Сяо Бач

Случилось это в начале весны , когда природа пробуждается ото сна, а добрые силы тепла побеждают холодные силы зла. Случилось это около того самого стойбища, где мы с тобой жили в сезон, начинавшийся с месяца появления воды и до месяца обдирания рогов . Эту историю рассказал мне Кабын… нет, рассказал-сильно сказано, скорее, промямлил или, или… как это сказать, пробормотал эту историю, как воспоминание о личном, сокровенном, невольным слушателем которой я стал, и решил передать тебе, дабы история стала напоминанием о том, что любого рода спешка-от побиваемого.
«Аа, нуу, даа, Сяо Бач, детеныш мой! Не раз я тебя видел, когда ты приходил ко мне во сне, но не мог я представить, что ты другой, а во всем виноват я сам…», так говорил он будучи уже в предсмертном состоянии, примерно за полчаса, до того как умер. В чем же был он виноват?
Дело же все было так (со слов Кабына): Будучи в добром здравии и трезвой памяти, Кабын вел прекрасную, веселую и более, чем насыщенную событиями и иногда даже приключениями жизнь. Пришло время, которое не избегает никого, и ему пришлось по воле старших жениться на девушке из рода Квонгов. Жили они, жили и пришло время прихода нового, незнакомого гостя в дом и в мир человеческий. Почуяв же, что гость уже близко, жена Кабына сказала: «Дорогой, ты знаешь наши обычаи, мне надо в одиночку встретить гостя и побыть с ним наедине в гостевом шалаше 7 дней. Единственное, что мне нужно для успешного приема гостя-жаркий и яркий  костер, чтобы гость согрелся и увидел будущую свою жизнь ясно, как ты видишь свою цель на охоте. И конечно же, после этого, ты не должен приходить в шалаш 7 дней, до дня восходящего солнца, когда луч озарит ребенка и семья воссоединится полностью.» Кабын знал все это наперед, и уже заранее подготовил шалаш с костром. Тогда они сели в лодку и отправились на другой берег, где его жену ждал шалаш и костер. Кабын помог жене дойти до шалаша, помог ей там обустроиться, уточнив несколько раз, все ли хорошо и удобно ли ей там быть уехал к себе в юрту.
По своей природе наш герой , в отличии от своих сородичей был очень нетерпеливым и вспыльчивым человеком, а если говорить о рождении ребенка, то это испытание, продиктованное древними традициями, буквально изъедало его изнутри. По обычаям его народа , жену надо было оставить с ребенком на некоторое время, чтобы между ними установилась ментальная связь, чтобы духи, отпустившие его с верхнего мира окончательно освободили земного человека от своего влияния и передали его родителям, прежде всего той, которая принесла его на этот свет, среднего мира. Кабын же все это понимал и знал, лучше, чем кто либо другой, будучи сыном Верховного шамана, но характер был будто бы не его, а может и вправду, в тот момент и по самую смерть он был охвачен келе, которые вселяются в человека в момент ментальной слабости. При том, что он знал традиции и знал понаслышке, о том, какие ужасы происходили, если заглянуть к новорожденному раньше срока, наш герой не сдержался и в один из дней… подкрался к шалашу, откуда был слышен детский смех, и не в силах себя сдержать, Кабын заглянул в прорези шалаша. Его глаз зацепился с глазом малыша, и в тот момент произошло ужасное. Сын Кабына стал рассыпаться на черные, мерзкие, склизкие полоски. Кабына же отбросило от шалаша, а в тот момент ему отшибло память и стало казаться, будто он видел не улыбающегося малыша, а что его красавица-жена родила таких уродливых змеенышей и что это его дети. Он стал плакать и кричать от дикой головной боли, которая пронзила его в момент, когда он оказался на берегу у юрты, корчась в судорогах, и повторяя одну и ту же фразу «Сяобааа, Саяобаа, зачем я торопился…..!» через несколько часов Кабын умер.