Мы солдаты из стройбата

Инженерно-строительные войска – стройбат – труд армия в погонах, делившаяся в Союзе, на две категории:

 Первая - строившая объекты гражданского предназначения и находилась на хозрасчёте.

 Вторая – на строительстве военных объектов и была на балансе государства, как и все вооружённые силы.

 Некоторые строительные батальоны входили в состав других род войск – танкистов, артиллеристов и т. д.

 Солдаты из стройбата - на хозрасчёте, все три года службы, получали заработную плату, с учётом вычета на питание и обмундирование, а остаток ложился на сберкнижку солдата и за срок своей службы, у них на книжках, накапливалась немаленькая сумма.

 И эта накопительная сумма у всех была разная, в зависимости от специфики работы.
 Скажем работающие на окладе - получали меньше, чем те, кто работал  с выработки.

 Солдаты из стройбата так же ходили на работу, как будучи на гражданке, разница лишь в том, что ходили они туда при погонах, строем и с песней.

 А в выходные дни, занимались на плацу, строевой подготовкой, изучению стрелкового оружия, армейского устава, а также, с выходом на стрельбище в полевых условиях и сдачу экзаменов по этим дисциплинам.

 Весь суточный распорядок дня, содержал все те же уставные порядки, что и в остальных род войск Союза – в шесть часов утра подъём, выход на зарядку, водные процедуры, заправка пастелей и уборка помещений дежурными наряда.

 Строем на завтрак, таким же порядком от столовой к казарме. Пятнадцатиминутный перекур и строевое выдвижение рот батальона, полка, на плац для развода по рабочим местам.

В первый день выходного дня, в субботу, проходил чисто армейский режим службы, а в воскресение целый день отдыха личного состава – починка, штопка, стирка, письма домой, игра на спортивной площадке волейбол, футбол, баскетбол, зимой каток, тихий час по желанию и вечернее кино в полковом клубе.

Ежедневно - вечерний развод караула, заступающего на сутки в наряд на территории гарнизона:
 Охрана КПП, ГСМ, складов оружия, наряд в столовую в помощь поварам, караул гауптвахты и. т. д. В зависимости от количества объектов. И, наконец вечерняя поверка в 22:00. И отбой. - Казарма погружалась в сон.

Инженерно-строительные войска находясь за границей, в частности в Монголии, резко отличались от таких же войск, находящихся на территории Союза – по армейской выправке, по знанию стрелкового оружия, по умению ходить строевым шагом и, что самое главное – по дисциплине.

И в большей степени, дисциплина зависела от офицерского корпуса, находящихся в батальонах и полках инженерно-технических войск.

 Наши строительные войска или батальоны, находившиеся на территории Монголии дедовщины, как таковой в вульгарном своём уродстве, не знали. И это во многом зависело от офицерского корпуса.

 Офицер заступивший на службу, с продлением его дежурства на сутки, должен был неотлучно находится в подразделении – роте, батальоне, полку - по уставу воинской службы. Что и было у нас.

 Мы служили под командой бывших фронтовиков - бывших лейтенантов, а теперь – майоры, подполковники, полковники и даже генерал-майоры.

Когда офицер-фронтовик, заступал на суточную службу т. е. на дежурство, скажем на роту.
 Он там, кроме дня, находился и всю ночь неотлучно. И так по подразделениям всего гарнизона.

 А, что сейчас? И очень даже просто.
 Молодой офицер-лейтенант, заступивший на дежурство, после отбоя покидал роту и из казармы спешил домой к молодой жене или любовнице.

 А роту оставлял на попечение сержантского состава из старослужащих. Ну а те уже своей властью, творили беззаконие над молодыми солдатами, по любой прихоти, причём в извращённом виде.

 И высшее руководство дивизий округа, знали об этом и мер ни каких не принималось.
 Всё было пущено на самотёк.

 Вот отсюда, в первую очередь, из-за небрежности офицеров к своим обязанностям, началась дедовщина и плюс ко всему, стали призывать в армию парней, отсидевших срок заключения - по малолетству.

 А те, в свою очередь, перенесли порядки заключённых зоны, в армию. И всё это, за короткое время, как раковая опухоль - расползлось по вооружённым силам Союза.

Честь имею!
                Конец.