Старая коробка

  Александр Иванович Резников, директор одного крупного предприятия, сидел в своём новом кабинете и размышлял. Перед ним, на новом, стоящим ещё в чехле кресле, лежала старая пожелтевшая коробка. Около кресла, валялось в беспорядке, множество вещей, давно уже вышедших из употребления. Александр Иванович, только вчера переехал на свою новую квартиру и теперь расставлял в комнате необходимые ему вещи.               
 Коробке, уже давно была пора отправиться на верх, вместе со старыми журналами и другими ненужными вещами, но Александр Иванович, почему-то медлил.  То ли он просто устал, и ему хотелось посидеть без дела несколько минут, то ли какие-то воспоминания, дорогие ему, заставляли его не торопиться.
    Он вытер большим цветным платком свой лоб, свернул его, подобрал полы своего халата и присел на чемодан, стоявший рядом с креслом.
  Помедлив не много, он разрезал тесьму, связывавшую коробку, затем медленно раскрыл её.
   Воспоминания о молодости обрушились на него.
 Сначала он вынул старую палитру, несколько засохших масляных красок, кисти. Потом, один за другим, стали появляться его детские рисунки, этюды, портреты.
  Кое-где, от времени, краска испортилась, рисунки были покрыты пылью, но Александр Иванович, тщательно вытирая пыль, с улыбкой смотрел на ещё не уверенные рисунки его детства.
  В молодости, он любил рисовать, и сейчас, созерцание рисунков, изображающих соседского кота, рыцарские сражения, окрестности дома, в котором он провёл своё детство, наполняло его душу тихой грустью и сожалением, что время детства безвозвратно прошло, и что жизнь его, давно уже перешла во вторую половину.
   Но вот, ему начали попадаться этюды его молодости, полные жизни и юношеской дерзости. Портреты стариков, девушек, перемешались с картинами моря, гор. Пейзажи юга, сменялись этюдами из средней полосы, поля, леса, старые полуразрушенные храмы. Но чем дольше он смотрел, тем всё навязчивее становилась мысль, что его рисунки, это не просто забавы юноши. Всё явственнее проступал в его этюдах несомненный талант.
И теперь, он уже не мог отделаться от вопроса, который возникал перед ним.
  - А не страшная ли это ошибка, всё настоящее, в чём он, как ему казалось, жил?
  Прошло уже около часа, а Александр Иванович, всё сидел на том же месте и снова и снова пересматривал свои рисунки. Перед ним, вместе с рисунками, проходило его прошлое, та жизнь, о которой он давно уже почти не вспоминал. Полная лишений, неудач, когда порою нечего было есть, но в которой были и дни настоящей, опьяняющей радости. Это были дни его творческих удач, дни новых свершений.
Вспоминал он и последующую жизнь – полную однообразия, полную событий похожих один на другой. Жизнь, где не было места чистой радости, а где была лишь служба и карьера. И если и была искорка, то блеклая, не приносящая восторга.
  И вспомнил он тот день, когда измученный неудачами, он встретил своего старого знакомого, который предложил ему работу на одном предприятии. Тогда, да и в последующее время, он считал, что судьба сжалилась над ним.
  Но теперь, сравнивая прошлую жизнь с теперешней, он почувствовал, что с той жизнью, кончившейся около тридцати лет назад, кончилась его настоящая жизнь. А всё что было потом, уже не было его жизнью. И смешными показались ему все его заботы, в которых он жил всё это время.
  Под рисунками, лежали его рассказы, стихи, в которых он воспевал любовь к прекрасному, воспевал жизнь ради искусства, смеялся над мещанами, променявшими истину на кусок хлеба.
   На дне коробки, он нашёл свой автопортрет, сделанный им в те годы.
  С холста, на него смотрел молодой человек, в глазах которого он видел и смелость, и жажду жизни. Всё лицо его дышало стремлением к борьбе, желанием принести людям новый свет.
  Александр Иванович невольно встал, снял очки, провел рукой по лицу, снизу вверх, потом по голове. Волосы его уже начали редеть.
  А с портрета на него смотрел человек, и по его лицу Александр Иванович видел, что тот не понимает, не узнаёт его.
  Когда, через некоторое время, когда в комнату вошла его жена, Резникова Мария Львовна, то она была несказанно удивлена и испуганна.
  Положив голову, на пожелтевшую от времени старую коробку, Александр Иванович, горько плакал.

 
Этот рассказ, написан моим отцом,Синани Никитой Даниловичем в 1970 году. Недавно я нашёл его и решил опубликовать, немного исправив. А может я просто что-то не понял, почерк у него был ужасный.