Икона Божьей Матери Бердичевская

Икона Божией Матери «Бердичевская» начинается с истории казака Тышка: по преданию, образ явился ему прямо на хуторе, который позже разросся в город Бердичев [1]. Для Тышка это было не просто знамение — он воспринял его как прямое указание и взялся строить храм. Сначала икону поставили в скромной часовне, а когда стены храма во имя святого Архангела Михаила поднялись, перенесли туда [2].

Тышко хотел пойти дальше и возвести ещё один храм — уже в честь самой Божией Матери. Но закончить не успел: смерть оборвала его планы. А дальше история делает резкий поворот: брат казака, не разделявший его веры, принял католичество и переосвятил храм в костёл [3]. Так один и тот же камень стал служить разным обрядам — и в этой смене посвящений читается вся сложность местной истории.

Позже икону увезли поляки, и она оказалась в монастыре Босых Кармелитов в Бердичеве, где остаётся до сих пор [4]. Сейчас образ укрыт золотой ризой, усыпанной драгоценными камнями; среди них — бриллианты, подаренные папой Пием IX. Икону разместили высоко, на горнем месте главного алтаря: положение подчёркивает её статус, но теперь уже в католической традиции.

Сюжет на самой иконе — это сцена из жития преподобного Досифея, записанная в Четьих-Минеях святителя Димитрия Ростовского [5]. Действие происходит в Гефсимании под Иерусалимом: Досифей стоит перед образом Страшного суда и мучается мыслью о страданиях грешников. В этот момент ему является Божия Матерь. Она не утешает общими словами, а даёт чёткие наставления: поститься, не есть мяса и много молиться. На иконе этот разговор передан буквально: вопрос Досифея «Госпоже, что сотворит кто, да избвится от мукъ» и ответ Богородицы «[Пости]ся, и не яждь мяса, и м(о)лися часто, и избавишися от мукъ».

[1] Предания и местные хроники Бердичева (XIX в.)
[2] Архивные материалы по храмам Бердичева, фонды Волынской епархии
[3] Документы о переосвящениях храмов в Речи Посполитой, РГАДА
[4] Описи монастырских ценностей монастыря Босых Кармелитов (Бердичев)
[5] Четьи-Минеи, святитель Димитрий Ростовский