Как на нас свалились акции

Сейчас  нередко приходится слышать упрёки: почему же не вышли защищать советскую власть, почему допустили развал Союза?
 В Москве бурлили страсти, шла  борьба за власть. А  в регионах мы  и понять толком не могли что происходит: то КПСС запретил Ельцин, то ваучеры всем выдали, обещая на них каждому по автомобилю Волга, то начался бешеный рост цен на все, то номинал денег прыгнул в разы и зарплату стали получать тысячами и даже десятками тысяч.

Главные события развернулись, когда стали приватизировать крупные предприятия. 19 марта 1993 года  приказ о приватизации нашего объединения Сургутнефтегаз. Во всех структурных подразделениях проводились собрания. В нашем НГДУ я тоже присутствовала на таком собрании Выступил начальник управления, разъяснял, что теперь мы будем совладельцами нашего нефтегазодобывающего предприятия, будем ежегодно помимо 13 заработной  получать дивиденды из прибыли объединения через акции, количество которых будет определено каждому, но не поровну, а в зависимости от стажа работы и  оклада или тарифной ставки. 
Выглядело даже заманчиво,  так живёт почти весь мир. Проголосовали за такой поворот в жизни. И только секретарь парткома, теперь уже бывший, так как партком перестал существовать в 1991 году в связи с запретом КПСС,  выступил против. Ведь этот переход разрушает государственную собственность на недра земли, на добычу нефти, на плановое ведение экономики.  Начальник тут же возразил: у государства останется 51 процент акций, контрольный пакет,  поэтому  создаваемое акционерное общество будет под контролем государства. Теперь, спустя годы, вижу как прозорлив был наш партийный секретарь.

Вот тут- то на нас, кадровиков обрушился такой объем работы, какого я ни до  ни после этого не видела. Нужно было подсчитать 1.стаж всех работающих, 2. составить списки всех уволившихся пенсионеров.3.списки уволившихся женщин, проработавших не менее 8 лет и мужчин со стажем работы 9,5 и более лет. Компьютеры ещё  только появлялись,  срок сдачи списков был совсем небольшой, кажется 2 недели. В архиве мы работали до 10- 11 часов вечера. Предприятие  наше существовало с 1964 года, было старейшим в объединении. Карточек уволенных было очень много.С большим трудом справились.
Так были определены претенденты на получение ПРИВИЛЕГИРОВАННЫХ акций из уволившихся и работающих сотрудников.

А ОБЫКНОВЕННЫЕ или голосующие акции распределялись по- другому. За них нужно было заплатить. Или ваучерами или деньгами. Написать заявление и заплатить. Всем дали поровну. Кто хотел получить больше могли внести залоговую сумму в 1 млн. руб ( тогда как раз при Ельцине к существующему номиналу купюр добавили  нули). Таких у нас в НГДУ нашлось 2 человека. Им выделили ещё по одному пакету акций, а сдачу вернули.

Мы думали, что нам всем выдали поровну голосующих акций. Оказалось, не так. Руководящий состав предприятий получил 50 процентов  акций от общего количества  акций остальных  членов коллектива. В нашем НГДУ всего 10 человек оказались " озолоченными". Это начальник управления, его замы, главный инженер и главный бухгалтер. Причем срочно были внесены изменения в штатное расписание. Начальник планового отдела, например, стала именоваться заместителем начальника по экономике и др.
Много было людей недовольных: у кого- то неверно стаж был подсчитан, кого- то пропустили в списках, кто- то был в отпуске и не написал заявление на выделение ему причитающихся акций. Касательно отпускников мы предложили всем начальникам цехов  организовать написание заявлений за них. Но не во всех предприятиях догадались так сделать. И высказывались мысль : это начальство, конторские забрали мои акции.   Это было невозможно, все ведь проверялось, списки заверялись  пятью подписями. Но  ведь каждому не объяснишь. Был, правда, такой случай: у одного уже возрастного работника и у молодого парня оказались одинаковые фамилии и имена, отчества. Вот  их пакеты привилегированных акций оказались перепутанными в компьютерной программе комиссии по приватизации, возглавляемой  московскими представителями. Мой муж тоже был не доволен, он в системе нефтегаза проработал 9 лет и потом их предприятие передали от нефтяников в другую систему - транспортникам,  трест " Север Тюмень автотранс". Ведь они не сами ушли, а их централизованно передали. Но нет, акций не получил. А те, кто  даже один день проработал, но уже состоял в списочном составе на день приватизации имели право написать заявление и получить голосующие акции. Этим как раз и воспользовался самый первый начальник нашего НГДУ, Мамлеев Р.Ш. Жил уже в Башкирии, на пенсии.  Прилетел и был принят на имеющуюся вакансию буквально на 2- 3 дня. Оказался в списке работающих на день приватизации - и все, подписался на пакет голосующих акций. Вот уж он - то  имел неоспоримое право на акции, но формально в списки не попал, так как не отработал 9,5 лет в нашем НГДУ, а вернулся в Башкирию, откуда его и выдвинули в 1964 году возглавить только что созданное НПУ в Сургуте.
А один слесарь из цеха пароводоснабжения написал в заявлении - от акций отказываюсь. Потом сожалел. Мы его успокаивали: на следующий год подпишешься. Думали, что акции каждый год будут выдаваться, вновь принятым работникам, например. Не понимали, что это государственную собственность разделили, один раз. Все.
А акции оказались очень неплохой штукой. Первоначально все время возрастали в цене. Кинулись их продавать в наводнившие Сургут фирмочки, московские.  Генеральный директор ОАО Богданов призывал: не продавайте акции, они будут по тысяче долларов за штуку, будете получать дивиденды.  Ну, куда там! Кто дубленку,  кто микроволновку, кто машину - покупали за проданные акции. А потом уже пакета акций и на покупку квартир стало хватать. Многие сохранили акции и теперь ежегодно получают дивиденды и , надо сказать, неплохие. У кого полный пакет акций, то в некоторый год  - более миллиона рублей.