Трикстер. Глава одиннадцатая. Черный

Нам выделили по одному месту в разных концах ряда, где мы провели все мероприятие. Моя просьба поставить стульчик в проходе была полностью проигнорирована, поэтому моя задница в джоггерах маячила перед сидящими за мной почти не прерываясь.

Зачем возвращаться на свое место, если тут же представляется возможность сфотографировать новый ракурс. В разнос пошли все, и те кто задавал вопросы, и тот кто на них отвечал. В целом, представление было крайне интересным, и было очень досадно присутствовать там на работе. Грише наверное было хорошо и так, ведь в какой-то момент между ним и Залимским разгорелась оживленная дискуссия на тему обновления процесса создания духозаменителей.

Ученый предлагал брать кровь не от людей не прошедших преобразование, а от демонов. Ангелы совершенно не годились для данных задач.

-Но на данный момент существует лишь единицы магов, что могут назвать себя кем-то из ангелов или демонов. Как вы предлагаете использовать тех, кого почти не существует?

Седоволосый мужчина с очень короткими волосами, кругленьким и собранным лицом, по-доброму улыбнулся ему со сцены и покачал головой в ответе

-В 1970 годах в Британии проводились исследования одного демона. Результаты самих опытов к сожалению стали общественным достоянием лишь частично, к тому же они имели мало отношения к непосредственно лечению заболеваний. «Обездушивание» бич современности, и ученые тогда даже не могли представить себе важность своих изысканий. Я же предполагаю, что выбивать клин-клином было бы более эффективной позиции.

Он приостановился, чтобы выпить немного воды из бутылочки, и с помощью пульта переключил слайд. На нем было изображено сравнение библейских бесов изображенных на различных картинах эпохи Ренессанса и настоящего демона. Было представлено три субъекта, которые отличались от обычных людей лишь наличием каких-либо внешних мутаций. У кого-то был более выраженный роговой покров, у второго была крайне синяя кожа, как будто он пробыл в морозильнике всю свою жизнь, а третий... Не отличался совсем ничем.

-Кто такие демоны? На заре эпохи магии, люди предпринимали попытки использовать так называемые артефакты для создания человека, что способен использовать способности противоречащие естественной природе. Из тысяч и тысяч людей выживших осталось не так много, а по-настоящему ценных экземпляров еще меньше. Их окрестили «ангелами» и «демонами» из-за их сверхъестественной природы. По факту же, это были маги во многом похожие на современных «красных». Но отличались отсутствием как таковой духовной оболочки. Их жизнеспособность напрямую зависела от поглощения органических жидкостей человека, в особенности крови, которая содержит наибольшее количество того самого искомого духовного «концентрата». Именно это важно для нашего исследования. Мы создали теорию, что если для производства «духозаменителей» использовать демоническую кровь, то мы можем добиться больших дозировок искомого вещества, и в полной мере заменить отсутствующую душу у наших пациентов.

-К сожалению, демонов, как вы и сказали молодой человек, действительно не очень-то много. Была мысль об использовании «ангелов» ведь их осталось гораздо больше, счет может даже идет на сотни особей, но их физиология не позволяет брать из них что-то. Они самые натуральные «вампиры», как бы это не прозвучало. Надеюсь среди наших уважаемых гостей нет обидчивых ангелов, ведь то что я сказал, это всего-лишь википедийный факт, как говорится.

Гриша опять поднял руку. Ведущий принес ему микрофон

-Можно ли будет говорить о полном излечении «обездушивания» подобным образом?

-Сожалею, молодой человек. Пока мы не дойдем до исследований, сложно угадать. Но на чистых цифрах – это существенно облегчит жизнь пациентов. К тому же у демонов невероятный потенциал в той сфере, которой они владели «при жизни», как говорится, и лично мне, как ученому хотелось бы притронуться к этой загадке природы. Ладно, остальные вопросы после. Продолжим мы темой...

Я стоял как завороженный. Этого простого на вид дядьку было очень интересно слушать, особенно что он говорил про магию. Он представлял ее не как что-то мистическое, а как понятную и доходчивую систему координат. Правда большая часть поля была неиспахана, но теории будоражили сознание. Внезапно меня отвлек какой-то шум.

Камера начала беспрерывно фотографировать на ровном месте. Я судорожно выключил ее, а звук все непрекращался. Затвор щелкал, громко ударяясь о стенки корпуса, и даже не думал остановиться. Я извлек батарею, и шум прекратился. Люди начали на меня косо поглядывая, подумывая, что за череду кадров я решил сделать. Отойдя к затворкам, за задние сидения, я снял объектив и ужаснулся. Затвор стоял по диагонали и болтался при движении, а предприняв попытки сдвинуть его пальцем, я обнаружил, что тот двигается подозрительно легко. Мозг начал кипеть, а спирт выпитый в туалете мгновенно выпарился через потовые протоки.

-На этом все, дамы и господа. Приезжайте на лекцию в Москве, где мы рассмотрим практические подходы в современной мираклологии. Вынужден откланяться. До встречи!

Зал зашумел в овациях, кто-то встал с места, я увидел как Гриша судорожно ищет меня, вращая головой взад вперед. Но в потоке встающих людей, его фигурка моментально потерялась, и я пошел сквозь толпу к тому месту, где лежала моя сумка, ожидая увидеть и его здесь. С трудом продираясь, постоянно извиняясь и прикрывая рукой сломанный фотоаппарат, я наконец-то добрался до места, схватил свою сумку, и пошел с другими репортерами в сторону выхода из главного зала.

Гриши все также не было видно, как бы я не глядел, и паника охватывала меня все сильнее. Отмена съемок могла грозить нам увольнением, плюс это потерянный шанс для меня, для Гриши, для редакции стать на ступеньку выше в глазах общественности. Толпа постепенно рассасывалась, а я все стоял возле зала, в ожидании моего товарища. Внезапно до меня дошло, что скорее всего он ждет меня в выделенной для интервью комнате. Я побежал в сторону лестницы, прорываясь наглейшим образом через гостей «Выставки магических изобретений», и шмыгнув в одно помещение, выдохнул от напряжения.

Это была нужная мне комната, внутри которой уже сидел мой коллега, который тут же ринулся ко мне.

-Все хорошо, Миша? Успеешь тут все.

-Нихера не хорошо. У меня камера. Все кароче.

Гриша немного отстранился издавая крайне разочарованный звук «бляяяяяяя». Я сел на стул, пытаясь привести свои мысли хоть чуть-чуть в порядок. Что же, что же, что же. Звонить кому-то слишком поздно, никто не успеет сюда приехать, спросить у коллег из других редакций камеру – бред... Техника. С техникой очень тяжело. Хотя почему тяжело.

-Отставить панику! – я начал бравадиться. Руки тряслись, я наконец-то снял тяжеленную сумку, с которой был все это время. –Подержи пожалуйста!

Мой голос звучал скорее как приказной или истеричный. Гриша тут же кинулся и взял камеру в руки, как будто от этого поменяется все, будто это важнейший объект. Вообще он не любил трогать мое оборудование, потому что немного опасался его сломать, но сейчас ломать ведь уже было нечего. Я поднял обе руки и засучил красные рукава моего анорака. На коже стали виднеться жуткие, слегка подтекающие сквозь тонкий слой бинтов ожоги.

-Я надеюсь. Я молю, чтобы сраные китайцы не нанесли кварцевый слой на внутренние стенки. Хотя стоп. Это было бы заметно на фотографии. Матрица не работала бы просто как надо... НО ВСЕ РАВНО, сраные китайцы, я буду молиться вам до конца своих дней, если вы не нанесли кварц. Терять уже нечего.

-Ты знаешь как устроена камера внутри?

Гриша выглядел неуверенно, и как будто немного опасался меня

-Нет. Да. Не важно

Я представил себе как затвор щелкает, как он должен опускаться, когда я давлю на кнопочку, как он поднимается, оголяя хрупкую матрицу камеры и как снова опускается завершая экспозицию и сам кадр. Как определенный мотор это все двигает. Как... Черт возьми, как это работает! Я напрягся сильнее, упорно представляя, как затвор вправляется на место и потом спокойно щелкает. С рук потекло что-то зеленое, затем желтое, что рванулось к тушке камеры, и медленно протекало внутрь, после вспышкой окрасилось в красный, и загоревшись странным огнем энергии, совсем почернело, и проникло внутрь корпуса. Оно текло, текло и текло, а я не моргая напрягал все тело, и уже не думал словно ни о чем, словно все мысли вытекли из ушей, из рук, как будто мои знания были этим самым черным потоком в моих руках, который что-то делал с моим любимым девайсом, с камерой.

В глазах помутнело, и я упал. Перед глазами стоял штатив, синяя стена, и кусок моей сумки. Ничего не двигалось, как и я сам. Даже морнуть мне было не дано. Внезапно изображение поднялось, открыв своему взору окно, Гришу, который тянулся куда-то за мной, будто что-то поправлял у меня за спиной. Его ладонь, так медленно рассекающая воздух, как будто он отгонял комара от меня. Вибрация, медленно взрывающаяся тысячей маленьких иголочек по моей щеке. Эти самые иглы словно продирающиеся через глубокую чешую постепенно достигали моего разума, основного меня и становились все более и более отчетливыми. Я вспомнил чувство боли, и очнулся.

Гриша стоял передо мной с вытаращенными глазами.

-Ну как, починилась?

-ТЫ ИДИОТ! Но вообще да, починилась, я сам охренел. Особенно с того, что мы не взорвались. Повезло, так повезло. Но если бы там был бы кварц, ты со своей «черной» магией нас бы всех тут подорвал бы. Ладно, ты как, живой?

-Порядок.

В глазах была муть и меня очень тошнило. Мне словно хотелось выблевать всю... Душу? Руки уже не чесались, просто без всяких ощущений пропитывали бинты свежей сукровицей. Пошатываясь я вытащил площадку из штатива, и закрутил ее к низу камеры. Я чуть не потерял равновесие, когда потянулся за шайбочкой, лежащей в заднем кармане, но Гриша меня удержал на ногах.

-Давай тебя духозаменителями накачаем. Ты еле стоишь на ногах...

-Отказываюсь. Только что же дядя дохтур говорил как это плохо. Я в норме

Время подошло. Мысли постепенно образумились, и я закончив все приготовления наконец-то включил камеру. Отрабатывает штатно, будто даже слишком штатно. Эта мысль ударила меня по затылку, и я осел на стульчик. Мир все еще был немного ватный, когда атлетически сложенная фигура Залимского зашла в кабинет. Я качнул ему головой, и нажал на кнопку записи, принуждая себя встать. Он посмотрел на меня с легким любопытством, и сел на стульчик.

-А с ним что? Я видел его со сцены, выглядел таким прытким. С его шевелюрой его сложно не заметить.

-Перенервничал, сами понимаете, такой важный гость. Большая ответственность. Я и сам немного нервничаю, как можете заметить.

Иосиф засмеялся.

-Да ладно вам, не укушу вас. Ну что, приступим, камера мотор, – шутливо он бросил в мою сторону.

-Синхрон! – слегка хриплым голосом я крикнул в камеру и откашлялся. –Начали! – голос пришел в норму.

Они о чем-то защебетали, Гриша выглядел очень заинтересованным, я же почти их не слышал, тупо залипнув в экран камеры, и следя за бегающими циферками записи. Время от времени я дергано поворачивался к рекордеру, где тоже на зеленом экранчике бегали циферки, и горела красная лампочка на корпусе. Внезапно, корреспондент и Залимский прервались, тревожно глядя в сторону коридора. Затем зазвенела пожарная тревога, и с потолка начала распрыскиваться жидкость. Я прикрыл камеру, не переставая записывать. Залимский встал со стула и принялся идти было в сторону к выходу, Гриша смотрел на него, на меня, на него, на меня. Я повернул камеру в его сторону.

Дверь открылась снаружи, и в помещение медленно вошли четыре человека в форме, отталкивая доктора к противоположной стене. Я проследовал камерой за ними, следя как одна фигура ткнула автоматом в Гришу, а вторая двигалась ко мне. Автомат поднялся, и раздался какой-то звук.

-Что? Я немного глуховат сейчас! – воскликнул я.

Автомат ударил мне по ребрам, и это вернуло мне слух, но добило остатки моего сознания. Я согнулся на полу от боли, ничего не понимая, и не соображая.

Фигура в боевом костюме, с шильдиком «Вежливые Люди» уронила штатив и выстрелила в камеру. Грохот оглушил меня на долю секунды, но смутно, очень смутно я все еще мог слышать что происходит вокруг. Мне очень хотелось домой, спрятаться куда подальше от этого хаоса. Мозг совершенно потерял причинно-следственные связи очевидно охреневая от того, что я то воспринимаю информацию, то нет, то снова да, то снова нет. Найдя наконец в себе грань познания, я стал следить за руками. Рука того, кто стрелял убрала автомат за спину, прокрутив его на ремешке, и открыла отсек с батарейками в камере. Эта же рука надавила на флешку, извлекла ее, и сунула в зип-лок, который образовался из руки второго человека.

Гриша стоял у другой стены, а Залимский был в наручниках, и что-то судорожно объяснял. Было не разобрать о чем он лепетал, но его вид был очень разгневанный и уверенный. Он выглядел статно даже в руках правоохранительных органов. Как и Гриша, что спокойно и уверенно молчал, глядя не на фигуры, словно игнорируя их. Он смотрел на меня, не отрывая своих темных глаз. К нему поднесли прибор, и жестом показали на глаза. Не отрываясь от меня, он полез пальцами себе в белок, что-то из него извлекая, и оголяя глаз. Пустой, совершенно пустой, как у той девушки. И второй черный, как смола. Обзор загородила другая фигура, что сунула такой же прибор мне перед лицом.

Похоже на пистолет для измерения температуры.

-Снять линзы.

Я преподнялся и сел удобнее, вновь поймав в обзор Гришу, от которого не отходила фигура, держащая в одной руке рацию, в другой на изготовии автомат. Проморгавшись, я решил выполнить указание направленное очевидно на меня. Хотя мозг не понимал, в чью сторону было брошено это.

-Боже мой, какая удача! Можно я немного еще с ними побуду, потом пойду добровольно, куда бы вы мне не сказали. Не знаю, что такого сделал, но пойду! Два черных, просто невероятная удача! Моя теория похоже имеет смысл! Черные тянутся черным!

-Молчать!

-Да вы посмотрите! Невероятно! Уму непостижимо!

Один из солдатиков уволок из помещения Залимского продолжавшего что-то исступленно говорить, и в комнате осталось трое. Они чего-то ждали. Рация возле Гриши заворчала, и из нее издался писк.

-Ромашка, отбой. Возврат.

-Осинка, тут двое. Черные.

-Ромашка, повторяю приказ, отбой, возврат.

-Осинка, принято.

Фигуры заложили автоматы за спину и вышли из помещения, оставляя нас, двух разбитых идиота, таращащихся друг на друга черными глазами и словно слепыми без радужки белыми. Поломанное оборудование, и маленькая лужица крови накапавшая с моей руки. Гриша сел на пол, и мы встали на один уровень. На одну перспективу. Одну большую. Разрушенную. Перспективу.



@trickster_book - ТРИКСТЕР в телеграмме. Главы там выходят раньше, множество артов и интереснейших постов со сторонней информацией, касаемой книги - только там, и в первую очередь