28 НУЗ Нефть Уран Золото роман ч2 гл 6 Криминальны

НУЗ 2 часть 6. глава. окончание               

6.2.

Мирослава Олеговна после ухода гостей осознала, что внук на этот раз попал в серьёзные неприятности. Впала в активную ярость. Ей было совершено все равно, кого её свет в окошки надежда рода убил или не убил, обманул или ограбил. Ему было надо. Взял и убил, это не имело для неё значения. Все они сами виноваты вынудили Борюсика действовать так, а не иначе.  И вообще виноваты во всем его друзья и все, кто его окружают.                Для начала поругалась с братом генералом, КГБ.  Который просто влюбился в Вишневецкого. На все вопросы  сестры отвечал:                                -  Тебе сестренка сказали, как надо действовать. Человек, знает, что делать!  Цена названа.  Решай!                Она была благодарна соседке Майе и Евгению, что с их помощью завтра будет на свободе внук. Это невероятно важно. Но вот дальнейшие перспективы жизни Борюсика в России, не принимала ни под каким, видом. Внук должен остаться в стране быть не досягаем, для полиции. Брат заявил ей, что внук настолько туп и глуп, что вытащить его невозможно. Но самое плохое если его и на этот раз спасут, то он через полгода попадется снова. Но уже с судимостью. Генерал ушел, хлопнув дверью, не попрощавшись с сестрой.                После ухода генерала взялась за сына и ненавистную невестку. Заставила их срочно заказать на завтра билеты на самолет во Владивосток.  Чтобы они могли встретить свет в окошке, сына Борюсика, когда его выпустят на волю. Что Вишневецкий сдержит данное слово, почему-то не сомневалась.  Родители её любимого внука должны встретить сына у ворот тюрьмы на свободе. Его надо посадить на время под жесткий контроль дома. Домашний арест, проще говоря. Для того чтобы он не пошел, к многочисленным    оставшимся   на свободе друзьям и как оказалось сообщникам. Доказывать им, какой он крутой мачо.                Пусть едут домой срочно установят тесный рабочий контакт с адвокатской конторой Бернштейнов.  Сыну Вячеславу дала задание, выяснить, кем сегодня стал его приятель молодости Евгений. Как набрал такую силу.  Нашел способ, использовать приятеля с   пользой для семьи. Сильно пожалела, что двадцать лет назад не обратила на Евгения должного внимания, не затащил его в свою постель. Насколько легче было бы с ним сегодня разговаривать.                Разругалась окончательно с невесткой. Людмила собиралась уехать в Находку, где они жили постоянно.  Оттуда за 1000 километров контролировать Борюсика и ситуацию в целом.   Мирослава настолько вышла из себя, что заявила сыну и невестке.  Только её сына растяпа и тяпка мог жениться на такой безмозглой курице, как Людмила. Предпочтя ей прекрасную Майю.                Полковник, без пяти минут генерал ФСБ Вячеслав Ярославцев перед сном выдержал скандал жены. Людмила узнала от свекрови о его былой связи с Майей Ветлицкой, выпустила пар и негатив накопившейся у неё за прошедшую неделю. Пообещала завтра улететь домой в Находку. Прервать все связи со свекровью, которые и раньше были прохладными и эпизодическими.                Досталось и младшей сестре Вячеслава. Мать заявила, что она известна всем на свете, как шлюха. Если это так, могла бы сама договориться с бывшим любовником Вишневецким о спасении племянника. Нельзя все свалить на старуху мать. На её робкие возражения, что у неё не было и не могло быть никакой связи с Евгением. Когда вместе с братом была знакома с Евгением ей было 12- 13 лет.  Любовников у нее тогда вообще не было. В ответ услышала.                - Ну и дура! Все в ноги ушло! Их тоже надо с умом уметь использовать.                Вячеслав, когда его женщины успокоились, устав ругаться разошлись по комнатам. Он с бутылкой виски вышел на утепленный балкон смотрел на громадный город внизу.  Пытался прийти в себя после скандалов матери. Собрать вместе мысли, перепутавшиеся в голове. Главная проблема вроде решилась теперь надо во все разобраться детально.  Старый чекист перед тем как разругаться с матерью имел неприятный разговор с племянником. Напомнил ему что представление ему генеральского звания утверждения на новой должности лежит уже месяц на утверждении в центральном аппарате. Именно Ярославцев старший по своим каналам продвигал Славку наверх уже три десятка лет. Напомнил племяннику, что скандал с сыном, особенно публичная стрельба может очень негативно сказаться на его продвижении на верх. Он должен любой ценой либо дело замять, либо затянуть на три месяца, а лучше на год сроки его передачи дела в суд. Чтобы все забылось и не появилась запись о судимости. Поэтому вариант с психиатрией предложенный Вишневецким тоже не желателен.                Потом вернулась мать. Она провожавшая гостей, скандал разгорелся с новой силой, прервал разговор контрразведчиков.                Профессиональное чутье и опыт контрразведчика ему подсказывало, что в истории с сыном, что-то не чисто. Что его сын придурок, тупой мерзавец, понял давно. Что сын не просто шалопай, как теперь говорят мажор знал, но оказалось, что он убийца и профессиональный мошенник. Это его крест и ему его нести до конца жизни. Кто в этом виноват, они с Людмилой, бабушка, эпоха или дьявол с Богом, если они существуют не мело значения. Его смущало, что подозрительно очень вяло. За то, что натворил Борислав, полиция должна была действовать не вероятно жестко. Его же просто задержали и посадили в клетку обезьянника, почти не били. Сидел не со шпаной с теми, кого собирались арестовать за экономические преступления. Один раз допросили за четыре дня и все. Дали по ребрам пару раз дубинкой для порядка при задержании.  Как будто кто-то невидимый придерживал полицейских.  Сержант полиции из ППС с которым он подрался полгода назад и порезал на нем мундир, поцарапав ножом плечо. Сильно обрадовался встретив опять в обезьяннике, только недобро усмехнулся. Пообещал, что его наконец-то посадят лет на десять как минимум. Что все происшедшие не провокация он понимал, стрельбу и сражение с полицией заранее предусмотреть и запланировать невозможно.  Но все равно что-то здесь не чисто! Жаль, что брат мамы ушел. Хочется с ним все это обсудить на фоне таинственных гостей.                Евгения он помнил хорошо.  Работали в одном отделе и лаборатории.  Раз десять вместе шумно гуляли на даче директора институт с его сыном. Он тоже валял дурака в институте в качестве младшего научного сотрудника. Вместе снимали лаборанток и выгуливали их в ближайший лесок. Смутно, помнил его жену Ирину, когда-то   был у них в гостях.  При случайной встрече на улице, скорее всего не узнает. С ними он порвал все связи по настоянию дядьки, брата Мирославы.  Что-то старому чекисту в их биографиях не понравилось. Он настоял на разрыве связей.                Майю помнил прекрасно. За эти годы она заматерела, превратилась из шкодливого котенка в светскую львицу.  Почему они тогда поссорились?  Сейчас и не вспомню.  Они жили в их квартирах на одной площадке.  Они   больше года. сначала тайком от родителей на цыпочках по ночам ходили в гости друг к другу.  Но скоро родители их поймали за преступными прогулками, долго совещались и решали, что делать дальше. Не нашли решения. Кончилось тем, что они, теперь открыто не прячась, стали вместе жить.  Старики намекали, что им пора пойти в ЗАГС.  Молодые не возражали. Хотите, пойдем.  Им без ЗАГСа было хорошо. На их годовщину пошли в «Прагу», отметить их только их первый юбилей.  В ресторан они попали с трудом. Слава дал швейцару пять рублей, что бы пройти вовнутрь ресторана очень сильно разозлился.  Места нашлись только на открытой террасе.  Вячеслав выпил пару лишних, фужеров вина осоловел, был злой. Майя хотела танцевать. Она прекрасно танцевала, четыре года училась.  Танцевала весь вечер.  Со всеми, кто её приглашал.  Чем больше она танцевала, тем больше он пил и ревновал.  Итог громадный первый и последний у них семейный скандал.  Ни, кто не захотел первым идти мириться.  С тех пор Вячеслав, почти      перестал употреблять спиртное.  Но сегодня, но выпил много виски, чтобы снять напряжение.                Полковника удивлял, приятель Ветлицкой с которым она пришла в гости.  Её спутник не мачо, не красавец, не атлет.   Среднего роста склонный к полноте мужчина с оспинами на лице. Внешне совершенно заурядный человек. Дорого и хорошо одетый. Очки в золотой оправе, золотые запонки и заколка для галстука с небольшими бриллиантами. Не    притрагивается к спиртному.  Может   быть закодировался? Не таким, должен быть   спутник Майи, как он её помнил.  Он поэт!  Наверное, это действительно так.  Такую поэтическую чушь за ночь сочинить без таланта не получится.  Интересно, она написана ямбом или хорем. Поэзия в умелых, руках большая сила. То же Пушкин.  О существовании стилей в поэзии помню только с его подачи. «Не мог он ямба от хорея, как мы ни бились отличить».   Я тоже не могу их отличить. Но, что они вообще существуют, знаю только из его стихов. Написал оду чем-то таким, в допотопном стиле. Видимо этим и покорил соседку. На его визитке сказано, что он работник министерства здравоохранения Якутии.  Наверное, он врач.  Интуиция подсказывала, что передним был мошенник, какой-то непонятный душек от него чекист почувствовал.  Ну да бог с ними.  Счастья им, удачи в личной жизни.    
                Мирослава Олеговна ночью долго не могла заснуть, ворочалась.  Решала, что она может сделать!  Её не покидало ощущение, что её публично извращенным   способом изнасиловали, все больше крепло. Она уже смирилась с мыслью, что придется идти на ученый совет и поддержать проект Абрамовича.   Внука, что бы, он не натворил надо вытаскивать из застенков.   Утром по-соседски зайду к родителям Майи выяснить, где она сейчас, её спутник поэт, муж, или как? Каким образом она связана с Вишневецким и геологией?  Или она, как связалась с моим сыном тогда студентом геологом. Так и пошла, прыгать по спальным мешкам в платках геологов.  Хорошо, что они со Славкой, тогда разбежались.                Утром дома стояла гробовая тишина, все переругались не разговаривали друг с другом.  Мирослава сходила к соседям. Выяснила, что Майя почти не бывает дома у родителей, живет у себя на Кутузовском проспекте. Она со своим новым бойфрендом, прилетевшим к ней из Гонконга.  Сейчас она в   гостинице у него.   Мирослава созвонилась с Ветлицкой, она была на работе. Майя её звонку казалось обрадовалась.   Они договорились пригласить Ирину.  Встретиться переговорить без мужчин в не большом, уютном, приличном кафе. За новым Арбатом, спрятавшимся среди дипломатических миссий.                Профессорша    была в контрах и с дочерью, и племянницей, сын уехал в Шереметьево. Было не кому, подвести её на встречу. Пришлось вызывать такси. Машина появилась через три минуты. Она приехала раньше на полчаса оговоренного времени.  В выходной день пробок почти не было.                Чуть позже приехала Ветлицкая на служебном «Мерседесе 600» с персональным водителем-охранником.  Через пару минут на стоянку к кафе подрулил еще один почти такой же черный «Мерс» с водителем. Приехала Ирина.                Мирослава Олеговна с завистью и раздражением вспоминала, как она сама еще не так давно на «Чайках», «ЗИМах» в крайнем случае «Волгах» академиков и членов-корреспондентов, также с гордо поднятой головой разъезжала по столице.  Но времена изменились, сегодня правят бал, вот такие стервы. Она вышла в тираж. Обидно, но это факт.                Ветлицкую в кафе хорошо знали. Она здесь бывала часто.  Сбегала с работы пешком, чтобы отдохнуть пол часика в спокойной обстановке с великолепным кофе.  Дамы заказали бутылку армянского коньяка с эклерами и безе.  Им подали фирменный черный кофе по рецептам, принятым в Марокко. Кафе было рядом с посольством этой страны. Женщины изображали радость от встречи.  После дежурных приветствий, Мирослава спросила:                - Ирочка  вы  уверены, что моего внука завтра выпустят.– Этот вопрос её интересовал больше всего.                - Да его выпустят. Наши друзья это гарантируют.                – В это я, разуметься верю.  Меня больше интересует, что будет с Бориславом, дальше. Вы тоже мать сына и должны меня понять!                – Я пианистка, не юрист.  Не знаю всех обстоятельств дела. Вчера Женя говорил, что есть три пути. Первый тюрьма. Долгая, дорогая и почти бессмысленная суета в суде.  В итоге судимость.  Второй срочная эмиграция за границу, до истечения срока давности. Третий. Заключение о невменяемости. На фоне гарантировано не хорошего поведения. Ваш брат и сын предсказывают неизбежный срыв в поведении вашего внука. За этим последует неизбежный конфликт с силовиками. Направление Борислава на принудительное лечение. Это дорого и ненамного лучше тюрьмы. Примерно такой расклад в этом деле, как мне вчера объяснил Женя. - Рассказала Ирина.                - Без присмотра и опеки мальчик пропадет.  Оправить его за границу   нельзя!  Он очень добрый и внушаемый.  Быстро попадает под влияние сомнительных личностей! Никому не может отказать в помощи.  Он не терпит не справедливости по отношению к другим людям.  Стремиться всегда, защищать, слабых. - Бабушка о достоинствах, мнимых и настоящих внука она могла говорить бесконечно долго.                Майя Сергеевна, сильно скучала.  Рассказ соседки был персонально адресован Ирине.  Спросила, поймав паузу.                - Чем занимается Борислав? –Ветлицкой не верилось, что все, что она услышала вчера о подвигах Борюсика правда                -  У него свой успешный бизнес.  Он торгует жилой недвижимостью. Больше десяти лет.                - Завтра у меня намечается напряженный день.  Коллегия и Ученый совет, на котором меня заставляет твой муж Ирина выступить.  Он говорит, что завтра выпустят Борюсика.  Во сколько по времени это может произойти. До его выхода на свободу я не смогу выступить. - С нажимом спросила Ярославцева Вишневецкую.                – Если честно, то не знаю.  Скорее всего, до обеда по Москве.   Часов в одиннадцать-двенадцать по местному времени. В Москве это будет четыре -  пять утра. – Посчитала Ирина. Спросила Ветлицкую, меня тему разговора сказала.                - Мая Сергеевна, во сколько мы завтра едем на  совет  к  геологам.                - С   самого утра буду занята. Ближе к часу смогу подъехать. Если хочешь, заскочу за   тобой. Евгений будет там, наверное, весь день.                – Ирочка, позднее, когда мальчик будет на свободе, можно к вам будет обращаться за советом и помощью. - Вернулась к больной теме Ярославцева.                – Мила вы всегда можете рассчитывать на помощь, обратившись к нам обратиться.  Но учтите мы в конце недели возвращаемся домой в Гонконг, там разница по времени с Москвой плюс пять часов.                -Когда вернетесь?                -Наверное через полгода, ближе к лету.                Ярославцева поняла, что все, что могла сделать, она сделала для внука.   Теперь она должна постараться позаботиться о себе.  Уйти от публичного позора, в который её методично затолкал Вишневецкий.                Из слов Майи и Ирин получалось, что они обе собираются на ученый совет в министерстве геологии.  Что там будут делать пианистка, как она утверждала и топ менеджер банка было не понятно.  От этих двух женщин во многом зависит поведение мужчин, вовлеченных в министерские игры. Министра и Евгения, Вадима и региональных силовиков. Сейчас оценивая бриллианты Вишневецкой, вспоминая все, что ей вчера продемонстрировали, интуитивно поняла, что именно Евгений стоит за всем происшедшим. Решила дать последний бой сторонникам Абрамовича. Она сыграет на алчности и страхе потерять миллионы из-за ошибок самоуверенного мужчины. В прошлом толи юриста, толи геолога. Надо объяснить этим стервам, обвешенным бриллиантами, ничего не смыслящим ни в геологии ни нефтедобычи.  Куда их затягивают их мужики.                Мирослава Олеговна выпила рюмку коньяка успокоилась, взяла себя в руки.   Перешла обстоятельно объяснять, почему поддерживать проект Вадима невозможно. Утонула в деталях, заметила, что на её слова собеседницы не реагируют ни как. Вежливо слушают, не задавая вопросов потягивают прекрасный коллекционный коньяк.                Особо подробно остановилась на доказательствах, что Рухман и Абрамович мошенники.  Тоже выстрел в воздух. Никакой реакции ни одного уточняющего вопроса. Странно, свои облечения она готовила всю прошедшую бессонную ночь.  Многократно проигрывала в голове обоснование бесспорных, убойных как ей казалось аргументов. Сама с собой репетировала все, что будет произносить на Ученом совете.Решилаа перейти к финансам.                - Девочки Абрамович уже проиграл с министром в придачу! У министерства нет денег на реализацию его аферы! У Евгения с Вадимом один раз все прошло, когда-то давно. Теперь ни чего, не получится. Деньг нет на реализацию проекта Рухмана. Их найдут не раньше, чем через три года. Завтрашние собрание не о чем. Пустая трата времени. Не понимаю почему Евгений так ухватился за идею совета.  Меня заставили на нем выступать. Зачем? – Профессорша говоря постепенно распалилась на столько, что почти перешла на крик. На них стали поглядывать люди в традиционной одежде бедуинов из-за соседнего столика.  Ирина решила вмешаться. Ей очень не нравилось, когда её мужчину называют мошенником. Даже если это так и есть.  Вспомнила недавний разговор с мужем, Спросила Ярославцеву.                -Мила, ваша ученица Самарина много лет трудилась и доказала, что Вадим и Евгений, подхватившие, развившие и реализовавшие старые идеи Евгения Ивановича Шило оказались совершено правы.                – Самарина конченая дура!                –Полностью согласна. Дура и проститутка в кружевах на голое тело много мне попортившая крови. Но что делать с её выводами и математическими моделями Каплана из Дальневосточного института геологи, рассчитанных на американских спер компьютерах по заказу Самариной и Зубца ка руководителя её докторской диссертации.  Кстати таких машин у вас в институте Губкина пока нет.                –Самарина и Зубец ни чего изобрести не могу! Сколько компьютеров, не дай! Как и Вадим   семидесятые годы прошлого века!                -Верно! Изобрел Шило. Вадим присвоил идею. Коренбаум нашел поле. Женя все это организовал и перевел в металл. Вадик и Женя все это реализовали в полях.                Все совершено так же как сегодня. Есть старая идея, которую никто не оспаривает, даже Вы. Есть железо Рухмана. Есть расчеты Самариной, какое должно быть поле и Каплана куда и с какой силой воздействовать на флюид. Женя найдет нужное поле и придаст должное ускорение процессу. Что инерция все не остановила.                - Ирина вы всегда знали, что Вадим украл идеи академика тридцать лет тому назад?                -Разумеется знала все и всегда. Вадим взял не работающую идею академики и заставил её работать. В этом не вижу ни чего плохого.                Ярославцева на столько откровенного, без тени смущения ответа не ожидала. Выпила залпом еще одну рюмку, приводя нервы в порядок. Ветлицкая наполнила рюмку снова. Ирина сидела напротив играла светом в бриллиантах своего кольца. Ярославцева неожиданно для себя поняла, что сидящая напротив неё девчонка оказывается прекрасно, для пианистки разбирается в геологи. Вести с ней дискуссии скача по поверхности от одной темы к другой опираясь на свой авторитет не имеет смысла. Сильно разозлилась, решила позлить собеседницу.                –Без очень больших денег у вас ничего не выйдет. Это вам не летом на пикнике с лотком на природе у речки золотишко мыть! Ира вы сами золото мыли? -Задала провокационный вопрос профессорша. -А что такое нефтяная вышка представляете? В чем их отличие?                –Я прекрасно знаю в чем отличие буровой от промприбора. О мытье золота, стоя по колени в ледяной воде горной речки знаю отлично. Несколько поколений моих родственников и бабушек с дедушками занимались мытьем песка в Сибири. Бегали по тайге от чекистов, пытавшихся золото отобрать. Это почти, как семейный бизнес.                - Но денег все равно нет! - Упрямо повторила Ярославцева                Ирине надоело ломать противную старуху. Перестав пускать солнечные зайчики жестко спокойно, совершено без эмоций, ответила.                – Они есть! Их даём мы.  От министра нужна для этого нужна гарантия. Простая бумажка. С подписями ЦБ. Майя её подписала в пятницу. Минфина её завизировал вчера, когда губернатор Щеголев встречался с Филимоновым. Как раз, когда мы были у вас в гостях. Для перевода из Гонконга 100 000 000 долларов аванса для начала проекта нужна команда моего мужа. И вот этот планшет. - Ирина показал на гаджет лежащий перед ней. –Ну и пять минут для перевода средств. Согласие акционеров тоже имеется.                Выразительно посмотрела на Майю Сергеевну. Ветлицкая выслушав последние слова Ирины. уверено кивнула. Она уже представила, как будет докладывать первому, что организованный её инвестиционный фонд в Гонконге начал функционировать с перечисления денег в Россию начав с министерства геологии.  Какие бонусы лично она с этого будет иметь.                – Гарантию министерство геологии выдать может хоть завтра после ученого совета и его рекомендаций. Все вопросы уже решены. -Успокоила, не состоявшуюся свекровь Ветлицкая.
Мирослава Олеговна к своему ужасу, поняла, что её аргументы против проекта Абрамовича никого не интересуют. Не имеют никакого значения, как и то, что Абрамович с Рухманом мошенники и скорее всего Вишневецкий.  Большим деньгам, которые представляли эти две стервы, увешанные бриллиантами, как новогодние елки блестящими шарами. Это прекрасно известно Центральному банку, министерству геологии. Как, оказалось сегодня и министерство финансов в курсе. Знают те, кто держат деньги денег за рубежом. Все всё прекрасно знают. Скорее всего давно коллективно они приняли нужное им решение.                Ей по старой дружбе предложили почетную капитуляцию с неплохим отступным.  Судьба её внука никого не интересует совершенно, кроме её. Безразличен внук даже родителям. Он мелкая разменная монета.  Если его обещали выпустить из тюрьмы, значит выпустят.  Но всегда могут, туда и посадить снова, не просто так! За дело! Этим людям совершено все равно появится фонтан нефти над скважиной или нет.  Им нужно само слово «Нефть». Рухман, для Абрамовича будет нефть, ведрами таскать и заливать туда куда Вадим и Евгений прикажут. Однажды с золотом этот фокус у ни прошел. А министр на все это закроет глаза.  Для остального, им нефтяники и геологи даром не нужны.  Ей придется пойти на ученый совет. Принести в жертву Зубца! Надо начинать зарабатывать деньги на безбедное существование Борюсика за границей в бегах.                Выйдя из кафе Ветлицкая задумалась.                Идя н встречу с Ириной и Мирославой её беспокоило только одно. Затевать биржевую игру или нет она дано для себя решила. Надо затевать! Майя при этом отдавала себе отчет оставаясь на своей должности в ЦБ она не сможет отслеживать все, что творится в Китае на полях и колуаров переговоров. Она не будет иметь полный объем информации и нюансов их проведения, что бы точно поймать момент, когда надо остановиться играть на повышение. Зафиксировать прибыль, отойти в сторону. Не мешать всем прочим начинать продавать пакеты акций. Ей в Китае необходим надежный маяк. Евгений в этом плане сверх надежен, но не управляем и азартен.                Послушав перебранку Вишневецкой и Ярославцевой поняла, что этим маркером может быть Ирина. Она будет держать руку на пульсе событий, кровно заинтересована в успехе. Как оказалось, достаточно компетентна в этих вопросах. Надо еще больше сблизится сней! Сказала Ирине.                -Я Ирочка даже не представляла себе на сколько глубоко ты посвящена в начинания Евгения, включая разные геологические теории. Завтра я обязательно должна быть на ученом совете.                –Куда тут денешься, когда разденешься. Не хочется выглядеть дурой в глазах любимого мужчины. Тут и недолго доиграться до появления умной с очень длинными ногами.


6.3. 

После октябрьских праздников 9 ноября в главном корпусе министерства геологии и природопользования собрались члены Ученого совета министерства. Абрамович и Донских долго спорили, где именно собираться.  В каком зале. Сколько людей приглашать и сколько человек прейдет. Ученый совет проводился регулярно, так как министерство курировало массу научных исследований. Заседание было мероприятием длинным и бестолковым. С точки зрения Вишневецкого, по прежнему опыту работы в академических институтах, ВУЗах совершено, не нужной тратой времени. Членов совета было не много.  Два десятка человек.  Обычно проходил в кабинете Абрамовича. Реже у министра. На Совете ученые мужи, паразитировавшие при министерстве, определяли, якобы, разумность, с их точки зрения, вложения бюджетных денег в новые разработки, в то или иное начинание коллег и производственников. Проще говоря, пытались по-честному и по-справедливости делить между собой государственные деньги, перепавшие геологам.  Исходя из особой важности данного заседания, решили собраться, в главном большом зале. Со свободным допуском всех желающих.                Ученый совет проходил на 6 этаже того же здания, где сидел Абрамович. Зал заседания мог вместить до 500 человек, имел большую сцену с президиумом, современную аппаратную управления светом, киноустановку с невероятно сложной электронной начинкой.  Совет вел традиционно заместитель министра по науке Абрамович. Но сегодня его вел сам министр геологи.  В президиуме седели Донских, Абрамович, секретарь ведущий протокол заседания и Рухман, как главный докладчик на ученом совете. В зал заседания Ученого Совета доступ был свободным для всех желающих. На совет собралось неожиданно много людей. Не менее150 человек. Они заняли треть зала
 Абрамович   сидел в президиуме и, что изучал в документах, которые ему принес его референт. Евгения туда пригласили в качестве эксперта по вопросам сотрудничества с КНР. В зале пред первым рядом кресел поставили столы для членов ученого совета, которые записались, выступать. Сузив проход между   сценой и местами зрителей.  За   таким столом устроился Вишневецкий, рядом с ним сидели Зубец и Полторак.  На одном из столов была табличка. «Профессор, института им. Губкина, д. г-м. н.  Ярославцева М.О.» он пока был пустым.  Вишневецкий просматривал список противников с краткой характеристикой противников министра и Абрамовича. Документ подготовил Залесский референт Вадима и только что-то передал Евгению для ознакомления.  Первым в списке врагов стоял:
Доктор геолого-минералогических наук Петр Федорович Зубец - главный противник и конкурент Вадима Иосифовича Абрамовича.  Создал группу поддержки, состоявшую из учеников и коллег, усиленную старшекурсниками и аспирантами геологического факультета МГУ.  Где Зубец заведующий кафедрой преподавал. Большую часть группы поддержки привел на заседание Совета.                Зубец и Абрамович стали лютыми, не применимыми врагами тридцать лет назад. Схлестнулись они в смертельной схватке в Хабаровске, когда Абрамович хотел стать академиком. В это же время академик Шило, пригласил в Хабаровск Зубца в качестве своего заместителя по науке. Причин для взаимной ненависти было много, но были основные.                Первой был национальный вопрос. Петр Федорович был ярым антисемитом, а Абрамович евреем, не выехавшим на историческую родину.  Хотя публично многократно обещал это сделать. Зубец на это надеялся, рассчитывая, что лютый враг сам собой исчезнет в Израиле. Перестанет мешать ему истинно русскому выдающемуся ученому, жить и творить в России своим присутствием. Но человек, нет, проклятый жид, всех опять обманул, никуда не уехал и собирался стать академиком, в то время, как сам Зубец не мог преодолеть планку члена-корреспондента.                Вторая серьезная причина ненависти была еще важнее. Зубец был активным пропагандистом вегетарианства, дрейфовавшего к виганству. А Вадим Иосифович был сторонником крайней формы сыроядения. Обожал строганину из оленины и красной дикой дальневосточной рыбы. Сам их готовил. К ним Вадим пристрастился в геологических экспедициях на севере. Постоянно употреблял в пищу, сырое мясо и рыбу, что активно и пропагандировал.                Третьей точкой соприкосновения и споров были особы женского пола. Оба ученых мужа обожали молоденьких студенток и аспиранток.  На этой почве то и дело сталкивались большими развесистыми рогами. Правда с годами острота стычек на этой почве потеряли былую интенсивность и зрелищность.                Они были ровесниками учились на одном курсе, были знакомы с юности. Всю жизнь Абрамович лидировал, а Зубец пытался безуспешно догнать Вадима. Вадим                все больше полагался на интуицию, здравый смысл, примитивный плагиат и удачу, которая сопровождала его всю жизнь. Зубец наоборот стоял на крепкой научной теории всеми признаваемой, не терпел экспромты. Лишь однажды
Зубец смог обскакать Вадима. В конце 70-х он смог обойти Вадима на конкурсе на заведующего кафедрой геологии в МГУ. Претендентов  было двое Абрамович и
Зубец. Абрамович конкурс проиграл и его место занял Зубец.                На конец, к их многолетней взаимной «не любви» добавились деньги. Они оказались в одном ученом совете, где одобряли или нет различные проекты в геологии. Соответственно, от их решения зависело, давать на реализацию этих проектов деньги или нет, а если давать, то, как много. И здесь, Абрамович опять кровно обидел Зубца. Так как Абрамович был заместителем министра по науке, членом-корреспондентом АН, то он ухитрялся протаскивать и обеспечивать финансированием все свои идеи, зажимая конкурентов. Справка Вишневецкому   понравилась. Коротко, четко, понятно. С Зубцом он был давно и хорошо знаком. Не плохо ладили между собой. Хотя Евгений, как и Вадим, был страстным любителем мяса и строганины.                Справку на доктора Геолого-минералогические науки профессора института им Губкина Ярославцеву Мирославу Олеговну пропустил.                Вторым по значимости противником Вадима был эколог, доктор биологических наук, сторонник переименования министерства в чисто экологическую службу с передачей ей функций полиции, Бугаев Платон Сергеевич. Человек невероятной активности, убежденный в своей непогрешимости, болтун, способный до бесконечности долго нести ахинею по любой тематике, уверенный, что дело не имеет значения.  Важно только его     слово. Принципиальный демагог, был крайне популярен в государственной Думе, Совете Федерации, региональных думах, когда надо было критиковать чиновников среднего ранга.  Бугаев приобрел международную известность, вступив заочную письменные дискуссию с вице-президентом США Альбертом Гором. Где он рискнул   очень вежливо и корректно критиковать Гора в вопросах экологии.  Аппарат Гора имел глупость ответить от имени шефа, также очень вежливо.  Ни чего другого Платону Сергеевичу и не требовалось. Далее на основании ответа Гора он сам себя сделал мировым светилом в экологии. Экспертом мирового уровня.  Попытался, безуспешно подискутировать с совершенно без грамотной, умственно отсталой девочка Гретой Тунберг.  Но успеха не добился.                Постоянно участвовал во всяческих комиссиях по изучению всего на свете. Вокруг Бугаева сложилась группа сторонников и приспешников. Они были против всего, что предложено кем-то другим, а не их лидером. Во главе с Бугаевым эти люди неплохо существовали, торгуя своей поддержкой начинаниям остальных, или продавая критику. Платон Сергеевич, будучи очень опытным интриганом, старался не портить отношений                с таким монстром в геологии, как Абрамович. Они друг друга не любили, но без крайней нужды старались не лесть в дела соперника. Сложившееся равновесие сил нарушил Абрамович. Под его давлением министерство решило навести порядок в работе многочисленных карьеров по добыче инертных строительных материалов на востоке страны. Многие из них были созданы различными компаниями с дикими нарушениями законодательства, работали нелегально, опираясь на временные разрешения министерства, действие которых давно истекло, часто принося огромный вред природе. Такими разрешениями много лет успешно торговал Бугаев. Дальше терпеть это коллега Абрамовича уже не мог. Он вышел на тропу войны, собрав всех сторонников и союзников. Для начала он объединился с профессорами Зубцом и Ярославцевой.  Следующая   справка была посвящена принципиальному и последовательному противнику Абрамовича.  Им был еще один заместитель министра Полторак Степан Маркович.  Он курировал работу министерства за рубежом.                Когда стало известно, что Вадим Иосифович собрался проводить работы на китайских нефтяных полях, что было прерогативой Полторака и его холдинга АО «Зарубежгеология», он ринулся в драку. Работу Рухмана во Вьетнаме в течение недели он решил простить конкуренту, не размениваться по мелочам. Но то, что планировал делать в КНР Абрамович, выходило за все рамки всего допустимого. Сходив с протестом к министру не солоно хлебавши, он присоединился к противникам Вадима.  Каковых, кроме трех основных групп в министерстве, и ученом совете было множество. Например, альянс Ярославцевой и Зубца. Их существование было даже полезным, пока они действовали поодиночке. Но оппозиция начала сплачиваться и действовала коллективно.
Без свободной дискуссии и обмена мнениями наука развиваться не может. Наличие свободной критики, поиск оптимальных решений сложных научных и производственных задач вещь нужная и полезная, пока не принято окончательное единственно верное решение. Демократия в данном случае давала возможность Сергею Ефимовичу подстелить соломки на место падения, если затея Абрамовича провалится. У министра появлялся шанс сослаться на коллективное мнение ученых, высказанное в ходе открытой дискуссии на ученом совете министерства.   Где все имели возможность, открыто говорить, как сторонники Абрамовича, так и его многочисленные противники. В такой ситуации, при определенном опыте аппаратной работы, любой провал можно списать на науку и превратить его в личную победу министра.               
Полторак Степан Маркович и Бугаев Платон Сергеевич были противниками и министра, и Абрамовича сильными, но не безрассудными, связанными корпоративной этикой. Дальше определенного уровня в борьбе они пойти не могли. Должность и служебное положение налагали определенные ограничения в применении грязных приемов борьбы. В определенных обстоятельствах они рисковали потерять должности. Уйдя из замов, теряешь не только то, из-за чего сцепился с министром, а начавшаяся драка с Абрамовичем означала борьбу лично с Сергеем Ефимовичем Донских, если он в этой драке открыто займет сторону проклятого еврея Абрамовича, но и потерять перспективу в будущем добыть себе новый вкусный кусок бюджетного пирога. Поэтому они были склоны к компромиссам и договоренностям. Главная ударная сила оппозиции профессор МГУ Зубец был врагом идейным, последовательным.  Готовый, в любой момент выносить сор из избы. Зубец был против не потому, что его обделили, а потому что пытался докопаться до сути вопроса.  Был готов бить по реально существующим слабым местам в проекте Абрамовича.               
С кратким вступительным словом выступил министр. Сказав несколько слов о сути изобретения Абрамовича, он перечислил вопросы, которые надо обсудить на данном заседании.  Затем дал слово Рухману, для отчета о сути и особенностях его оборудования. Конструктор после доклада продемонстрировали приборы, слайды и фильмы о работе во Вьетнаме. Его выступление, длилось 90 минут. Затем были вопросы. Много вопросов разного уровня серьезности. Затем последовали странные ответы физика геологам. Полная неразбериха и отсутствие взаимопонимания. Когда дискуссия зашла в тупик и начала переходить на личности, слово взял Абрамович.                Ученый объяснил, что ждать от физика, вразумительных ответов на                узкопрофессиональные вопросы геологов что-то другое   невозможно. Что с критиками он согласен полностью, и что надо проверить оборудование еще раз. В принципе, всех присутствующих сказанное удовлетворило. Тогда министр задал вопрос, во что обойдется проверка и какой объём скважин надо обработать, чтобы получить результат, не вызывающий сомнений, что бы все критики признали изобретение бесспорным научным фактом, который высокое собрание на следующем заседании рекомендует к внедрению, после проведения испытаний.  На вопрос министра ни Абрамович, ни Рухман не пытались дать ответ.  Но слова попросил профессор МГУ, член ученого совета Зубец. Его выход на трибуну вызвал продолжительные аплодисменты сторонников. В начале выступления Зубец полчаса громил идеи Абрамовича в целом, начал с золота и перешел на нефть. Затем разнес в пух и прах Вьетнамский отчет. Перешел к обсуждению того, что надо делать при испытаниях оборудования Рухмана. Неожиданно для себя Петр Федорович, посмотрев на Абрамовича и Донских, понял, что его разносное выступление полностью их устраивает. Они слушают его, не скрывая радость. Он осекся на полуслове и скомкал окончание разгромной речи. Но министр засыпал его уточняющими вопросами. В итоге он сказал все, что планировал с самого начала.                Министру аспирант Зубца на кафедре в МГУ, еще три дня назад отдал текст выступления   руководителя его диссертации. Его доверили ему отредактировать в чистовом варианте.  Молодой человек очень хотел попасть после защиты работать в научный сектор министерства. За это время Абрамович подготовил обстоятельные ответы на каждое слово Зубца.  Вадим проследил, чтобы все сказанное включили в протокол. Более того, заставил секретаря ученого совета, который вел протокол, уточнить у Зубца не понятные места его речи.                После выступления Зубца объявили, коротки перерыв. Второго важного оппонента в лице Ярославцевой пока на совете не было. В ходе ведения Совета образовался провал по времени. В течение короткого перерыва министр лично попросил Бугаева, высказать, свое отношение к проекту Абрамовича.                Бугаев был приятно удивлен приглашению, ему биологу выступить на ученом совете. Он привык, что все, зная его болтливость и склонность к демагогии, старались при обсуждении серьезных вопросов держать его, как можно дальше от трибун. Специально к выступлению он не готовился, но был, как всегда, готов говорить. Поднявшись на трибуну, успел из мельком увиденного материала понять, что речь идет о новой технологии в нефтедобыче. Доктор наук успокоился. Тема ему знакома, он уселся на любимого конька: начал ругать проклятых американцев с их технологией гидроразрыва пласта. Его удивило и порадовало, что речь стенографировалась. Когда, немного устав, он сделал короткую паузу, Абрамович воспользовался и задал вопрос:               
- Давайте уточним для протокола. Конкретизируем ваше мнение. Вы категорически против применения технологии гидроразрыва пласта, как крайне вредного с точки зрения экологии? И вы сторонник поиска альтернативных методик, охраняющих природную среду при улучшении условий добычи нефти?                Бугаев понял, что его заманили в какую-то ловушку. С ним не спорили, не требовали доказательств его слов. Надо конкретно ответить - да или нет. И это его загрузило. Было совершено непонятно, что это за ловушка. Времени разобраться, в чем подвох не было. Зал, полный специалистов, утомленный его болтовней, с нетерпением ждал от него конкретного ответа.               
- Разумеется, я противник гидроразрыва! Я противник того, что наше министерство ведет и финансирует исследования по изучению и применению гидроразрыва в нашей стране. Я категорически против того, что мы потратили миллионы народных денег на закупку за рубежом техники, необходимой для гидроразрыва пласта. Да, я за проведение научных исследований по поиску альтернативы гидроразрыву. Это будет наш ассиметричный ответ санкциям! Наш вклад в импорт замещение! Я за сохранение природной среды и безусловное исполнение всех требование мировой общественности в вопросах зеленой энергетики! Спасибо за внимание!
После этих слов под непродолжительные аплодисменты он покинул трибуну. Министр был очень доволен, Два основных противника проекта с оговорками о необходимости уточнений и дополнительных проверок поддержали проект. Донской поблагодарил оратора за интересное и содержательное выступление и сказал:               
- Дамы и Господа, коллеги! Хочу представить вам независимого эксперта в области сотрудничества с Китаем, которого министерство привлекло к реализации проекта по восстановлению дебета нефтяных и газовых скважин, господина Вишневецкого Евгения Александровича.      
- Добрый день, коллеги! Так получилось, что сегодня здесь присутствует много дальневосточников. Кто-то из присутствующих знают меня по прошлой жизни, с другими мы работали в полях. Для тех из вас, с кем мы незнакомы, несколько слов о себе. Я рассыпник. С нефтью, к моему сожалению, знаком мало. Никаких ученых степеней и званий не имею.  Получать их не планирую. Последние годы живу и работаю в КНР. В основном, занимаюсь решением организационных вопросов бизнеса.  По просьбе министерства я подробно изучил проект Вадима Иосифовича.  Четверть века назад я отвечал за техническую часть реализации предыдущего проекта господина Абрамовича по добыче золота. Передо мной с этой трибуны выступил хороший мой знакомый, коллега по работе под руководством академика Евгения Ивановича Шило. Все, что сказал Петр Федорович, совершенно правильно, я полностью с ним согласен.                У меня тоже есть пара вопросов по поводу отчета доцента Рухмана. Он работал на трех скважинах. Мне совсем непонятно из отчета откуда взялись цифры по обводнению скважин х-2-Р-9 и   х – 4 -Е-3.  Там у меня не идут цифры при пересчете. Но это все, мелочи похожие больше на опечатку при оформлении. Добавить по техническим вопросам ничего нельзя, не хватает фактических данных. Например, нет полевых дневников.                Сделав, как планировалось доклад.  Физик подсел к Абрамовичу в президиуме. Рухман, услышав, что эксперт не просто просмотрел его отчет, а постарался, что-то просчитать очень разозлился.  Прошептал Вадиму.                - На кой черт,  ты  этого урода,  слишком грамотного  сюда  притащил?                - Эксперт на то и эксперт, чтобы ошибки вычислять! Что там у тебя с обводнением.  Сам   накасячил, или такие цифры дали вьетнамцы?                -  Ночью оформлял отчет, спешил, устал. Перепутал колонки.  От, куда брал, данные.                Вишневецкий продолжал выступление.                - Возражение одно. Половина выявленных доцентом проблем снимается методом, разработанным ученицей профессора Зубца Ольгой Саламатиной. Примените её методику расчетов согласования различных факторов при обработке нефтяных полей приборами Рухмана.  Все встанет на свои места. Решение проблемы простое. Надо соединить ….                Неожиданно выступление Евгения было прервано выкриком из зала. Прервала доклад женщина, опоздавшая к началу и сидевшая в третьем ряду с края:               
- Чепуха! Нет никакого метода Саламатиной! Это все бред сивой кобылы! Ничего нового, вся работа - чистая перепечатка статей из США и Англии. Один плагиат!                Профессор Зубец от бешенства подскочил со своего мета. Он не ожидал у дара в спину от этой женщины, притом, в столь грубой форме. Он был готов к любым выпадам от жида проклятого, хама, хищника, мясоеда, пожирателя свинины Абрамовича. Скажи что-то похожее Вишневецкий, все было бы в пределах нормы, подобное он и ждал от них.  Но сейчас профессор стоял с открытым ртом, то открывал его, то беззвучно закрывал, как рыба, выброшенная на берег. Пытался что-то сказать, но не мог произнести ни слова, лицо покраснело. Подруга и соратница ни с того ни сего ударила его в спину.  Тот же Евгений неожиданно его подержал. Это все надо осмыслить. Вишневецкий, убедившись, что Зубец пришел в себя и риск апокалиптического удара миновал, заговорил снова:   
- Мирослава Олеговна, рад видеть вас в добром здравии, и, как всегда, энергичной Я, вас не понял. Вы резко критикуете теорию Саламатиной. Вы, в принципе, отвергаете все то, что она предлагает. Её теория - чистая математика, математический подход к решению целой группы проблем в практической геологии. Все это проверяется с помощью листа бумаги и карандаша. Ничего похожего на её методику найти я нигде не смог. Наоборот, к математической стороне вопроса у специалистов претензий нет. Значит вопрос в теории?               
-Да, это так! - последовал ответ. и  далее.- Все, что ты  с Вадимом  в  поре,  творил на Дальнем Востоке тогда.  Что вы затеваете с нефтью сегодня, вместе с воровкой идей Саламатиной, сплошное мошенничество.               
- Тогда совсем непонятно! Я вижу в зале не менее четырех человек, которые были свидетелями, когда именно вы, Мирослава Олеговна, лично формулировали Ольге Самариной задачи для написания кандидатской. И именно вы руководили её исследованиями. То есть, именно вы задали Саламатиной неправильный вектор движения. Тогда в чем именно виноват профессор Зубец? В чем он не прав?               
- Господа! Коллеги! Дамы и господа, давайте вернемся к теме, обсуждаемой на Ученом Совете! Отложим обсуждение несвязанных с темой Совета вопросов на другое время. Господин Вишневецкий, прошу вас, продолжайте ваш доклад, - министр вынужден был вмешаться в перебранку, так как увидел, что профессор и заведующая кафедрой Института имени Губкина Ярославцева М.О. и профессор МГУ Зубец П.Ф. собрались продолжать выяснение отношений со своими оппонентами и научными противниками. А новый эксперт с энтузиазмом и отличным знанием глубинных течений в науке готов к ним присоединиться. Этим эксперт его очень удивил. Для него явно не существовало авторитетов, он хорошо ориентировался в вопросах расстановки сил в геологических научных кругах столицы.               
- Извините, коллеги, отвлекся! Повторяться, перечисляя вопросы, которые профессор Зубец вскрыл в полном объеме, я не буду. Отвечу на вопрос поднятый Сергеем Ефимовичем о цене вопроса.   По моим   приблизительным расчетам, для реализации всего, что необходимо выполнить, потребуется не менее 150 000 000 долларов США в течение трех лет, начиная с нового года. Кроме того, существует ряд вопросов, не связанных непосредственно с работой в полях. Вопросов, которые уважаемый Петр Федорович обошел молчанием, так как они выходят за круг того, что можно решить геологией и её методами. Я уверен, что мы находимся на пороге фундаментального прорыва, возможно, планетарного масштаба. Перед началом работ необходимо обеспечить патентную защиту проекта. При этом речь не идет о защите в России, так как мы работаем в КНР, нужны патенты Китая и Гонконга, как минимум. Далее, если мы вкладываем в проект столь значительные деньги, то при первом успехе в КНР мы столкнемся с проблемой контрафакта, то есть с теми, кому на патенты плевать. Для борьбы с этой проблемой в России должны быть развернуты мощности, которые смогут тут же по первой необходимости начать мелкосерийное производство оборудования, чтобы покупать у нас было выгоднее, чем создавать нечто похожее. Наконец, если мы будем готовы продавать технику, не менее остро встает вопрос подготовки кадров для работы на ней, и не в ВУЗах, это занимает годы и сегодня никому не нужно, требуется подготовка на уровне техников. Эти три проблемы тесно связаны между собой и также потребуют денег, и не малых.   Не менее еще 100 000 000 долларов.               
Донских в целом   остался доволен ходом ученого совета, он не думал, что эксперт сможет все так красиво организовать. А его жена отпаивает валидолом Зубца. Похоже, он относится к ней с симпатией. Они неплохо знакомы, и вечный скандалист, вегетарианец ест из рук врага. Значит, его полностью приручили. Что могли пообещать профессору Ярославцевой, чтобы она вылезла из своей, лаборатории, приехала в министерство, устроила публичный скандал, напала на старого друга Зубца, тем самым развалила всю оппозицию, выключив из игры лидера, чуть было не вогнала его в гроб. Всё вышло, как обещал Вишневецкий. Надо признать, очень красиво и неожиданно. В игре остался еще один его заместитель и противник Абрамовича, куратор зарубежных проектов министерства, Полторак Степан Маркович. Вадим прав, он нашел того, кто сможет   реально сделать этот проект. Вишневецкий странный, неоднозначный человек. Если он сделает доверенное ему дело, на все его странности и биографию можно закрыть глаза.  Дело важнее                Полторак Степан Маркович лучше всех присутствующих знал и понимал, что значит за границей арендовать три поля, по паре сотен скважин каждая.  Знал исходя из много летнего личного опыта, сколько может стоить получить всю прочую необходимую инфраструктуру для нормальной работы по добыче нефти. Чтобы выполнить программу, которую Зубец назвал необходимым условием для внедрения изобретения. Нужны миллионы и миллионы долларов. По его прикидкам профессионала требовалось миллионов сто. Все названное профессором было действительно необходимо для выполнения поставленных задач. Если к этому добавить оценку непонятно откуда свалившегося эксперта, денег нужно еще больше. Но, судя по скандалу, происшедшему в ходе его выступления, научная общественность имеет некоторое представление, кто он такой. Будем считать, что мужик знает, о чем говорит. Итого, три миллиарда рублей, как минимум, необходимо для проекта, который, гарантированно, никогда не окупит себя добытой нефтью. Примитивный расчет на калькуляторе за пять минут это полностью доказывает. Здесь спрятано что-то другое. У министерства лишних двух-трех миллиардов рублей ни в этом году, ни в следующем нет. И появление их не предвидится. То есть, начало аферы министра и Абрамовича откладывается, минимум, на три года.   Сегодня речь шла о том, что работы должны начаться до нового года, уже в этом году. Бюджет этого года почти полностью выполнен, резервы получить нереально. Пара-тройка заграничных командировок - вот все, что можно рассчитывать получить из министерства.  Следующий бюджет тоже сверстан. Эти траты в нем не заложены. Тогда в чем дело? Ладно, деньги можно, допустим, найти, а что делать с исполнителями - не геологами. Буровиков, эксплуатирующих скважины, найти легко, мастеров сложнее. А кто все это осуществит в России, днем с огнем не найти, тем более, для работы в Китае, с китайским языком. Тогда вывод один - это все блеф, лезть в него нельзя категорически. Значит, мое мнение такое – идея сама по себе хороша при наличии трех-четырех миллиардного финансирования. Через три года мы рассмотрим вопрос о возможности силами министерства осуществить проект Абрамовича с поправками профессора Зубца. Работы тут на три-четыре года. Ранее, даже если деньги найдутся, мы выполнить программу не сможем. Нет нужных кадров. Тем более, работать надо в Китае. «Зарубежгеология» на ближайшие годы завалина законтрактованными работой на Ближнем Востоке есть заказы из Латинской Америки.  Не сможет в обозримом будущем приступить к реализации этого проекта. Абрамович сам эту кашу заварил, пусть сам её и расхлебывает. Я - пас.  Вступать он записался, но теперь не хотел подниматься на сцену.  Его размышления прервал очередной пятиминутный перерыв.                Донских решил в конце совета в подходящий момент, взять слово и поддержать Абрамовича четко и однозначно. Перед этим требовалось дать слово еще одному заму, а самому встать в самый конец, и закрыть совет. Все намеченные задачи на совете успешно выполнили. Осталась, последняя не решеная задача.  Добиться капитуляции оппозиции.  Спровоцировать возникновение очереди за деньгами, если евреи смогут их найти. Ветлицкая с Вишневецкой приехали на ученый совет во время большого перерыва. Они устроились в первом ряду для зрителей, за спиной Евгения. О чем-то совещались    с   подчеркнуто ярко одетой и сексапильной ученицей Ярославцевой и Зубца. Как её зовут министр, не помнил. Зубец вроде, как отошел.  Так, вроде очередной перерыв на пять минут. Ярославцева с видом оскорбленной невинности одиноко сидела и смотрела в панорамное окно. Самое время выступить.   Заместителю по внешне экономической деятельности.                Полторак говорил четко только по делу. Он видел, что аудитория устала и сильно поредела. Понемногу исчезли студенты Зубца из МГУ. Ушли студенты и аспиранты института имени Губкина. Потихоньку стали исчезать и сотрудники министерства, поняв, что все интересное окончилось. Пришло несколько новых незнакомых лиц. Руководитель зарубежных проектов под конец выступления не удержался и сказал:               
- Предложенный совету проект, с профессиональной точки зрения очень оригинален и перспективен.  Как все новое требует доработки дополнительного изучения. Когда его получиться дотянуть до заданных параметров он откроет новую страницу в геологической науке. Это требует очень больших денег! Все это замечательно, но мне, как специалисту, совершено не понятно, откуда возьмутся деньги, почти три миллиарда рублей, на реализацию проекта?  При всех плюсах, проекта уважаемого коллеги   Абрамовича и к моему огромному сожалению, мои подразделения в ближайшие четыре года из-за загруженности не смогут принять участие в реализации этой программы. Даже при наличии финансирования. - произнеся эти слова, Полторак покинул трибуну. Поднял руку Вишневецкий, привлекая внимание министра. Донских увидел сигнал и пригласил эксперта на трибуну.                - Господа! В результате сегодняшней дискуссии удалось высокую важность обсуждаемой темы, которую подержали единогласно все члены ученого совета. Удалось в ходе иногда острой дискуссии определить необходимый объём финансирования. Он равен, примерно, трем миллиардам рублей.  В течение трех лет. Все выступавшие высказали сомнения в возможности их получить в обозримом будущем.  Это   утверждение совершено верное.  Но все выступавшие говорили о бюджетном финансировании, и никто не сказал о внебюджетном привлечении средств. Считаю, что это путь намного более перспективный в данных обстоятельствах.   Сегодня начало ноября.  До конца месяца можно согласовать условия привлечения средств в необходимом объеме.  В декабре открыть финансирование на сумму 50-100 миллионов долларов.  На   эти средства, можно разместить, заказ на изготовление оборудования, подобрать подходяще выработавшие свой ресурс поля в КНР.  Начать процедуру их аренды.  Навести порядок с патентами. Так как «Зарубежгеология» настолько загружена работай что работать в Китае она не сможет. Надо укомплектовать, как минимум две бригады нефтяников, которых мы подготовим их к работе по новой технологии на китайских полях.  С начала второго квартала начать работу на полях северо-востока Китая.  При этих условиях работать начнем сразу в этом году, а не через три или четыре года.  В зале наступила напряженная тишина.                – Какой сумасшедший, под это даст сотни и миллионов долларов? -  не выдержал Полторак и спросил с места.                - Этим сумасшедшим будет Российско-Гонконгский инвестиционный фонд.  С его генеральным директором министерство ведет переговоры с начала октября. Он все это время находится в Москве. – также не вставая ответил министр.                – Как я понимаю, это кредит, как министерство будет его гарантировать и главное, как отдавать деньги. - Уточнил Бугаев.                - Вы правы это кредитная линия. На очень выгодных условиях. Не более 0,5 %.  Срок действия целевой кредитной линии 5 лет. Эти условия уже согласованы.  Погашение основного тела кредита, будет вестись из средств, полученных от продажи добытой нефти на бирже Гонконга. - Ответил Вишневецкий.                – На сколько, я знаю для того что бы министерство выдало гарантию зарубежному юридическому лицу от имени государства это необходимо согласовать с Центральным банком и министерством   финансов.  Руководству Гонконгского фонда, об этом условии известно?  - вопрос задал заместитель Донских по экономике. Все происходящее для него оказалось полной неожиданностью.  О проекте Абрамовича он слышал. Но никаких экономических расчетов необходимых для согласования не давал.                –Директор фонда гарантию, получит завтра.  Когда мы её оформим по всем правилам министерства. Нам все вопросы согласованны с министерство Финансов, их виза получена ещё вечером 7 числа. Как и корректировку нашего финансирования.  Позицию Центрального банка прошу прояснить одного из руководителей ЦБ. Это Майя Сергеевна Ветлицкая присутствующая на нашем совете. - Ответил Долгих.                Ветлицкая в модном брючном костюме от кутюр из Италии сверкая брошью на груди из серии «Комета Галлея» в авторском исполнении. Встала с первого ряда зала подошла  к  трибуне  заговорила:                                - Уважаемые господа, с большим интересом слушала дискуссии прошедшую здесь   сегодня.  Убедилась, что проект доцента Рухмана и Члена-корреспондента АН Абрамовича прекрасно известен геологической общественности.  При полной свободе выражения своего мнения не услышала ни одного возражения против реализации проекта. Все свелось к утверждению, что нет денег для его реализации.  Внебюджетное финансирование, проекта в этих условиях найденное министерством можно только приветствовать.  Центральный банк, как и Министерство финансов, инициативу министерства  геологи одобряют полностью выражают всестороннюю поддержку   сотрудничества Российских хозяйствующих субъектов с Русским инвестиционным фондом в  Гонконге.

6.4.

Ночная темнота накрыла город плотным покровом, ни луна, ни звезды не нарушали темень. Федор Сергеевич Павлюк, исполнительный директор логистической компании, вышел из офиса на стоянку, минуту постоял рядом с парой одинаковых черных «Мерседесов», взглянул на свой роскошный «Ролекс», достал айфон, набрал номер и сказал:               
- Привет, это я. Пора, все готово. Я еду домой, через полчаса будет в самый раз. Желаю тебе удачи. Завтра увидимся. Повиси минуту, - наклонился над правым задним колесом машины партнера, взмахнул рукой, послушал раздавшееся шипение, распрямился и продолжил, - Он пойдет пешком.               
Затем вызвал такси, но, несмотря на поздний час, поехал не домой, а в центр города, в крупнейший торговый центр страны. Накупил кучу детских игрушек. Затем спустился в цокольный этаж, в супермаркет, приобрел продукты, на это у него ушло более часа, вернулся в ожидающее его такси, поехал домой.               
Слегка захмелевший Самохин Леонид Гедиминович, генеральный директор судоходной компании «Сириус», вышел из офиса компании через полчаса после ухода его компаньона. Федор Сергеевич с недавних пор перестал задерживаться после работы, его жена Оксана ждала второго ребенка. В принципе, это было их личное дело, до которого Леониду Гедиминовичу никакого дела не было. Просто от старика такой прыти он не ожидал, ну и ладно. Уже полгода, как они вернулись из Китая, с огромными перспективами и проблемами одновременно. После возвращения все, что делал партнер, раздражало Леонида. - Надо собираться, щелкну еще раз почту, может быть будет что-то любопытное. Ничего нет, ну и ладно, еще пару глотков вискаря и можно идти. Вечер теплый, на удивление хороший, не верится даже, что сейчас конец осени. Пойду пешком, пьяным садиться за руль не хочу.   
Они с напарником сегодня бутылку настоящего шотландского виски многолетней выдержки уговорили. Бутылку купил Павлюк. Потратился на очень дорогой напиток. Они отмечали сегодня начало загрузки в порту Циндао в Китае их нового «Пионера». Началась практическая реализация их последнего совместного проекта, сулившего им огромные деньги. Как ни странно, евреи с Дальнего Востока смогли раскрутить, как им самим казалось, совершенно фантастический проект.
     Леонид Гедиминович надел модную элегантную темно-коричневую шляпу и добротную утепленную кожаную светло-коричневую куртку из желтой телячьей кожи. Все выключил, запер офис, не спеша пошел в сторону дома.  Дорога проходила по, тенистой буковой алее. Деревья были старые, развесистые, в два-три обхвата. До дома было не больше двух километров. Полчаса небыстрого хода. Редкие фонари желтого света освещали дорогу. От ближайшего дерева, когда мимо него прошел пешеход, отделилась мужская фигура, одетая в китайский бесформенный спортивный костюм с товарным знаком всемирно известной фирмы «Адидас».                Самохин шел небыстрым прогулочным шагом, что-то услышал, среагировал на шорох, остановился и глянул назад через плечо. Неизвестный, оказавшись за спиной прохожего, нанес ему мощный удар в висок пудовым кулаком. От могучего, хорошо поставленного удара боксера в тяжелом весе, усиленного кастетом, пешеход рухнул, как подкошенный. Умирая, Леонид Гедиминович успел подумать: «Проклятый Федька, опять меня опередил! Господи прости меня …» - и на этой грустной мысли, не дочитав молитву, его мозг прекратил самостоятельно работать. Попади он в больницу в течение 15 минут, может быть у него бы был шанс выжить, но его нашли через три часа.
    Убийца нагнулся и дважды ударил лежащего человека ножом в район печени и сердца. Обыскал тело, забрал все, что нашел в карманах. Проверил пульс, снял с руки «Ролекс», сдернул с пальца крупный золотой перстень. Удостоверился, что выполнил работу, как надо, и быстрым шагом покинул место преступления. На все ушло не более трех минут.
    Темно-серый Пежо с двумя пассажирами с расстояния в 50 метров став свидетелем всего происшедшего, медленно ехал по бульвару в ту же сторону, куда шел убийца. Через триста метров на переходе машина остановилась на красный свет светофора. Одинокий пешеход, переходя на другую сторону бульвара, не спеша прошел перед капотом машины по хорошо освященному переходу был снят на видео регистратор легковушки. На противоположной стороне пешеход растворился в темноте. Пежо не спеша двинулась за ним и проводила его до серийной пятиэтажки советской постройки, где он проживал, и встала на общественную автостоянку рядом с домом убийцы. Старший пары спросил у напарника, совершено точно зная ответ:               
- Что будем делать дальше? Может, клиенту надо было помочь?               
- Мы бы всё равно не успели. Расстояние полсотни метров, прежде чем мы добежали, он бы уже был трупом. Драться с убийцей, боксером в тяжелом весе, очень плохая идея. А полиции? Доказывай потом, что не мы его зарезали. Как бы мы объяснили, зачем мы, по заказу китайцев, полгода за ним следили.   
- Верно, нас наняли следить, а не охранять. Звони Алонсо и заказчику, пусть они решают, что дальше делать. А я пока предупрежу Педро, что наш клиент отправился на свидание со святым Петром, пусть будут внимательными и осторожными.
Старший второго экипаж синего Пежо, который следил за вторым бизнесменом Федором Павлюком, отнесся к новости с большой тревогой и неудовольствием:               
- Это очень плохо, так пойдет, придется возвращаться домой до рождества. Такого хорошего, денежного и спокойного заказа дома не будет. За полгода, что мы здесь торчим, я привык к этой Эстонии. Думал, что на то, что получим, купить старшему сыну новый Ролер, и поехать с женой на праздники в Норвегию. Теперь не получится.
Лючия ждала Сергея в номере гостиницы. Промозглая Москва начинала надоедать. На сигнал телефона с португальской сим картой, она среагировала не сразу, отвыкла от его сигнала. В Москве у неё был другой телефон, с местной симкартой. После очередного звука вызова, наконец, нашла трубку и ответила:               
- Слушаю тебя, Алонсо, что случилось?               
- Нужна срочная связь с заказчиком, у нас в Эстонии возникли проблемы.
- Через пять минут я свяжусь с ним и наберу тебя. Жди.               
Лючия запахнула халат, пару раз прошлась расческой по волосам и пошла в номер Вишневецких. Евгений, Виктор и Сергей что-то оживленно обсуждали, с удивлением уставились на неё. Лючия рассказала о звонке с родины и отдала Сергею трубку, чтобы он сам связался с бригадиром секьюрити. Через полчаса, в течение которых прошли переговоры с Португалией и два разговора с Таллинном, Сергей был готов рассказать о событиях в Эстонии. Ирина вышла из спальни люкса и присоединилась к обсуждению событий в Прибалтике.
- Сегодня в районе обеда оба клиента, старый и молодой, собрались в своем офисе вместе. В 17 часов ушли все работники компании, хозяева остались вдвоем, много говорили, смеялись, были оживлены и довольны жизнью. Выпили почти без закуски бутылку виски, видно, что-то праздновали. Ждали звонка. В 19-00 позвонили, они обрадовались, кричали УРА, допили виски. В 19-30 ушел тот, что старше. На улице кому-то позвонил. Педро показалось, что он спустил колесо у машины партнера. Вызвал такси, поехал за покупками, час бродил по магазину, в 21-00 был уже дома. Молодой вышел из офиса через полчаса и пошел домой пешком. Через 250 метров, в самой темной части аллеи его ждал убийца. Нанес удар кастетом по голове, потом два добивающих удара в район печени и сердца. Все заснято с неплохим разрешением. Потом ребята догнали убийцу, проводили до дома, где он живет. В сентябре и октябре киллер два раза контактировал со стариком. Их встречи записаны. Парни тихо ушли, полиция пока тело не обнаружила. Наших не засветили. Сейчас остался один вопрос, что ребятам делать дальше?               
- Пока пусть остаются в Таллинне. Следят за стариком и охраняют. Младший должен был заказать старика, но старшее поколение его опередило. Хоть и с опозданием, исполнители еще могут появиться, если им заплатили аванс. Нам нужен хотя бы один из них живым. Кроме того, в теории, полиция, возможно, и сработает, возьмет заказчика. Нам надо точно знать, когда его закроют.               
- Может быть, передать наши записи полиции? - спросил Виктор.               
- Надо разобраться, что будет происходить дальше. Спешить нельзя. Если эстонские полицейские начнут, приставать с неудобными вопросами ваших коллег, отдам записи. А так пусть сами трудятся. - сказал Евгений.               
Ирина поняла, что слушателям непонятна их с мужем позиция. Они боятся, что в случае скандала у них отберут лицензии, и решила вмешаться:               
- Это убийство спутало все планы. В одиночку Федор будет не в состоянии сделать и половину того, что они начали. Было ожидаемо, что они сцепятся в смертельной схватке, начнут все рвать на куски друг друга так рано.  Это означает провал всего, что начали. Все случилось слишком рано. Сначала надо понять, почему убили партнера именно сегодня. Федор все понимает лучше нас, надо выяснить, что он задумал.               
- Он может обратиться к нам за помощью? - спросил Виктор.               
- Может, но сначала надо разобраться, что он хочет сегодня, с учетом, что он пошел на крайние меры. Год назад все было иначе. Не понятно, для нас это плохо или хорошо. - объяснил Вишневецкий.                -Как я понимаю, пиратский рейд в Тихий океан отменяется?  В одиночку Федор с ним не справиться на верно и топить своих «пионеров» не станет? - спросила Ирина.                -Получается так. Думаю, он решил попытаться самостоятельно начать выполнять подписанные нами контракты.                - Он сам это сделать сможет?                – Не знаю, каково реальное состояние его флота.  Теперь если прикуп не надо делить на двоих и с учетом появления еще одного судна, может рискнуть, а что там получиться не знаю.   – Ответил Евгений.                Лючию очень заинтересовало убийство клиента. Она пристала к Сергею с вопросами. требуя объяснений, что произошло.  Сергей на португальском ввел её курс дела. После не долгого совещания он обратился к присутствующим с предложением.                –Шеф!  Лю работа в отделе страхования вкладов.  Я ей кратко рассказал о наших клиентах в Таллинне, что знаю сам.  У неё есть на это счет особое мнение.  Можно она его выскажет?                - Слушаем тебя Лючия. - сказал Вишневецкий, не привыкший к столь длинным вступлениям.                – Я почти семь лет работала со страхованием рисков и с оплатой страховых случаев. Если готовится страховое мошенничество, то ваш клиент не отказался от него.  Он его отложил на время.  И это правильно.  Год они повозят грузы и тогда утонут.  Так все это меньше вызовет подозрений у следователей страховой компании.  Могут и без расследования сразу заплатить.  По факту гибели судна, если она не вызывает сомнений.  Так намного лучше делать, чем тонуть в первом рейсе.   А что с наследниками погибшего? - спросила португалка.                – Наследница Самохина его жена Надежда.  Агрессивная, завистливая дура. Договориться с ней невозможно. – Ответила Ирина                - Ну да, это не Оксана, жена Федора. Здесь мы быстро найдем общий язык. – Заметил Евгений.                - Но с Надеждой не только мы, но и Павлюк ни договориться, ни работать не сможет. Федор может захотеть избавиться и от жены бывшего партнера. - Сказала Ирина.                -Тогда её надо охранять!  Пусть этим займутся люди Алонсо.  Если к ним придет с вопросами полиция, из-за смерти мужа. То их нанял покойник охранять от подельника свою жену. - Предложил Виктор.                –Любопытный вариант, сделать все открыто.  Муж из гроба о любимой жене               позаботился.  Мы   будем в   курсе всего, что Павлюк пытается сделать.-Решил Вишневецкий.