Чертовщина по Гоголю и шахматы...

      Это произошло, когда большой Союз только что превратился в "союз независимых государств ", ещё зависящих друг от друга, а  независимость теперь была поиском зависимости от других. Но работы на заводе шли, как будто Союз еще существовал.

      День начался необычно. На работе в лаборатории,  где  работал я,  засорилось перо плоттера и девчата - сотрудницы пошли его промывать в туалет. И уронили его в унитаз и не могли достать. Срывался план по выпуску технической  документации.  И они попросили своих  сотрудников - Диму и меня  о помощи. Мы незамедлительно бросились выполнять их просьбу. На дверь женского туалета был прикреплён лист бумаги с большими буквами "РЕМОНТ". Перо было выловлено из унитаза, тщательно отмыто.  И руки тоже.
     Только вышли из туалета, как нас увидел начальник отдела, торопившийся куда-то  вместе с толпой других начальников.
  - Что там делаете? Вы  у меня работаете, а не сантехниками !
    - Да девочки уронили в унитаз перо от плоттера...
    -  Да чёрт с ним, не мучайтесь. Вы что, еще не знаете? К нам едет сам пан Бжезинский, уже подъезжает к проходной!
     Прозвучало это как у Гоголя в пьесе  "Ревизор":  "к нам едет ревизор!".
     Ну кто из тех людей, кто застал советское время, не слышал эту фамилию - Бжезинский?   (Если кто из молодых не знает - ну поищите в интернете о нем и его знаменитом плане развала Союза).
     Дима и я бегом кинулись к большому окну на втором этаже, с которого открывался вид на площадку перед проходной. Там увидели - выходят из подъехавшей машины трое - один невзрачный дедушка и двое рослых в серых плащах. Пока я всматривался в тех, в плащах, похожих на Джеймсов Бондов, дедушка исчез из поля зрения.
    - Где он, где?
     - Уже вошёл в проходную, а те двое - телохранители.
     - Вот чёрт, не успел рассмотреть!
     - Не поминайте чёрта всуе ! - ответил, невесело усмехаясь, один из двоих пожилых  мужчин, стоявших рядом и тоже смотревших в окно. Это были старые работники, ветераны предприятия. Продолжил :
     - Как там, у Гоголя в  "Ночь перед рождеством":  тому не нужно далеко ходить, у кого черт за плечами...
     - А чего он приехал?
     - Ревизор. Автор книги "Великая шахматная доска".  Приехал проверить, как расставлены пешки на шахматной доске.
     - Какие пешки? Мы же не шахматы делаем.
     - Вот именно. Уже не будем делать...
Разговор прервал второй мужчина:
     -  Опять ты за своё. Оставь пессимизм, всё будет хорошо. Всё будет демократия! Всё будет свобода!
    -  И чертям тоже свобода... Это не демократия,  а красная свитка у Гоголя  в "Сорочинской ярмарке". Носятся с ней, как с писанною торбою. Анархия, не демократия. В стране - чертовщина. Ходят туда-сюда демонстрации, все за всё хорошее,  но друг другу морды бьют...
    -  Пена,  пройдёт! Народ  борется за  правду!
    -  Правда у каждого своя, а истина одна и ужасна... А справедливость... Вернули селу "Красное" историческое название  - "Грязное", справедливость восторжествовала. Стали богаче?   Говорю тебе, черти сделают здесь заколдованное место. Как у Гоголя - "Заколдованное место". Что ни засеют на том огороде, а взойдет такое… черт знает что такое!
     Я подумал,  что спор двух технарей на политические и литературные темы при неточной терминологии и  противоречивых аксиомах безрезультатен. Смысла у окна стоять больше не было.
     А этажом выше, у двери кабинета генерального директора стояли несколько начальников отделений предприятия, ожидая конца разговора уединившихся гостя и директора. Чуть поодаль толпились начальники отделов. Из-за угла выглядывали начальники секторов и лабораторий. И все ждали...
     Ждали, что всех соберут в актовом зале и гость объявит:
  "Холодная война окончена! Теперь вместе будем делать большие космические проекты!".
     Но...   Разговор в кабинете продолжался не более пятнадцати минут. О чем договорились (или не договорились) два старых еврея - осталось тайной. Гость вышел и уехал. Разочарованные начальники потихоньку разошлись.
     Работа пошла наперекосяк - перо плоттера в конце концов сломалось. Через месяц оказалось, что эта работа отменяется.  И другие тоже. Через месяца два предприятие распалось на меньшие фирмы, а те - ещё через   год  - на меньшие конторки. А директор уехал на историческую родину своих предков.
     И дальше...
     И дальше было так, как предсказал пессимистичный ветеран предприятия. Без чертей не обошлось...
   Больших проектов уже не было, были проектики.  Зарплаты падали. Всё медленно затухало. Было ощущение, что все потихоньку тускнеет и покрывается паутиной.  Не только на работе,  но и во всей стране. Зато росла активность политиков. И так было долго, пока не произошло...
     Но то тема отдельного и  долгого рассказа.

     В  шахматах  есть начало игры - дебют, миттельшпиль - середина игры, конец игры - эндшпиль. Есть всякие хитрости - гамбиты, цугцванги, защиты всякие - сицилианская, славянская и другие. В конце игры кто-то сдается и игроки чинно пожимают друг другу руки.
     Но если играют в шахматы, а думают про карты... И кто-то шулер... То и есть эндшпиль - шахматной доской по голове так, что пешки посыплются...