакать.

   Есть в этом что-то грязное: принадлежать другой или другому, когда любишь не их.

   Продул ли жизнь, профуговал

   Счастливое блаженство?

   И где найти теперь любовь,

   Семью и совершенство?

   Выпишешь, что тебя мучает, легче.

   Весь день искал облегчающую мысль. В прошлом всё прекрасно. Опять не удалось - думал о тебе.

   Основной звук жизни – грусть. Это смешение горя и счастья. Дни уносят возможность счастья любви. Уеду. Но, боже, как мне не будет хватать вас, мои друзья.

   Она не придёт, ты зря надеешься. Довольно. Это сделать должен был ты. Приди – заклинаю!

13.06   Так красив сегодня день! Тени туч и солнце, дожди проливные, недолгие. После них блестит трава и листва, благоухает всё. В душе же пусто и пресно, нет вспышки любви. Искал в лесу, обнял берёзку.

   Что-то во мне не так. Написал письма, снял бремя с души. 

   Руководитель студклуба, факультета общественных профессий Александр Геннадьевич Перов. Хороший мужик. Сколько душ просветил, притянул. На всех ведь надо сердце иметь! Сколько студентов через его участие прошло и ещё пройдёт. Живая работа!

   Тёмная синяя туча ушла на восток, и закатывающеяся солнце подсветило её малиновым цветом. Лишь одно белое маленькое облако плывёт над этой синей громадой. Так и я. Один. Вдыхай благовест дня. Завтра я снова встречу тебя, любимый день. Встречу жизнь.

   Святый Боже, помоги! Сохрани в душе невинной Твои невинные шаги! 

15.06   Каждое моё слово отмечала, ловила душою… «Душенька» из рассказа Чехова. До свадьбы девушки придерживаются мнения своих матерей, после - мнения мужей. Счастье для двоих надо выносить, выстрадать в себе.

   Судить дуракам. Вы не верите простодушию гениев! Пушкин.

17.06    У профессиональной печатницы-машинистки втянуты глазницы, словно вдавлены напряженной для зрения работой.

   Тихие зелёные тени от деревьев колышутся, стынут на воде. Пошатывает от усталости, но мысли точны и слова глубоки. Природа каждый день творит новое. Приятный запах соснового  нагретого леса, иголки утром в росе, просыпался мелкий быстрый дождик.

    Человек, как и букашки, существо социальное. Иногда эта мелочность человеческая мучит, озлобляет мешаниной глупости. Зачем иногда боюсь людей? Так ведь жить нельзя. Или это от первородного греха запечатлелось в душе каждого человека, с того дня, когда Каин убил Авеля?! Может, когда-нибудь я так полюблю людей, что не буду их бояться?

   Дурманящий, слишком густой запах цветущей сирени, тёплый аромат вспыхнувших оранжевых жарков. Лёг в траву. Хорошо сравняться с землёю. Сколько всего жизнь сотворила – насекомые, букашки, разные травинки!

Одиночество, когда привыкаешь, приникаешь к тишине души!

   Искренность к себе и потому проницательность к людям! Пушкин.

   Сердце бессильно, ему не прикажешь. Сколько красоты я потерял, втюрившись в одну, и отказавшись от других, любивших меня. Казалось бы, люби, обладай в чистоте перед Богом, не перед людьми, наслаждайся минутами блаженства… А люди не умеют без мерзости. Вчера искренно любил одну, сегодня другую. Нет ли тут лукавства? Только б не измараться. Мои внутренние скрепы, жёсткие рамки не позволяют такого делать…

    Этим я поднимал любивших меня девчонок, оставляя веру в высокое! 

   Неужели нельзя быть честным и счастливым? Грех - одиночество тела? Тело для души?.. А, может быть, всё просто, и ты всё усложняешь своей склонностью к философствованию?

   Спаси и помоги. Где я прав и в чём ошибаюсь? Тело любит и сердце. «Как дай вам Бог любимой быть другим!..» Правда в том, что она не моя. 

   Закат краскою вошёл в улицу, красным  отсветом лёг на деревья.

   Жизнь творит из ничего!

   Себя осознаю и грешным, и бренным, видя свою частичность на земле. Погрузиться в поток бытия, чтобы чувствовать глубинность жизни!

   Без веры жить нельзя, любить невозможно! Вера в добро, как основу существования, движения.

   Белые яблоки женской груди.

   Чувство или разум ведёт нас по жизни? Как  они взаимопроникают, что впереди и когда? Разрабатывать себя можно много и долго.

18.06   Отчего те тёплые чувства, что испытываешь на родине, исчезают в тот момент, когда их надо высказать тем людям, по отношению к которым они родились?

   Эх, Славик …шкин. Покончил с собой. Светлый парень, добрый. Что за спутанность родилась в его душе и голове? Тягота это понять моему сердцу. Не на кого было опереться, пустые сердчишки рядом? Так было надо? Горько и больно, что завеса красоты мира так мала перед смертью. Обнаженность и незащищенность… Кого ты этим научил? Нельзя же так утверждать истину. Любил? Живи. Мы поделим твой грех на души. Все добрые, кто тебя любил. Должно жить, чтобы люди вокруг тебя верили в жизнь. Твой уход ненадолго сплотил, но ноша тяжела… И я не готов к жизни, потому что не готов к смерти. Лучше не знать этой истины, полученной таким путём. Любите жизнь и держитесь за неё.

   Лопнула на гитаре  в полной тишине ночью струна. И вот смерть. Случайности, совпадения?.. Если не слышать подспудного движения жизни, не созерцать её дна, глубины. Косте приснился ночью улыбающийся:

   -А я не умер!..

   Сила тютчевских стихов:

   Кто смеет молвить до свиданья

   Чрез бездну двух или трех дней…

 

   Алёна любит:

   -С тобой просто и не страшно. 

   Пока хорошо, иных не вспоминают. Но, когда грустно, трудно, больно и нужна опора, тогда идут к ним. Приходите ко мне в печали!

   Мало добр, но небесчестен. В моей любви было благородство. Неужели достоинство и порядочность ничего не стоят? Не был смешон, любил глубоко, не поверхностью души. И сложно. Как просто любить? Не оценила. Теперь ищу твоих следов, тебя с другим…

   Лёжа в траве, чувствуя запахи цветов, слыша крик стрижей, что  черными молниями вонзаются в небо, понимаю – жить надо, ощущая глубину жизни! Чтобы другим помочь жить! Проникая в людей, пропуская их в себя, открываясь. И они на свет светятся вослед!

19.06   Заложник собственной души, которую внешний мир пытается раздавить. Соединиться через духовное с другими, чтобы не смяли.

   Опустошенье. Что же дальше? Нету дна? 

   Спал…

   «И тронуть веки синевой вселенной

   Ко мне сирень тянулась со двора…»

   За окном шум улицы, запах сирени.

   Обыденность придавляет. Я ещё ничто, ничего не сделал. Тоска. Мерзит обшарпанность, серость, потёки на стенах домов. Таковы и души?.. Где же красота, солнечность мира?! 

   Пьяная женщина рыдает, исповедуется мужику. Какой обидой исполнена? Что она? Другая матерится, бьёт окна… Как так можно жить? А живут. Как вывести их на новый, другой путь? 

   Одыбал, друзья помогли, развеялся.

   Толстой искренен по отношению к себе, поэтому правдив и глубок.

   Грусть китайских классиков-поэтов. Грусть очищает, хоть и больно постоянно так жить.

   Откуда чувство смерти? От дисгармонии вселенной, меня? Спасти мир - спасти себя!

   Чтение Арсения Тарковского, фильм актёра Валерия Приёмыхова… Душе важно богатство этих звуков, этих чувств, чтобы знать жизнь.

   Красные губы заката. Что завтра?

   Вселенная несёт разрушение, и тонкие души сгибаются от него? Выстоять. Не только для себя, но и для других, которые живут верой в счастье и добро.

   Постижение внутренней глубины жизни через смерть Славки… Зачем? Мучайся, думай…

   Яд, отрава неразделённой любви, приворожившей сердце.

   Нежную хорошую песню сочинила девушка, влюбленная в меня.

   Песню нежно сочинила

   Девушка, влюбленная в меня.

   Говорила: « Сотворила!

   Дай и ты душе моей огня!»

   Я бы дал, да не сумею,

   Не могу любить я, не любя!

   Оттого и каменею, 

   Словно глыба ледяного дня.

 

      -Ну, ты и загинал сегодня!- Костя.

   Отказавшись от похоти, обрёл сёстер по духу. И они спасают сейчас мою душу от тоски одиночества.

   Маленький человечек, жалкий человечек. Худющий слабый Козинец. Что сделала из него армия, унижение человеческого достоинства?! С избитой синей грудью под гимнастёркой, деды постарались…

   Студенческие сборы по окончании военной кафедры в университете, летом в Забайкалье, теперь вспоминаются счастливо. Отдохновение от беспредельной степи в зелёной траве, белесая пыль песчаной дороги. Побольше бы набраться и пережить вот таких впечатлений. Особенный кусочек жизни.

Утро. Люди начали обычную трудовую жизнь, спешат по тротуарам на работу, чтобы к вечеру вернуться изработанными, скомканными…  А я на пробежку. Женщина. Несёт букет    запахов на работу .

   Дождь прокапал в ночь, тревожно шумели деревья. Вечером ветер гнал тёплый густой воздух, перед грозой. Но туча прошла стороной. В двориках царствуют душистые черёмуха и сирень.

   Бывает, одну тему несёт всю жизнь художник. Какая моя? Спасти душу человеческую, доброе в ней начало вопреки злу. Чем оно больше, тем сильнее напряжение.

   Дай Бог люди вам счастья! Счастливые девчоночки на асфальте. Так верят ещё всему, так ждут любви!

21.06   Гордость это эгоизм. Двигаться в любви к самоотречению, как это ни больно. Доброта искупает боль. Обвисшие кисти сирени. Спасибо, Господи, и за этот день!

22.06   Почему мы не доверяем жизни, боимся её? Надо верить в неё, светлую, ясную, добрую. Неисполненность своего «я» гнетёт. Помоги Ты нам, Господи, бедным, и благослови на ясный твой путь! Страх от потерянных минут любви. Помоги не жить этими страхами. Светло надо жить!

    То счастлив, то нет, то разъяснится, то придавит…

   -Кому я нужен?

   -Володя не верит в свою любовь.

   Жизнь мудрее нас, и надо верить в её мудрость. Чтобы любить!

   Чтобы шёл дождь, и светлые капли алмазами висели на голых ветвях. Чтобы опадали звёздные кисти сирени и их соцветия мокли потом в лужах. Божественность ощутить. Светло на душе. Хочется жить и верить! Жёлтые семечки тополиного пуха намокли в белой вате. Алая морщится кожица у цветов шиповника. Моросящий звук дождя у воды. Капли, падая в реку, ударяясь,  подпрыгивают белыми фонтанчиками. Редкие рыбаки на лодках по реке, видны слабо, словно сквозь серую плёнку. Горьковатый запах вымоченных тополей. Звук волны, обточенного о гальку и песок стёклышка.

   Игорь сказал, что она не любит того. Ах, как изящны все её жесты и движения!

   Знаю глубину доброты, чувствую в себе. И только с ней не мучается моё сердце. Так и надо жить.

   Можно противиться судьбе, своему внутреннему глубокому духовному «я».

   Толин брат Валерий, трудяга, обворожительная улыбка. А дети мытарят сердце, и на работе мордуют, отучая улыбаться. Чувствует поэзию труда, не гоняясь за высшими смыслами.

   Глубоко чувствовал и сознавал свою любовь к ней под этим июньским дождём!

   Любят ли меня или любят любовь ко мне других людей? Либо новая грусть, либо счастье взаимное.

   Расти и думать, зрею для чего-то нового. Это нужно. Иначе тупик… Мне нравится чувственная жизнь природы.

   В жизни, видимо, надо пройти и через радость обладания, и через горечь потерь. Не было пока лишь в любви моей саморастворения.

   Облака тополиного пуха на асфальте разлетаются под ногой. Творить и любить с добром к людям. 

   Мы распадаемся и зреем. Узнав новое, невозможно вернуться к старому. Потому что, возвращаясь, будешь знать, что существует новое и опять стремиться  к нему. Живя этим новым, все более осознаёшь, что это твоя теперь настоящая жизнь. Мы не можем проследить выход человека из животного состояния в область духа. Потом, на следующем этапе новые противоречия, но уже на другом уровне.

   Застучал дождь по подоконнику. Открыл форточку, впустил запах ливня и свободы! О чём-то шепчут струи дождя… Благодарю, Господи, за каждый день, подаренный Тобой! 

   Как хорошеет природа, как одно сменяет другое… Жёлтые таёжные лилии, красные саранки вслед за сиренью. Скоро полетит листва золотая, а за ней придет белый непорочный снег! Дай мне ещё этой благодати земной!

   Дождёмся свидания с жизнью. Свидание. Хорошее слово. Я его забыл, как забыл и разделенную любовь.

   От отравленности бытия в чистую ризу Христа! Лишь она всё объясняет. И Свет в глазах Его!

24.06   Ранила сердце. Больно…

    Не стесняться поступков от сердца! В любви нет унижения. Чувственное или духовное во мне притяжение? Не опуститься до низости. Не навязываясь.

   -Тебе жениться надо!

   Надо. Но я хочу по любви.

   Красным осветило глинистый  берег на закате.

                Письмо

   Здравствуй, Наташа! Твоё дело, как воспринять это письмо. Но противиться своему сердцу я уже больше не хочу и не могу. Я люблю тебя. Очень люблю. Три года, что мы были рядом, тому порукой. Но так уж получилось, что сказать тебе самые главные и самые важные слова, я не сумел. Прости. Сколько в сердце было чувств, и всё загублено и отравлено неразделенной любовью. Быть может, и даже, наверно, я  эгоист. Вот пишу тебе письмо и ещё раз хочу смутить твою душу. Нельзя же так. Но ты простишь и ты поймёшь. Глупо всё получилось. Если хочешь, считай это письмо бредом. Впрочем, любовь всегда сумасшествие. Но не  написать я его не могу. Прости за это.  Пока существует хоть кроха надежды, человеческое сердце ждёт, надеется. Ещё, что спасает тебя и меня от дальнейших страданий, то, что мы никогда больше не увидимся. Разве случайно. Да и то не надо бы. Я заслужил то, что заслужил. Но мне не стыдно своей любви, любовь ведь не бывает унижением. Когда унижают любовь, это низко. Поэтому я пишу и полностью открываю тебе совё сердце. Что меня удерживало до того? Мысль о том, что я вновь заставлю тебя страдать, когда у тебя уже всё определилось с новым парнем. Ну да это не важно. Ты прости уж меня. Я не сумел оказаться в любви выше гордости и эгоизма, не сумел переступить через себя, и все те страдания, что испытаны, заслужены. Но я люблю тебя. Поэтому не могу не писать. Мне легче, когда ты будешь всё знать. И это тоже эгоизм. Но я надеюсь, что всё-таки это письмо не заставит тебя страдать очень больно и сильно… Ты ведь, кажется, страдала.   

   Что я? Глупец. Этот дар от Бога, любовь, загубил своими руками. И заслужил горечь одиночества. Пока ещё сердце заживёт. И заживёт ли? Ради чего это письмо? А просто хочу тебе сказать то, что никогда не мог тебе сказать в глаза. Так это трудно, так это невозможно кажется. А на бумаге легче. Выходи за меня замуж. Конечно, всё это наивно и глупо. Но, может быть, в наивности и глупости сила любви. Я не хочу, чтобы ты думала, что в чём-то виновата или должна предо мною. Если в сердце пусто, откинь это письмо и все мои притязания. Так честно и так надо. Но, если любишь, я жду тебя. Думай, решай. Я страшный путаник. Видишь, как запутал, усложнил свою любовь. Но ты знаешь, какой я. Выбирай. Я не могу бороться со своею любовью в одиночку. Это изнуряет, обессиливает меня. Будь моей. Или даже будет помощь в том, что ты откажешься от меня, но мне это поможет бороться с собой. Надо уехать. Вся ошибка, быть может, в том, что мы были рядом. И любовь не могла так потухнуть. Теперь всё гораздо серьёзнее. Либо муж и жена, либо больше никогда не видеться и не пытать друг друга. Надеюсь, что это письмо тебе поможет. Хотя не знаю, каким образом. Хотел бы, чтоб помогло. Ты ещё раз прости меня. До того всё глупо, несуразно, но иначе я не могу. Сердце надрывается. Вот открылся, и полегчало. Прости меня, любимая. Жду ответа.

25.06  Как тает свеча, оставляя груду воска, так и ты, истлевая, должен что-то оставить после себя. Не сжигая жизнь даром, а создавая то, что мир оставит, сохранит. Жизнь не только, чтобы наслаждаться, но и творить из неё.

   Лунница. Желтый осколок взошёл над лесом, словно подглядывая: а что там люди? Что-то шаманско-колдовское в нём. Сердце прохватывает. Звёзды горят, ясные, цельные. Лунная дорожка блещет серебром в воде. Часика в четыре голубеют закраины неба; облака наполняютя жёлтым, малиновым, розовым светом. Туман тихий, серый, как мышонок, крадётся по воде. Жить - счастье, как я не клял себя, не винил Бога, за что мне такие страдания, уж лучше б без любви, чем эти измывательства.

   У меня есть выход от любви, освобождение от муки и плена. Выживаю и поднимаюсь вновь, как сама жизнь, как скошенная трава, сохраняя цельность.

   Имеет право на жизнь смех и маразм комический.

   Мышистый туман слоями полз по воде, заволок полреки с утра. Дурманящий сладкий запах в лесу цветов, жарков, колокольчиков.

   Доверься чистоте и глубине сердца, а мелочи пусть отпадут. Господи, помоги мне! Что это, какой демон мешает нам? Эта грязь во мне, нервы.

27.06   Пустая любовь без плода…

   Мы рубим канаты и в воду,

   Свободу, свободу, свободу!..

   Позвонил ей.

   -Наташа, это ты? Это Володя звонит. Звоню, чтобы сделать тебе предложение.

   Она замолчала.

   -Ты слышишь меня?

   Молчит.

   -Ну и каков будет твой ответ?- жестко. Эфир раскалён, сердце бьётся, точно молот.

   -Нет.

   -Не понял.

   -Нет.

   -И это окончательно?

   -Да.

   -Ну, прости. Я тебе там отправил письмо, где всё объясняю. Получишь, поймёшь. До свидания…

   Что творится сейчас с ней? И всё-таки я сказал «до свидания».

   Красовался неожиданностью. Что она. Не любит. Или я слишком легко предлагаю?

   Страданий и боли нет, я уже привык к ним, и ещё один укол - нечувствительно. В этом спасение. Но я поднимаюсь после каждого нового удара на более высокую ступень.

   Не было высокого захлёстывающего опьянения любовью и добротой. Скудно на душе. Внутри горячо запеклось чувство. Короста, но что под ней? О, если бы ты знала!

   Зачем она меня так долго пытала? А я. Разве не мог уйти? Мог. Но не уходил.

   Если б не было тишины, не было бы и ошарашенности. Уйди и не мучь меня. Изыди. Молил Бога помочь, перекрестился. Он не помог. Почему? 

   Зачем пустая любовь на свете? Разве надо мучить так человека? Конечно, зря ничего не бывает. Но много лишнего. Для того любить, чтобы написать несколько строчек, созреть до настоящего чувства, понять, что такое любовь? Жестоко, Господи. Должен быть предел страданию, горечи, одиночеству. Жизнь подкузьмила. От меня не убыло. Прибыло. Ну, прощай. Полоса неудач. Без красного диплома, без красной девицы с одной своею больной душой пускаюсь в дальнейший путь.

28.06   Ощущение цельности вчерашнего дня. Того, что я жил, как надо жить. Утро. Рассвет. По затишным улочкам города месяц следует за мной. Малиновая полоса уж народилась на востоке. Ещё блистают самые сильные, большие звёзды. Вспыхнуло солнце, взмыло! Облетевший тополиный пух, приснеженная от него травка у газона. Бордово-алые цветы шиповника, словно моя живучесть, способность любить жизнь, моя любовь. Я настоящий, когда творец. И знал счастье жизни, любил, хоть за свои чувства расплачивался втридорога. Надо так выстрадать, чтобы создать свой внутренний мир и им жить. Не даёт мне Бог счастья тихой семейной жизни. Вызреваю, как художник-пустынник.

   Цинизм, накипь, терроризм, экстремизм, неверие, страх, нестабильность. Каждое время больно своим. И наше катаклизмами, разломами. Не существуем в чистоте.

   Жизнь ценнее всего, и я должен ехать за опытом. Мы должны оставить после себя жизнь, нравственно прожитую!!!

   Мысли. Быть может, она месяцами уже ждёт твоего звонка. И вот сейчас ты должен шокировать её. Не дашь ей работать, выйдет, заплачет. Уходить с достоинством, не хлопая дверью…

    Ощущение, что ещё придёт, встретимся. Обман, не желающей отпускать, любви. Её чувство так же свято, как и твоё. Июль. Звёздный месяц глубоких и личных страданий, о которых никто не знает. И выход в милосердии, в божеском отношение к людям. Ощущение свершившегося. Болтал со всеми, мучился внутри глубоко, но не до жестокой боли. 

   Редко ощущение прекрасного наступает сразу вслед за событием. А сейчас пришло. Два дня в походе, насыщенные тоской, счастьем и любовью!

   Всё уходит в прошлое. Творю свою жизнь.

   Факультет. Игра в общественность, за которой нет сути. Неужели это от утери смысла бытия? И в общественности находят сознание своей нужности, начиная в неё верить.

   -Ты всё равно лучший из всех! – Марина с улыбкой.

   -Жду книжку первую через десять лет,- Владимир Петрович Владимирцев, профессор.

   Тёплые глаза нового декана Даниленко:

   -Ждём от вас журналистких шедевров.

   Крепко пожал руку.

   Надо иметь вот такое отношение людей к себе.

   Байкал. Жёлтые пятна солнца на макушках леса. Молчание сопок перед закатом. Там Бог. Перекрестился:

   -О, помоги мне!

   Звёздная вольница ночью. Осколок месяца цепляется за тёмные тучи.

   С утра заворожен жизнью. Бабочки летят на белые цветы кашки, открывается из-за поворота Байкал, большой, светлый, голубой.

   Что ведёт меня по жизни? Вера во что? Чтобы пережить всё, не отказываясь от неё, любви. Связь с небом?

   -Они что, ополоумели?- ещё один попытался покончить с собой. - Весь мир у твоих ног, и ты ему нужен!

   Вспыхнула надежда – она – и тут же угасла. 

   Облака на горизонте, словно флагманская эскадра. Жизнь люблю!

   Надо любить себя, созидать жизнь.

   Не люблю хищников, убивающих на моих глазах.

   Не зовите Русь к топору,

   Уж довольно хлебнули крови…

   Чувственная жизнь, духовно окрашенная, чистая, мне люба. Естественное желание остаться в ком-то. 

   Старуха. Мудрость: «Как родился, не помню. Как умру, не знаю.»

   Небосвод тёмно-синий, густой от солнца в жаркий полдень. В небе и днем краюха луны. Пауты откуда невесть налетают, готовясь к атаке. С зелёными рыльцами, на прозрачных слюдяных крыльях тонкий черный рисунок, графика. Даже эта кровососущая тварь красива. Лоснятся в солнечном мареве берёзы. Байкал ровной гладью, только слегка наплёскивает волна. Зеленью покрыты в воде у берега камни, и прозрачная вода оттого зеленит.

29.06  Не отрекаются, любя… Эта песня звучит во мне. Она будет главным звуком на долгие месяцы, пока не придёт новая любовь, и старая извеется. Люблю долго, мучительно, честно. Три девушки прошли через мою судьбу. Думаю, что будет четвёртая, а хочется, чтобы вернулась третья. Ещё не разлюбил, хоть ловлю себя на мелком чувствишке: хорошо, что не состоялось. Хлопот меньше. А то готовь свадьбу, играй. Как же все это мелко в сравнении с упущенной любовью! Утешаешаюсь правильностью поступка. Нет на мне греха молчания, утайки любви. Но даже праведность ничто в сравнении с любовью.

   Как пробивался сквозь густую зелень солнечный свет! Солнце вонзило желтые снопы в березовые рощи на холмах… Думал: этот расцвет всего в его многообразии не может быть зря. Для чего-то это нужно. Как всё поддерживает друг друга, буйно цветёт! Так и люди, их движения в мире тоже нужны. И этот упорядоченный смысл во всём успокаивал, утешал меня.

    Людей надо жалеть! Итак их гнетёт жизнь. У каждого своя боль, своя тяжесть, свой надрыв души. Все мы страдальцы на этой планете. Одни меньше, другие больше.

   Вечерний свет уже не проникал в парк, под кустистые раскидистые яблони и клёны. Дурманила сирень. Парочки на скамейках или просто группки людей вели свои беседы. Тихий вечер тихого города. Сколько было упокоения в нём после жарко-пыльного, суматошного дня. Свет солнца касался верхушки пышно-белой струи, бьющей из фонтана, высветляя её накрахмаленность по сравнению с остальной серо-зелёной в тени водой. Тихие улочки Иркутска, тихие люди. Неужели кто-то сейчас способен на подлость? Не верится, не хочется верить, сердце не принимает.

   Байкал. Пауты сошли с ума, кусая обнажённые, горячие от пота и работы руки. И я убивал их десятками, скатывая, словно тесто, по руке после шлепка. Дурманил запах душистой полыни. Ромашки, саранки с красными усиками и жёлтые пахучие лилии ютились на высоте сопки. Устал, уже было не хотел дальше в неё лезть, но уступил Инге. Так и в жизни порой не хочется идти дальше, дорога трудна. А кто-то подтолкнёт, и, переступая через себя идешь, и уже находишь удовольствие подниматься вверх, к высоте, до которой не все дойдут. Зачем? Чтобы видеть мир по-иному, иначе. 

   Поднимаясь, видишь, как Байкал, светлый у берега, переходит сначала в изумрудно-зелёную, потом тёмно-синюю глубину. Серебристые искорки вспыхивают на его волнах, переливались, словно алмазы, гаснут. Белокаменное обережье. Благодать! Самое благословенное время. Надо жить, надо любить, видеть красоту в творениях природы, в проявлении человеческих чувств! Нетленно всё живое по-настоящему!

   Тёплое чувство к Игорёхе. Пусть он не разделил со мною сомнения и страдания любви. Таков уж характер.

   И её надо жалеть, любимую. Не судите да не судимы будете! И я люблю, когда в моём сердце красота, а не серость и обыденность пошлых чувствишек.

   Ольга так искренно, любовно, светло взглянула:

   -Дай хоть на тебя посмотреть!

   Не повержен в бездну чёрной безысходной тоски. Почему? Ведь она отказала. Или я нашёл укрепление в мире, его красоте, нашёл друзей, что развеют боль, на чьи плечи можно опереться. Буду с ними, если придёт горечь, отчаяние.

   Несвершенность любви тоже боль. Вместо расцвета чувств кое-какое их шевеление на дне души. Не штормит, тяготит. Всё для чего-то нужно, только от этого не легче. Какую линию жизни мне наметил Бог? Две загадки – жизнь и смерть.

   Захлёбываюсь в словах. Это юность, это пылкость чувств. Глубокие личные переживания и милосердие души. Много лишнего, но что-то есть, стоящее внимания.

   Притяжение твоей личности ещё не означает притяжения любви. Она от Бога была моя или Он не хотел этого соединения? Что будут говорить о твоей любви. Позорно мелок в ней иногда был. Чем больше человек любит себя, а не другого, тем более гордый он.

   Письмо Анатолию: 

   -Ты умеешь сердцем принимать даже неправильности!

   Господу Богу я пока искренне поклоняться не могу. Лишь порой, в минуты страдания и красоты. 

   Хочется жить уверенно, прочно на земле. Нужно что-то важнее перестройки, переломка души.

2.07   Неужели я не прав, отстаивая своё право на любовь? Неужели мне не суждено быть счастливым в семье? Хочу быть искренним, не хочу фальшивить, загубить чью-то жизнь. Кощунство обладать нелюбимой. Подождём, потерпим. Терпи казак, атаманом будешь. Подвела меня Наташа. И всё же любовь, всё же добро. Одинокость… 

   Мне сегодня нужна одинокость.

   Я хочу написать о любви.

   О, моя беззащитная робость,

   Слово светлое благослови!

   И всё же я не один. Прорываясь сквозь тернии этого мира, вижу его красоту, свою соединённость с людьми. И великое чувство охватывает, что всё не зря, что всё так и надо, иначе и быть не может. Прощение и ожидание! Жизнь прошла и обманула, одним днём.

   День серый. Моросит дождик. Кропит. Хорошо идти по мокрым улочкам со сбитым тополиным пухом, вдыхать сырой воздух, смотреть на небо в тучах. Встал утром радостно, с беспричинным счастьем жить! Люблю жизнь. Потом чувства потускнели. И всё же дождик и нахохлившееся спокойное серое небо говорили о счастье.

   Не дай Бог революций. Диктатур.

   Добро ко мне прижалась девочка Соня. И сразу полегчало, на душе лучше стало. 

   Звёздное небо над головой, с утра ясное и звонкое в лесу «ку-ку». Ещё есть счастье, жить можно. Спасибо, Боже! 

   Погружают в грусть и задумчивость мысли нелёгкие о ней, неверие в свою звезду, избранницу. Это тяжело – не верить. С Наташей расстанемся. Ну, в путь! Живи, живи!

   Святое ощущение воды, когда входишь в неё обнаженный. В этом что-то есть, какое-то освобождение от земных пут, бремени, тяжести, интимность.

   И всё-таки мало страдаю, относительно спокоен, думал - будет горше.

   Голос у Инги похож на голос какой-то птицы, он немного скрипучий, как уключины в колодце, когда поднимаешь ведро с помощью ворота.

   Благослови меня под этим небом! Обретение гармонии в себе, красоты, слияние со всем сущим и восхищение жизнью!

   Валера Ширяев, Царство Небесное, говорил:

   -Замаслякаем!

   Означало, что-то смастерить, сделать. Чернявый, крепкий, деревенский, умел построить дом и баню, печь сложить. Прожил немного. Сын сгубил, став наркоманом. Переживания. Сын умер наперёд… 

   Отдохновение находил в труде, любил разрешать вопросы, строя новое. На производстве видел много непорядочных, но сам так жить не мог.

   И мне не торопиться писать, обвинять, казнить. Понимание людей, их обстоятельств. Журналистика понимания, врачевания, любви, милосердия. Слишком хлёстко бичуем. Устал. Умиротворение. 

   Во мне ещё есть силы жизни. Рост духовный. Думать, любить. Любви взаимной, а не страдальческой хочется.

   Сухомлинский. Отношение к женщине высвечивает порядочность, совесть, честь и тонкость чувств.

   И всё-таки делать добро!

   Дождь. Суши портянки! В такую погоду сижу дома, смотрю за окно, слагаю тихие стихи!

   И всё-таки любовь выше всех этих соображений о правильности, красивости своих поступков, самолюбования, выше серости, пресноты и пустоты, что часто во мне. Счастье любить, быть вместе, творить из двух одно прекрасное, чистое!    

    К вечеру развидняло. Выглянули бело-малиновые облака на закате. Небо стало голубым и чистым!

   Почему так развела судьба, заставив меня мучиться из-за неё, других девчонок из-за меня? Скорей бы другую полюбить. Выстрадал любовь. Слишком долго одно и тоже. Усыхает душа. Прощай.

   Ольга вступается на вокзале за избиваемого пьяного. Смелая!

   Темная хлябь ушла, холодный голубой камень неба.

   Не можешь быть большим солнцем, будь малой звездой.

3.07   Тихий солнечный полдень, густой запах цветущей медуницы. Кораблики по Ангаре, от них по воде доносится музыка. Лодки рыбаков на якорях застыли в солнечной лучистости. Бабочка голубая пролетела, птичий гомон в кустах. Сырой запах реки. Хороша жизнь!

   Не прав, требуя любви, не прав, отказываясь от встреч. Это не жертва, это самосохранение.

   Чувство оттолкновения от девушки, которую не любишь.

   Мягкие обволакивающие, словно облако, движения женщины в возрасте. Что-то в ней от декабристок, дбворянства.

   Выглянет голубое небо из-под лохматых бровей насупленных туч, и в душе, глядишь, посветлело.

   -С кем я буду маразмировать?- задаёт вопрос Лёха, когда я уезжаю надолго. На Байкале мы дали оторваться в нашей компании своим глупым, но смехотворным маразмом.

   Отдавать себя, любить.

   Мама Игоря точно об Анатолии - угадала с житейским опытом - когда он просил меня из тюрьмы подыскать себе женщину:

   -Не верь! Сам пусть ищет.

   Неверие – полезный урок, но оно подавляет светлое во мне.

4.07   Однажды наступает момент, когда всё, что ты вклыдывал в людей, начинает возвращаться к тебе. 

   Небо устало равнодушное сегодня, без веселинки.

   Испытать первозданную радость утром. Благословенное лето. Как ни прекрасна зима, в ней нет такого цветения, аромата трав! Святое время зреющего урожая. Но без зимы вряд ли бы это так остро ощущал. Так и в жизни нам нужны полосы неудач и удач, чередование.

   Жить любовью средь людей так тяжело и невозможно. И в тоже время так легко и свято жить любовью среди людей.

   Ругань с соседкой из породы Шариковых. Опаршивила, осквернила душу. Нетерпима к людям, склочна. Как её любить и уважать? Просто молчать. Внутри бушует, жжёт, кипячусь. Защищал чувство любви к матери, домашней собаке, свой долг перед ними. Буду биться за это верящее в меня существо, домашнего питомца! Отдавать в чужие руки жестоко. Тоска. Нет. Не отдам!

   -Ещё надо узнать, как ты ей пенсию оформил?- соседка. Остервенение: - Бессовестный…

   Мама на инвалидности, вторая группа.  Хлопотал о пенсии, сама она это уже не могла сделать.

   Не могу отойти сразу от этого скандала, от злобы людской и мести. Так вот потерял покой, и сердце не на месте. Душа перерабатывает яд чужой злобы и в ответ на неё, своей. Отравила душу. Зачем?

      Революционерам бывшим и будущим

   Кровавый бешенный захлёст…

   Зачем? Другим не больно?

   О, Русь, распятая из слёз!

   Довольно.

   

   Уходит эпоха с своим ароматом,

   Последним дыханьем дыша.

   О, жизнь невозвратная, жар и прохлада,

   О, в сердце настрой бытия…

   Широкий захват жизни, восприятие себя всецелым, всемирным, глубоким и дальним! Пласты жизни. Что было и что будет.

   Розанов. Следовать за жизнью, а не впихивать её в свои догматы.

    День уже пошёл на убыль,

    Тем, кто не принял вечерней тоски.

    Тянутся к вам неокрепшие губы

    Лепестки, лепестки, лепестки…

   Такая вера в моём сердце, что всё неправедное, злое, несправедливое будет наказано. Господний суд! Или они, эти люди, делающие подобное, уже наказаны. Своим сердцем, жестокостью его?!

   Исповедь. Да. Я исповедался перед ней, легче стало на душе. Мой Бог – моя любовь, и только перед ней я мог и должен был исповедаться. Я обманулся в ней, как в женщине?.. Чужая душа – потёмки.

   Зачем всё это, целый год мучений? Как такое перенесла душа и как вынесла? Как больно было порой. И как душа сохранила веру жить и любить, не прокляла. Гнёт неразделённой любви. Не раздавило. Душе можно верить после таких испытаний.

   Святая вера в людское добро! Собакевичи-шариковы редки. Заявляя право на доброту, сам не всегда доделываю его.

5.07   Я поэт и живу одиноко.

           Я  звезда, что сияет с Востока!

           Ну и что же? Живи одиноко

          Только с сердцем и в сердце для Бога!

   Одинокость не одиночество. (Одиночество тяготит, мешает.) Дождь разогнал людей с тихих улочек по домам, и я брожу, наслаждаясь одиночеством. Отцвела сирень, ветви её порыжели, ржавчиной покрылись. Сизые пряди тополей. Странное чувство я испытываю под этим серым небом с иногда низкими, иногда высокими  лохматыми тучами. Как будто нахожусь вне себя, и меня ведёт небо, этот день, и я сам не свой, не принадлежу себе. Странно… Ведёт Бог, ведёт судьба?..    

   Причуды полдня, встречи со знакомыми людьми. Ведь мог и не встретить. Тысячи и тысячи случайностей свели, направили нас в одно и тоже место. Видимо, так надо?..

   Чёрные вороны спрятались под листвой берёзы, чтобы не мокнуть, теребят, расчёсывают длинным крюковатым клювом перья крыльев.

   Борис Чичибабин:

   Меня одолевает острое и давящее чувство осени.

   Живу на даче, как на острове, и все друзья меня забросили…

   Сладостное чувство одиночества, оторванности от друзей. Одинок, но не несчастлив. Сердцу сладостно пить горечь одиночества! Захотелось пройтись в одиноком танце по пустой, осыпанной дождём и тополиной шелухой уличной сцене. Танцевать одному…

   Наполнит музою душа…

   Жизнь вдруг расступится, и ты летишь в расщелину с лавой неприятностей. У каждого своя несуразица. Нет вполне счастливых, все чем-то горько сломлены. Как нет и вполне несчастных.

   Скоро осень. (А давно ли началось лето?) Когда грусть и позолота, приятно и тепло на душе. Осенняя простуженность и сквозистость зовёт, ласкает, манит. Переживём распад и тление. И горчащий ароматом дух опавшей листвы!

   Я одинок, и вовсе не у дела.

   Бегу толпы, ищу своей души…

   Как-то по особому действует на меня осенний день с мелким дождичком, с серыми лужами и людьми, пришедшими с работы и греющимися за стенами домов, в окна которых я вглядываюсь…

   Гроссман. Неужели нельзя обрести гармонию в жизни?  Можно. Что-то водит, бережёт меня от напастей.

   Когда изранена душа,

   Осенний дождик мне в подмогу,

   Он лечит, травами шурша…

   И тишина – тропинка к Богу!

   Рыхлое небо с рваными тучами. Звуки от железнодорожного вокзала далеко разносятся по воде.

   День отжит. Во имя чего? Общение с вечным? Бегал, наполнял душу суетой. Лишь бы бегать, безумно и радостно…

   Я полюбил осеннюю природу,

   Холодные тяжёлые дожди…

   Так всё присуще человеческому роду,

   И вера, и безверье до тоски…

   Осень в душе человека. Грусть, светлое чувство грусти. Спокойное, как дождь, мелкий, каплющий, моросящий.

   Капля дождя на зелёном листе акации. Светится изнутри белым камушком, а сверху колеблемый серый желатин.

6.07   Ушла Наташенька, ушла хорошая...

   Важно не замыкаться на одном предмете, ставить его в общий жизненный ряд. Тогда меркнет неразделённая любовь, не забирает всех сил душевных, человеческих. Будут ещё и печали, и радости…

   Вырезал на сердце страшный след, который должен её вернуть, бросить ко мне, в мои объятия…

   Вот уже отделён стеною дней от своего письма, от своего звонка. Тише боль, меньше печаль. Любовь, забываясь, стирается. Только бы её не видеть. Не видеть.

   Ты будь спокойным и высоким

   И знай, что белый снегопад

   И в позолоте листьев осень

   Готовят свадебный наряд!

   Встретил преподавателя с филфака Валентину Васильевну Асламову. Весёлый, разговорчивый человек! Говорит:

   -Ставьте перед собой высокие цели! Добрые дела. Важно остаться человеком…

   Анатолий Байбородин. Хороший мужичок. Небольшого роста, крепенький. Писатель.

   Важно не заблудиться на всю жизнь, не вложить свои силы в пустое, групповщину, грызню. Русофобы и антисемиты. Надо разобраться.

   Не грязнить низкими мыслями и чувствами даже неразделённую любовь. Не терять высоты. Пусть будет свята её любовь к другому и моя к ней!

   Убил себя мертвыми пустыми чувствами без неё. Звал её в высоту, к любви. Любит по-своему?.. Не навязываться, не кусаться, не мстить. Высота, добро и любовь, для которых открыто сердце в минуты соприкосновения с настоящей поэзией, прозой, искусством - главное в тебе. Не засоряйся. Не живи мелочностью и похотью.

   Женщина в возрасте, оплыла, как жаба, одышливое дыхание. А человек хороший.

   Перелом лета, на убыль. Два чистых жёлтых листика упали на асфальт. Хотел поднять. Распались…

7.07   Гармонически сложенная стройная девушка зрелых форм… 

    Хоть ты и обаятельна, владеешь мною, глубиной сердца, беззащитной его сутью, но есть ещё незанятое тобою место. Ты не захватила всё сердце мягкой нежностью. Способен ещё на иную любовь.

   Солнце под вечер, прорвавшись сквозь тучи, окропило ясным светом сочную зелёную траву. Старухи болтали под окном, всё и вся обсуждая. Подлый страх  их ругани в мою сторону.

   Собираю, как пчела, капли человеческой мудрости, чтобы быть ко всему готовым. Как важно с духовным опытом предупреждать удары судьбы и времени.

9.07  Придавило душу уходом Славы. Светлый, добрый, хороший парень… За ним идёт убитый в армии дедами Эдик Карпеев, талантливый журналист. Как красиво когда-то он написал в областной газете статью о хирурге. Потом его призвали, не служившего, со второго или третьего курса в армию. И он не сломился, в отличие от меня, восемнадцатилетнего, под гнётом дедовщины. Заставили гады залезть в петлю, а офицеры свои задницы прикрыли - самоубийство. Оплакать и эту девушку, буряточку, покончившую из-за любви с собой. Поминальный плач. Не уходите! Сопротивляться внешнему миру, жестокости в нём. Не только для себя, для людей живу! В этом спасение. Для людей! Славка не увидит больше, как полыхает небо на закате, как красиво озарены малиновые и оранжевые облака! Как светло народился и обмывается серпик месяца, как струится с металлическим отливом холодная река. Как тихо вечером на улочках города, где гуляют парочки. 

   Днём ветер гнул берёзы, трепал их непокорную пышную шевелюру…

   Свет во мне. Приму тебя, какая ты ни есть. Только откликнись. Любимая. Прости. Сейчас со мной Бог, и он говорит через мою душу с тобой, людьми. Не хочется омрачения этих чувств, когда жизнь мерзит и всё воспринимается жестко и жестоко. Даже любимая.

   Меня мучает, мою совесть, своей любовью другая девчонка, которая говорит, что снюсь ей. Как не быть с ней жестоким? Не обжечь.

   Свет добра освещает путь! После чтения Достоевского. Сколько в себя вмещает человеческое сердце! Люблю друзей, их веру в меня, и мой свет для них.

Мне чудилось, мне верилось: она придет,   Лицо за решёткой железных ворот.

Мне чудилось и верилось: она полюбит

Непредугаданной судьбы поворот!

   Шёл и остро ощущал вечность под белыми громадами облаков.

   Маркес давит кровью и напряженностью мира. А на улице хорошо. Нельзя угнетать душу.

   Товарищ озлоблен на мир, пристраиваюсь, чтобы не оттолкнуть его. Выправить.

   Сколько мерзских мыслей порой мелькает. Давишь их, как блох. Откуда эта пакость в человеке? Неужели всю жизнь борьба с ней? Поступки плохие реже. Лишь в добре ощущаешь себя истинным, настоящим! Значит, добро – правда! По крайней мере для тебя.

   Прежде надо быть глубже самому, чем учить других жить.

   Человек выходит из воды от чрева матери на свет Божий. Подобное, наверное, испытываешь, купаясь, когда выходишь из реки или пруда. Состояние благости, родной стихии.

   Запойные слова. Грустные звуки гармони. Бабульки на скамейке. И я с ними под этим голубым небом. Русь! Для какой благости земной создал меня Господь? Всё для чего-то нужно. Даже ранний уход.

   Людское оживление за полночь схлынуло с центральной улицы. Пустота, тишина, одинокий красный фонарь. В разрез домов видно то место, где проходила она с ним в феврале, и моё сердце ныло так, словно железом провели по стеклу. Страдал, сходил с ума.

   Утро. Серо-молочное небо. Ещё тишина, не проснулись люди. Одинокие дворники, мусор, пыль… Скоро начнётся, житейская ярость, грызня. Вперёд.

   Дневник. Моя красота и мерзость. Что скрывать? Из этого и состоит человек. И чем глубже видишь себя, тем лучше. Человек изначально греховен. Греховен и я. Добром снимаю грех с души, облегчение. Физически это чувствую. Мало изначальной греховности, ещё приобретаем по жизни. Вот и живи в тяжести почти всегда, и кайся. Лишь в редкие минуты прозрения и добра хорошо, счастливо. Утром, в общении с природой, когда душа с радостью впитывает все ощущения бытия. Ох, как хорошо исходят из сердца слова! Кто его так настроил? Спасибо, Боже!

   Середина лета, Божья благодать!

   Даже  и Иуде некого предать…

   Хорошо жить, хорошо стараться жить хорошо. Просыпается во мне любовь ко всем, близким и дальним, живущим и царствующим во плоти. Спасибо Бог, что посетил меня сегодня! Так бы всегда! Проводить утро светло, день тускло, а вечером писать, захлёбываясь от мыслей и чувств. Я порою люблю! И это правда. Хоть и высокая. Неужели во мне просыпается Бог? С такой благостью в сердце и жить! Хватит ли мне сил на это испытание жизнью?

   Как же дом без любви? Я этого не понимаю. Или это юношеский максимализм?

11.07   Лагерь. Шёпот дождя за окном ввечеру. Доброе отношение к детям. Нравственно лишь оно. Дождинки сыплются с иголок на землю. Дождь… Даждь Бог…   Минуты свободы. Думал о Наташе.  Как она хороша, всё её тело, вся душа, привычки, поступки, подчинённые мне. Уж лучше вообще не познать женщину, чем познать нелюбимую. Естественное чувство протеста. Не питаю иллюзий, и всё же люблю. Любить свято для меня, во мне.

   Поднял голову и сердце захватило. Бог! Ночь и звёзды яркие, светлые вернули мне Его! А иначе что же?..

12.07    Иногда острым воспоминанием она, красотой, божеством вступает и захватывает самую сердцевину.

   Дядя Миша: 

   -Надо всё пережить. Честному и совестливому жить счастливо. Всё ещё будет. Сперва определись с делом, пойми его суть, потом женись.

   Руки у него короткопалые, но большие и толстые, земные. Для работы на земле, крестьянин.

13.07   Я вижу, что жизнь хороша! Что я любил и любил не зря.

   Алёна. Соблазнительная выемка груди. Хочется целовать эту выемку, переступив через нравственного человека в себе, мучения прошлого и будущего стыда, обладать ею в соответствии со стихией чувств, овладевших мною сейчас. Но … нет. Люблю Наташу, и почему-то спокоен, и верю, что она придёт.

   Ты будь спокойным и высоким,

   И знай, что скоро листопад.

   А с ним и золотая осень…

   Готовят свадебный наряд!

   Моё письмо, как рана, на её душе. От себя, судьбы не убежишь.

   «О, Боже правый, ты была моя…» Арсений Тарковский.

   Два дождя. Сначала один, еле слышный, шепчется с землею. А, когда перестанет, с хвойных иголок спадает другой, шуршит.

   Как очаровательно, словно молодая нимфа, ввечеру бежала вожатая педотряда! Чувственность. Нельзя жить скудно и пресно, надо кого-то любить и к кому-то тянуться душой. Просветление любви.

   Прижигающий язву любви огонь неприятия, оттолкновения, как любить без любви?

17.07   Бездарно мы живём, когда злимся, кусаемся. Чтобы показать извилины своего характера. Злобность откуда? Напрягает, чувствую в сердце не смирение и кротость, а противление. Супротив.

   В погоне за мнимым благополучием забываешь цель, которая – доброта. Изводишься на мелочи, суету, пресность ожесточает. Когда сердце не наполняет любовь, ты плох, в него лезет всякая грязь. Не прав, сдерживался, когда нет любви. Напряжён. 

18.07   Лёг на песок, раскинув руки в стороны, взглянул на небо и ах!!! Оно захватило сердце! Сказал:

   -Возьми меня! Я всё равно уйду в эту голубую высь!

   Грубый шероховатый голос с сучками и задоринками звучит контрастно на фоне мягкого, женского. Как будто скользит мускулистая жесткая рука по нежному женскому телу.

   В минуты высокого откровения, когда Бог в душе, ты будешь вспоминать обо мне.

                ЭПИЛОГ

  ( Всё! Тут она появилась! Та девушка, которая стала моей женой! – читать дальше… Автор.)

   Мне нравится та девушка из отряда.  В ней что-то есть мягкое, обаятельное, как у Наташи. Что мне с ней делать? Это мимолётное увлечение или перерастёт в нечто большее? Боюсь серьёзности чувства, ещё не освободившись от Наташи. Во так это и возникает? Приглянулась и пошло? Искра. Или я её затушу? Не дам полыхнуть. Тогда это не от Бога.

   Как у Пушкина:

   -Я влюблялся во всех красивых девушек, которых встречал на своём пути.

   Тёмное чувство во мне: та, что тянулась ко мне, потянулась к другому. Любовь друга плюс влечение пола – ревность...

   Маразм или интеллектуальный дубизм

   Ешьте бублики во сне.

   Горный техникум, ура.

   В каждом бублике дыра,

   Всем болельщикам сестра…

   Ниточки сердец. Бог отводит мою душу. Не допустил Наташу, Алёну, Свету в жёны. Чего Он хочет от меня? К какому берегу ведёт?

20.08   Бесцветна опошленная душа…

   Шёл вечером домой. Гасла заря, благоухали цветы и травы. И вдруг меня поразило, что больше этого дня не будет! Не будет этой данности. (Кто-то другой также пройдёт в будущем здесь в это же время, ему это счастье ещё предстоит…) Так гаснут сказочные страницы жизни, уходят в прошлое, прошлое, прошлое… Одноактность бытия.

21.07   Как догорал закат! Золотистою бахромою по небу облака. Река словно застыла в мерном течении. Алая и малиновая водь переплавлялась в мягко-золотистую. Настороженно молчал лес. Острые зелёные пики елок красиво отделялись на фоне голубого неба. Святые благословенные места! Тихо. Рыбаки на тихом берегу. Всплеск воды, всплеск весла, щелчок о воду грузила. Тепло пахло коровами, пасущимися недалеко, около леса. Запах парного молока от их добрых и пугливых тел.

22.07   Может быть, моё притязание на любивших меня вовсе не на всё в них - хоть я им себя и кусочка не отдал - а попытка совести освободиться от долга перед ними, хотя бы частично.

   Дождь шумит, забытьё полян, их сумерек. Важно оторвать от сердца суету и мелочь, жить главными светлыми мыслями. Поэтому мне нужно одиночество в себе, себя. Насладиться миром, любовью, полюбить и любимую, и себя не поверхностно, глубоко. Искать её, влюбляться. Хотел погладить любившую меня по голове. Просто подойти и погладить. Пожалеть. Сколько она намучилась из-за меня.

24.07   Итак, ещё два узелка завязалось на моём сердце, Иоанна и Наташа. Новая Наташа! И оба их надо распутать, бережно развязать. В чём секрет любви сердца? Разных девушек много, а западает в сердце одна. Разглядел её только сейчас. Такая же мимика, как у той Наташи, такой же взгляд, бережная манера есть. Быстро, однако, ты развязался с зимней любовью… И теперь вновь и опять! Ну, и сердце!.. Не даёт ни соскучиться, ни состариться. Сердце источник и двигатель жизни. Вдруг подсознательно узнаёшь, чувствуешь – она твоя! И притяжение, вглядывание, рассматривание, кто она? Кинуться ли в омут или отойти, пока не поздно? Самоотречение во имя спасения других, любящих тебя. Какая тихая натура Иоанна! Ничего не чувствовал, не знал. У иных выплёскивается, а эта любит для себя, внутри и так тихо! Бережно обойтись с ней.

   У новой Наташи красивая и богатая мимика лица. Это есть душа, её внешнее отражение в движении. Стирает в моей памяти прежнюю Наташу. Неужели она или это краткий миг солнечного затмения?! Встретились взглядами. Я смотрел на неё всею глубиною и полнотой души. Смутить, взвихрить душу, прорваться сквозь заслон просто общения. Бог мудрее нас.

    Любовь к женщине эгоистична, заставляет других страдать, любящих тебя тоже сейчас… За что они меня любят?

   Какое прекрасное небо! Под этим небом не может не быть Бог! 

   Завести небывалый роман… Развернуть, чтобы жизнь довести до точки. Сердце искромсать на строчки.

   Пустоцвет? Не предавать собственного сердца. Она позвала.

25.07   Прихоти сердца. Мы не в состоянии знать, что оно от нас потребует завтра. И в этом Бог! Почему именно она? Несёт в себе образ матери, её силу, зароненную в душу в детстве. Открыться в откровении. Рассудок противится сердцу, контролирует. Всё равно когда-то надо идти наперекор обязательствам, которые чувствуешь перед другими, и выбирать невесту. Не знаю, что из этого получится, но надо верить своему сердцу. Дважды сегодня подходил к ней. Чувствует? Всезахватная глубина?.. Меня любят глубокие натуры, но почему сочетание глубины и моего бессознательного облика любимой девушки, напечатленного на сердце, не совпадает?

26.07   Кажется, влюбился. Ты беспокоишь и мучишь меня, Наташа. Сомнения: со мною ты или нет? Всё закрутилось по-новому. Не ожидал. Волнуешь, с тобою особенный. Несколько раз в течение дня проступаешь острым напоминанием. Вихревые страсти, чувства пошли.

   Много пережил весною и летом. Любил людей, это главное. Добро делал. И в этом смысл жизни. Люблю себя таким. 

   Небо обещало радость и счастливую любовь. Сладко пахло луговыми травами, терпко полынью. Счастливо жить, не уходя в мелочность и бездарность.

   Черно и звёздно! Любить, целоваться под таким небом! Только недавно разглядел её выразительность лица.

   Сказал ей:

   -Ты напоминаешь мне одну девушку. У неё глаза такие же были. Я любил её.

   -Эта любовь была несчастная? (Как много верно угадывает сердцем даже неопытная семнадцатилетняя девушка! – автор, спустя тридцать пять лет.)

   -Да… Странное совпадение. Её тоже звали Наташа… Кажется, я в тебя влюбляюсь.

   Истории из жизни наших воспитанников, детей интерната. Девчонка уехала в Иркутск учиться с золотой медалью. И скурвилась. Пошла по рукам. Ребёнок её теперь в интернате. Покатилась дальше падать … У другой отец убил мать. И дочь теперь пьёт, развратничает, ребёнка забрали в детдом. Жизненные сломы. Как эту искривлённую жизнь выправить, чтобы дети были счастливы и взрослые? Желание счастья оттого, что сама жизнь, дарованная нам, уже счастье.

   Батя. Волос растрёпан, глаза, выражение лица, как у охотника с картины. Рассказывает:

   -Не хотел убивать, жалко… Попутают за лосиху…

 

   Мне и под небом России счастья хватит!

   -Здравствуй!

   -Здравствуй!

   Мы встретились после небольшой отлучки. 

   Ещё любовь чуть занялась,

   А я лелею облик твой!

   Не потерять, не потерять.

   Какой ценой? Любой ценой!

28.07   

   Со мною разговаривала вечность

   Весёлым и стозвонным языком.

   И верил я в мечтанье, бесконечность,

   И знал: не жизнь, а смерть всего лишь сон.

   Умных много не бывает. Молодые пьют, гуляют. Мелкие надежды, малые чувствишки. Есть зёрна, которые прорастут, университет отшлифует, заблестят, засияют.

   Наташа прижалась ко мне.

   Чтобы быть человеком, надо верить во что-то светлое, доброе. Иначе как учить людей жить? Только собственною верой, сердцем.

   Побуждение – сдать партийный билет, убраться от толпы, не чувствовать за собой даже формальных оков.

   Брожу по городу в одиночестве, а в душе цветут и зреют мечты о новой Наташе! Поэзия жизни, её красочность вновь оживают во мне.

   Замятин, рассказ: 

   -Смерти нет. Неужели ты не понял главного? Одна минута вмещает целую вечность, если ты сумеешь понять 

эту минуту.

   Это сильное желание остаться в другом человеке, слиться с ним. 

   Если б не эта жалость, что удерживает род людской на земле. И никакие законы не смогли её сломить. Уничтожить миллионы, чтобы остальным хорошо жилось? Человек на это не согласится. Убить и жить невозможно. Об этом у Эдгара По. Какой-то закон внутри нас, настолько глубокий, в жалости. Когда распутятся цветы человеческие, тихие, мирные, без крови?!

   Настоящий поэт всегда беседует с вечностью и видит суетность земных стремлений.

   Цветы. На них блестит роса. Один цвет сменяет другой. И в этом вечность! Однажды отцветшему уже нет места на земле? Значит, так и нужно, чтобы жизнь не обесцветилась. Используй свою одну жизнь.

   Иркутск два дня тонет в голубой дымке. То ли туман, то ли от лесных пожаров. Но гарью не пахнет. Мягкие солнечные блики на волнах. Ветерок морщинит сине-голубую воду у берега. Плачут чайки. Жизнь. Мы проходим мимо неё…

   Верить в них, как в святость, чтобы и они в себя верили. Души измараны. Надо очищаться. Особый дух благородства. Пусть знают, что это есть! И не верят грязи в себе. Знаю и не верю, что это в них главное.

   Падёт ли лист, я радуюсь ему, 

   Как жизни проявлению в себе. 

   Иль тополя шумнут навстречу мне…

29.07   -Любовь очень эгоистичное чувство. Если ты думаешь при этом о других девушках, значит, не любишь! - сказала мне хорошая знакомая, друг молодости. -Чувство собственницы или собственника. 

   Перелюбил. Нет греха во внимании, любовном обхождении с другими? Люблю ли я? Не знаю. Но еду к ней, чтобы пуститься в вихревой водоворот чувств, не думая о других. Только без самоуничижения. Знай себя и верь в себя!

   Чужой ребёнок прижался ко мне, а я понял и почувствовал: неукорененность. Не пустил в землю корни, нет детей. Оттого такое слабое чувство связи с жизнью. Думать не о себе, а о детях, семье – естественное стремление. Привязаться к жизни всею плотью. 

30.07   Дядя Гоша:

   -Не уходи из партии. Я знаю, почему ты уходишь. Ты видишь до чего Русь, Россия дошла. Не уходи. Не сдавай партбилет… 

   Выпимши дядя. Что у трезвого в голове, то у пьяного на языке. Видимо, долго ночью думал о моём решении. И теперь говорит передуманное:

   -Я знаю тебя. Ты честный, как я.

   Глаза его слезятся. Он обнимает меня, судорожно прижимает к себе рукой, щетинистым подбородком колет мою щёку.

   -Я с тобой могу только поговорить. Ты знаешь – не уходи…

   Несколько раз он перескакивает на другую тему и всё же возвращается к прежней:

   -Струсил? Да, струсил. А кто будет бороться за рабочий класс? Я то думал в тебе найти подмогу. А ты уходить собрался. Не уходи! Послушай дядю. Я тебе плохого не пожелаю. Тебя будут считать врагом народа, изменником, а ты ещё молодой. Подожди. Ещё куда время повернёт? Никто не знает…

   Желание любить, сильная потребность жизни. Благодарным надо Богу быть за такое сердце!

    -Мне всегда на себе хочется что-то поправить, когда он на меня так смотрит,- Инге её мать. 

   Тяжёл, должно быть, мой взгляд, когда не согласен с нею.

   Пустить в душу всех, даже плохое, но своей сути не растерять. 

   Почему не могу претворить жизнь в строки? Мало впечатлений, прозрения, ослепления нет? Или работы?

   Жизнь обязательно столкнёт тебя со злом. Надо быть готовым вынести испытание по-человечески.

   Маринка. Её ощущение тоски этой жизни, её бесприютности.

   Зинаида Фёдоровна ветхая старушка, а принципиальная, закал сталинских времён. Надо ожесточаться на врагов или тех, кто неправильно, неверно, вредно живёт. Не лучшее человеческое качество. Святы жалость и милосердие, доброта. Многих принципиальностью обидела, обозлила, но и сама не видела при этом счастья.

   Не надо создавать такие обстоятельства, когда люди, как черви. Замятин.

   Шукшин. Смех сквозь слёзы. Русский образ жизни. Надрыв сердца. Вместил боль народную и об этой боли писал. Должна быть святость!

   Почему жизнь так устроена, что ей угодно ломать, ломать, ломать?! Сколько сломанных судеб! А где при этом счастье? И как сделать жизнь такой, чтобы люди не ломались? Думай.

   Хорошо, что сердце говорит:

   -Подари цветы Наташе!

   Болеть жизнью, мучиться её грязью, чувствуя совершенную гармонию, красоту и радость в себе и мире. На это настроен художник: на неприятие несовершенства и поиск идеала.

   В горячее, горючее время мы живём. Люди обозлены, раздавлены. Раздражительность вспыхивает тут и там. Надо собраться, выпрямиться, человеком себя ощутить. Как?

   Открывать друг друга. Распускаться душой, как цветом! Я тебя совсем не знаю. Ужели наитие меня подвело, красивые черты твоего лица?

   Приблизил Ольгу, стала другом, говоря о главном, вечном!

   Была белая ночь в Питере. Краски её не передать словами! Тогда мы впервые любили! У любви всегда ассоциация, связь с одним местом либо днём.

   -Дети болеют. Отца дома нет, а нужна мужская ласка,- Настя. Витюха, ребёнок, прижался ко мне, тихо сидит на коленях.

   Лариса Алексеевна Ланкина, преподаватель филфака, отделения журналистики, у которой писал диплом, о моём желании выйти из КПСС говорит, как о детстве:

   -Упёрся в одно, и всё! Как ребёнок. Ей Богу! Сделаю по-своему. Надо же имя иметь, чтобы уйти…

   Если человек добр, сколько бы он не согрешил, естественен возврат к добру, покаяние. Никакие политические законы тут не властны, добро победит в сердце! Есть абсолютно злые сердца. Как же так можно жить с постоянной тенью, холодом в сердце, без солнечных минут?! 

   Я забыл вкус любви. Засох. Меня надо растопить, чтобы сердце забилось уже не от мечты, от яви. Прозреваю, что жил уже с ощущением любви в сердце, которая будет, нашей любви с тобой! Метался, любил других и всё-таки вернулся к этому чёрному небу в алмазных звёздах. Любовь видит незаметную другим связь вещей, предметов, лиц.

   Мимолётное добро, мама Игоря поправила мой погон на рубашке.

   Сашка Поморцев, друг из ансамбля, занял десять рублей. Сам же счастлив своим добром, одолжением.

   Я бы мог жениться на других, что встречались на моём пути. Но сердце к ним не тянуло, только похоть.

   Любовь. Открывать себя во мне и меня в себе.

   Всё зависит не от чина, даже не от идеи, а от внутренней сути человека. Можно и религию исказить от этой сути, охамить, оплевать.

   Любить не чин, а мою суть. 

   Редки минуты поэзии. Но за них жизнь можно любить. За её краски и чувства! Только бы не усыхать, только бы чаще во мне говорила душа, а не пресная, стёртая оболочка. Пресные минуты будут, но не они суть.

   Вкус любви приходит во время любви, как и вкус еды. Не испортить бы девчонку и ей жизнь. 

   Чтобы не было пустоты, надо любить. Даже несчастливо, трудно. Что-то преодолевая, перерастая. Только б не обесцветиться. Женщина для меня была всегда свята. И жизнь должна быть красочна и свята, и мир, и друзья!

   Не верить серости, жить по-настоящему. Не растратил пыл своего сердца, не истаскался, не веря шелухе, замаранности, веря в святость. Полное напряжение всех сил жизни, как и отдохновение.

   Женщина прорастает в нас, вырастает в нас. Себя любить не заставишь.

   Сердце во тьме солнца не видит, Бога не видит. Обидит. Оттого и преступники. Посвети им солнышком, добром, раскаются. Не все, но всё же большинство.

   Верить жизни и идти вперёд, к звёздам!

31.07   Не знаю, куда поведёт меня жизнь. Выбор предопределён, исходя из поступков, характера. Но обстоятельства, которые создаёт мир вокруг нас, неизвестны. Какую истину надо жизни от меня?

3.08   Она не красивая, но прекрасная! Какая-то успокоительная мысль приходила вчера о ней. Надо скорее развязать этот узел. Если не любит, задавить в себе ростки тёплых чувств. Если любит, дать разрешение любви. А она, кажется, любит. По глазам заметно, вчерашняя встреча под дождём. Сегодня подошла в столовой. Хочу её тёплых губ. Всё, пора признаваться!

   Смех объединяет, сплачивает людей, люди прощают друг друга.

4.08   -Наталья Анатольевна, я, кажется, в вас влюбляюсь.

   -Ой! Так неожиданно и так откровенно, так сразу.

   -Сумеете ли вы полюбить меня?

   -Даже не могу тебе сразу ничего сказать. Ты хороший человек. Ты очень хороший, Володя…

   -Не более того?..

   Сегодня она ходит, мне кажется, наполненная, преображённая изнутри светом! Накрашена красиво. Для любви надо быть более чем хорошим. С другой стороны, должна же девушка подумать. Ты смутил и поразил её сердце. Как властно она выселила из сердца ту Наташу! Смотрю на её фото из прошлого, и сердце не дрогнет, словно ослепло.

   Первые ласточки! Она прижалась ко мне и не выпускала руку. Провела своей рукой по моей шее. Я это чувствовал, дыша в её волосы. Она, словно спряталась во мне, дышала тепло в шею.

   Может быть, в этом «Не знаю, так сразу…» желание не обидеть? Говорила искренно и откровенно в ответ на мою искренность и откровенность.

   -Володя всегда такой сухой, закрытый, а тут как будто весь оттаял,- Ольга (Ивановна), вожатая.

   Женщина изнутри преображается светом любви! Ей хорошо. Нервно отстегивает и пристегивает воротник.

5.08  Сух я, надо мягче, нежнее быть. Минутами сердце переполняется нежностью. Может, мы неправильно дружим? Не смотрим друг на друга, боимся взгляда… Всё вожатые поняли. И те, что любили меня, словно побитые теперь ходят.

   Она ещё юная, первый цвет. Трудно любить после сухости. Чувство разовьется, не торопить.

6.08   Тихо шумят сосны. Наташа, я люблю тебя! Моя любовь не на показ. Она внутри, она тиха и спокойна. Хватит шквалов, бурь, хочу любви спокойной, ясной. Радостно осознавать, что ты у меня есть. 

   Она спокойна, высшее счастье быть любимой! Живёт с оглядкой на меня.

   Так долго стояли и не вяли розы. Вот что значит по любви, от сердца, не стыдясь себя. 

   Слишком умно иногда пытаюсь говорить и потому получается глупо.

   Два сердца нашли друг друга, открыв тем самым другим сердцам дорогу к их любви.

   В молочном тумане всходило солнце, бледно-белое, росистое, как луна.

   Муть со дна сердца иногда поднимается, когда вспылишь, общаясь с неслухами. Не надо этого. Сердце замутненное в злобе, а не в тишине, красоте и радости. Так не должно жить. Надо видеть во всём высший смысл. Жизни суть собрать через сердце!

   Лето знойное, сухое, со стрёкотом кузнечиков, дрожащим маревом воздуха. Хочется её целовать и страстно! Целовал первый раз бережно и любовно. Не смутить неосторожным словом, жестом, поступком. Не нахожу в ней изъянов.

   Удушающая любовь к той Наталье так быстро смыта, исчезла из сердца.

9.08   Август. Дунет холодный ветерок, шевельнёт листву, и отлетают от ещё пышной зелёной берёзы первые желтые листики. В струении реки, медленно, плавно и в то же время быстро уносящей свои воды - вечность! Благодарю Тебя, Господи, за то, что Ты подарил мне эту жизнь! Люди ожесточаются, извращаются, не следуя за Твоей гармонией.

   В холодных пустынных улицах стынет каменная тишина. Старый город, Таллин, мощеные безлюдные улочки зимой, ближе к полуночи. Вспомнил Прибалтику.

   Я полюбил и за это благодарю Тебя, Господи! Скучаю по Наташе. Когда она меня собирала на туристический слёт, подавая кисточки, пошутил:

   -Как будто на десять лет уезжаю.

   А она сказала:

   -Лучше бы вы не ездили,- красиво закидывая руки за голову, поправляя при этом волос.

   Только, когда ты вырываешься от детей в игре, выбиваешься из гармонии, это не твоё движение.

   Особость жизни каждого человека. В этом что-то чудодейственное, Божественное, свыше!

   Развитость чувств – развитость мыслей.

   Ещё плотина между нами,

   Но брешь уже обнажена.

    Вода источит этот камень,

   Любовь наполнит нас до дна!

   Я не могу ещё до конца осознать того счастья, что на меня свалилось! Что ты моя! Мысль об этом уже радостна. Мне не надо с тревогой и надеждой разыскивать тебя в людской толпе. Ты со мной! 

   Губы шелохнулись, как лепестки, в ответ на мой поцелуй. Нежно целовал тебя в брови, щеку, ямочку на шее, самое доброе твоё место. Родинки на ней меня не отторгают, а притягивают. Воробушки грудей.

   Просачивается в палатку желтый свет, греет.

15.08   Как прекрасны её глаза под звёздным небом! Чёрный лес молчал, окружал нас. Лишь его тёмные лики, отражаясь, скользили по быстрой воде. Плеснув, иногда играла рыба. И тихо, так тихо! Словно в мире никого нет кроме нас двоих.

   -Вот мы и одно целое!- сказала она.

   -Любовь трудное дело, мы только в начале…

   Неужели я обманываюсь и это не любовь? Врёшь. Нет безумства страсти. Кто сказал, что оно должно быть? Максимализм требует большего, полного напряжения чувств. Обожгло, что она с другим танцует. Порой во мне проступит, выскочит мерзкий человек, и я ужасаюсь ему, его логике, отвращению. Художник должен знать в душе всю силу мерзости?

   Самое ценное, что ты можешь сотворить, это её молодое красивое сердце. Как она распрямилась, поверила в себя! Не допускает себе быть некрасивой, всё время подкрашена. В любви хочу полноты от жизни, как и во всём другом. Когда она приходит ко мне, я рад ей, нет отторжения, как было к другим.

   Ночной Иркутск. Успокоились такси, слабо горели фонари. Шёл по городу после свидания, и такая тишина была во мне! Тишина счастья, успокоения. В зелёном цвете освещённой листвы, в пиках отраженных в воде фонарей, жёлтых, оранжевых, малиново-розовых, было много красоты! Рыбы всплёскивали глубоко и далеко. Ждал до этого её, дарил цветы. Здравствуй, милый мой человек!

   -Я раньше думал, как это можно целоваться при других людях? Сейчас мне до них дела нет!

   Скверный человек во мне всё же есть. Он мешает любви и чистоте жизни.

   Красота в тишине жизни! Хорошо, что я это понял. Развить в себе этот свет, эту  глубину тишины.

   Те чувства, которые испытывают отверженные мною девчонки, это ведь тоже богатство жизненных красок.

   Катаракта с души ослеплённой слетела.

   Утром накрапывал дождь. Жёлтую листву намело ветром к бордюрам тротуаров. Скоро осень. Холодно стало дышать, пар идёт изо рта… 

   Вечер. Бесприютность и холод. Знать все чувства жизни. Перешагивай через пошлость.

   -Ты необыкновенный! Как чистый родничок, из которого всегда можно напиться.

   Ночью было светло от отраженного в реке голубоватого цвета.

17.08   Небо голубое, и солнышко светит ласково и легко, счастливо. Не может быть всё это зазря, попусту.

   Пышный закат. Золотистая охра рассыпалась по зелёной хвое, подкрасила, словно девчонка губы, деревья. А ночь голубая, лунная… Луна в полную силу, светит ядром. Всходила желтым тёмным кругом в загустевшую синеву. Потом высветлилась, очистилась и давай сиять. Звёзды маленькие, тоненькие, точно игольное ушко. Река тиха и молчалива, едва слышно её струение вод. Всплеснёт, булькнет крупная рыбина, и опять тишина. Трава окрашена лунным светом. Тёмные тени леса, отраженные в чуть голубоватой воде. Вспышки самолёта, гудящего вдали. Мы стояли с моей любимой, у которой такие прекрасные глаза!

.

   Сознание грандиозного жизненного переворота иногда наполняет меня. Она на всю жизнь моя! Только вдуматься!

19.08   С нею я обретаю тело. Душа обрела тело, уместилась в ней. Для устойчивости и равновесия, гармонии с миром!   

    20.08   Она хорошая, не привередничает. Нет выговоров, упрёков, слёз.

   -Всё, определяйся в личной жизни,- сказала Инга. И внутри стало тепло и приятно.

   -Всё понял!- ответил.

22.08   Увидеть себя плохим – тоже понимание. Бесы обиды и злости пляшут в моей душе. Сделать назло себе и ей.  Это мертвить себя токами самолюбия, в которых есть жгуче-приятное?

   Мне страшно её потерять.

   Лариса, воспитанница интерната. Глаза мертвы. Психологические срывы обиженных жизнью детей. К ним ближе Бог и черт.

28.08   Люди для того, чтобы освещать друг другу жизнь! Свята любовь, даже по пьяной лавочке. 

   Не разрушать – это уже создавать. Всё позволяет мне. Не мараю ли я её чистоту?

   Утро лазоревое. Байкал. Фиолетовое отражение зарева в воде. Ночью звёзды, мы на горе, с Богом наедине!

   -Ах, какие ямочки на щечках! Так за тебя рад был, когда вчера её увидел. Береги её. Она такая у тебя хорошая!- Толя.

   Осень. Мягкая синь воздуха. Ласкает душу светом теплым и солнечным. Дни стали свежи, больше простора.

   Как много мелкого я совершил даже за недавнее время. То, что марает душу. Не хочу таким быть, чувствую свою мелочную омерзительность. Откуда это во мне, обострённое чувство совести?

   Люблю мысль, когда она широко обнимает, охватывает жизнь.

   -Ты выйдешь за меня замуж?

   -Мне ещё рано. Мне ещё родители не разрешат. Мне же ещё нет восемнадцати.

   -А когда будет не рано?

   -Я тебе скажу…

29.08   Верь, что главное в ней, тепло к тебе.

   Надя, воспитанница, плакала. Тёплые слёзы её капали на руку. Вся рука была мокрая.

   -Я тебе в карман положила две шоколадки.

    Не обратил внимания на эти слова. А пришёл домой и согрело это напоминание о ней в образе двух голубеньких шоколадок.

   -Ты дурак, отпусти меня,- прорвалось естество девичьей натуры. Оскорбилась. Резко отодвинулась от меня, страх пронзил её мгновенно, внезапно от моего желания большей близости…

   -Храни тебя Господь!- Анатолий. Светлые души, мы отыскиваем друг друга.

   Нервы отдыхают от того, что она у меня есть, не одинок, и не надо с утра вставать и разыскивать её по свету.

   Движение сердца на добро, тепло. Не всё в мире плохо, мир держится добротой!

30.08   В листве кроется яркость красок, пестрота, разные формы. Ствол без листвы сух. Сущность жизни в единении ствола и листвы.

   Солнце на закате пылало жёлтой свечой в воде и, отражаясь, красиво подсвечивало девичьи лица.

   Она любит быть женщиной и ребёнком. Плакала:

   -Мне теперь все те парни, о которых раньше думала, как грязные пятна на душе.

   Мир в замкнутом круге страстей и пороков, насилия и нет выхода? Закон – сила, кровь – норма? И, если всё открыто, то и жизнь не нужна. Идти дальше, даже заблуждаясь, но отказываясь от цепи схем и умозаключений. Живое в движении.

   Бессознательная радость, утро. Свежий дух большой воды, Ангары. Туман  серо и плотно затянул исток. Желтые поля, ели.    Солнце, содрогаясь, село. Пульсировало волнообразно. Месяц обмывается, народился. Недолго. Спрятался за верхушку сопки. Холодок от травы. Звякнула щеколда в воротах деревенского дома. Где-то протарахтел трактор, потом мотоцикл.

   Мелочь и серость гложет меня, пакость сжимает сердце. Гнойные раны самолюбия. Отравлен самим собой. Жалением денег.  Хотел отомстить, если уйдёт без меня на танцы. Не давать места этим вывертам, будить в ней светлое.

   Льнёт к знакомым парням, своим женским уверенным счастьем делится? Стирает рубашку. Поцеловала.

   -Он останется,- матери.

   Да, я останусь.

7.09   Ты, как маленький тёплый огонёк, который горит во мне и светит, греет даже в минуты серости жизни.

   Умный человек тот, кто не врёт себе. Вовенарг.

   Когда заходит солнце и его красноватые лучи пульсируют над миром, не могу не верить, что моя душа бессмертна, что ещё повторюсь в этом мире, и все, кто стоят сейчас на берегу, озарённые лучами солнца, повторятся. Потому что ты со мной, любимая!

   Моя цель воспитание душ моих современников, не самовыражение. В моих писаниях не должно быть зла. Только боль и горечь за тех, кто ослеп, кто не видит. Писать для того, чтобы утвердить веру в жизнь, не смотря на все свои сомнения. Чтобы было охота жить, как после чтения настоящих писателей. Жизнеутверждающая вера добра и красоты. Удивительное дело – разбуженная душа!

   Спокойствие только от Бога! Во имя Его творить. И тогда обретёшь себя. Божественное откровение, Богоданность.

   Звонкое золото осени. Жизнь, расцвеченную красками, люблю, а не скудость дней обветшалых. Деревья ржавеют, опадают сухие листья.

13.09   Давит тоска, настроение дохлое. Оттого, что плохо оставил мать.  Дрянь в себе победить не могу.

   Луна, купаясь, плывёт в серо-белой клочковатой вате туч. Тихая осенняя ночь.

   Лиственник днём червонным золотом горит, светятся опавшие под ним листья.

   Что-то душу давит целый день. Оскорбление моё родного человека, злость моя.

   Небо голубыми глубокими окнами меж тёмно-серых туч. Солнце проваливается в эти провалы, теплит березнячки и осины  цветом.

   Утром шёл снег. Медленными белыми хлопьями. На мокром асфальте, отражаясь, дрожали жёлтые огни фонарей. Первый снег в этом году. Что за ним? Она так ждала этого снега. Припорошило, припудрило белым чёрную землю. Как изменилось всё! Белые кашки – сухие цветы на жёлтой скошенной стерне. Золотистый тлен лесов. Зеленеет небо на восходе. Тёмные сырые деревенские дома, острый воздух осени, корова, упорно уставившаяся на дороге, блеющие козы. Целовались нежно в то утро счастья.

   Сейчас гнетёт чёрноё, не могу сокрушить демона ночи. Всё сокрушил, сжёг любовное. Надо опять воздвигать воздушные замки в душе. Ужели всю жизнь мучиться собственными бесами?..

   Любимая уснула. Она не мучится этим, и потому блаженна. Белая коленка торчит из-под одеяла. Не бушуют мысли в голове, одна жесточе и беспощадней другой. Уйти, порвать, отомстить. Нет этого взлёта и падения чувств от беспощадной жестокости до всё поражающей нежности. Таков в любви. Сколько уже удерживаю бесов на привязи. Одолеть, одолеть, одолеть. Тебе нужно сострадание. Яростный огонь пожёг мосты.

   Бесплодность мертворождённых чувств. Зачем мучения в поисках истины, если истины нет? Страдания нужны, они тоже часть жизни. Сердце сжёг, нервы опалил. Она бы меня спасла.

14.09   Утихло бешенство страсти. Теперь я вновь готов к любви. Ушло жестокосердие.

    Приветствуют листья, стайкой опадающие с деревьев. Белая гряда облаков. Но ещё не совсем сокрылись грязные чудовища в тёмныё залеглые омуты. Из сердца выскочили и пронеслись, круша всё на своём пути. Любовь, мечты, слёзы. Теперь тишина, заводь. Но они там, там, в глубине сердца и ещё вернутся вновь. На этот раз я победил, моя жестокость не выплеснулась на других. Загладить уязвлённое самолюбие, задетое её матерью. Слова справедливые и оскорбительные. Собирался мстить любимой, чтобы отраженная через неё месть пала на её мать?  Удержаться от ответного удара, даже если получил удар. Лучше бы я не ночевал в их доме. 

   Душа плачет по гармонии мира, где всё свет и глубина, и нет  тёмных, чёрных пятен. И в этом спасение её от ошибок и заблуждений. Свет всё равно призовёт к себе, укажет, откуда он струится. В этом и боль, что мир так чудовищно грязен и слеп. И душа моя заложница этого мира. Художник от неверия, которое крушит человеческие миры, ломает жизни, идёт к утверждению веры в красоту , смысл, счастье. Чем глубже неверие, тем сильнее оттолкнувшая его вера! Золотыми лучами сияют эти слова!

   Меня всегда обезоруживала нежность.

   Опять холодные рытвины туч, осень.

15.09   -Ты просто не представляешь себе, представить не можешь, как я тебя люблю!- её слова. Пусть порыв. Но разве в порыве не сама жизнь, суть жизни?! 

   -Я вас тоже люблю, Наталья Анатольевна! Вот в чём вся загвоздка, заковыка.

   Душистый сладкий запах трав, настоянных на прохладе, шуршащий лист, плавно летящий на землю, небо, закрытое серым покрывалом туч, сквозь которые безуспешно пытается проникнуть в голубые оконца солнце…

    Выйти на станции Касьяновка ничуть не менее поэтично, чем на станции Кутулик Вампилова (Вампилов чувствовал поэзию жизни, оттого написал талантливые произведения. Без поэтического чувства истину изобразить невозможно – автор в 2024 году). Пройтись по полю в черных комлях, дыша свежайшим, в полутумане, утром, услышать вместе с удаляющимся перестуком колёс поезда опускающуюся на плечи тишину. Увидеть плавно плывущий белый лайнер самолёта и уж потом только расслышать его нарастающий, вдавливающийся, содрогающий недра небес гул, который в самой своей высшей точке как бы разверзает, разрывает эти небеса. А потом опять опускается тишина на плечи, и поют птицы. В переулках посёлка запах квашенной капусты, брешущие собаки, высовывающие морды из подворотни, одинокие прохожие, кое-где проломанный деревянный тротуар, почерневший от времени или безвременья. Ровно в десять открываются магазины, люди что-то покупают. Вот парень, взявший булку хлеба и сигареты, благодарит за покупку. Вот раздобревшая тётенька, отоварившая талоны на сахар, вопрошает: «А рыбка свежая есть? Для кошки, а то ей есть нечего». А я думаю – правильно ли наполнен мой день, не трачу ли я его на пустяки и нежить? Ведь многие так, кое-как справляют жизнь, бездушные уже, как мертвецы.

   Здесь ни одна кровинка пролилась – думаю о родном городе, где часто совершаются жестокости.

   Каждодневно в тебя вливается поток впечатлений, и ты должен переоформить это в крупицы опыта, отвечая на вопросы времени, встраивая в своё понимание жизни или перестраивая его согласно новому обретённому опыту. 

   Мы в золоте листвы лежали с любимой под берёзами и слушали, как с мягким постукиванием опадают листья и как вплетаются, словно светлые иголки, в воздух посвисты синиц. Зачем я удержался и не прочёл ей:

   Ты будь спокойным, яснооким,

   И знай, что тихий листопад,

   И очарованная осень

   Готовят свадебный наряд!

   И ещё настроение:

   Я ощутил сегодня острое

   И давящее чувство осени…

   Да, осень входит и обжигающим неуютом за окном, когда тянет к теплу друзей и к печи. Но это первая осень, когда я люблю и люблю счастливо! Целовал её белую грудь с широким розовым соском. Нежность округло полных белых ног. И всё это она дарит мне! Спасибо, Господи, если Ты есть. Хватит показов характера, вывертов самолюбия. Дело мужчины сдерживаться, вести свою линию наперекор эмоциям и пылкости натуры. Яркие пышные цветы в душе, когда вспомню её с добром! Не надо марать любовь тёмными чувствишками, полузлобой. Хочу быть перед нею чист.

   Байкал. Как поднималась полная луна из-за тёмного леса и сопок. Как от неё светлела ночь. Как велик и волен Пушкин. Он завещал мне свободу выбора меж дев и пообещал при этом защиту.

   Не надо обыденности и примитивности в любви.

   Зелёный листик малины, а под ним свернулся червячок, такой же зелёный. Твёрдая золотистая дорожка солнца на воде, выбеленные по ту сторону озера хребты байкальских гор. Плещет на берег волна, светлая, чуть зелена. Седой старик сидит, прислонив голову к дереву, на скамейке. Весь созерцание и дума! Порыжевшие леса, склоны холма красны от рябины.

   Настя. Рассказ о брате. Хам, трус и лжец. Таскается по бабам. Юрик. Именно Юрик.

   С мамой Наташи мы в приграничье,  готовы к борьбе и миру, за её душу. Прощупываем друг друга. Она считает её девчонкой. С отцом проще. Договоримся.

   В любимой тысячи проявлений человечности. Вносит в любовь многообразие.

   Совесть или Бог? Бог больше совести? Ответа нет, потому что человек – человек. Боязнь добра, победы его, так же уменьшает свободное саморазвитие человека, как и боязнь зла? 

   Наталье нравится быть хозяйкой. С какой любовью к мелочам она убирает дом.

   Я щепетилен или слишком горд. Наш разрыв для неё будет ожог, чёрное пятно. Как трудно начинать всё заново, когда усталость впереди. Нет, не допустить ошибки. Пусть чаще в сердце распускаются животворные цветы доброты! 

   Она извинилась:

   -Прости, я говорила глупости, гнала тебя.

   -Это естественно. Я умом это принимаю, а сердцем не могу… 

   Её здравый смысл, когда приставал, озлился:

   -Уходи.

   Хорошо, что долго не стоит на плохом.

Стыдно глядеть на впервые обнаженное друг у друга.

   Почему я шептал, когда падали листья? Потому что только так можно доверять друг другу самые светлые тайны, утаив даже от природы моменты интимного одиночества.

23.09   Чувствую здоровые силы в душе и желание сотворить что-то прекрасное, вечное! Утро в голубых потёках запотевшего окна живит душу радостью и призывает творить! После вчерашней мути, непроглядья и нездоровья. Радостное ощущение жизни, её непорочности и прочности! Осень время творчества. Испив вдохновение, его невозможно забыть. Возвращаешься к нему усилием вновь. Я рад и благодарен, что жил, за то, что жизнь мне подарила, даже со всеми её тёмными и мутными днями. Главное всё же запечатлеть красоту и божественность жизни! Ты для этого! Остальное наносное, мелочь, суета сует. Спасибо, жизнь, спасибо, люди! Надо жить и думать, ничего прекраснее нет! Золотое утро листопада. Шорох танцующих листьев, звучат лёгким постукиваньем, словно женские каблучки, упав оземь.

   Походкой тихою, неспешною

   Иду под говор листопада,

   Я рад земле, ещё недремлющей,

   И рад весёлости наряда!

   И сладко осени порой

   Искать в тиши уединенье,

   Внимая и в ночной покой,

   И принимая вдохновенье!

   «Василька», рассказ прозрачный и славный про первую любовь в девятом, десятом классе. Про звук её голоса! Как взлетали её чёрные распахнутые ресницы, словно бабочки! Как после летели снежинки, вернее, их тёмные тени, плавно качаясь в полёте, и, опускаясь на ресницы, таяли! Боже, как я любил её!

   Относиться ко всему в мире с наивной радостью, как будто это, ошеломляющее сердце, впервые открылось для тебя. 

   Надо быть неопрометчивым в поступках, ведь ими я влияю на Наташу. Красивая музыка вызывает самое чистое и искреннее в отношении к любимой.

   День проживаю поверхностно, а между тем за ним стоит, таится, существует глубина. Потом она всплывает вместе с памятью прекрасным осознанием нетривиальности свершившегося, как всё  было хорошо и глубоко!

   Моё несовершенство, не дотягиваю до мерки настоящего человека, мужества. Так, чтоб сгорая. Смирился с неисправимостью жизни, пустой наносностью  в ней. Теряю право быть неземным, кого все любят! Мелко порой существуешь, а хочется глубины, любви, добра, прекрасного.

   Мыслью пытаешься охватить всю многосложность жизни, её разбежавшиеся излучины. Как всё собрать в единый центр, понять? Чтобы делать, творить разумное, доброе, вечное. Где глубина? Принять красоту тела и не принять фальшь многих песен, понять чистоту неба, принять осень. Всё вместить в себя, и любимую! Пока только предощущение этого охвата, от которого занимается дух! Нет кристаллизации любви и мысли.

24.09   Чем дальше в лес, тем больше дров. Углубляюсь и всё больше путаюсь.    

   Любимая прилегла со мной, как жена, спасая от болезни. Мы вместе уже две луны, два месяца.

   Нам радостно то, что мы давно не получали, даже забыли его вкус. Надо суживать себя порой, ставить в тесные рамки, чтобы потом ощутить жизнь во всей чудесной широте и свежести - сладкий воздух, небо чёрное и звёздное, свободно вдохнуть, родственно к ним потянуться!

30.09   Не для того я тебя обрёл, чтобы терять. Ты мне очень, очень нужна. Я просто жить не могу без тебя. Мне надо быть теперь очень осторожным, просчитывать каждый шаг. Многое будет зависеть и от тебя. Мы злоупотребили излишней близостью.

   -Я устала видеть её жестокое лицо, - Наташа о своей матери. (Боялась мама за неопытную дочь, обжегшись в молодости. Мне не доверяла. На свадьбе позже обняла меня, прижала, доверяя самое драгоценное, родную дочь - автор).

   Где злость, там всегда неправда. Как мне переубедить её? Быть собой. Наташа - отражение матери. Взял бы её мать в жены? Наверное, нет. Может, она ко мне повернулась одной своей стороной?

   -Ты сама несчастна и поэтому мне не веришь! - Наташа маме. (Тёща развелась с мужем – автор).

   Где Бог в наших отношениях? Зачем Он ввёл мать? Испытание. Надо выдержать.

1.10   Снег. Она хотела снег, и он пришёл. Из низких тёмно-сиреневых туч. Холодная стылая осень настаёт. Не задохнуться от тоски и неверия. Ужели Бог меня наказывает за неспасённого котёнка? Выдержит ли Наташа или будет искать облегчённого пути? Голая осень, конец бабьему лету. Ещё вчера ветер приветливо нёс листья, кленовые аллеи желтели опавшей листвой. Вереницами, словно дети, листья кидались играть в догоняшки по асфальту. И небо голубело, сквозило сквозь золотистую листву. Словно звёзды прилипли к сырому тротуару листья клёна. В небольших переулках металась, пытаясь вырваться, солнечная метель, то мягкая, плавная, то бурная, шумная, многолиственная. Как хорошо было бродить по городу и любить!

   Встретился с Анатолием, который освободился из тюрьмы, уверовав там во Христа:

   -Успокойся. Там, где постоянно страдания, человек не может жить и любить. Надо разряжать атмосферу, давать возможность дохнуть веселью и радости! Мать её тем самым отталкивает…

    Не хочется быть мне на дне рождения Наташи в её доме. Но пока ещё узы между нами не так крепки, легко затоптать первый росток, пробившийся в сердце. Её мать рвёт по живому. Разве так можно? В этом нет величия души.

   Легко отказаться, опрокинув любовь. Глупая лёгкость, если любовь уже вошла в тебя, не откинешь умом, головой. Иначе это не любовь. Любовь можно только пережить.

   Поливаю ежедневно цвет любви. Любовь не пожирает меня покуда. Не заблуждаюсь ли я? Люблю ли? Почему мне так страшно её потерять? Боязнь одиночества? Или что-то большее? Уже породнение. Препятствия только разжигают любовь. Когда вкладываешь, должна быть отдача.

   -Мне тебя так жалко,- Наташа мне, после нападок матери на нас. Тут уже что-то материнское в любимой ко мне. Если женщина тебя приняла, то защищает от всякой напасти. Я не должен её отпускать.

   -Ты такой простой и умный!- она поцеловала меня в порыве девичьего восторга, восторга неопытной юности.

   Меня озлобляют несостыковки с её матерью. Поговорить с нею по душам? Выслушать… (До конца жизни тёщи мы не смогли полностью распахнуть душу, сердце навстречу друг другу. Характеры не давали. Изредка бывало тепло, моменты радушия. Что значит зажаться изначала – автор).

4.09   -Там, где была правда, там хрен вырос, - озлобленный рабочий. О зажиревших. И мне бы не свыкнуться с чужой болью, не стать толстощёким, холёным.

   Сомнения грызут меня при дурном расположении духа, когда не верю ни тебе, ни себе. Прости за упрёк. Зря ты обнажила меня перед матерью. На чистоту моего порыва, она замечает:

   -Книжно…

   Не верит.

   Тепло в душе, когда решаюсь на хорошие поступки по отношению к тебе. Как свадебное платье непорочен подаренный белый цветок. Как первый снег, которого ты ждёшь!

   Уже начертаны скрижали

   Моей, твоей одной судьбы.

   Мы до вчерашнего не знали,

   Как полюбить осуждены…

7.10   Мама её немного изменилась. Разговариваем, внешне обходительны.

   -Я не хочу тебя отпускать, - Наташа ласково полотенцем вытерла моё лицо. Ластится, губы мягкие, податливые, умеет целовать. Врождённое, природное? Когда поедаем губами друг друга, это уже страсть.

   Всякое доброе движение души, всякая доброта от Бога. Высшее начало во мне.

   Облетевшие рощи сквозят на ветру. Лист порыжевший в траве, кое где цепляется за деревья. Отлетает искренно. Легко умирать? Отжил свои сроки. Серое ватное одеяло тумана плотно завесило полреки. Из-под него иногда выглядывают лодки. Так каждый день встречать радостью жизни! Но мучают вопросы мирозданья. А в них страданье. От них не уйти, не решив заново:

   -Стоит ли жить?

   Понимаю добро, как главное отношение к людям, радость жизни. Но минуты сомнения и бесцветного скепсиса всё убивают во мне. Как подумаешь – всё физиология, и любимая?.. Нет, ложь это. Трудно жить, чтобы пробиться до глубины истины и покоя. 

   Тихое и голубое неба полотно. Познаю величие Бога! Куда ведёт меня дорога? В тихое и голубое… Небо приветствует меня. Истину, которую познаю, поведаю другим. Бог ведёт меня. Каков мой путь?

   Листва улеглась зимовать, чтобы после дать толчок новой жизни. Лист должен отлететь для будущих поколений. Так, должно быть, как он отлетает, легко отходят в мир иной просветлённые старцы, умирают праведники, кто легко жил, чисто, правдиво. Трудно внешне, но внутри себя легко, имея совесть непорочную, глубинные токи правды.

   Мокрая листва блестит, озарённая солнцем. С лиственниц ветром обдувает оранжевые иголки.

   -Здоровья вам. И счастья. Где счастье, там всегда здоровье! - мужчина продал мне абонемент. 

   Романтик? Мир держимся добром, сквозь всё неверие. Глубоко страдаю, значит, глубоко пишу.

   Поговорить с мамой Наташи хорошо, но лучше доказывать свою правоту поступками. Третья наша с любимой луна взошла! Пронести тепло и доброту через всё, выжить.

   Бодрый дух жизни в деревне. Травы, стога, живность, ботва, навоз… Родина!

   В городе мутные страсти, нет ясности, социальное остервенение. Уехать в лес, чтобы восстановить гармонию в душе.

   Неверие в высшую природу человека. Шаламов. Не согласен с ним. Человека могут заставить быть зверем, но надолго, навсегда его сделать зверем невозможно.

   Когда я приближаюсь к пониманию себя и постоянно изменяющегося мира, сердце не в силах устоять, остановиться, чтобы понять истину.

   Прозрачна кожица листа, видны красные и бордовые жилки. Ветер морщинит воду.

   -Человек, как цветок!- Анатолий. – Вот вспыхнул. Это чудо! Вот завял… Те, кто кончают с собой, перед смертью всем прощают…

(Это вряд ли – автор после многих жизненных наблюдений. Скорее исключение из правил. Большинство из самолюбия делают это, другим насолить. Или от мрака в сердце. Загоняет в тупик лукавый).

   Людям нужна ясность и тепло.

   Отец мой ясен. Но часто брюзжит. От кого это?

8.09   Желтая полоса восхода и заката. Ветер с востока. Может, расчистит тучи. И любовь очистит. Мать Наташи всё мешает.

   -Он гордый, - про меня. – Наплачемся мы с тобой.

(Был гордым. Да и сейчас ещё вполне гордыня не унялась. Но таковой же была и тёща. В чём обвиняют другого, в том чаще всего сам виноват. Коса нашла на камень. Слава Богу, жена со мной не наплакалась, потому, как кроме гордости было ещё нечто – автор).

   Есть ценности повыше гордости. Недаром у меня было две неудачных любви, кое-что понял. Выстоит ли Наташа?

   -Ты на грани очередного поражения, а всё шутишь,- Наташа. Не нравятся мне эти её слова. Ой, не нравятся.- Она, может, и не захочет свадьбу играть…

   -Ну, это не страшно. Не 19 век.

-Ты сейчас, как мама моя. Нотации, нравоучения.

   Отталкивает от себя мать её. Но любовь к родителям, какими бы они не были, всё равно нужна. Прощение. Мне надо быть устойчивым, чтобы Наташу не отстранить, не оттолкнуть, а поддерживать, укреплять её сердце к сопротивлению.

   День был солнечный и золотистый. Удался. И вот он закончился и заголубел вечер. Ждал любимую. Бог милостив, не дал нам разминуться. Потому что я стерпел, и она стерпела. 

   Из крайности в крайность. Женщины. Да и я усложняю. Привык жить сложно.

   Не следует ломать жизнь другому. Мне не обращать внимания на выходки. Если любит, должен её отстоять. Искать общий язык с матерью. Преодолеть напряженность, зная, во имя чего. Не мальчик, чтоб оскорбляться. Я Наташе верные слова написал:

   -Однажды предашь, и уже такого не будет.

   Виноваты все перед любящими. Нельзя вмешиваться в такое тонкое дело, как любовь.

11.10   Тельца сухой опавшей листвы. Деревья голыми ветвями, поднятыми к небу, как бы вопрошают: что же дальше?  Как жить? Я был счастлив и в прошлую осень, зиму. Да, я страдал, жил напряженными чувствами, но это не несчастье. Как знать, может, в этой нелёгкой напряженности и есть счастье? Бродил, ногами разрывал мягкую парчу белого снега, любил. Теперь люблю другую.

   Сиренево-малиновые краски заката, полыхает белая яркая тучка, вся наполненная солнцем. Там Бог! Вечер нисходит на землю, умиротворяет, отпускает людские души гулять в прохладное небо. День тёплый был, благодатный. Богов день.

   Завязки человеческих судеб. Где сходятся все эти многочисленные нити?

   Многие воды утекли за этот день под каменные быки ангарского моста. Вода зеленит, изумрудно-тёмного цвета, если смотреть сверху. 

   Наташа, как кошечка, мягкая в движениях, плавная, до округленности. Нет резких черт. Хорошая, красивая. Мне б её не испортить.

18.10   Трагедии жизни, слом. Андрей Ларионов. Как пересеклась его жизнь с двумя милиционерами, которых он убил резко сорвавшейся автоматной очередью? Бежал от дедовщины из армии с автоматом. И написав записку: «Простите меня, я этого не хотел», покончил с собой. Я провожал его в армию, хороший был парень. Так же, должно быть, погиб Эдик Карпеев, талантливый журналист, которого призвали на службу со студенческой скамьи. От издевательств дедовщины, которой сопротивлялся. Был с характером парень, крепкий. Подстроили, будто покончил с собой?.. Учились с ним на филфаке вместе.

   Счастье. Рефлексия. Не перелюбить бы Наташу. На добро открыта душа. Не закрывать сердце, его прекрасные порывы!

   Редакция. У Людмилы Борисовны своя вера. Валерий Григорьевич приспособился к жизни. Валентина Васильевна середняк. Я для них пылкий молодой человек. 

   Видеть сквозь пестроту жизни её главное глубинное направление. Не разменяться на пустоту и поверхностность. Не согласен только на  грусть и тоску барда, иеромонаха Романа. Приемлю все краски жизни, не одну, пусть и очень глубокую.

   Мне дорого всё: Байкал, наше звёздное лето с Наташей, купание при луне и в безлунную звёздную черную ночь в реке Иретке. Благодарю, Боже!

   Сохлая осень с ещё живыми, не умершими красками. Мы сбились с Наташей на одно дыхание, а жизнь многомерна. Нужна свежая струя. 

   Долгая затяжная осень. Тепло. Хотя почти уже всё выцвело, поблекло, и готово к первому снегу, первой радости зимы! Как написал Есенин:

   Я по первому снегу бреду,

   В сердце ландыши вспыхнувших сил...

   (Тут ещё нерастраченность души, чувств поэта, может быть, уже придавленных грехом. Но ещё пробивается наружу чистый детский незапятнанный родник. Дальше будет хуже, враг сильнее задавит – автор). 

   Наташа ждёт снега и зимы. Как влюблена. Не видит моих недостатков, а они есть. Какое смирение, когда сидит у меня на коленях! Улыбка, игра глаз. Лицо расцветает! Когда я думаю о ней, ко мне приходит оформленность мысли. О глубине и тишине жизни не зыбывать. Только бы не серая стёртость чувств. 

   Закаты, вечерние отзвуки в воде. Твёрдые серебристые или пурпурные дорожки заходящего солнца по реке. Потом багровое пожарище на западе, за Ангарой, алый всполох. Дом с жёлтыми озарёнными окнами, где что-то происходит. Вскоре тучи, и ни звезды в овдовевшей лазури!

   Ни звезды в овдовевшей лазури,

   Ни ручья в облетевших лесах.

   Знаю: где-то приветствуют бури

   Всё, что было живое, и - прах…

   И куда же потянутся мысли

   Моей буйной увядшей главы?

   Может, к берегу милой Отчизны,

   Может, к туче, застрявшей вдали.

   Знать всё это - не полагаю,

   Только вера с надеждой не сон.

   Всё куда-то стремлюсь и взлетаю,

   Словно бабочка с тёмных икон! 

   

Бел и снежен лик луны.

    -Не горбачёвствуй, - юмор.

   Вечером у реки упокоение. Вода как бы смывает горячечные, кипятковые дневные следы, случайность черт. День отошёл с пустыми глазами. 

   Что мне ещё дано осуществить на этом свете?

   Мой путь отмерян, и срок избыт.

   К чему ж веду я ещё свой бег?

   Никто у Господа не забыт,

   Но как обрести завет и ковчег?

   Когда утро ещё свежо, когда звёзды ещё молятся Богу, я бегу к Ангаре, когда  так красивы омовением опочившие на земле!

   Когда душа затемнена, мне страх мешает жить. Относиться к людям с первобытной лаской, чистотой и доверием! Верить, что они тебя не могут обидеть. Лучше быть таким, чем злым и сильным, с выставленными в сторону локтями. Только такой свет мне мил! Милость человечна.

19.10   С утра радостно пахло дождём. Пошёл снег, мягкий, белый, шелестящий. Он лепился к лобовому стеклу машины… Редакционное задание. Встреча в ЧУМе с женщиной, длинной и гибкой, как ласка, с чуть выгнутыми у пяток ногами. В СУ-8 с начальничком, дубовичком-лесовичком, грибкового сложения. Радость открытия людей.

    Память, не ершись, 

    Срастись со мной, уверуй,

    И пойми, что мы с тобой одно…

    Не помню, чьи стихи?

   Вспомнился голубоглазый стропаль. Почему то больно было за него, трудягу со светлым лицом. Скольких перетерпел этот работяга – Брежнева, Хрущёва, Сталина?.. А Россия выстояла, сохранилась, если есть ещё такие глаза и такие лица.

   Федькин, крепкий, как груздь. Из всех пор его тела так и прёт крепость, здоровье.

   Вчера рабочий, Кигтев. Честное, порядочное лицо. 

   Наташа. Думал о тебе. Нужно тепло и любовь, соединение, чтобы не вмешивалось жгучее, эрос. Нужна честь.

   Ух, ты, какая красота! Артистка на обложке журнала.

   Чёрный ветер, чёрный вечер,

   Не дождусь, наверно, встречи.

   Как же так? И где предтечи -

   Твои руки мне на плечи?!

   -У тебя все чёрточки лица, все морщинки сложены на добро и порядочность. Ты прекрасно вылеплен, - Анатолий.

   Не так уж прекрасно, коль муть и злоба иногда заполняют сердце.

   Когда я раздобуду жизни ключ,

   Секрет своей судьбы поворочу. 

   Сквозь стаи тёмных оголтелых туч

   Пробьюсь к святому чистому ручью.

   Мир расцветёт, как был когда-то он

   Из бури вихрей и страстей рождён.

   И тихий, как вечерний небосклон,

   Не будет уж страдать и плакать он.

   Любимая обо мне думает. И сердце моё трепещет, кровью обливается – к ней, к ней!

22.10   Небо прорисовано грубым синим карандашом, с жёлтыми оплывами. Тишина и глубина, счастье жить на широкой вольной Ангаре, несущей свои воды вдаль. Покой души! Ещё пестрят неопавшие кусты. И один почти зелёный тополь долго держится. Запах кофе из бакалеи - тоже жизнь! Подарил цветы Галине Прокофьевне, хозяйке, у которой живу. Сходил за хлебом и молоком для её невестки Насти.   

   Думал: неужели нельзя честно заработать на жизнь и жильё? Не хочу быть игрушкой в чужих руках. Не смотря на все заковыки, жизнь – радость! Надо радоваться небу, листьям, воркующим голубям, лёгким посвистам синиц, тому, что у меня есть Наташа, которая будет верной и доброй женой. Пройти сквозь все испытания и сохранить чистоту! Какие ангельские глаза у Анечки. Жизни мешают тёмные чувства боязни. Как очиститься и распахнуться навстречу миру? Не люблю закованность, страх в своём сердце.

   Я пленник утра и люблю,

   Когда свежо, трава с росою!

   Когда любому кораблю

   Мир нужен, вспыхнувший зарею!

   Люблю умственное напряжение труда.

23, 24.10  Полетели белые одинокие снежинки. И что в этой жизни мы со своей суетой, страданиями, устремлениями? Опадём, как листы, с древа. А оно останется. Сохранит ли оно наше тепло и соки за то, что мы радовали его летом и весной лёгкой и весёлой, шутливой болтовнёй?

   Сложное состояние души от обиды и несправедливости. Маму Наташи не люблю, и это меня тяготит. Душа словом ранена, зажалась от боли. И никто не в силах это исправить кроме меня самого. Зло мне несвойственно, мучаюсь им. Раздражаюсь на Наташу. Зажат, что мне не подходит. Лёгкое веселье и радость не со мной.

   -С днём рождения тебя, Наташка-первоклашка!- гладил её лицо. 

   Я люблю тебя. И, когда страдаю, люблю. Нежно, с добром.

   Илюха-полушпалок, покойник:

   -Чума холопуздрая я… Стеклорез. Взял бабу силой. Бухой, пьяный…

    -Тмидеперсовые носки, - речь народная, он же.

   -Я тоже самондравная!- моя родная тётя Анна.

   Смута и суета. Зачем это мне? Грязь посещает меня и убивает. Зло саморазрушительно. Слышишь ты – не убивай. Как трудно быть добрым.

   Повалил снег, вихревая околёсица. Крыши побелели, и другой берег незамерзшей реки. Потом синь неба пролилась на город. Под ногой снег мнётся упруго, как зефир. Вот чистота и радость бытия! А ночью блестел асфальт от тающего снега вперемешку с дождём.  На газонах с желтой скошенной травой он лежал белым пуховиком. Машины с брызжущим шипением проносились мимо. Светлые капли висели на голых ветвях, словно бриллианты. Зима обводила сразу почерневшие ветви тонким белилом. А днём снег стаял, и весело с крыш падали светло-зелёные виноградины, как капель весной! И у любимой было день рождения, такое же весёлое и тёплое, как она сама!

   Вечер. Мохнатый дождь, его всхлипы за стеклом. Люди, раздражённые, разбитые за день. Одна женщина, неловко проходя, толкнула другую в трамвае. Та рассерженно бросает ей в след:

   -Корова! 

   И добавляет в сердцах:

   -Настоящая корова!

   Толкнувшая оборачивается, смотрит презрительно и отвечает горячо, гневно:

   -Тёлка! 

   Все мы стадо, когда так относимся друг к другу.

   Первый снег, как мохнатые белые брови старика. Как пушистые ресницы красивой девушки!

25.10   

   Вечер звёзды зажигает -

   Не пришла б беда!

   Ветер звёзды раздувает,

   Ловит в невода. 

26.10

   Полубред, полуявь,

   Полусон, полустон…

   Я не царский звонарь,

   А счастливо влюблён!

   Как же можно жить без любви? Что случилось с планетой людей?

   Свет, свет! Это главное во мне. Не замутить, не потерять. Разбужен дух. Страдаю оттого, что в моём сердце нет любви к её матери. Хочу любить,  характер не позволяет.

   Я не могу ничего предвидеть, могу только остаться самим собой. И в этой случайности, незапланированности жизни, быть может, её величие. Бог допускает случайности, когда это необходимо?!

   Меня мучит нелюбовь. Только в состоянии любви я хорош, рад миру. Сомнения и тревоги терзают меня. Значит, истина – любовь! Любовь - истина! Мало рассудка, нужно сердце. Когда рассудок подчиняется сердцу,  минуты торжества жизни! Стараюсь перебороть тёмное в своей душе, вернуть радость и любовь! Не затемняй меня, жизнь. Даруй свет, волю, свободу, любовь! Вкладывать в Наташу, чтобы свет отраженно излучался от неё. 

   Истина открылась. Дай Бог, чтобы Он и ту первую Наташу направил к счастью. Знаю теперь, что в жизни есть истина!