Кошачье племя

               
      В нашем доме с моего самого раннего детства жил кот. Он не прыгал мне на колени, обходил стороной, видя во мне, очевидно, ненужного конкурента, поглощавшего, так же как и он, молоко. А это был важный продукт для нас обоих. Существовали мы друг от друга параллельно. Встречались иногда нос к носу на печке. Кот Мурзик, потягиваясь, уступал непрошенному гостю место на нагревшейся телогрейке, делал это с достоинством представителя тигрового семейства: спрыгивал сразу на пол, не позволяя никаких поглаживаний. Считалось, что кот ловит мышей, но ловил он их плохо. Зимой его бросали в подпол, поработать, откуда он выскакивал со светящимися фосфором глазами и опрометью нёсся во двор. Пришлось сделать хитрую мышеловку, откуда пойманная мышь попадала в помойное ведро. Эту смертельную экзекуцию я воспринимал плохо, но не относил на совесть кота. Он любил только сестру, которая приносила ему с сырзавода угощения. Прожил он долгую кошачью жизнь, никуда не сбегал, а если уходил в мартовский загул, то этого никто не замечал. Специального питания у него никогда не было, обычно в консервную банку наливали молоко и ещё бросали со стола не разжеванные куски. Если он пил в коридоре воду из ведра, то получал заслуженный пинок и выбрасывался на улицу. Ведро выливалось, но налить коту в емкость воды для питья никто не догадывался: молоко ведь пьет, зараза! Праздником для него, как и для всех нас, был забой скота, птицы. Обращаю на питание кота особое внимание, поскольку в нашем повествовании будут присутствовать кошачьи типы, вскормленные всеми возможными кошачьими (и не только) деликатесами и махнувшие на всё своим непушистым хвостом. Спрашивается, чего не хватало президентскому коту Медведева, так же сбежавшему из резиденции на Рублевке? Наш же мудрый Мурзик хорошо понимал, что в другом месте и того не будет, и прожил в тепле на печке до глубокой старости. Вообще я тогда не слышал, чтобы у кого-то пропадал кот, может быть, это не было событием в те годы. О гибели кота говорили только в связи с кражей им цыплят или утят, но, если быть точным, относилось это всегда к кошкам.
       Школьником младших классов я завел собаку, не будучи кошатником, стал собачником. Мои друзья мне завидовали. Друг детства спустя много-много лет как-то мне сказал, что в те годы на его просьбу взять собаку родители ему объяснили: «Лучше еще одного поросенка откормить». Свою детскую мечту он воплотил только в пенсионном возрасте. Моему другу первому пришлось испытать остроту зубов маленького щенка. Это был пес «дворянских кровей», черной масти с белой грудкой. Я его назвал Пиратом. Он сразу же стал подтверждать справедливость своего имени. На желание друга отобрать еду со словами: «Пират, дай косточку» – щенок по-взрослому вцепился ему в ладонь. Пират вырос в злобную собаку, сидел на цепи. Иногда он вылезал из ошейника и, выскочив со двора, набрасывался с лаем на подвыпивших прохожих. Патрулировал несколько улиц в округе. Заслышав его лай, я на велосипеде летел спасать неповинного пешехода от ярости Пирата. После призыва меня в армию, Пират был отдан родственникам в деревню, где и провел свои последние годы. Мое детское и юношеское внимание к животным было поглощено любимым псом.
      В студенческие годы меня однажды университетский товарищ удивил в буфете. Он купил пару бутербродов с красной рыбой и попросил их завернуть. Мне же сообщил: «Это для кота. Сегодня у него день рождения». Мне это надолго запомнилось: «Что это ни за кот такой, – подумал я, –которому бутерброды покупают?». В моей дальнейшей жизни привязанность к домашним питомцам распространялась по-прежнему только на собак. О долгожителе американском стаффорде Бастере имеется у меня целый очерк, были кратковременно и другие собаки. Скоропостижно скончавшаяся добрейшая кавказская овчарка Варвара стала последней из моего списка домашней живности собачьего рода. Она унаследовала от своих предков пастухов-волкодавов стремление к бродяжничеству. Нередко ее возвращали соседи, хорошо знавшие ее совсем несобачий характер. В раздумьях, какую собаку приобрести, случилось следующее.
      Осенью, когда в небе пролетают перелетные птицы, я услышал звук, похожий на курлыкание журавлей. Находился у гаража и стал смотреть в небо, но нигде не находил летящего треугольника. Вошел в гараж и понял, что на чердаке орет котенок, не просто мяукает, а истошно вопит. Пронзительно, властно, не давая никакого выбора к отступлению. Принес в дом, жена восприняла в штыки: «Покорми и отнеси его!». Покормили; орать не перестал. У нас есть ещё отапливаемое помещение, примыкающее к гаражу; отнес, уложил, прикрыл его легким одеяльцем. Котенок успокоился. Через два дня мы с женой уже вдвоем кормили его дома из пипетки. Так у нас появился Кузьма. Назван он был по бросившей его Кузькиной матери.  Нужно сказать, что в городской квартире мы имели счастье недолгого знакомства с котом Тимофеем. Время от времени его выпускали на улицу, на которой было полно котов такого же рыжего окраса, как он.  И однажды сын принес с прогулки кота, тот хорошо поел, осмотрелся и бросился на подоконник окна. Открыли дверь: оказался Федот, да не тот, а Тимофея мы не нашли. С Кузьмы началась у нас настоящая любовь к усатым, полосатым. Она проявлялась особенно сильно, когда кот пропадал, его не было несколько дней и вдруг появлялся. Мы, не говоря ничего о случившемся, возвращаясь домой, первым делом смотрели на пустую миску, значит кота нет. Первый раз Кузьма исчез летом. Прошла неделя, я отчаялся его найти. Подрезаю кусты зеленой изгороди, руки подняты вверх, жужжит электрический кусторез – и неожиданно кто-то прикоснулся к ноге. Оборачиваюсь – Кузьма, не испугался жужжания, подошел, соскучился.  А мы - то как!
      За прошедшие годы после Кузьмы были у нас Лаврик и Бархат, все три кота не подвергались медицинскому воздействию. Моя мужская солидарность с ними не допускала подобного кощунства над их естеством. Каждый из них, прожив три-четыре года, катаясь как сыр в масле, уходили в неизвестность, навсегда. Это была наша домашняя трагедия. Пополнение приносила старая кошка пожилой соседки и вместе с ним некое утешение. Она бросала котят всегда на чердаке гаража, обычно двух либо трех братцев и сестер.  Услышав их писк, жена требовала никого не брать, чтобы не травмировать себя в будущем. Лаврик из этой стаи сам проник в дом и быстро из дикого превратился в члена семьи. С его исчезновением требования о допуске кота в дом стали строже. Бархат, наш следующий питомец, окрасом отличался от Кузьмы и Лаврика, те были среднеевропейской породы, представителя которой часто показывают по ТВ, как стража Вестминстерского дворца в Лондоне. Бархат был из самого древнего кошачьего рода, африканского, то есть полностью серо-крапчатой масти с темными полосами по туловищу и ногам. Как вы уже догадались, названные породы составляют абсолютное большинство уличных кошек, разбавляемых метисами этих двух пород. Породы кошек начали выводить в последние два столетия, их уже десятки, наши же из самой первоначальной: ума палата, дружелюбие и никакой агрессивности. Кошки хорошие охотники, летом на порог дома приносят добычу, делятся ею, мышей и подобную мелочь не съедают. Правда, от зазевавшего скворца оставляют только перья, доказательство удачной охоты на пернатую дичь. Коты же принципиально не охотятся, они наблюдатели, много времени уходит у них на охрану своей территории, выяснения отношений с посягателями на нее, ну а остаток дня, если удастся, могут немного прикорнуть.
      Из помёта, где был Бархат, я постепенно готовил другого котенка к переброске в дом, выбрал по окрасу линейки Кузьмы и Лаврика - Славика с белой грудкой и тёмными пятнами на спине и по бокам один в один, как английская звезда ТВ.  Для них из бумажного короба сделал кошачий домик и поставил его у входной двери. В летнее солнечное утро выхожу кормить котят, и меня никто не встречает; позвал и тут замер: от одной балясины до другой вытянулся во всю свою длину мой котик с распоротым животом, крови не было, порез как бритвой. Кто это сделал? Ночная птица? Собрались постепенно его брат и сестра, озираясь по сторонам стали лакать из миски, они всё видели, но тайну смерти раскрыть не могли. Бархат, поев, быстро вскарабкался по спине мне на плечо и начал жить в доме. Исключительно мягкая его шерстка определила имя нового жильца. Жена воспротивилась: он уже большой, не приучен к горшку!  Бархат все это слышал, от меня ни на шаг и не разу ничего не совершил ничего, нарушавшего порядок в доме. Вскоре они подружились. В последний год нашей совместной с ним жизни он, как и его предшественники, стал пропадать вначале на два-три дня. Однажды вернулся даже с кошечкой, которая ждала его в саду. Он быстро попил, поел, бросился к двери и заорал так, чтобы его было слышно не только кошечке, но и всей округе на нарушение кошачьего права. Тут нужно мгновенно выполнять распоряжение усатого.
У нас на довольствии постоянно находилось несколько деток старой кошки, уже вместе с ней, так как ее пожилая хозяйка скончалась. Коты, взрослея, сталкивались с хозяином территории – нашим котом – и отправлялись на поиски нового пристанища. Кошечки, казалось бы, должны были иметь другую судьбу, но, как ни удивительно, старшая дочь кошки, жившая у соседа, выполняла такую же роль, как наш кот: злобно выгоняла сводных младших сестер прочь. Тем не менее, у наших котов не должно было быть проблемы в поисках партнерши, однако, каждый из них, как уже было сказано, не был домоседом. Видимо, в крови млекопитающих глубоко сидит непреодолимая тяга к поиску новизны в отношениях и разнообразия. Считается, что коты охватывают территорию в несколько километров, немудрено, конечно, так и заблудиться.
      Летом, накануне нашего с женой отъезда на отдых, старая кошка принесла трех котят, ее старшая дочь нам же подарила шесть чудесных цветных комочков, а сама удалилась. Итого со старой кошкой поголовье кошачьих составило десять единиц. Бархат некоторых облизывал, пытаясь, наверное, по запаху определить свое родство, но, не развеяв своих сомнений, вновь отправился на поиски большой, но чистой любви.  Мы его с этого дня не видели. Коты иногда возвращаются спустя годы. Мы их ждем, иногда они нам снятся. Как-то на местном сайте появилось объявление с фотографией о пропаже кота, разместила его соседка. А до этого я нашел у нашего дома молодого черно-белого котика с той же фотографии, сбитого машиной. Я его на вилах обмыл в пруду, похоронил. По объявлению сообщать хозяйке о смерти любимца не стал.
      Вернувшись домой, мы узнали о пополнении кошачьего прайда, внук нашел двух подброшенных котят, которые были так измождены, что не могли двигаться. Признаки жизни подавали дыханием. Их счастье, что они находились в тени сосен. Невестка с внуком их спасли, (кстати, у нашей невестки аллергия на кошек). Что же побудило наблюдательных соседей довести нам и так уже немалое число мяукающих до дюжины? Плохо, что не легальным способом. А мы им рады! За наше отсутствие пришельцы освоились, стали выходить на прогулку и при возвращении проситься в дом. Другими словами, быстро в нем прописались, нам оставалось только свершившееся узаконить. Вначале мы хотели их отдать, в отличие от всех остальных они были домашними, и их легко можно было передать из рук в руки.  Но когда пришла молодая женщина с жаждущим котенка ребенком, и я уже решил поймать одного из прежних старожилов, увы, мне это не удалось.  Извинился, и они у нас остались. Мы к ним привыкли. Это были брат и сестра разных пород: сестрица сиамская полукровка, братик – зеленоглазый красавец карпатских кровей, серо-палевый, широкая мордочка, короткие лапки и пушистый хвостик. Ласковый, с рук не слезает, но по отношению к сестрице отчаянный драчун. Начинает ее вылизывать, она тает, родные души, и тут он вспоминает, кто хозяин в доме. Вцепившись в ее ухо, он начинает оттачивать приемы будущей борьбы за жизненное пространство с неминуемыми соперниками.  Кошечка – хитрованка, для нее прогулка в сад – это наказание, ее можно понять, погода нынешней зимой не по сезону. Но она заранее понимает действия хозяев и начинает прятаться. Любительница залезать в камин и этим дала пример братцу, их с трудом удалось отучить. Все наши предыдущие коты, втроем за все время, не причинили столько хлопот и ущерба, сколько эта пара. О некоторых их безобразиях вообще писать нельзя, они лишь говорят о великой выдержке хозяйки. Вспоминаем ум и золотой характер ушедших. Например, Лаврик запрыгивал на достаточно высокий цоколь первого этажа, туда, где светилось окно, и мордочкой сообщал о приходе. Вначале он мог испугать. Но мы не помним ни об одном хулиганском поступке кота. Пытаемся сосредоточиться на достоинствах новоприбывших, которых у них так мало. Даже за полгода они не научились откликаться на свои клички, которые по этой причине не называю. На «кис-кис» сбегается все кошачье царство, мчатся куры, петух, но наши воспитанники занимаются своим делом, не повернув голову, будут точить когти о подгнившие подпорки яблонь. И вот это наказание мы терпим! Может быть, потому, что котик Африкан-Мурчик, показывая свою полезность, устраивается на шее хозяйки и, по древней кошачьей установке, начинает в ее волосах искать насекомых, для убедительности щелкая зубами. Кошечка Матильда-Мотя всем своим поведением, доказывает нам, что она никогда не покинет родной дом, в отличие от некоторых, а только будет сюда приносить новых и новых жильцов, так здесь недостающих.
      О жильцах. Действительно, количество большое, семейный бюджет выдержит (хотя можно откормить поросенка), но они будут плодиться и размножаться. Стал искать кошачий приют, все какие-то сомнительные, недоступные. Наконец, нашел службу, готовую решить проблему по описанию в Интернете. У наших котов двухразовое питание и «свободный выгул». При хорошей погоде играют в кошачьи горелки, лазают по деревьям, ведут себя, как дети. Отобрать у них детство, заключить в камеры одиночки не поднималась рука. Пусть подрастут… Осенью в одном из сериалов по ТВ был такой эпизод. Старый зэк на мусорке подобрал бездомного пса. Через совсем короткое время старика вновь несправедливо задержали и он об одном просит следователя, не отправлять собаку в приют, а выпустить ее на волю. Сейчас уже зима, зима необычная бьет рекорды по теплу. Наблюдаю, с каким урчанием каждый кот ест свой захваченный кусок от «Петелинки».
28.01.2025
На фото кот Кузьма-Кузепий размышляет о человеческом прогрессе.