Фасады

Унылые фасады домов плывут мимо моего взора, заглядываю в каждое окно в надежде на что-нибудь интересное. Тусклые редкие фонари стараются осветить пустую и гулкую улицу, которую я измеряю ботинками. За последние двадцать минут заметил только один автомобиль с злобными глазами-фарами и ни одного человека из плоти и крови. Я спотыкаюсь, но удерживаю равновесие и иду дальше. Сердце с высокой скоростью ударяется в грудную клетку, пытаясь сбежать, по лбу наперегонки бегут капельки пота, легкие сообщают о недостатке воздуха.
Все дело в том, что в ту секунду, когда оступился, я услышал сзади стук обуви о плитку тротуара. Не знаю, кто там идет, но он явно старается не издавать лишних звуков. Вытащил руку из кармана куртки и, якобы случайно, выронил ключи от дома, нагнулся их поднять и мельком взглянул на преследователя: выше меня, силуэт мощный, фонаря рядом нет, не разглядеть детали.
Фасады ускорили свое плавное движение, окна уже не интересуют мой блуждающий взгляд, слышу сзади постукивание каблуков его ботинок: шаг тяжелый. Мысли в панике разъезжаются и сталкиваются, стараясь выдать мне возможное решение, ноги спешно взяли на себя заботу о моем перемещении, сердце все пытается сбежать, а легкие уже трубят о нехватке кислорода. Достаю телефон, провожу по выключенному экрану пальцем, отвечая на фантомный звонок.
— Да, Джо? Да!? Уже бегу, держись!
Фасады летят мимо меня, глаза забыли об окнах. Ноги слегка немеют, сердце иногда пропускает удары, чтобы передохнуть, легкие сдались, а уши чутко слушают. По пути не вижу ни одного горящего окна. Глаза вдруг замечают поворот, ныряю в него. Узкая улочка.
Фасады уплыли. Легкие жадно гоняют громкий воздух, взгляд неистово носится вокруг, сердце возобновило постоянный стук, ноги отказываются меня держать, рука упирается в стену, давая мне еще одну точку опоры. Звука шагов не слышно. Надо обдумать дальнейшие действия.
— Драсть! — Я подпрыгнул и резко повернулся на звук. Передо мной стоял худой старичок с ветхой тросточкой в руке и глядел на меня своими мутными глазами. — Чавой эт ты в такой час тут делаешь? Убегал шоль от кого? Дышишь громк.
— Да так, — начал я, — там человек за мной какой-то шел, я решил судьбу не испытывать.
— О как! Пральна сделал.
— А вы тут что делаете?
— Прогуляться захотелос вечерком, — с кривой беззубой улыбкой ответил он мне.
— Так ночь уже.
— Время детское, вн;чек. Самое то для прогулочки.
— Эээ, ну… Удачно вам погулять, а я пойду… — В этот момент я бросил взгляд на улицу, откуда прибежал. Там стоял этот громила, который до этого шел за мной.
— Чавой ты, вн;чек? — Он проследил за моим взглядом. — О! Эт этот за тобой штоль шел?
— Д-да, — полушепотом вылетело из меня.
— Ну-кась. — Крякнул старичок и направился к моему преследователю. — Экая громадина! Слышь, ты че эт тут народ пугаешь? А? — Он повернулся ко мне. — А ты иди-ка в полицейский участок, это сразу направо и прямо, упрешься в их здание.
Я не стал дожидаться конца этой странной сцены и двинулся подальше от деда и преследователя, вышел с улочки и повернул направо. Фасады снова плыли мимо, но движение это уже не было спокойным. Не дает мне покоя этот дед, что-то тут явно не так. Что нужно от меня преследователю, я понять не могу.
Погруженный в сумбурные мысли, я уперся в очередной фасад. Обычное здание, окна темные, посередине дверь. Подошел к ней и дернул на себя. Закрыто. Толкнул. Закрыто. Старик наврал или что-то перепутал, это обычный жилой дом. Я оказался в П-образном дворике. Сердце снова начало вырываться из грудной клетки, мысли забили тревогу, ноги понесли меня к выходу из дворика, но тут глаза остановились на крупной фигуре, которая шла мне навстречу. Нижние конечности окаменели.
— Что вам от меня нужно? — услышал я свой вибрирующий голос. — У меня ничего нет. Я буду кричать!
— Тихо ты, разбудишь народ, — донеслось до меня слева.
Я повернулся на голос. Одно из окон горело, из желтого прямоугольника на меня глядел тот самый старик.
— Вы? — В свои права вступила истерика. — Что вы тут делаете? Вы мне наврали! Что тут вообще происходит?
— Как много вопросов сразу! — с удивлением воскликнул дед. — Давай по порядку.
— Что вам от меня нужно?
— В каком смысле «што»?
— В прямом, нафиг, смысле!
— Будт не знаешь.
— Не знаю!
— Не кричи ты так.
— Вы… Ты мне еще указывать вздумал?
— А ты грубить сразу?
— Да вы завели меня в тупик, а теперь меня зажимает этот громила! — Преследователь двинулся ко мне. — Стой на месте! 
— Не коптись ты так, — пыхнул старик.
— Отвечайте на мой вопрос!
— Какой вопрос?
— Что вам от меня нужно?
— А ты не знаешь?
— Не знаю. — Это начинало меня раздражать.
— А на кой тебе тада знать?
— Как зачем?
— Ну вот так — зачем?
— Что вы собираетесь со мной делать?
— Не делай вид, што ты не в курсе, — с усмешкой ответил он.
— Да не знаю я ничего. Ни что вы хотите сделать, ни причин этого. Я буду защищаться!
— Эт че ты там достал? Перцовый баллончик?
— Да! И я им воспользуюсь!
— Не страшно, у него маска.
— Какая такая маска?
— Противогаз. Он опытом наученный. — Я взглянул на громилу, он как раз подошел под свет фонаря: на его лице действительно был противогаз; одежда вся черная, одна рука прячет что-то за спиной.
— Тогда!.. Тогда я… Вот! — Я достал нож, который подарил себе на день рождения.
— Ты этим управляться хоть умеешь?
— И не боюсь им пользоваться!
— О как! Смелый!
Дверь сзади открылась, и я резко обернулся, — в дверном проеме остановился мужчина в засаленной майке и дырявых штанах. В руке он держал мусорный пакет. Мужик смотрел на меня около минуты, а потом спокойно пошел к мусорному баку. Я обернулся на окно, в котором сидел старик. Ничего — ни света, ни старика. Посмотрел туда, где стоял преследователь. Никого. Мужчина выкинул мусор, вернулся к двери и закурил, смотря на меня.
Фасады давно стоят и собираются к отплытию, окна давно перестали меня интересовать. Глянул на небо. Тоже ни одного окошка, один лишь большой фонарь. Я обернулся, чтобы уйти, но под конусом света от фонаря стоял этот гигант в противогазе.
Попытаться пробежать, при надобности — ударить.
Сжал рукоятку ножа в сырой ладони. Если он нападет, я бу…

24.04.2024.