Школьные друзья

Где-то далеко, куда никогда не долетали ни городской шум, ни заводская гарь, тихо вечерело. Солнце по-зимнему скупо осветило заснеженную долину, прежде чем скрыться за чахлыми макушками пихтовой тайги. Сквозь морозную дымку ещё проступали тёмными разновеликими пятнами силуэты деревенских изб, сгрудившихся на небольшом холме. Словно облачка дыма они колыхались вдали, чтобы вскоре слиться с колючей ноябрьской мглой. И тогда в сгущающихся сумерках то и дело вспыхивали в окнах электрические огоньки - подошёл к концу ещё один трудовой день для обитателей пары десятков деревянных домов.

Одна деревенская улица - это всё, что осталось обжитым от некогда большого поселения. Несколько усадьб использовались дачниками лишь в летнее время, а прочие, годами простаивая бесхозными, постепенно ветшали. Казалось, что время здесь навсегда остановило свой ход и теперь холодную дремоту развалин и покосившихся заборов изредка нарушал лишь лай собак.

В доме, стоящем особняком у въезда деревню, скрипнула входная дверь. Немолодой худощавый мужчина в спешке сбежал по деревянному крыльцу и энергичным шагом прошёл по хрустящему снегу к старому сараю. Из приоткрытой створки парило и струился жиденький свет. Мужчина пригнулся и, просунув голову в низкий проем двери, крикнул:

- Всё, Фрось! Кончай тут! К нам едут гости!

Женщина и корова одновременно обернулись и уставили на него удивленные глаза. Миловидная бабёнка средних лет, приятные формы которой не смогла утаить даже наспех накинутая мужнина телогрейка, замерла у ведра с молоком. Так она молча просидела на деревянном ящике перед бурёнкой ещё несколько мгновений, прежде чем выпустить из натруженных рук коровьи сосцы.

 - Ктой-то? – наконец, вымолвила Ефросинья и кулаком поправила на чёлке шерстяной платок. Корова тревожно замычала.

- Друг школьный! Володька. Владимир Михайлович. Помнишь? Нашему Кольке его жена «классной» была?

- Какой ещё друг, Витя? Какие гости - ночь на дворе! Это ж надо и на стол собрать? А у меня стайка не чищена, поросята вон – в говне уже тонут.

- Ты это, Фроська, про гм, про говно при Володьке ни гу-гу! Выбирай выражения! Говори: помёт, там. Экскрыменты. Не один же он, а, подись, с женой приедет. Люди они образованные. Над понимать!  - осадил супругу Витька! – Ты иди, готовь, а я тут сам как-нибудь управлюсь!

- Где уж нам понимать? – проворчала Фроська. – Вас-то, городских, ученых.

- Ну ты идёшь или нет? – пригрозил Витька.

- Да как же это?! Мне ж и одеться надо, перед гостями-то! – запричитала Фроська.

- Вот вперемежку и оденесся! Готовь и одевайся! – сурово наказал Витька, схватил лопату и скрылся за дверью.