На пруду

Каждый  божий  день,  проезжая  мимо  пруда в  парке  Авиаторов, я  мысленно  проговариваю:
-  В эти выходные  обязательно  сюда выберусь, посижу с удочкой на травке.
И  так  каждую весну,  вот  уже  пятнадцать  лет.
С  работы  обычно  возвращаюсь по  набережной  Фонтанки, там рыбаки   вовсю ловят корюшку, и  пока   наша  пробка   медленно  продвигается   мимо,  я  выкручиваю   голову   вправо   до упора,    и     переживаю:
- Поймал?
- Сошла.
Бывает, что водители  сзади  так и не дадут   досмотреть, и   начинают  мне  бибикать.
- Гады.
- Ну, всё. В эти выходные  обязательно  сюда приеду и встану рядом с мужиками, -  наивно мечтаю, я.
В  одну из  майских   суббот,  оседлав   велосипед,  еду к пруду на  разведку.  Рыбаков  сегодня  не много:  один  с дорогим удилищем  сидит  на раскладном  стуле,  двое других, что попроще,   расположились   рядом   на травке.  Я  тихонько   подъехал   к ним, и встал  сзади,  наблюдаю.  Поплавки  чуть покачиваются  на  ряби   пруда.  Судя   по окуркам  в  стеклянной   банке  рядом с одним,  сидят  они тут  порядочно, а  синее ведёрко абсолютно  пустое,   да  и поклёвок не  было уже с полчаса,  пока  я  за ними    наблюдаю.   И  тут,   я  замечаю,  что  чуть левее,  вдоль берега  ходит   бабулька  с  короткой  удочкой,  и  буквально  из просветов  между  камышами   вытаскивает  одного   за другим    небольших  золотистых  пузатиков - карасей.  На бабке были:  низкие  резиновые сапоги, выцветшее  ситцевое   платье,  больше  похожее   на  ночную  сорочку,    и   старая   потёртая мужская    куртка. Всех пойманных  рыбок,   старая   карасятница     отправляла  в пакет   «Пятёрочки», после чего   несколько  раз  его   складывала  и   засовывала  в  левый   карман куртки.  Дальше,  не  отрывая глаз от   камышей,  запускала  руку   в   правый    карман  куртки,  долго  что-то   там   скребла, после чего  скатывала «это»    пальцами    в   небольшую  горошину.    Затем  леску,  с насаженной  на крючок   тёмной горошиной,  бабка   медленно   и  осторожно   опускала  в воду   в намеченное   место,  у самых камышей,  и  тут же   следовала  сильная  поклевка.
 - Похоже,   у неё   тут   место  прикормлено,  либо    старуха  знает  тайну:     «тройка, семёрка, туз. ».
Бабка   ещё   немного   походила  туда-сюда,  ничего  больше  не поймала,  и  ушла по тропинке,  ведущей   к   «хрущёвкам»  на  Бассейной  улице.
- Всё,  решено. Завтра  ваш выход, маэстро, -  решаю  я.
Вечером достал удочку, проверил  всё ли на месте и привязал её к раме велосипеда. Оставалось   самое главное -  дождаться  завтрашнего утра.
Утром   из  остатков    блинной  муки,  сделал   немного теста, бросил  туда же   хлебный мякиш  и   пучок    распушённой  ваты, чтобы  тесто  с  крючка  не так быстро  сваливалось. Готовить  что-то необычное  типа – распаренной  перловки  с  натуральным мёдом или  манки  с  двумя  «пшиками»   «жидкого ключа  WD-40»,   я не стал:
- Тут  вам,ребята караси, не  ресторан.   Простая  еда  -  она    самая   полезная.
 Но,    на всякий   пожарный,  прихватил   с собой   хлебную  горбушку с     ломтиком     душистого   сала,  и  отправился  на пруд.
Приехал  первым, расположился   на бабкином  месте;  ветерок   дул  в мою сторону  и  тёплое   солнышко   уже   чуть   прогрело   воду,   но клёва   всё равно  не   было. Так,  иногда кто-то  подплывал  к насадке, проверял  её  на вкус  и  внешний   вид   и  уплывал.
 - Вот   ведь  зараза  !     Приучила  бабка    рыбу  к какой-то  фигне, - сплёвываю ,  я  в сердцах,  но    продолжаю     ловить,   всё  ещё   на что-то   надеясь.
Подошли   два парнишки, один  хорошо  одетый  и   откормленный,   другой  поменьше   ростом    и  совсем  щупленький.  Встали  рядом   со  мной.  Ловит   в основном  толстый мальчишка,  а    худой    носит за ним  банку с  червями, приплясывая    вокруг   хозяина удочки    и    выпрашивает     у  того поудить :
- Ну,   хоть   на   одну   минуточку….
-Ну, пожалуйста...
  И  тут во мне словно что-то оборвалось. Вспомнил  свою  первую бамбуковую  удочку, которую мне отец купил. Сложил я своё четырёх- метровое  удилище,  а  проходя  мимо  худышки, протянул   его  щупленькому  мальчику     со словами:
- Это тебе.  И никогда перед говном разным не  унижайся...
Сел  на   велосипед  и  поехал домой. Слышал как сзади  толстый  мальчик  уговаривал  щупленького показать   подарок, а тот  ему  отвечал:
- А  вот  фигушки  тебе...
- Может    бабка  в тесто  мотыль  добавляла  или   дорогущий  утиный   фуа-гра, -   думал   я.
-  Ведь  в её  пакетике  с наживкой  было что-то   совсем   тёмное,   не  мякиш  из  чёрного   хлеба,   и   даже   не   сало. Я  тогда  испробовал  и то и другое   -   не клевало , - рассуждал    я  дальше  ,   раскручивая  во всю   педали.
Уже  дома, когда  я пытался  понять  на что же  всё- же    ловила   бабка, до меня   вдруг  дошло.  Когда на пруд   слетаются  дикие   утки,  дети   начинают  их подкармливать   всем  тем,  что едят  в тот момент сами,  гуляя  в  парке   с родителями -  печеньем.  А что  не  успевают   съесть   утки,   достаётся    карасям. Вот  так, за  печенье    готовы  были   караси   отдать   свои    жизни,  особенно   если  печенье  было   шоколадное ,  или   на  худой  конец   овсяное , но   обязательно   чтобы    с  ванилью   или    корицей.