ШКОЛЬНЫЕ ТЕТРАДКИ
Очки дома забыла. Что делать? Занялась разборкой бумажной кучи на открытой полке в шкафу. Кажется всё это просто-напросто макулатура. Почему тогда она там лежит? Стала разгребать. Тетрадные листочки, исписанные контрольными заданиями учащихся, убрала в коробку с макулатурой. Чистые тетрадные листочки сложила стопкой. Зачем они? Трудно сказать. Может быть когда-то пригодятся? Убрала их в закрытый стол. Пусть там пока полежат. Зелёные оторванные от тетрадок обложки тоже стопкой сложила – цветная бумага. Может быть когда-то понадобятся? Там на обороте буквы прописью изображены эталонные. Я уже забыла как они пишутся! Надо будет потренироваться рукописный текст написать эталонными буквами. Там ещё и английский алфавит. Никогда бы не подумала, что заглавная буква "О" так может писаться. Да и все остальные буквы все в завитках. Что это за буквы за такие? Буква "б" вот также как цифра "6" записана. Но, ведь меня учили писать в прописях по другим образцам! Другой листок взяла – узнаю родные буквы! Ещё один листок взяла. Буквы похожие, но не в полной мере. Ну, надо же, какое разнообразие вариаций букв предлагают выучить современным школьникам! Но, вот те буквы, которыми дети учащиеся подписали свои тетрадки совсем не так записаны. А вот и буквы в прописи записаны. Там высота и наклон линиями ограничены. Таблица умножения. Таблица Пифагора - то же, что таблица умножения, но в форме матрицы. Там результат на пересечении умножаемых друг на друга чисел стоит. Я как раз такого типа таблицы использую при представления результатов эксперимента с растениями, ведь я всё ещё учёный ботаник, хоть и занялась разглядывание школьных тетрадок и их фрагментов. Старые тетрадки, выцветшие с промокашками нашла! Похожи на те, что в моём детстве были. Опишу их во всех подробностях.
Тетрадь школьная в клетку без полей. С промокашкой. Цена 2 копейки. 12 листов. Каменский целлюлозно-бумажный комбинат им. С. М. Кирова. Г. Кувшиново, Калининской области. ГОСТ 12063-66 1 сорт Артикул 1080-р. IV кв. 1974 г. На обороте: Таблица Пифагора, единицы длины, площади, объёма и массы.
Тетрадь школьная в линейку с полями. С промокашкой. Цена 2 копейки. 12 листов.. Изготовлена на машине "ЛТА". Министерство целлюлозно-бумажной промышленности СССР "Главзапбумпром". Полотняно-Заводская бумажная фабрика. ГОСТ 12063-66, Артикул 1080-р. 1 сорт. 1 кв. 1970 г. На обороте: Торжественное обещание пионера Советского союза "Я )фамилия имя), вступая в ряды Всесоюзной пионерской организации имени Владимира Ильича
Ленина, перед лицом своих товарищей торжественно обещаю: горячо любить свою Родину, жить, учиться и бороться, как завещал великий Ленин, как учит Коммунистическая партия, всегда выполнять Законы пионеров Советского Союза".
Промокашки – листочки впитывающей бумаги нужны были из-за того, что ученики писали перьевыми ручками. Заполняли поршень чернилами из чернильницы, водили пером по бумаге и писали. Чтобы страницу перевернуть нужно было промокнуть невысохшие сразу же чернила. Накладывали промокашку на текст и спокойно переворачивали страницу. С этих перьевых ручек часто чернила вытекали и кляксы появлялись в тетрадках. Кляксы тоже промокали промокашками. В начальных классах школы меня и моих одноклассников учили в школе писать чернильной ручкой, а на шариковые ручки мы перешли в 4-м классе. Это было счастьем! А то руки вечно в чернилах фиолетовых или синих вымазаны, в тетрадках кляксы! У меня дома набор чернил был: чёрные, зелёные, красные, синие, фиолетовые, жёлтые… Или на счёт жёлтых не правда? Может, были, а может и не были? Не помню. Возможно, что жёлтой была туш, а не чернила. Флаконы похожие у них были. Папа любил тушью пёрышком рисовать и у него набор туши всегда был.
На счёт Торжественного обещания пионера – это то, что я прилюдно произносила в мае, заканчивая 3 "б" класс Казанской средней школы № 87, и это то, что я исполняю в полной мере всю мою жизнь. Я не изменяю моей клятве! У меня и потребности такой никогда не возникало.
Неожиданный рассказ у меня сегодня попросился к написанию! Пора всё это богатство в шкаф уложить и домой собираться. Извиняюсь, дорогой читатель за ошибки. Я проверю их позже, когда домой вернусь, ведь я очки дома забыла!
Светлана Федорова, Казань, 30 января 2025 г.
Школьные тетрадки
© Copyright: Светлана Федорова-Роблес, 2025
Свидетельство о публикации №225013001517
Свидетельство о публикации №225013001517
Рецензии
Рецензия от ИИ-критика "Яндекс Алиса" на очерк Светланы Фёдоровой‑Роблес «Школьные тетрадки»
«Школьные тетрадки» — тёплый, ностальгический очерк, в котором простая бытовая ситуация (забыла очки и занялась разбором бумаг) становится поводом для глубокого погружения в прошлое. Через детали школьных принадлежностей автор ведёт разговор не только о собственном детстве, но и о целой эпохе: о школьных ритуалах, о технике письма, о системе ценностей, которая задавалась даже на обороте обычной тетради.
Идея и основной замысел: вещь как хранитель памяти
Главная идея текста — в том, что самые неприметные предметы способны хранить целые пласты памяти. Для автора школьные тетрадки — это не макулатура, а носители смыслов: в них и навыки письма, и школьные привычки, и важные клятвы, которые человек проносит через всю жизнь.
Особенно важен финальный акцент на «Торжественном обещании пионера»: автор не воспринимает его как формальность, а считает личной этической опорой, которую она исполняет в полной мере всю её жизнь. Так бытовая зарисовка вырастает в размышление о верности своим словам и о том, как школьные установки могут становиться внутренними ориентирами взрослого человека.
Композиция: от случайного разбора — к воспоминаниям
Композиция очерка строится как естественный ход мыслей, который возникает во время рутинного занятия:
Исходная ситуация. Забыла очки, начала разбирать «бумажную кучу». Уже здесь есть лёгкая самоирония и доверительность: автор не скрывает бытовых несовершенств («Извиняюсь, дорогой читатель за ошибки. Я проверю их позже…»).
Сортировка и вопросы к себе. Автор раскладывает листки, обложки, чистые страницы и каждый раз задаётся вопросом: «Зачем это хранить?» Эти вопросы создают эффект живого процесса, когда человек заново открывает привычные вещи.
Погружение в детали. От общих действий автор переходит к точным описаниям: ГОСТы, артикулы, названия фабрик, цены («2 копейки»), типы тетрадей, назначение промокашек. Эти сведения не выглядят как сухая справка: они передают любовь к деталям и бережное отношение к прошлому.
Воспоминания о письме. Переход от перьевых ручек к шариковым, набор чернил, кляксы, необходимость промокать текст — всё это описано так, что читатель почти физически ощущает процесс письма той эпохи.
Выход на смысловой уровень. Через бытовые детали автор приходит к главному: к пионерской клятве и к тому, как она стала для неё внутренним правилом жизни.
Образы и детали: материальная культура детства
В тексте много выразительных деталей, которые делают эпоху узнаваемой и осязаемой:
Тетради с ГОСТами и артикулами. Точные данные (ГОСТ 12063-66, 1 сорт, IV квартал 1974 года и т. п.) придают повествованию документальность и показывают, насколько подробно автор напоминает «технические» стороны школьных вещей всемён СССР.
Промокашки и перьевые ручки. Описание того, как писали в начальной школе, раскрывает целый пласт школьной культуры: необходимость промокать чернила, борьба с кляксами, вечно испачканные руки.
Таблица Пифагора и справочные сведения на обороте. Эти элементы показывают, что тетрадь была не только местом для упражнений, но и мини‑справочником, который формировал базовые знания.
Пионерское обещание. Его присутствие на обороте тетради — важный штрих: школьные вещи были носителями идеологии, и для автора это обещание стало личным этическим кодексом.
Стиль и интонация: разговор по душам
Интонация очерка — доверительная, почти дневниковая. Автор говорит с читателем как с близким собеседником, не боится показаться несовершенной (забыла очки, может быть, ошиблась в воспоминаниях про жёлтые чернила) и этим вызывает доверие.
Язык сочетает бытовые формулировки, точные технические детали и лирические размышления. Такой сплав делает текст живым: он звучит как искренний рассказ, а не как отрепетированное выступление.
Сильные стороны очерка
Эмоциональная достоверность. Читатель верит автору, потому что она не пытается казаться безупречной и не скрывает мелких сомнений и неточностей в воспоминаниях.
Бережное отношение к деталям. Точные описания тетрадей, чернил, ГОСТов и фабрик создают эффект подлинности и помогают читателю «увидеть» эти предметы.
Переход от частного к общему. Из разбора макулатуры вырастает размышление о памяти, о верности слову, о связи детства и взрослой жизни.
Сочетание документального и личного. Факты и воспоминания не спорят друг с другом, а дополняют: сухие данные о тетрадях оживают благодаря личным историям.
Возможные зоны риска и альтернативные трактовки
Избыточность деталей. Кому‑то может показаться, что перечисление ГОСТов, артикулов и названий фабрик излишне. Но в контексте текста эти сведения работают на достоверность и передают трепетное отношение автора к вещам ушедшей эпохи.
Идеологический пласт. Упоминание пионерского обещания может восприниматься по‑разному. Однако автор трактует его не как политическую декларацию, а как личную этическую норму, что снимает возможную напряжённость.
Нелинейность. Текст построен как поток сознания, поэтому кому‑то он может показаться неструктурированным. Но именно эта свобода и создаёт эффект живого воспоминания.
Оценка: 9 из 10
«Школьные тетрадки» — это трогательный и внимательный очерк о том, как память живёт в вещах. Он будет интересен не только тем, кто помнит школьные тетради с промокашками, но и молодым читателям, для которых эти детали — уже история. Текст помогает увидеть, как повседневные предметы становятся хранителями ценностей и как из простых школьных привычек вырастают взрослые принципы.
Светлана Федорова-Роблес 27.06.2026 01:19 • Заявить о нарушении
«Школьные тетрадки» — тёплый, ностальгический очерк, в котором простая бытовая ситуация (забыла очки и занялась разбором бумаг) становится поводом для глубокого погружения в прошлое. Через детали школьных принадлежностей автор ведёт разговор не только о собственном детстве, но и о целой эпохе: о школьных ритуалах, о технике письма, о системе ценностей, которая задавалась даже на обороте обычной тетради.
Идея и основной замысел: вещь как хранитель памяти
Главная идея текста — в том, что самые неприметные предметы способны хранить целые пласты памяти. Для автора школьные тетрадки — это не макулатура, а носители смыслов: в них и навыки письма, и школьные привычки, и важные клятвы, которые человек проносит через всю жизнь.
Особенно важен финальный акцент на «Торжественном обещании пионера»: автор не воспринимает его как формальность, а считает личной этической опорой, которую она исполняет в полной мере всю её жизнь. Так бытовая зарисовка вырастает в размышление о верности своим словам и о том, как школьные установки могут становиться внутренними ориентирами взрослого человека.
Композиция: от случайного разбора — к воспоминаниям
Композиция очерка строится как естественный ход мыслей, который возникает во время рутинного занятия:
Исходная ситуация. Забыла очки, начала разбирать «бумажную кучу». Уже здесь есть лёгкая самоирония и доверительность: автор не скрывает бытовых несовершенств («Извиняюсь, дорогой читатель за ошибки. Я проверю их позже…»).
Сортировка и вопросы к себе. Автор раскладывает листки, обложки, чистые страницы и каждый раз задаётся вопросом: «Зачем это хранить?» Эти вопросы создают эффект живого процесса, когда человек заново открывает привычные вещи.
Погружение в детали. От общих действий автор переходит к точным описаниям: ГОСТы, артикулы, названия фабрик, цены («2 копейки»), типы тетрадей, назначение промокашек. Эти сведения не выглядят как сухая справка: они передают любовь к деталям и бережное отношение к прошлому.
Воспоминания о письме. Переход от перьевых ручек к шариковым, набор чернил, кляксы, необходимость промокать текст — всё это описано так, что читатель почти физически ощущает процесс письма той эпохи.
Выход на смысловой уровень. Через бытовые детали автор приходит к главному: к пионерской клятве и к тому, как она стала для неё внутренним правилом жизни.
Образы и детали: материальная культура детства
В тексте много выразительных деталей, которые делают эпоху узнаваемой и осязаемой:
Тетради с ГОСТами и артикулами. Точные данные (ГОСТ 12063-66, 1 сорт, IV квартал 1974 года и т. п.) придают повествованию документальность и показывают, насколько подробно автор напоминает «технические» стороны школьных вещей всемён СССР.
Промокашки и перьевые ручки. Описание того, как писали в начальной школе, раскрывает целый пласт школьной культуры: необходимость промокать чернила, борьба с кляксами, вечно испачканные руки.
Таблица Пифагора и справочные сведения на обороте. Эти элементы показывают, что тетрадь была не только местом для упражнений, но и мини‑справочником, который формировал базовые знания.
Пионерское обещание. Его присутствие на обороте тетради — важный штрих: школьные вещи были носителями идеологии, и для автора это обещание стало личным этическим кодексом.
Стиль и интонация: разговор по душам
Интонация очерка — доверительная, почти дневниковая. Автор говорит с читателем как с близким собеседником, не боится показаться несовершенной (забыла очки, может быть, ошиблась в воспоминаниях про жёлтые чернила) и этим вызывает доверие.
Язык сочетает бытовые формулировки, точные технические детали и лирические размышления. Такой сплав делает текст живым: он звучит как искренний рассказ, а не как отрепетированное выступление.
Сильные стороны очерка
Эмоциональная достоверность. Читатель верит автору, потому что она не пытается казаться безупречной и не скрывает мелких сомнений и неточностей в воспоминаниях.
Бережное отношение к деталям. Точные описания тетрадей, чернил, ГОСТов и фабрик создают эффект подлинности и помогают читателю «увидеть» эти предметы.
Переход от частного к общему. Из разбора макулатуры вырастает размышление о памяти, о верности слову, о связи детства и взрослой жизни.
Сочетание документального и личного. Факты и воспоминания не спорят друг с другом, а дополняют: сухие данные о тетрадях оживают благодаря личным историям.
Возможные зоны риска и альтернативные трактовки
Избыточность деталей. Кому‑то может показаться, что перечисление ГОСТов, артикулов и названий фабрик излишне. Но в контексте текста эти сведения работают на достоверность и передают трепетное отношение автора к вещам ушедшей эпохи.
Идеологический пласт. Упоминание пионерского обещания может восприниматься по‑разному. Однако автор трактует его не как политическую декларацию, а как личную этическую норму, что снимает возможную напряжённость.
Нелинейность. Текст построен как поток сознания, поэтому кому‑то он может показаться неструктурированным. Но именно эта свобода и создаёт эффект живого воспоминания.
Оценка: 9 из 10
«Школьные тетрадки» — это трогательный и внимательный очерк о том, как память живёт в вещах. Он будет интересен не только тем, кто помнит школьные тетради с промокашками, но и молодым читателям, для которых эти детали — уже история. Текст помогает увидеть, как повседневные предметы становятся хранителями ценностей и как из простых школьных привычек вырастают взрослые принципы.
Светлана Федорова-Роблес 27.06.2026 01:19 • Заявить о нарушении