Ревность

Два случая на скорой.

    Заходим в квартиру, на полу сидит пострадавший, машет рукой, с которой капает кровь, плачет, и говорит сквозь слезы:
-   Ну,  разве так можно?  Человек пришел в гости, мы сидим,  пьем  чай.  А его бить топором по голове.
Другой сидит за столом, говорит медленно , с расстановкой, грубым голосом, часто подтверждая свои слова ударом ладони о стол:
-   А я говорю. Если ты, скотина. Пришел в гости. То и сиди. За столом. А не прячься. За гардиной.
   Он муж. Его жена стоит у дальней стены, прикрывая обеими руками заплаканное лицо. Она молчит.  Все время пока мы были в квартире.  На наружной поверхности предплечья у пострадавшего косая рубленая рана, немного кровоточащая. Кости целы. Перевязываем. На полу кровь,  немного, но сильно размазана от окна до места,  где сидит пациент. Который обидным плачущим голосом опять повторяет слово в слово уже сказанное. И мы опять  выслушиваем такой же ответ прерываемый ударами ладони о стол.
    Муж пошел к другу, культурно провести время. Сели за бутылкой, закуской, хлеб с салом. Только выпили по два по сто, приходит жена друга. Начинается скандал. Жена друга объясняет мужикам, кто они на самом деле, а то они не знали. Выливает остатки бутылки в раковину умывальника и выталкивает взашей  собутыльника своего мужа. Так получилось, что уже наш герой возвращается в дом намного раньше времени. Ведь  обычно,  они с другом, выпив бутылку, идут в гастроном за второй бутылкой, потом в пивную, где зависают очень надолго.  Возвращается наш герой домой, звонит, а жена очень долго, как ему показалось, не открывает. Он заходит в квартиру уже с нехорошими мыслями, молча идет в зал, жену не слушает. Видит на столе две чашки с чаем, открытая коробка конфет. Идет опять молча в ванную, достает там топор и идет осматривает кухню,  туалет, заходит в  спальную. Двуспальная кровать аккуратно  застелена. Он проверяет шкаф, возвращается в зал и осматривается. У окна под гардиной он видит мужские ноги в тапочках. Походит к гардине, прицеливается туда, где должна быть голова и бьет топором. Стоящий за гардиной видит все через полупрозрачную ткань, свет в комнате включен. Он прикрывается рукой. После удара он падает от боли. Ревнивый муж больше его не бьет, тащит за шиворот на середину комнаты.
Жена плачет:
-    Ты его убил. Тебя посадят. Как я буду жить без тебя одна. Звони в скорую
Ее муж уже остыл, бросил топор и позвонил на скорую.
Мы забираем пациента и везем в травмпункт.


Другой вызов.

    Вызов в дом культуры. У входа встречают несколько женщин бальзаковского возраста и старше, в украинских национальных костюмах. Пока нас проводят, спрашиваю как там пострадавший, в сознании ? Наперебой отвечают:
- Да, сознание,  не терял…
- Крови много натекло по лицу…
- Жена как ударила его скалкой…
- Сидит плачет…
- Говорит от обиды…
- Мы его все любим…
- Соловья нашего…
- Но шуры-муры никто не заводит с ним…
- Жена его больно ревнивая…
- Жена испугалась, убежала…
- Нас испугалась…
- Мы все бросились защищать…
- Нашего солиста.
 В зале на сцене, на стуле сидит  мужичок, вокруг него артистки в таких же костюмах и такого же возраста. Расходятся в стороны, пропуская нас. Все замолкают. Мужик тоже немолод, лет до  пятидесяти,    небольшого роста, лысеватый, На лбу косая рана, небольшая, края немного разошлись, кровотечение уже прекратилось. Вытираем его лицо от крови и слез, перевязываем рану. Проверяю -  неврологических признаков сотрясения головного мозга нет. Забираем его в машину скорой помощи. Все женщины дружно нас провожают.
     Он солист, в женском хоре при доме культуры. Жена его постоянно ревнует, А он не может не петь. Это лучшая часть его жизни, Он любит сцену, любит зрителей, которые всегда его встречают и провожают дружными аплодисментами. Он не может бросить хор. Ни с кем из хора он не изменял жене, даже и не помышлял. Хористки к нему хорошо относятся, может  у кого из них есть разные мысли на счет его, но он даже не проверял, ему это не нужно. Он любит свою жену. Я спрашиваю, если он хорошо себя  чувствует,  не может  ли для нас спеть ? Что-нибудь. Водитель и фельдшер улыбаются. И он запел, но как ! Замечательный  тенор, с богатой, наверное неповторимой,  индивидуальной окраской голоса. Лето, жарко .  Мы едем с открытыми боковыми стеклами по главному проспекту города. А из машины скорой помощи раздается пение соловья.  Алябьева.