К истории одного проекта и истории одной жизни

Памяти Ларисы Абрамовой
(1940-2015)

Первый вариант этого текста был написан семь лет назад, 3 февраля 2018 года, и размещен на Facebook.


Мало тех, кто знает, что ленинградская социологическая школа начиналась с небольшого исследования бюджета времени рабочих. А ведь это было именно так. Процитирую фрагмент интервью с В. А. Ядовым: «... Творчество и началось с изучения бюджетов времени рабочих одного завода <...>. После первого опыта с бюджетами времени начался «Человек и его работа». Теперь заглянем в автореферат докторской диссертации В. А. Ядова «Методологические проблемы конкретного социологического исследования» (1967 г.), список литературы, опубликованной им по теме диссертации, открывается коллективной статьей «Изучение бюджета времени как один из методов конкретно-социологического исследования« (Вестник ЛГУ, вып.4, №23, 1961).


А вот еще одна страница нашей истории. В том же интервью Ядов, вспоминая первые шаги в социологии, заметил: «...Кон посоветовал начать с изучения бюджетов времени». Хорошо, в 2005 году еще все были живы, написал И.С. Кону и узнал, как и что было. Вот что тогда написал Игорь Семенович: «Что социология – эмпирическая наука, я знал давно. В книге «Позитивизм в социологии» (1964) и предшествующих ей статьях, печатавшихся с 1962 г., я фактически написал историю социологии как науки, всех классиков социологии я так или иначе читал и излагал. Самого меня интересовала прежде всего историческая социология. Но на меня произвела сильное впечатление статья Г. Пруденского в журнале «Коммунист» о свободном времени. Я подумал, что чем-то в этом роде можно и нужно заниматься и у нас (политическую социологию в СССР я считал абсолютно невозможной), и посоветовал это Володе, потому что считал его очень способным человеком, хотя наши отношения начались со стычки. Однако он в это время был еще «чистым философом» и сказал, что эта тема и вообще эмпирия кажется ему мелковатой». Сказать-то Ядов сказал, но начал именно с изучения бюджетов времени.


В 1968 году Андрей Григорьевич Здравомыслов стал заведующим кафедрой марксистско-ленинской социологии Ленинградской Высшей партийной школы (ЛВПШ) и получил задание – на основе длительного лонгитюда дать максимально объективный анализ деятельности партийного аппарата города и объективные оценки его деятельности. Исследованию был придан предельно закрытый статус и сказано: «пишите всё, что есть». Под это исследование была создана социологическая группа, первым сотрудником которой стала Лариса Петровна Абрамова (1940-2015). Вскоре и я вошел в эту группу.


Лариса – я никогда не обращался к ней, как к Ларисе Петровне – принадлежала к знаковой для того времени страте молодежи Ленинграда – люди с хорошим инженерным образованием, интересной работой в одной из организаций ВПК, с достойной по тем временам зарплатой и глубокой установкой на культуру, литературу, осмысленный досуг. Среднего роста, с гибкой, растянутой фигурой гимнастки, на нее, несомненно, обращали внимание мужчины. Она закончила престижный в те годы Ленинградский институт авиационного приборостроения и работала в известном научно-производственном объединении «Ленинец». Там она была включена в исследовательскую группу по проектированию и созданию первого советского лунохода. В Университете марксизма-ленинизма, куда направляли многих инженеров, ей понравилась социология, и она включилась в исследования, проводившиеся А.Г. Здравомысловым, а когда он получил разрешение на создание социологической группы в ЛВПШ, он пригласил Ларису.


Она стала моим первым гидом в социологию, мы вместе ходили на лекции Здравомыслова, которые он читал слушателям ЛВПШ, и обсуждали услышанное. На момент моего прихода в группу, уже была подготовлена схема и методика изучения бюджета времени партийных работников и проведена серия пилотажей. Моя задача заключалась в поиске в городе ЭВМ, создании необходимого программного обеспечения и консультировании по методам интерпретации статистики.
На первых порах работа, которая была поручена Ларисе и мне, была не очень сложной, но весьма трудоемкой и требовала в высшей степени тщательного отношения. Мы с Ларисой прекрасно сработались, где надо было, работали вместе, но постепенно у каждого очерчивалось и собственное поле исследований. Лариса начала погружаться в анализ деятельности партаппарата, описывать результаты обработки. Безусловно, имея опыт работы по закрытой тематике, она понимала, что в данном случае обрекает себя на невозможность публикации своих наблюдений, выводов. Не задумывалась она и о работе над диссертацией. Видимо, интерес к теме и чувство ответственности за дело обусловили то, что она продолжала долгие годы изучать структуру бюджета.

 
Степень закрытости исследования была высочайшей. Через много лет в интервью о прожитом А. Г. Здравомыслов рассказал следующее: «В 1969 году на основе курса лекций для слушателей ЛВПШ я издал книгу «Методология и процедура социологических исследований». Там была таблица распределения бюджета рабочего времени сотрудников районных комитетов партии. Выяснилось, что публикация такого рода данных противоречит инструкции ЦК КПСС, изданной еще в тридцатые годы! Б.К. Алексеев (БД: куратор исследования от ОК КПСС) попросил меня сдать все материалы социологической группы ЛВПШ и объявил о моем отстранении от этой деятельности».


Около двух десятков лет продолжался этот мониторинг, в другой бы ситуации он мог стать одним из крупнейших в советской социологии исследованием бюджета времени, но его априорная закрытость оказалась препятствием для этого. Обидно, но Лариса Абрамова и другие участники этого проекта не решились и после 1991 года опубликовать хотя бы обширную статью по методологии своего исследования; наверное все же это можно было сделать. По моей просьбе Л. Абрамова и многолетний участник исследования профессор Герман Филиппов несколько лет назад подготовили и опубликовали краткий сводный материал об этом проекте (Абрамова Л., Филиппов Г. «Изучение эффективности деятельности аппарата КПСС. Мало известные страницы истории ленинградской социологии // Телескоп: наблюдения за повседневной жизнью петербуржцев. 2013. №4), но, конечно, эта статья не дает представлений о масштабах и ценности сделанного.


Говоря о событиях, развернувшихся во второй половине 1980-х годов, Г. Филиппов заметил: «Лариса Петровна перешла на педагогическую работу и из прошлого богатейшего опыта использовала только проблематику регулятивной роли административных и моральных норм. Она считала, что не вправе разглашать материалы, за которые она давала подписку о конфиденциальности».
В моем понимании, со смертью Ларисы Абрамовой не только закрылись двери в уникальное бюджетное исследование, но и завершилась самое первое исследование ленинградских социологов. К сожалению, я узнал о смерти Ларисы Абрамовой лишь в начале 2018 года.


Я активно участвовал в этом исследовании до 1970 года, когда был командирован ЛВПШ в группу Бориса Максимовича Фирсова по изучению общественного мнения работающего населения Ленинграда, а в 1973 году перешел на работу в ленинградские сектора Института социологических исследований АН СССР. Но и тогда моя связь с ЛВПШ, с моими коллегами не оборвалась.