Азбука жизни Глава 9 Часть 325 И всё же

Глава 9.325. И всё же.

— Что же, Александр Андреевич?

Все смеются. Общий смех, звонкий и легкий, наполняет автобус, уносящий нас в аэропорт. Возвращаемся домой, в Лиссабон. Вернее, дедуля с Настенькой — на виллу, а мы с Эдиком себе неподвластны, как и Владимир Александрович. Но отдохнём с детками несколько дней на вилле — это святое.

Пьер с Вороненком заводят Эдика с Олегом, их весёлый спор о чём-то техническом сливается с общим гулом. А меня гложет досада. Знакомая, едкая. Каждый день я говорю себе, что не буду говорить правду так открыто — не для того, чтобы солгать, а чтобы не будить лишний раз то самое раздражение или ту самую неудержимую насмешливость, в которой столько низости... или просто неприкрытой глупости. Но не удержаться. Никогда не удерживаюсь.

Я хотя и не живу на сайте, как Розочка или иногда Диана (если меня рядом с ней нет), но понимаю, сколько же здесь, за его глянцевой поверхностью, хитрости, подлости или абсолютной навязчивости, которую необходимо искоренять. И Иннокентий — да, он тоже следит за мной, по просьбе дядюшки Андрея: не захожу ли я за рамки возможного. А я этим только и занимаюсь уже несколько лет. В наше время иначе нельзя — иначе тебя просто не услышат, не заметят, сотрут в белый шум. Поэтому каждый раз перехожу все границы. Мне не терпится всё же расставить сети. Зачем?

Смотрю в окно на мелькающие огни. Вопрос висит в воздухе, как эхо после смеха.

А как иначе открывать этот несовершенный мир? Как пробить эту толстую кожу равнодушия?

Взгляд падает на Пьера и Игорька. Они увлечены разговором, глаза горят, жесты уверенные. И вдруг — острое, почти физическое желание защитить. Не только их. Всё их поколение. Чтобы не было в них столько разочарований относительно нашего времени, наших ошибок, нашей немоты. Им больше досталось несовершенства в обществе, чем нам когда-то. Больше шума, больше масок, больше требований — и меньше ясных ответов.

Потому и сети. Потому и выход за рамки. Чтобы хоть что-то прояснить. Чтобы оставить им не только виллы и счета, но и хоть немного более прочный фундамент. Или хотя бы — карту, где отмечены все подводные камни, которые мы сами расставили.

Автобус делает плавный поворот, огни аэропорта уже впереди. Кто-то из детей оборачивается, ловит мой взгляд и улыбается. Просто, без тени сомнения.

И всё же... Всё же это того стоит. Даже сквозь досаду. Даже сквозь насмешки.

 ---

Заметки на полях к Главе 9.325. «И всё же»

1. «Каждый день я говорю себе, что не буду говорить правду так открыто — но не удержаться. Никогда не удерживаюсь».

Вот он, двигатель. Не «стрессовая ситуация», не «живой эксперимент», не «краски осени». А эта неспособность молчать, когда видишь неправду. Героиня знает, что это дорого стоит. Знает, что вызывает раздражение, насмешки, низость. Но каждый раз — переходит границы. Потому что «иначе тебя просто не услышат, не заметят, сотрут в белый шум».

2. «В наше время иначе нельзя — иначе тебя просто не услышат».

Диагноз эпохе. Не героине. Когда правда тонет в шуме, приходится кричать. Когда равнодушие становится нормой, приходится эпатировать. Когда «толстая кожа» не пробивается обычными словами — приходится выходить за рамки. Это не эксгибиционизм. Это выживание смысла.

3. «Сети. Зачем?»

Вопрос, который она задаёт себе. И отвечает: не для того, чтобы поймать. А чтобы отметить подводные камни. Чтобы следующее поколение (Пьер, Игорёк, Сашок) имело карту. Не готовый фундамент, а хотя бы чертеж местности, где «мы сами расставили камни».

4. «Желание защитить всё их поколение».

Это ключевое. Её «сети» и «выход за рамки» — не ради самоутверждения. А ради детей. Чтобы им досталось меньше разочарований. Чтобы они не наступали на те же грабли. Чтобы у них был не только достаток, но и понимание, как не сломаться в этом несовершенном мире.

5. «Автобус, аэропорт, огни. Кто-то из детей оборачивается и улыбается».

Глава начинается с общего смеха, а заканчивается улыбкой ребёнка. Это не «хэппи-энд». Это примирение с тем, что досада останется, но она того стоит. Потому что играет — не зря.

6. «И всё же... Всё же это того стоит».

Фраза, которая могла бы быть банальной. Но после всего — после «стрессовых ситуаций», после «живых экспериментов», после «солнцепёков» и «мизогоний» — она звучит как выдох. Усталый, но твёрдый. «Да, я опять перешла границы. Да, меня будут ненавидеть. Но я не могу иначе».

---