Недостроенное счастье

Гришу разбудил грохот сползающего с крыши снега. На самом деле он услышал этот грохот гораздо раньше пробуждения, ещё во сне. Ночь напролёт мальчик собирал из спичек башни-небоскрёбы наподобие М-сити. Он начал строительство сразу, как только уснул, и трудился, не прерывая начатого дела ни на минуту. Хотя нет, один раз он всё-таки отвлёкся ненадолго по естественной надобности. Но по возвращении из туалета тотчас завернулся в одеяло и уснул с желанием продолжить своё грандиозное строительство.
Под утро стройка подходила к концу. Казалось, ещё немного сил и спичек – и первые счастливые новосёлы, расталкивая друг друга, заполнят многочисленные подъёмные лифты. Просторные лифтовые кабины разнесут новосёлов по этажам гостеприимных башен, и гулкая пустота коридоров спичечного М-сити наполнится радостью и весельем.   
«Как хорошо будет в моём доме всем, всем, все-е...» – подумал Гриша во сне. Не успел он произнести третий раз слово «всем», как от дальних окраин «бревенчатого» мегаполиса донёсся странный гул, похожий на раскаты мартовского грома.
«Что это?» – удивился Гриша, прислушиваясь к звукам вибрации спичечной массы. Грохот усиливался и походил на шум сползающего с крыши снега. Но в городе не было снега, в городе вообще не было ничего, кроме спичек.
Когда вибрация достигла критического уровня и М-башни готовы были рассыпаться на миллионы строганых соринок, откуда -то из дальних глубин сна подул сырой пронизывающий ветер. Холодный поток воздуха оказался весьма кстати. Его струи свободно проникали сквозь решетчатые модули Гришиных строений и не позволяли вибрирующим спичкам расталкивать друг друга. Понимая, что усилия ветра – временная мера, акустическая вибрация вот-вот довершит своё разрушительное дело, а значит, у него в распоряжении всего несколько мгновений, чтобы выбраться из города и не оказаться под завалами собственного строительства, Гриша сделал отчаянное усилие и… проснулся.
И тотчас огромная шапка сырого тяжёлого снега с грохотом скатилась с крыши, гулко шлёпнулась на дорожку, протоптанную вокруг дома, и совершенно завалила участок дворового палисада.
«Ух ты!» – мысль о брошенном во сне городе обожгла сознание мальчика. Как мог он оставить своё детище на растерзание акустической вибрации? Почему акустической? Он даже не выяснил причину того далёкого грохота, из-за которого затряслись городские стены. Может, они затряслись вовсе не от вибрации воздуха – откуда во сне воздух? – а совсем по другой причине?..
«Вернуться! Во что бы-то ни стало, вернуться!» – Гриша уткнул голову в подушку и попытался как можно скорее уснуть. Не тут-то было! Мир, открывшийся после пробуждения, делал всё, чтобы не отпустить мальчика в сон. Он насыпал перед ним искрящиеся на солнце сугробы и тотчас топил их воспоминаниями о прошедшем лете. По образовавшимся ручьям пускал весёлые бумажные кораблики, ведь именно так Гриша представлял себе приближении весны.
Целый час Гриша пытался уснуть и помешать разрушению любимого города и совершенно выбился из сил. «Почему я не могу никого спасти? – протестовал мальчик. – Ведь это мой сон и моё строительство!» Вошла мама.
– Что-то случилось? – спросила она.
Гриша стыдливо отвёл взгляд в сторону.
– Мама, если человек совершил ошибку и хочет исправить её, но не может, что тогда?
Женщина присела на кровать и прижала к себе сына.
– Видишь ли, Горечка (так она называла Гришу в минуты раздумий), мы часто бываем неправы. И поступаем так, не потому, что хотим плохого. Кто-то оказывается неправ по неопытности, кому-то правильно поступить не достаёт характера. Помни главное: опыт приходит со временем, характер воспитывается в неудачах. Если ты совершил ошибку, не оставляй её без присмотра, одной ей без тебя не исправиться.
– Даже ту, которую я совершил во сне?
– Ну, конечно! Ведь сон – это то, что ты делаешь ночью.
…С наступлением утра ничего в сонном видении мальчика не изменилось. Спичечный мегаполис жил своей жизнью. Розовые головки "строительных брёвен", сомкнутые в причудливые переплетения, цепко держались, будто прорастали друг в друга. Северный ветер стих, общая «вулканическая» тряска заметно ослабла. Город ждал прикосновения…